Слезы мрака

Мрак впервые заплакал.

      Я не хотела ничего думать. Как ошпаренная я взлетела на свой этаж, как можно скорее открыла замок, и увидела... Улыбающуюся Кэрон, немного виновато глядя в мои испуганные глаза. Приоткрыв рот, пошатываясь, я ввалилась в квартиру, взяла за плечи девочку и начала ее трясти, пытаясь вытрясти правду о том, что происходит.       Внезапно я осознала, что мои руки сжимают пустоту в безлюдной квартире. Зрачки сузились, а тонкие пальцы впились в ломкие черные волосы, словно норовя их вырвать. Душа пятнадцатилетней девочки надрывалась в крике отчаяния, пока темнота пыталась утешить ее, роняя на грязный паркет свои холодные, грустные, но вместе с тем и прекрасные слезы.       Держа в дрожащих руках браслет с алыми пятнами на нем, я брела по следу от колес машины, по-видимому недавно проехавшей здесь. Мягкие хлопья снега оседали на грешную землю, заметая единственную нить к Кэрон. Почему ее ранили и увезли? Мне было больно смотреть на ту лужу крови, следы от мужских ботинок и от злосчастных колес автомобиля, будь он проклят. Полиция, криминалисты? Если вызвать сюда полицию, половину района повяжут, если последние не успеют застрелить блюстителей порядка.       Мои ноги совсем онемели от холода, а пальцы рук я и подавно плохо чувствовала. Я потеряла ориентацию во времени, просто несясь по слабому следу и сжимая в руке драгоценную частицу первого моего счастья за все эти годы. Несомненно, по холоду долго бежать неприятно: горло раздирал холодный вдыхаемый воздух, ноги вязли в снегу, а глаза болели от яркости отражаемого света "белым покрывалом" земли. Но несмотря на все эти мелочи, меня подгоняло одно имя. Кэрон. Но и мои силы не вечны... Прислонившись к заснеженному дереву, я пыталась сфокусировать зрение, как...       Машина стояла напротив, два существа потирали окровавленные руки, а на снегу сидела девочка с черными волосами и грустно улыбалась мне. С автомобиля на белый снег продолжала капать свежая кровь. Багажник открылся, и там виднелись бледные части тела, покрытые гранатовым соком, а с края свисала красивая черная косичка.       Двое убийц застывшими глазами глядели на серое небо, пока их шеи украшали по одному глубокому надрезу. - Кэрон... прости...       Душа измученной девочки обняла меня, роняя невидимые слезы мне на одежду, как и при встрече. - Мамочке с папочкой не было больно? - Нет, дорогая, милая, милая Кэрон...       Моя подруга еще раз тяжело улыбнулась, махнула рукой, и растворилась в воздухе, возносясь ввысь. А я еще долго смотрела ей вслед, стоя на январском, пропитанном жестоким убийством снегу, пока с моего пальто стекала кровь тех самых двух существ, совершивших непростительный грех.