Притворись моим мужем

      Прошло три месяца. Я всё-таки устроился к отцу в фирму. Работы пока что много, о личных проблемах думать некогда. Это даже к лучшему. Я не забыл о Гвендолин. Я всё ещё люблю её. Всё ещё помню её слово «Прости». Её голос дрожал. Ей самой было тяжело, но у неё случилось что-то такое, из-за чего она так поступила. Жаль только, что я не вижу её. Мне бы хоть глазком взглянуть на неё, издалека. Но что от Маерс у меня осталось, так это платье, кольца и наши совместные фотографии в телефоне.       — Кол, — в кабинет вошла блондинка лет двадцати, — подпишите документы, пожалуйста.       — Конечно, давай, — уже на автомате отвечал я.       Рутина добивала меня ещё больше. Дэймон тоже как сквозь землю провалился, уже месяца полтора его не видно. Нервы мои сдали, когда я пытался набрать его номер раз пять. В чём же я так провинился? За какие грехи я плачу? Плачу так жестоко. Теперь я остался один. Не в плане совсем один, а в плане того, что без друзей, без девушки. Чёрная полоса настигла меня.       Рабочий день уже подходил к концу. Через час, даже чуть меньше, я уже буду свободный от работы человек. Свободный и одинокий. Одинокий и никому ненужный. Для отца я стал предметом прибыли, а братья, сестра и мать заняты. Им тоже не до меня. Они всё винят меня в том, что Гвен ушла. Сбежала прямо со свадьбы. С нашей свадьбы. Подобные мысли просто убивали изнутри. Я не злился, но ощущения близки. И вот я снова на пределе.       Прокатившись с ветерком, зашёл в дом, в котором пусто и одиноко, в котором не будет весёлого смеха. Находиться в нём — словно пребывать в аду. Вроде бы всё нормально, но в то же время что-то пожирает тебя изнутри.       Долго так оставаться со своими мыслями я не мог. Я пошёл в свою комнату переодеваться. Снова нахлынули воспоминания. Недолго думая, надел то, в чём был в тот вечер, когда Маерс выбирала мне, в чём я пойду в клуб.       Проверив карманы на их содержимое, я открыл входную дверь. Передо мной стоял Дэймон Сальваторе собственной персоной.       — Привет, — вяло выдавил из себя.       — Ещё не отошёл? Я только прилетел, у матушки были, — ободрительно начал он, но, взглянув на меня получше, притих. — Ты куда собрался-то хоть? В клуб?       — Нет, — ответил я. — Поедешь со мной?       — Конечно, — ответил Дэймон и сел на пассажирское сидение.

***

      Через полчаса сумасшедшей езды мы приехали к стадиону. От дома он далеко и по пути много о чём можно подумать, а потом выместить все эмоции наружу.       — Ну, что? В бейсбол? — задал вопрос, ожидая ответа друга.       — А давай! — воодушевлённо ответил он. — Надо же тебя от депрессии теперь спасать.       Наша игра продолжалась до самой темноты. Я действительно забывал Гвендолин. Но уверен, это ненадолго. Только стоит остаться наедине с собой и воспоминания накроют. Наши счастливые воспоминания.       — Кол? — крикнул Сальваторе на ухо. — О чём задумался?       — Ни о чём, — соврал.       — Будто я не знаю, — закатил он глаза. — Слушай, а пошли в клуб?       — А почему бы и нет?       Эта новость воодушевила меня. Мы, почти как трезвые, сели в машину и погнали на всех скоростях в наш клуб. Там я надеялся встретить Гвендолин, узнать, как у неё дела и узнать причину её поступка. Да, я до сих пор не могу успокоиться. И хоть она и просила не искать её, но я начал поиски после недели, проведённой без неё. Я искал везде, но так и не смог найти. Такое ощущение, что она растворилась, будто её и не было вообще.