may the force be with you

POV Шамир Ара       Все действо состоялось на луне где-то возле Рилота. Нас было трое. Я, еще в звании мастера, мой друг Каджу, которого я знаю с самого своего попадания в Храм, и его ученица, простая девочка с Набу. Вроде бы кот взял меня для имитации боя с ситом - забавно, но мастер-джедай дрался жестоко и беспощадно, как самый настоящий сит... И меч у меня двухклинковый. То, что надо, в общем. На самом деле, это действительно моя специфика, как бы странно это не выглядело. Стиль владения сейбером формируется под влиянием многих вещей, лично мой набор факторов создал агрессивную тактику молниеносных и резких движений с подлыми подсечками и ложными ударами. Ладно, я отвлеклась, прошу меня простить.       После приземления прошло от силы полчаса, мы расположились на крупной поляне посреди леса, схожего с лесами на самом Рилоте. Пока я возилась внутри корабля, Каджу... у него есть полное имя, но я его не помню, хоть ты прибей меня, не помню... Стара мать стала... Ладно. Он всегда для меня был Каджу, кот, кошак... Как-никак друзья. Оба еще пешком под стол ходили, когда подружились... Мне восемь было, а ему пять.       Почти сразу же кот назначил первый раунд. Я должна была драться один на один с его ученицей, звали ее Аиша. Девочка дрожала, как осиновый лист. Она вообще была пугливая и довольно нерешительная, не то что мой Ри'Ано... Этот в каждой бочке затычка, а в рог закатать мог даже мне... Так, я отвлеклась. Не знаю, чего так боялась Аиша - то ли моего меча, то ли меня в целом, хотя я вроде так-то еще очень даже ничего, хахах ... В общем, я старалась ее щадить: не наваливалась на меч всем весом, как обычно, а осторожничала, давала прилично форы для ее контратак... Ну, думала, девчонка отойдет от ужаса и возьмет себя в руки, увидит, что прикончить я ее не собираюсь, и начнет нормально драться.       Собственно, черта с два, как говорится. Бесполезно. У меня было ощущение, что я дерусь со стеной: на мои атаки не последовало никакого ответа, только слабая защита. Девчонка стояла столбом, судорожно сжимая рукоять выставленного вперед сейбера. Каджу тогда жестом остановил меня, подошел к девочке, начал что-то объяснять. Я все не слышала, только какие-то обрывки, да и не понимала, но суть его речи явно сводилась к тому, что тетя Шамир не кусается и всерьез сносить башку тоже не будет. Ну, я, конечно, утрирую. Собственно, этим самым он поставил меня в очень неловкое, я бы даже сказала, обалденно неловкое положение. Аиша вроде немного отошла от ступора, взялась за рукоять меча как следует, во, думаю, сейчас начнет нормально защищаться и нападет наконец. Не знаю, почему, но она вообще по жизни такая скованная и боязливая... рискну предположить, что у нее в глубоком детстве была какая-то сильная психологическая травма, которая ее так изменила. Может, ее и отдали в Храм, чтобы как-то расковать. Хм, не самый лучший способ, но судить не мне, я не ее учитель. Там на самом деле очень темная история, к которой доступа не имею даже я...       Аиша отступила назад, очевидно, для разбега. Я перехватила меч, встала в боевую стойку. Жду, когда она нападет. Боковым зрением вижу, как кошак скребет когтями по дереву, к которому прислонился чуть поодаль от нас, глядя на обеих исподлобья. Нервничает. В конце концов, падаван прыгнула на меня и нанесла грубый, но сильный рубящий удар, который, будь я простым зевакой, с легкостью рассек бы меня пополам. Но я есть я, потому, выставив поперек оранжевого меча Аиши свой левый синий клинок, я погасила приличную часть от общей мощи удара, затем резко развернулась на левой ноге, сбив подсечкой Аишу с ног, и когда девочка свалилась в траву, я имитировала добивающий удар, отсекающий ей голову. Для меня это как механику прикипевшую гайку открутить – раз плюнуть. Помню, как мне самой от учителя доставалось, признаться, он меня как чертенка гонял. Ах, ладно. Девочка же явно расстроилась: сначала долго не вставала, я уж думала, ранила ее ненароком (а я могу), потому наклонилась к ней, спросила, все ли в порядке. Она кивнула и неуверенно поднялась на локтях. Она в принципе очень мало говорила, все к этому уже привыкли. Каджу даже научил ее языку глухонемых, ну, на всякий пожарный, как говорится. Но вот она как-то неуклюже встала, видимо все животом ударилась... Смотрю - а глаза у нее красные и полные слез. Я как вкопанная