Верность до смерти

***

      Почти всю мою жизнь происходила какая-нибудь херня. Залезть на дерево и расшибить голову? Про меня. Разворошить осиное гнездо? Без проблем. Качаясь на тарзанке, повредить ногу? Легко. Учитывая, что это всё произошло во время каникул у тёти и дяди. За пару месяцев я смог прикончить несколько баночек зелёнки и йода. О, времена! Мне оставалось лишь отравиться перед отъездом. Сказано — сделано.       Разглядывая ландшафт, я отчётливо вспоминал своё детство, что прошло на таких же вот развалинах. Обвалившиеся стены и выбитые стекла — малая часть этой разрухи. Распластавшись на возвышенности, приходилось подмечать некоторые детали местности, которые фотографии не могли передать.       — Сколько человек ты привёл? — озвучил свой вопрос.       — Двадцать три. Хватит? Говори заранее, чтобы я мог подготовиться, — Расс лежал рядом, не отрываясь от бинокля.       — Что с отходными путями?       — Лес с северной стороны достаточно редкий, но отстреливаться там себе дороже. Рикошетом может поубивать как своих, так и чужих, — он закряхтел от неудобной позы.       — Восток закрыт оврагом. Туда они Сару не поведут. Остается запад и юг. Обе дороги свободны. Блокпосты на каждом въезде.       Говорить особо было не о чем. Я отложил бинокль и уставился в траву. Хотелось просто ворваться туда и перебить всех. Мда… А потом соскребать остатки дочери со стен…       — Вариант со снайпером? Возможно, если лягу здесь. Хм… Отпадает, ночью они не дадут нормально стрелять. Если с ножами? С группой Расса? Смешно.       — Ты нормальный? — над ухом зависла рука Расса.       — Бывает, — обронил я в ответ. — Твоё решение? Без снайпера?       — Для подстраховки можно было бы, но кроме тебя никого нет.       — Значит отметаем. Я буду внизу. Спасать свою дочь, — в голове опять роились плохие мысли. Главное, что моей девочке осталось продержаться пару часов и всё будет кончено. Других вариантов просто не было.

***

      Мы разделились на три группы. Две шли с севера и юга, восток я оставил себе. Запад был для отхода врагов, если они доберутся до машин. По крутому склону оврага я и четверо парней забрались довольно быстро. Я отобрал немолодых, но крепких. Пары пистолетов да несколько запасных обойм у каждого хватит на всех ублюдков. Моей задачей было пройти к Саре, пока её похитители заняты разборками с Рассом. Я набрал номер.       — Следи за ними. Постарайся отследить их финансы. Где их отправная точка. Не верю, что они здесь обосновались, чтобы устроить нам тёплый приём.       Сбросив вызов, двинулся дальше. В темноте сверкнули фонарики патруля и мы остановились, стараясь не дышать. Обветшалый забор отделял нас от группы врагов. У меня руки чесались, хотелось вмазать этим мразям. Я отчетливо слышал, как четверо осматривали место, где мы засели. Разговоры на китийском не дали мне ни одной зацепки.       Через пару минут они отошли, а я выждал немного, чтобы отправиться за ними. Двоим подрезал сухожилия, в третьего кинул нож. Ночной воздух всколыхнул аромат крови. Четвертым занялись пара моих, а вот с лежачими была проблема. Достав лезвие из мертвеца, засадил его одному из подрезанных прямо в сердце. Его напарник захрипел, отчаянно брыкаясь в крепком хвате парней. Его рот был зажат, а тело извивалось в попытке сбежать. Но это было невозможно. Приставив верный нож к горлу, мне оставалось лишь пригрозить скорой расправой, чтобы выпытать всё, что нужно. Вытирая оружие, я подтвердил свои догадки о местоположении Сары.       — Оттащите тела в кусты. Если оставим, остальные быстро обнаружат наше присутствие.       Я глянул на часы. Оставалось около пяти минут, прежде чем Расс начнёт атаку. Жалко нет глаз на затылке. Остальные, занятые делом, не видели моей улыбки.

