Притворись моим мужем

      — Друг, я же просил не впутывать меня в свои расследовательские дела, — стоя за дверью, я всё же слышал, о чём говорят Дэймон и Джексон Саммерс.       Джексон — это когда–то самый лучший друг Сальваторе. Что у них там произошло, я не спрашивал. Дела пацанские — отдельная тема. Случилось это задолго до того, как мы с Дэймоном сдружились, а, точнее сказать, — спились. У меня тоже раньше были друзья, отдельный круг общения и банда, как у любого другого нормального парня.       Всё изменилось пять лет назад. Меня подставили. Последнее, что помню с того случая — это наряд полиции и мою попытку убежать. Дальше не помню ничего, но, как мне рассказал брат, меня догнали и ударили по голове. Не представляю, что отец тогда сделал с участком, но в тот же день я вышел с КПЗ. После того момента я прекратил всё общение, казалось, со всем миром. Но даже в этой истории мне помогла Гвендолин. Спасла от депрессии и от побочных действий вследствие неё.       Предполагаю, что у Дэймона похожая история, но со своими корнями. И сейчас они хотя бы просто поддерживают связь.       — Эй?! Дружище? Ты в порядке? — Сальваторе стоял передо мной, размахивая руками и чуть ли не ногами, если бы это было возможно.       — Да, всё супер, — сейчас я напоминал себе привычки Гвен.       — Ну всё, — из комнаты вышел Саммерс. — Я собран. Мы едем?       — Конечно, — с довольной улыбкой ответил Дэймон, и мы поехали на Бриджпорт-стрит — место, где всё случилось.

Два часа спустя

      — Чёртовы пробки, — рычал Саммерс. — Вот и угораздило этих двоих придурков ехать в самый час пик? Господи, лучше б дома до вечера посидел, — всё так же продолжал он.       — Да ладно, не кипятись ты, мы уже на месте.       — Ты про это место говорил? — Джексон начал звереть на глазах, а от всего происходящего мне становилось смешно.       — Да, — тут уже встрял я, дабы смягчить накалившуюся обстановку.       — Ладно, но ты, — он показал на Сальваторе, — ты мне должен.       — Да помню я всё.       В перерывах между спорами мы всё же более-менее установили приблизительную скорость и удар врезавшегося в нас джипа. Но то, что узнали, никак не вяжется с комой Маерс.       — Ребят, думаю, ваша девушка не настолько слабая и зашуганная, чтобы от небольшого удара впасть в кому. От подобного столкновения максимум, что может случиться, так это временная потеря сознания и сотрясение мозга, как у тебя, Кол. Думаю, её намеренно хотели либо убить, либо показать, что вам следует держаться от неё на расстоянии, — рассказывал свои предположения Саммерс. — Кол, а в больнице у вас брали кровь на анализ?       — Конечно, брали, а что?       — То, что больница, в которую вас положили, была заранее проплачена.       — С чего ты взял? — в разговор вступил Дэймон.       — Ну смотрите: насколько я знаю, Кол, ты хороший водитель. Даже после пьянки тебя ловили на превышении скорости, но ни одной аварии не было. Машина, которая в вас врезалась, ехала со скоростью 40 км/ч., а за счёт веса и габарита такой удар и получился. А теперь вопрос: она пила на приёме?       — Да, пару бокалов шампанского. К чему ты это спрашиваешь?       — К тому, что, возможно, у вас в тот день исчез один из подающих бокалы. Если смешать алкоголь с хотя бы одной таблеткой от головы или изжоги, то и получается кома. А при нужной встряске она гарантирована сто процентов.       — Откуда ты всё это знаешь? — всё же поинтересовался я.       — У меня есть брат. Мы вместе поступали в университет на следователей, но доучился только он, потому что меня выперли за драку.       — Генри Саммерс? Он твой брат?       — Да, а что такое, Майколсон?       — Он ведёт дело Гвендолин.       — А ты откуда всё это знаешь? — Дэймон чувствовал себя лишним в нашем разговоре, но всё же внёс свою лепту.       — Дэймон, я созванивался с её родителями, чтобы узнать, подала она заявление после того, как пришла в себя, или нет. И они сказали, что Гвен решилась на это, но с учётом того, что сильно углубляться в это дело не будут. Просто подстрахуют жизнь.       — Ясно тогда. Мой брат хороший опер, но если что, то вы допёрли до этого сами. Отношения у нас с ним не ахти какие, и мы в ссоре из-за той драки. Поэтому если вызовут на допрос, советую говорить, что ничего не знаете. Разбирайтесь сами, или вы только навредите ей, а по тебе, Майколсон, заметно, что ты и душу дьяволу отдашь за неё, лишь бы она была цела.       — Спасибо, Джексон. Я твой должник, — ответил я.       — Я тебе просто скажу одно: разыщи и искалечь эту сволочь, а главное — береги её. Ты с ней хоть человеком становишься. А сейчас простите. Мне ещё в мастерскую надо, так что ловите такси. Мне в другой конец Нью-Йорка.       — Спасибо ещё раз, Саммерс!       — Сочтёмся.