Я ведь хочу стать тебе другом...

Эскорт медленно въехал в стены Стохесса. Кареты передвигались колонной в сопровождении Военной полиции. Я приоткрыла занавески на окнах и посмотрела наружу. Курсанты полиции стояли, отдавая честь, но как-только кареты проезжали мимо, легкой рысью убегали вперёд. Так продолжалось в течение часа. От моего взгляда не скрылось то, как Энни Леонхарт шмыгнула в проулок; пока что всё идёт по плану. Но это лишь малая часть, впереди будет ещё сложнее. — Мила, перестань, — строго проговорил Эрвин, — хватит смотреть на улицу, и так слишком много глаз. Кто-нибудь может и заметить, — Смит одарил меня суровым взглядом, сдвинув брови к переносице. В этой карете находились я, командор и Леви. Мы ехали самые первые. Следом двигался Жан, замаскированный под Эрена и пусть судьба будет сегодня к нам благосклонна и наш обман не раскроется раньше. Смит и Аккерман были напряжены. Я понимаю их чувства, сегодня на кону судьба человечества и жизни невинных людей… Разведкорпус просто сотрут с лица земли, если будет произведена хоть одна ошибка. Я отодвинулась от окна, скрестила руки на груди и устало прикрыла глаза. Впервые за все годы службы я захотела, чтобы всего этого не было. Чтобы закончилась война, чтобы перестали погибать люди… как невинные, так и солдаты, поклявшиеся своими жизнями защитить население от гигантов. Но… видимо, я слишком многого хочу… слишком… Я тяжело выдохнула и едва на свалилась с сидения — меня вовремя поймал Смит. Я с недоумением на него посмотрела и поняла, что кареты остановились. Выходит, Энни трансформировалась, находясь на улице, а полиция это заметила… Походу что Эрвин, что Леви, даже не собирались сдвигаться с места. Я опять приоткрыла занавеску: снаружи сновали солдаты Военной полиции, на их лицах были отпечатаны страх и растерянность. До ушей начали доходить звуки гулких ударов, сотрясающих землю. Женская особь громила город. — Пора, — тихо проговорил Эрвин и вышел из кареты. Я и Ривай переглянулись, после чего последовали за командором. По улице бегали солдаты. Командующий Военной полицией Найл стоял к нам спиной и крутил головой по сторонам. Одна его поза говорила о том, что он был растерян и перепуган. — Что происходит? — до моих ушей дошёл дрожащий голос Дока. Мужчина вскинул голову и обратился к солдатам, стоящим на крыше здания. — Команда поддержки, это оставьте нам! Сходите проверьте! Один из полицаев поднял меч и ответил: — Да, сэр! — три солдата на УПМ полетели в сторону центральной площади. — Это странно… — пробубнил себе под нос командующий, — тот взрыв и… Эрвин, стоявший и наблюдающий всё это время за его метаниями, решил подать голос: — Найл, отошли своих солдат! Вероятно, это титан, — спокойно добавил командор. — Что ты несёшь? — Док повернулся к нам. По его вискам стекали капли пота и весь его вид говорил о том, как был перепуган мужчина. — Это стена Сина, тут не может быть титанов! В этот момент из кареты, которая стояла сзади нас, чертыхаясь и проклиная всё вокруг, выпрыгнул Жан. Мы с Леви одновременно обернулись. К Жану на всех парах подлетел солдат и схватил его за плечи. — Стоять! — прокричал полицейский и пару раз встряхнул Кирштейна. — Не двигаться, Йегер! Клянусь, в этот момент Жан просто испепелил взглядом несчастного солдата. Кирштейн ловко вырвался из рук полицейского и скинул с себя парик. — Достало играть в переодевания! — злобно прорычал Жан. Из-за всех его действий солдат, со всхлипываниями, отошёл на пару шагов назад. — Не зови меня больше так, козёл!!! — прокричал Кирштейн и подбежал к Эрвину. — Командир, я тоже пойду! — твёрдо проговорил парень, смотря в глаза командору. — Возьми снаряжение