Гвендолин: Прерванные раздумья
14 июля 2017 г., 20:57
Очередное утро очередного дня заставило меня задуматься. Задуматься об одиночестве, которое меня ожидало в ближайшем будущем. С бизнесом всё наладилось, а вот с родителями я ещё не общалась. Боль и угрызения совести сжигали душу, ранили сердце. Не представляю, что они сейчас чувствуют. Я три месяца не поддерживала с ними контакт, даже не позвонила. Наверное, я самая ужасная дочь в мире.
— Слушаю, — внезапно зазвонивший телефон отвлёк от мыслей.
— Привет, Гвендолин, — я не видела его, но могла поклясться, что парень улыбается. — У меня к тебе вопрос.
— Слушаю, — как запрограммированная отвечала я.
— Тебя заело? — уже в недоумении спрашивал Янг. — Ладно, не суть. Мы можем встретиться сегодня? Это не телефонный разговор.
— А не слишком ли много хочешь? — настроение не очень, а тут ещё и ехать куда-то.
— Ну, что? — вот же настырный парень.
— Кафе «Ночной Бриз», в час дня, устроит? — деловито спросила я.
— Отлично, — ответил он. — За тобой заехать?
— Я на своём транспорте.
— Ну, хорошо. Тогда пока.
— До встречи.
Лениво я встала с постели и поплелась в ванную. Холодный душ должен помочь откинуть непрошеные мысли. Я налила воду в ванну и легла. Вылезла только, когда начала замерзать.
Надела на себя кожаный костюм, в котором поеду на встречу, и пошла варить кофе. За всё время, что живу одна, я научилась готовить и даже печь печенье и пироги. Но всё равно как-то тяжело без помощи. Тяжело без родных и близких. Я уже ощутила, что значит быть одной. Что такое приходить в дом, в котором тебя никто не ждёт, в котором нет никого, даже маленького зверька, который будет рад каждому твоему приходу. Но я справляюсь. Я выработала в себе волевой характер. Я очень сильно изменилась. Стала не просто самостоятельной, но и самодостаточной. И мне это нравилось, но до того момента, пока не появился Кристофер — настырный, но очень весёлый парень.
Я выпила свой кофе и, решив, что лучше пораньше выехать, быстро собралась. Гаража у меня пока не было, так что мотоцикл временно стоял в пристройке около дома. Мне так даже удобнее, потому что участок небольшой и места много не занимает ни пристройка, ни транспорт.
***
— Кого я вижу, — боже, как мне не нравится этот тон, и, похоже, я знаю, кто со мной говорит. — Сбежавшая невеста решила выйти в свет, — Ребекка всегда была чересчур вспыльчива, так что я реагировала на её реплики нормально, до момента, пока не зацепит. — Да уж, сколько лет, сколько зим, — съязвила я. — Ничего не хочешь рассказать? — А что именно тебе интересно, Бекс? Ты спроси — я отвечу. — Ну, например, то, куда пропала и почему сбежала? — Давай зайдём в кафе? — предложила я, меняя тему разговора. — Не сруливай с темы. Не прокатит. — Знаю, поэтому хочу, чтобы ты поняла меня, что пока я не могу рассказать. Лучше расскажи, как там мама с папой. — Сама как думаешь? Сбежала, не сказала куда и почему, даже записки не оставила. — Представляю. Я хочу увидеться с ними, но боюсь. Мне страшно, что они оттолкнут меня, не захотят слушать. — С ума сошла? Они искали тебя. Такое чувство, что ты не просто пропала, а вообще уехала из города. — Если бы. Я здесь живу. — Можешь просто ответить на вопрос. — Я слушаю. — Почему ты сбежала? Ты нашла кого-то другого? — Нет, — она недоверчива посмотрела на меня. — Правда, нет. Я не могу рассказать. И я люблю Кола. — Хорошо. Вмешиваться не буду, вижу, и так тяжело говорить об этом. — Бекс, у меня к тебе просьба. Не говори никому, что видела меня. Прошу тебя, пожалуйста. — Хорошо. Дальше мы сидели в тёплой и уютной обстановке, пока не приехал Кристофер. Я, как полагается, познакомила Ребекку с ним, рассказала, как мы познакомились, и мы вместе посмеялись над моими приключениями за три месяца и над тем, как я научилась готовить.