***

      Выстрелы для противников стали неожиданностью. В доме, который они заняли, на обоих этажах роились мужчины с нотками паники в голосе и взглядах, сообщая о нападениях со всех сторон. Раздражённый коренастый мужчина средних лет выкрикивал ругательства. В довершении всего полетевший бокал разбился о голову одного из подчиненных. Легче видно не стало.       Я злорадно наблюдал за ними из укрытия в паре домов от коттеджа. Меня прервал звонок.       — Что узнала?       — Прямо сейчас они работают над планом отступления. У вас наверно в запасе около десяти минут, прежде чем они прорвутся.       — Стоп, стоп. О чём ты? Мы же обсуждали это! Ты вызвала подкрепление?       — Нет надобности. Они не успеют. Вы, ребята, слишком поторопились.       — Хорошо, — я отвлекся на дом. Там определенно что-то начиналось. В проеме мелькнула растрёпанная Сара. Потускневшие волосы и заляпанное грязью лицо вывели меня из себя.       — Я успею. Она прямо передо мной! — прошипел в трубку. Меня не волновала шкала громкости, когда моя девочка была совсем рядом.       — Остынь, говорю. Ты не сможешь прорваться к ним. Послушай меня и тогда Сара будет с тобой. Я вычислила маршрут и точку отправления. Тебе сейчас же нужно добраться до машины, я скину тебе координаты. Остальные пусть расправятся с пешками, а тебе нужно разобраться с их боссом.       Я огляделся. Моей группы уже не было рядом. Они продвигались вперёд, к дому, стараясь отстреливать нападавших. Я бы мог им помочь. Одно но…       К западному блокпосту я не успевал. Оставалось лишь бежать к южному, пока эти говнюки не свалили с намечающегося сражения. Я петлял между мусором и полуразрушенными строениями, когда на меня кинулся один из противников. Не успел отклониться и меня ранили, оставляя глубокий порез на плече. В темноте и не разобрать, какой длины лезвие, и насколько опытен мой противник. Пришлось импровизировать, прячась за ближайшей стеной. По руке стекала тёплая жидкость, приятно отдаваясь в голове тихим шумом.       — Сверни ты уже ему шею, — из глубины воспоминаний возник голос отца.       — Помолчи.       — Чего ждешь? Или он, или ты, — шёпот не утихал, а казалось, становился с каждый звуком всё громче.       — Я сказал — заткнись.       — Представь, что они держат в заложникам твою мать, твоих одноклассников и всю остальную родню. Эй! Это не пара человек!       — Агрх! — почти зарычал в ответ на галлюцинацию. В наступившей тишине мне стало не по себе. С сожалением, я понимал, что упустил врага.       — Убей ублюдка! — крик разорвал мои перепонки, и я на автомате замахнулся в сторону, отпуская лезвие. Со свистом оно пролетело несколько метров и воткнулось в тело. Ах, сейчас бы кофе. Кажется, я начинал терять концентрацию…       Убитый лежал, запрокинув голову, с торчащей из глазницы рукояткой. Времени восхищаться у меня не было. Вырвав из мертвых рук автомат, я кинулся на юг, надеясь, что ещё не слишком поздно.       Противник не жалел патронов, поливая группу Расса с расстояния и не давая подойти ближе. Мне удалось за пару минут вырубить одного, остальные уже корчились на земле, получив щедрой автоматной очередью.       — Не стреляй, Расс! Это Кир! — я предусмотрительно поднял руки. Перепрыгнув ограждение, он оказался рядом со мной.       — Какого ты тут забыл? — в голосе явно чувствовалась злость.       — Планы поменялись. Нужна машина.       Его ребята уже обходили убитых, обшаривая карманы да брошенные сумки. Я же осматривал припаркованный за следующим домом джип. Ключи были в зажигании, похоже сбежать всё-таки они попытались бы. Сел на водительское сиденье, с шумом хлопая дверью. Завёл мотор и меня отвлек Расс, опустившийся на соседнее сидение.       — Ещё пара человек не помешает, — прокомментировал его поступок. В ответ он лишь кивнул и подозвал троих, объясняя ситуацию.       — Стволы при себе? — дождавшись кивка, я рванул с места, оставляя место боя на остальных.