у группы 4, — спокойно ответил Смит. — Да, сэр! — Жан накинул на себя плащ. — Боевой дух это хорошо, — проговорил Аккерман, обращаясь к Кирштейну, — но не забудь остаться в живых. — Да, сэр! — парень с высоты своего роста посмотрел на капитана, а после перевёл вопросительный взгляд на меня. — Вперёд, Жан, и помни — ты пообещал мне выжить, — я внимательно посмотрела в глаза солдата. В них бушевала буря из уверенности и желания жить. — Есть, мэм! — Кирштейн отдал честь и помчался вперёд. Найл с широко раскрытыми глазами наблюдал за всеми этими действиями. Когда шок прошёл, командир Военной полиции обратился к Смиту. — Эрвин, что за?.. — Доку не дали договорить. Сзади него приземлился солдат Разведкорпуса и, неся в руках огромный чемодан, подбежал к командору. — Командир, держите! — он опустил кейс, в котором покоился привод пространственного маневрирования Эрвина. Смит, поблагодарив солдата, в считанные минуты вооружился УПМ, даже не обращая внимание на крики Найла. Мне, откровенно говоря, было смешно наблюдать за поведением Военной полиции. Не знаю, то ли во мне говорила жестокость солдата, отслужившего в легионе Разведки десяток лет, то ли всё действительно так запущено. Многие полицейские были захвачены паникой, почти все войска не знали, что делать, а командиры и командующие не могли отдавать нормальных приказов. Они с каждым содроганием земли тряслись всё сильнее. Ей Богу, как-будто маленькие трусливые животные, которых посадили в клетку, чтобы забить палками. Трусы и тряпки… и ведь они считаются элитными войсками, способными защитить население. Смешно! Да они, увидев титана, обмочились и не знают, в какую дыру им прятаться… — Мобилизация всем боеспособным солдатам! — прогремел голос Эрвина на всю улицу. — Мы должны поймать женщину титана! — Смит спокойным шагом двинулся вперёд, но тут же столкнулся лицом к лицу с Найлом. — Эрвин, стой! — Док, сняв оружие с предохранителя, направил ствол в лицо командора. Его примеру последовали другие солдаты. В итоге нас троих окружили. В случае чего, это мои последние минуты жизни… Я выдохнула и спокойно посмотрела в ствол ближайшего ко мне оружия. Напротив меня стояла девушка и дрожащими руками держала винтовку. Она вела себя так, будто перед ней стояли не безоружные люди, а титаны. Да уж… не думала, что в Военной полиции всё настолько плохо… — Ты сейчас устраиваешь натуральное восстание против короля!!! — прокричал Найл, сверля взглядом Эрвина. — Нет, — ответил за командора Леви. Его тоже возмущает поведение полиции. Только капитан всё это тщательно скрывает. — Или твоя голова пуста, как этот ствол? Похоже ты даже понятия не имеешь, что творится. — Сними снаряжение, Эрвин! — продолжал надрываться Док. Они продолжали сверлить друг друга взглядами. Игра в молчанку длилась минут пять и оказалась прервана огромным взрывом. Ярко-желтая молния взвилась вверх и осенила небо адским пламенем. Земля содрогнулась. Солдаты испуганно закричали, а Найл повернулся на свет. — Ну что на этот раз?! — больше от безысходности, нежели от удивления прокричал Док. Яркие вспышки погасли так же неожиданно, как и появились. Повисла секундная тишина, но её стали заглушать тяжёлые гулкие шаги, после которых последовал такой же глухой, но, в то же самое время, громки удар и неистовый рёв гиганта. Эрен трансформировался и нагнал Энни. У него получилось. Титаны громили Стохесс. Каждый удар гигантов сотрясал землю и разрушал здания, рёв Эрена заглушал все звуки вокруг. Йегер не на шутку был разозлён. Это было понятно: и по силе ударов, и по его неистовым крикам. Солдаты, окружившие нас, с ужасом оборачивались на звуки. Это продолжалось в течение десяти