All kind of stuff

Письмо было от Лизы... Петир долго вертел его в руках, прежде чем решился открыть. Её письма в последнее время были тяжелыми и душными. Её титул и положение леди Долины давно уже больше не забавляли Лизу. Её муж, судя по всему, вызывал у неё лишь досаду и раздражение. А неудачная беременность и появление мертворожденного ребенка, случившиеся подряд, окончательно пошатнули её душевный покой. В ней стала проявляться не свойственная ей раньше спесивость, брюзгливость и горькое презрение к счастью других. Её дорогой Петир оставался единственной её отдушиной. Она стала писать ему чаще, и что-то подсказывало ему, что лорд Аррен не знает об этой их тесной дружбе. Письмо было обычным потоком жалоб: на мужа, слуг, погоду, здоровье... И на сестру. Её сестра осмелилась прислать ей известие о том, что недавно удачно разрешилась от бремени вторым ребенком, подарив лорду Эддарду дочь. Как могла бесчувственная Кэт так откровенно радоваться своему счастью, зная о горьком положении Лизы? Петир долго сидел с письмом в руках, перечитывая эти две строчки. Второй ребенок, дочь... Кэт родила Старку второе дитя... Он ясно видел её бледное лицо, покрытое испариной, но улыбающееся. Она держала в руках маленький пищащий сверток. «Это девочка, милорд,» - говорила она слабым, счастливым голосом,- «У вас дочь.» Снег мягко кружился вокруг... Работа на таможне в Чаячьем городе отнимала всё время и силы. Целыми днями он встречался с разными людьми: капитанами, торговцами, контрабандистами, — разговаривал с каждым, вникал во все детали, находил решения и приходил к взаимовыгодным соглашениям. А вечерами, сидя за столом в своих покоях и потягивая вино, он снова видел её лицо. Солнце ярко светило сквозь ставни, в комнате было жарко, за окном слышны были крики чаек. У неё было усталое лицо, покрытое испариной. «Это девочка, милорд,» - говорила Кэт, рыжие локоны искрились на солнце и улыбка её цвела, - «У нас дочь, Петир...» Он закрывал глаза и видел это так ясно! Так должно было быть. Она должна была стать его и рожать детей ему, а не этому неотёсанному северянину. Она не может быть счастлива с ним, не должна быть счастлива среди вечных снегов и холода, среди грубых, жестоких людей, так далеко от весенних садов Риверрана, от роз и незабудок, от быстрых рек и тихих заводей в камышах... Пусть даже она и не любила его. Но она могла бы полюбить! Если бы только дала ему шанс... «Это не справедливо, Петир,» - писала Лиза, - «Кому-то достается всё счастье, а кто-то разлучен со своим любимым. Как можно радоваться жизни, когда рядом два влюбленных сердца так страдают? Это несправедливо!» «Это несправедливо!» - повторял он себе глядя в потолок, залпом осушая очередной кубок вина. «Это несправедливо!» - увеличивая втрое поборы с богатых и высокомерных купцов. «Это несправедливо!» - яростно впиваясь в губы своей любовницы, сильно сжимая её в своих объятиях. -Вы получили очередное письмо от вашей покровительницы, Петир? - спрашивала она усмехаясь, - Вы сегодня очень злы. Вы искусали мне все губы! Он упирался взмокшим лбом в её плечо, белые следы от его пальцев оставались на её руках и тёмные следы от его поцелуев на её шее — пусть её муж видит! -Это несправедливо, - говорил он ей горьким шёпотом. Она гладила его по голове. -Мой милый, хороший мальчик! - шептала она ему на ухо, укачивая как ребенка, утешая в своих руках, - Жизнь не похожа на песню, она полна несправедливости. Разве вы этого еще не узнали?