***

      Выруливая на трассу, до упора вдавил педаль газа. Проезжающие яростно сигналили мне, окатывая отборным матом. Я не слушал никого, кроме Расса. Он держал связь с Али, она в ответ не прекращала следить за машиной, в которой везли Сару. Чтобы перехватить их, мне просто необходимо было гнать выше дозволенно. На спидометре стрелка в конвульсиях пересекала отметку в сто пятьдесят. Я обогнал ещё пару машин, Расс, перекрикивая шум, указал на съезд. По тормозам…       Никакие препятствия, патрули или полиция не смогут помешать мне спасти мою дочь. Я не мог забыть её страх, промелькнувший в том окне. Неважно, что случится со мной, она должна выжить. Любой ценой. Я посмотрел на Расса.       — Что там?       — Направо, дальше скажу. Будет въезд к морю, — бросил он, выслушав указания Али.       — Там частный сектор. Наверняка территория охраняется.       — Обойдём и спустимся к морю через другой участок…       Звонкий гудок перекрыл часть фразы Расса. Соседний автомобиль шёл вровень, а мужчина за рулём скалил зубы, оттопырив средний палец.       — Сам козёл! — проорал я водиле, готовый пристрелить его наглую морду.       — Кир, остынь, — в ответь рявкнул Расс. — Поворот!       Я вырулил, сворачивая на соседнюю улицу. Ещё только рассветало, но солнце уже опаляло своими лучами, заставляя щуриться.       — Этот дом, — прокомментировал Расс. Кованные ворота с красивыми узорами бликовали светом, где-то разъярённо лаял пёс. Остановился через пару домов. Молча вышли, чтобы оценить обстановку. Высокий деревянный забор, впрочем, не был препятствием.        — Доберемся через этот участок до берега. Вертолетная площадка стоит над водой. Ни подойти, ни расстрелять не получиться. Всё время с Сарой будет кто-то из них. Если и покончить с ними, то только тогда, когда она сядет в вертолёт. У нас будет пару секунд. И я не согласен на поражение. Ясно?       Они переглянулись и мы двинули сквозь участок. Огромный дом занимал большую часть. Пригибаясь, мы прошли с одной стороны, выходя к заднему двору. Звонок отвлек меня и я поздно заметил старика. Он выходил из дверей, что-то держа в руках. Побросав вещи, мужчина кинулся вглубь дома.        — Я за ним, вы идите дальше, — успел крикнуть, вбегая за ним. Сейчас он лишь задержит нас, если вызовет полицию. Я рванул в соседнюю комнату, прислушиваясь к шагам. Шорох был прямо за стеной. И я резко вынырнул, как раз успев выбить из рук мужчины телефон. Отбросил трубку ногой подальше и ударил наотмашь по лицу. Он со стоном упал на пол рядом с кроватью.        — Берите, что хотите.       — Просто заткнись, старик. У меня дело не к тебе, а к твоим соседям. Будешь вести себя хорошо, завтра проснёшься бодрым и свежим. И живым.       Вместо ответа он достал из-под кровати дробовик и выстрелил. Боль пронзила ногу. Меня больше удивило, чем разозлило произошедшее. Трясущиеся руки незнакомца и отчаянное выражение лица не должны были меня остановить. С силой двинул ему в висок, надеясь, что не пришиб ненароком.        — Мудак, — проговорил я, перетягивая ногу ремнём. Уже во дворе заметил труп собаки. Похоже день не только у меня не задался.       Расс с остальными были около берега, осматривая площадку в десяти метрах. Между нами стоял забор, пара охранников, которые услышав треклятый выстрел, осматривали местность. Я присел рядом, стараясь не отключиться от боли.       — Это что? — в панике спросил Расс, указывая на рану.       — Издержки дружбы с тобой.       — Не только, — прошептал отцовский голос прямо рядом. Я машинально повернулся, хотя понимал, следствием чего был этот голос. — Это вся жизнь рядом с ним. Твоё присутствие делает твою семью уязвимой, подвергает опасности.       Со злости хотелось расшибить голову от такой навязчивости.       — Твоя дочь пострадает. Если не сейчас, то позже. Не этому я учил тебя…       — Хватит с меня, — шептал я. — Пора прекратить это!       Расс отттянул меня за плечо.       — Ещё рано, скоро они подъедут. Мы снимем их отсюда, пока они обходят вертолёт.        — Заодно и дочурку прихватят, — смеялся призрак. Я же молил, чтобы мне осталось сил закончить этот кошмар.       — Семья превыше всего, сын…       Не знаю кто это сказал, я или он, но тут к берегу вышла группа людей. В центре шла Сара, в своём грязном платье и оборванных колготках. Мне приходилось отсчитывать её шаги, чтобы не сойти с ума от ожидания. И вот…       Щелчок дверцы раздался за ней. Будто в замедленной съемке, я выстрелил в одного из мужчин. Второй скрылся за корпусом вертолёта, не давая возможности попасть. Расс и остальные уже перепрыгнули ограждение и отстреливались около крытой беседки. Мне оставалось сделать тоже самое. Сердце, готовое лопнуть, долбило рёбра, как сумасшедшее. Боль застилала глаза, пока я переносил вес. Коснувшись земли, ноги подкосились, не давая сориентироваться. Я упал, краем глаза отмечая, нескольких похитителей, бежавших к вертолёту. Словно пух, они опадали под выстрелами моего вальтера. С трудом я поднялся и увидел, как последний из ублюдков размахивает руками около летчика. Страх потерять дочь окатил меня. Я застыл, не соображая происходящего. Пилот вскинул руку и прозвучал последний выстрел…       Пытаясь отдышаться, я подбежал к вертолету и с размаху открыл дверь. Сара в ступоре разглядывала меня, но взгляд приковывал мертвец.       — Привет от Али, — улыбнувшись, проговорил пилот. Мне хватало ума, чтобы не задавать вопросов. Я помог Саре вылезти и обнял, на секунду забыв обо всём. Расс уже был рядом и вытаскивал тело, давая возможность пилоту улететь. Мне же оставалось лишь унести её подальше, насколько хватало ранение. Нога болела адски, а порез на руке выглядел скверно. Я опустил малышку на землю. Остальные уже подходили, Расс неподалеку осматривал убитых. Его обеспокоенный взгляд не давал мне покоя. Он уже о чём -то разговаривал с подчинёнными.       Что ещё нужно было ему? Чего ещё не хватало здесь? С трудом поднявшись я направился к нему, стараясь не обращать внимания на боль. За спиной рыдала Сара…       Схватил его за грудки, сминая все мысли и заставляя смотреть прямо на меня. Одно я знал точно — меня достал Расс!       — Я покончу с тобой. Со всем, что связывает нас.       — Кир, послушай, — он обнял меня, жёстко держа обеими руками.       — О чем? Что нас ждет в будущем? — я попытался оттолкнуть его.       — Всё закончилось, Кир. Мы выиграли.       — Нет! Это ты победил. Это у тебя всё закончилось. И очень даже неплохо я скажу!       Он подошёл ближе, но я отшатнулся. Перед глазами стояла хрупкая фигура дочери, сидящей неподалеку.       — Твои враги мертвы. Ты отомстил им за всё. Только так больше продолжаться не может, — я облизал иссохшие губы. Всё бы отдал за стакан воды… — Твои враги теперь должны быть только твоими. Не твоей группы, ни Миры и, тем более моими, они не станут.       В голове ярко вспыхнуло чувство, от которого стало легче.       — Я! НЕНАВИЖУ! ТЕБЯ! — процедил эти слова, выплевывая все чувства, которые копились долгие годы. — Ты отравил всего меня, мою жизнь, мою семью. Ты так крепко врос, что иногда я не понимал, где заканчиваются мои мысли и начинаются твои. Но я всегда думал, что понимал тебя. Твои решения и действия были мне понятны и, казалось, что и твои мысли были мне кристально ясны.       — Кир… — в глазах Расса отражались блики. Я ощущал странную тяжесть в горле. Было непонятно то ли меня душили, то ли я тонул.       — Посмотри, кем я стал. Отцом? Лучшим другом? Любовником? — мы стояли с ним в тишине. Жуткой, подавляющей и невыносимо осязаемой.       — Я стал монстром…       Расс опустил голову. Хотел ли он что-то добавить или, наоборот, опровергнуть мне неизвестно. После этих слов уже нельзя было вернуть Расса в моё сердце. Оно разрывалось на части, протыкаемое всеми воспоминаниями, что связывали нас. Я развернулся и, подняв Сару, направился к выходу. Разрушения, оставленные мной должны здесь и остаться.       Сухой утренний воздух щекотал ноздри. А морской бриз лишь разворошил неприятные чувства. В конце концов…       Меня уже не волновал Расс. Я похоронил его в этом месте вместе с собой…