минут. Всё это время я пыталась перепугать девушку, которая либо целилась в меня, либо со всхлипами смотрела в сторону доносящихся звуков. — Рядовой, — я обратилась к девушке. Она в очередной раз опустила ствол винтовки, но тут же, услышав моё обращение к ней, снова прицелилась. — Отставить вертеть головой! Я ведь тоже могу напасть… — я хитро оскалилась, а солдат, всхлипнув ещё громче, поставила палец на курок. — Мила, перестань, — тихо проговорил Леви, — нас и так могут застрелить. В этот момент к Найлу подбежали ещё два солдата из группы поддержки. — Командир, сэр! — один из них обратился к Доку. — На главной площади два титана сражаются друг с другом, — голос рядового дрожал, в принципе, как и он сам, — они движутся к восточной стене. — Титаны сражаются между собой?.. — переспросил Найл. Он удивился сильнее, чем в предыдущий раз. — Да, — последовал ответ уже от другого солдата, — городу нанесён колоссальный ущерб. Огромные потери понесли жители и солдаты… — уже тихо добавил рядовой. Найл, пару раз качнув винтовкой, снова нацелился на Смита. В его глазах плескалась ненависть, злость и страх. — Эрвин, — прокричал Док, — это всё часть твоего плана??? — он сверлил взглядом командора. — Верно, — твёрдо ответил ему Смит, — я принял такое решение и извиняться не собираюсь, — каждое слово он выговаривал чётко и непоколебимо. В этот момент я увидела его истинное лицо. Эрвин жесток, его не беспокоят смерти мирных жителей. Он поставил себе цель и переступит через каждый труп, даже если их будет тысячи, чтобы достигнуть её. Найл, по прежнему уничтожая взглядом Смита, приблизился к нему вплотную и схватил за грудки. — Ты должен был предусмотреть последствия подобных действий внутри города!!! — крик Дока начал переходить в хрип. — Зачем? Зачем ты это сделал??? — прогремел последний, можно сказать, вопль Найла, после чего воцарилась тишина. Ветер свистел между зданиями, вдали слышались звуки борьбы двух титанов и крики мирных жителей, а на город опустилась тень. Серые холодные облака закрыли собой такое же холодное и безжизненное солнце. Но командор молчал недолго. Собравшись с силами, он, не проигрывая в борьбе взглядов, ответил: — Для победы. Победы человечества. — Враньё!!! — вновь прокричал Найл и направил дуло винтовки в лицо Эрвина. — Ты предатель!!! Я могу пристрелить тебя прямо сейчас и никто мне ничего не скажет!!! Я и Леви смотрели на это, казалось бы, безэмоционально, но в этот момент во мне бушевал ураган. Ураган ненависти к Военной полиции. Эти трусы только и могут, что хвалиться своей шикарной жизнью внутри третьей стены. А так от них нет никакой пользы. Вот, кто действительно отжирается на людских налогах и смывает это всё в канализацию. Вот так взять и защитить человечество они не в силах… трусливые псы. Я только хмыкнула себе под нос. — Хорошо, — последовал ответ от Эрвина, — тогда принимай командование, — глаза Найла от удивления расширились, а командор продолжал с той же интонацией, — не дай женщине титану сбежать. Пэл возглавит атаку, Вайдлер следит за снаряжением. С их помощью прижми женщину титана к восточной стене… — Стой! — Док выставил вперёд руку, показывая Смиту, чтобы тот замолчал. — Стой, — повторил Найл, он был растерян, — а ты точно уверен, что это поможет нам? — Я верю, что это шаг вперёд, — спокойно продолжил Эрвин. Глаза командующего Военной полицией трусливо пробежали по сторонам, остановились на нашей тройке и только тогда, Найл отдал приказ своим солдатам, чтобы они опустили оружие. — Освободить его! — Док отдал приказ своему солдату. — Есть! — прокричал в ответ парнишка и с товарищем подбежал к Эрвину. — Всему личному составу, — голос Найла прогремел на всю улицу, — наша задача: спасение мирного населения! — Так точно! — отдали честь солдаты и разбежались в разные стороны. — Эрвин, — взглядом, полным отчаяния, умоляюще посмотрел на Смита Док, — пусть трибунал выносит тебе приговор. — Как только это закончится — само собой, — ответил Эрвин и посмотрел на Ривая, который собрался уйти отсюда. — Леви, останься. Там достаточно ненужных смертей. Аккерман твёрдым взглядом из-под нахмуренных бровей посмотрел на командора. — А я это ненавижу, — так же твёрдо и жутко ответил Леви, — и неважно чьи они, — после чего пошёл к карете, в которой находилось наше с ним обмундирование. Я последовала за ним. — Мила, — окликнул меня командор, — а ты куда собралась? Я остановилась и сжала кулаки. Было дикое желание подойти и дать Смиту пощёчину, но этого себе позволить нельзя. Поэтому я обернулась и тихо ответила: — Там члены моего отряда, это первое. А второе, — сделала паузу и злобно оскалилась, — вы же сами приказали мне сопровождать капитана. Вот я и выполняю приказ, — на этих словах я поспешила нагнать Леви. Спиной чувствовала, что эта выходка аукнется наказанием, но в данный момент это не важно. Важно то, что я вернусь на поле боя к своим детям. Дойдя до кареты, мы достали чемоданы с УПМ и быстро вооружились. Рычаги привода привычным холодом легли в ладони и я, нажав на кнопки, поднялась на крышу ближайшего здания. Леви последовал моему примеру, но приземление далось ему тяжело. Он скорчился от боли и потёр левую ногу. — Всё ещё болит? — я внимательно посмотрела ему в глаза. — Не так сильно, как раньше, — он одарил меня ответным тяжёлым взглядом, — идём. Нам нужно спешить, — Ривай, выпуская тросы, полетел к восточной стене Стохесса, откуда доносился рёв двух титанов. Во всю выпуская газ, мы летели к стене. Грохот становился всё громче, рёв Эрена становился всё более жестоким. Мы приземлились на одно из параллельных зданий, стоящих рядом с тем, на котором находились мои курсанты и Ханжи. Энни лежала под Эреном, а Йегер, одним ударом, снёс ей голову и оторвал свою кисть. Рука Эрена отлетела в сторону и вцепилась в мост, на котором стоял Эрвин и с ненавистью смотрел на титана женской особи. Йегер стал наклоняться к шее Энни. — Совсем обезумел… — тихо проговорила я, — он же её сейчас съест, — я обернулась на Ривая, но его уже и след простыл. Ещё и капитан куда-то делся… я лихорадочно стала выискивать его взглядом. Аккерман оказался на высоте тридцати метров; он висел на тросах на стене и наблюдал за действиями Эрена. Йерег вырвал кусок шеи и на секунду остановился взглядом на Энни, после чего их тела стали светиться ярко-голубым светом. Вновь послышался неистовый рёв, только в нём чётко отслеживались ноты боли. Они сливаются?.. От ужаса я не заметила, как оказалась на земле и бежала в сторону титанов, что-то крича Эрену. Только он не слышал. И никто не мог этого услышать. Слишком громким был рёв титана одиночки… Выше Эрена показалась фигура, которая молнией опустилась на шею Йегера и распорола ложбинку. Это был Ривай. Он в самую последнюю секунду вытащил Эрена, что-то говоря ему. Я с облегчением вздохнула и остановилась. *** Легион Разведки окружил испаряющиеся тела титанов и Энни, закованную в кристалл. Микаса держала Эрена, чтобы парень не лежал на холодной земле и тревожным взглядом осматривала его. В этот момент глаза парня открылись. — Эрен… — удивлённо смотря на своего друга, проговорила Аккерман. — Микаса, — тихо позвал девушку Йегер, — где Энни? В ответ на это рядовой опустила глаза. До ушей дошёл противный скрипящий звук металла. Я обернулась и увидела, как Жан пытался пробить кристалл мечом. Лезвие доломалось уже до рукояти, но парень не останавливался. — Дерьмо… что за дела? После всего такой вот ответ, Энни??? — кричал Кирштейн. — Вылезай!!! Вылезай и покончим с этим!!! Все солдаты наблюдали за его метаниями, а я решила к нему подойти. — Это несправедливо, Энни!!! Энни! Энни!!! — надрывался солдат. Он ещё раз замахнулся, но его схватил за плечо Леви, который успел дойти раньше меня. Жан обернулся и встретился взглядом с капитаном. — Хватит, — твёрдо проговорил Ривай, — бесполезно. Кирштейн опустил руку и тихо всхлипнул, по прежнему смотря на белокурую девушку в кристалле. — Сделайте сети! — прокричала Ханжи мне на ухо. — Свяжем её и унесём под землю! — Так точно! — ответили солдаты из отряда Зое и разбежались в разные стороны. Майор так же посмотрела на Энни. Я до сих пор не могу понять… что толкнуло такую девушку на эту скользкую дорожку? Зачем она убила стольких людей? Во имя чего? Её нельзя назвать плохой или хорошей, каждый человек грешен настолько, насколько он сам себе это позволил, но… Энни Леонхарт, какого чёрта??? Зачем??? Зачем ты это делала? О чём ты думала в эти моменты?.. — О чём?.. — шёпотом проговорила я и вызвала в свою сторону вопросительные взгляды. Тихо цокнув языком, я последовала за Риваем, который хромая шёл в сторону Эрвина и отряда Военной полиции. Если мы не получим ответы на вопросы, эту миссию можно считать проваленной. Тогда легиону Разведки придется туго… нас могут расформировать и отправить под трибунал… и я не представляю, кому надо молиться, чтобы суд выдвинул смертный приговор… потому что гнить в тюрьме до конца жизни не хочется никому… Мы опять ничего не добились. Это не стоило всех смертей, которые сегодня понесло население… предательская боль снова пронзила сердце. Я прижала ладонь к груди и продолжила идти за Риваем. Как-только мы поравнялись с Эрвином, Леви начал диалог с командором. — Миссию успешной не назовёшь… — тихо проговорил Аккерман. — Отнюдь, — твёрдо ответил Смит, по прежнему наблюдая за действиями своих солдат, — мы обеспечили существование Разведкорпуса. Пускай и с большим трудом. — Уж надеюсь, — Леви отвернулся от командора. Я тоже надеюсь, что мы ещё сможем существовать и продолжать бороться со смертельной угрозой. Надеюсь, что в наших руках, которые держат мечи, сохранятся жизни оставшихся на Земле людей. Надеюсь, что, рано или поздно, человечество избавиться от оков и страха прошлого. Нужно только немного времени. Я верю, что конец войны близок… Тяжело вздохнув, я обернулась на легион Разведки: солдаты сновали с сетями и цепями, заковывая в них Энни, Жан и Армин продолжали наблюдать за этими действиями, а Микаса ни на миллиметр не отодвинулась от Эрена. Иной раз мне кажется, что она любит его не как сводного брата…, но это будет уже другая история… надеюсь… — Командор Эрвин, — обратился к Смиту один из солдат Военной полиции, — вы обязаны пройти с нами. Эрвин кивнул и последовал за полицейскими. Леви удивлённо на это посмотрел и обернулся на меня. Я в ответ только пожала плечами. — Капитан Аккерман, капитан Раймер, — подал голос Найл, — вы так же обязаны пройти за нами. Строй начал сопровождать нас к штабу Военной полиции. Как я поняла, нас там уже ждали… и далеко не с распростёртыми объятиями. *** Это нельзя было назвать судом, я не знаю, какие слова подобрать к тому, что происходило с членами легиона Разведки, которых по очереди допрашивали. В тёмном кабинете сидели несколько судей, два представителя от церкви стен, представители торговцев и Военной полиции. — Капитан Раймер, — обратился ко мне мужчина с бородкой, — как вы считаете, действительно человечество сделало шаг к победе, по результатам этой миссии? Я молча посмотрела в глаза этому человеку, а потом осмотрела остальных присутствующих. Все требовательно на меня смотрели, в ожидании ответа. Чего они добиваются? Неужели правда хотят расформировать Разведкорпус? — Капитан Раймер, почему вы молчите? Я выдохнула и ответила: — Не привычно отвечать такому количеству людей. — Так может, вам привычнее делать что-то другое с большим количеством людей? — мужчина повёл бровью, а я едва сдержалась, чтобы не плюнуть ему в лицо. — Никак нет, — ответила как можно спокойнее, — да, я действительно считаю, что человечество многого добьётся, нужно только время, чтобы узнать ответы на некоторые вопросы. — А с чего мы должны вам верить? — на ровном месте взвился пастор Ник. — Господа присяжные, как вы можете верить словам бывшей куртизанки, которая своим поведением оскверняла священные стены??? Я только смогла прожечь его взглядом. Верующая мразь, ты-то откуда знаешь о моём прошлом??? Чтобы как-то сдержать порыв гнева, я сцепила ладони в замок. Это просто манипуляция. Они хотят любыми способами уничтожить легион Разведки. Но лично я им этого не позволю… — А какое дело имеют мои действия десятилетней давности к настоящему? — напрямую задала вопрос священнику. — Грешным душам верить нельзя!!! — А как давно вы перестали быть грешным? — я наклонила голову на бок. — Ах ты! — Ник подскочил на стуле. — Довольно! — оборвал его мужчина с бородкой. — Успокойтесь, пастор, это действительно не имеет никакого значения. О ваших стереотипах и запретах поговорим потом. Капитан Раймер, — посмотрел мне в глаза мужчина, — а если мы расформируем Разведкорпус? Что вы на это скажете? Вопрос явно с подвохом. И более чем странно то, что всё это происходит при Эрвине… чего они добиваются?.. — Тогда вооружайтесь сами и сами защищайте население от титанов. У меня всё, — я отвернула голову в сторону, показывая, что у меня нет желания отвечать на их глупые вопросы. — Ответ такой же, как и у капитана Леви… — протянул мужчина, — вы свободны. Я вышла из кабинета и пошла к концу коридора, где находился выход на балкон. Как-только я оказалась на свежем вечернем воздухе, я со всей силы ударила кулаком в колонну. Это действие отразилось резкой болью в руке и правой половине спины. Всхлипнув, я, обнимая колонну, съехала на пол, уткнувшись носом в колени. Этот мир поглотило безумие. Оно овладело каждым и единственные, кто остаётся в здравом уме, это мы — солдаты легиона Разведки. А эти идиоты ещё и прикрыть нас хотят… мрази… — Мила, — из страданий меня вывел спасающий голос Леви. Оторвавшись от колен, я посмотрела на капитана. Он на корточках сидел передо мной. Надо же… я опять его не заметила. Видимо, он уже стоял на балконе, когда я сюда выскочила. Капитан встал и протянул мне руки. — Первый раз, за последние пять лет вижу тебя в таком гневе, — я поднялась, а Леви продолжал смотреть на меня с высоты своего роста. — Тебе тоже задавали глупые вопросы? — Более чем глупые, — я не выдержала натиска сегодняшнего дня и уткнулась носом в грудь капитана, — Ривай… — я снова всхлипнула, — что дальше? Как нам быть? Ведь, если мы не узнаем правду, мы не сможем победить… что с нами будет дальше?.. На мои голову и талию опустились ладони Леви. Он сильнее прижал меня к себе и погладил по волосам. — Я сам не знаю, — тихо проговорил Ривай, — но нам необходимо продолжать действовать. Войну нельзя окончить, не проиграв ни одного сражения. Поэтому мы должны бороться дальше. И не терять ни солдат, ни друг друга… — на этих словах он губами коснулся моего лба. — Мы выиграем эту войну, я обещаю… Фраза Леви эхом отразилась у меня в голове и превратилась в тусклый лучик надежды. Надежды на победу…