застыла. Готова была поклясться на чем угодно, что подобное первый раз я наблюдаю. Стоит вроде перед тобой взрослая девчонка и едва ли не навзрыд ревет из-за того, что второй раз проигрывает взрослому мастеру-джедаю в тренировочном бою. Вспоминаешь себя – слезы если и были, то только втихаря, в своей комнате и по большей части уязвленное эго здесь не при чем. А тут причина слез явно не в факте неумения обращаться с мечом в бою под угрозой боли и смерти. Я прямо чувствовала сейчас, как от Аиши несет обидой, пульсирующей вместе с ударами сердца, хоть лицо и оставалось неподвижной маской. Признаться честно, недолюбливала я эту девчонку с самого начала… Из таких обычно ситы выходят, а не джедаи – молчит, как партизан, эмоций на лице одна десятая от единицы, и черт его поймет, что в голове у этой девчонки. Нет, опасаться в одиночку я не стала, сразу предупредила Каджу, что не нравится она мне, и по какой причине. Кот, однако, напомнил мне Ри’Ано, который не нравился никому из Ордена, кроме меня, и на этом мои аргументы иссякли. Ну, на самом деле, мой-то балбес вообще учился у сита до определенного момента, так что… Вы не подумайте, я любя его так называла. Мой первый ученик был из таких, кого надо было пинками гнать к поставленной цели. Черт возьми, я снова отвлеклась. Кхм.       Каджу позвал Аишу, она повернулась к нему, шмыгнув носом, и наконец я оказалась избавлена от ее жуткого пустого и вместе с тем злобного взгляда. Я шумно выдохнула, пока отключила меч и утерла лоб рукой – жара здесь стояла жуткая. Или это мои нервы так на меня действуют? Хах… Впрочем, не суть важно. Пока кот переговаривался со своей ученицей (в душе не чаю, о чем именно, ибо они общались в основном на катарском, в котором я знаю два слова – «кот» и «кыш»), я избавилась от короткой верхней робы и небрежно бросила ее в траву, после чего размяла шею и ненадолго задрала голову к небу - определить примерное время. Признаться честно, как бы я не старалась подавить в себе свои расовые привычки, все равно неумолимая природа инстинктов тянула меня назад. Джедайская роба была для меня настоящей пыткой, потому я все же носила преимущественно открытую одежду с некоторыми этническими мотивами, за что часто получала комментарии Оби-Вана в роде «хулиганка», «давно уже не ребенок», но меня это не особо волновало. Посмотрела бы я на него, если бы на него нацепили рабский наряд и заставили бы танцевать на столе выпивкой перед хаттами, хах. Да что ж такое, меня опять понесло куда-то в сторону. О чем я говорила? Ах, да…       Вот, Каджу переговорил с Аишей, она сглотнула слезы, пошмыгала носом и вроде пришла в себя. Я так вопросительно посмотрела на кота, мол, может того, хватит? Но тот подергал усами и все же помотал головой, нет, значит, продолжать надо. Я вздохнула, отступила назад, снова приняла боевую стойку, жду. Снова боковым зрением вижу, что кошак украшает несчастный фруктовый побег незамысловатыми узорами царапин от когтей. Сильно нервничает. Он вообще принадлежит к тому виду катаров, что очень вспыльчивы и не совсем уравновешенны… Так что это вполне на него похоже. Только не к добру.       Аиша снова шагнула назад, взяла меч одной рукой, во второй, очевидно, начала копить Силу. Я жду, стою на месте в защитной стойке. Ноги устают долго держать тело в одном положении, да и вся ситуация начинает мне уже надоедать. Вдруг девчонка срывается с места, перепрыгивает через меня без особого труда, дает в спину толчок Силы и, провернув меч в руке, наносит сильный рубящий удар. Снова, будь я просто человеком, она бы меня прибила. Однако даже если я и пропустила толчок, ибо не ожидала, что он будет настолько сильным, добить себя я не дала - перекатом ушла от оранжевого клинка, резко вскочила на ноги и сделала Аише подсечку. Думала, она снова грохнется на землю, но не все так просто: она ушла от нее, еще и сильно стукнула меня основанием ладони в лоб, да так, что я даже на секунду оказалась оглушена. И все же она не такой безобидный одуванчик, как мне казалось... Пока я считала звездочки, Аиша обошла меня и, не теряя времени даром, имитировала добивающий удар, отсекающий мне голову. Имитировала потому, что Каджу настоял на использовании на нашей тренировке настоящих мечей, не тренировочных. Мол, девчонка взрослая уже для падаванского меча, 15 лет все-таки... Но естественно, добить себя я снова не дала: резко выбросила в сторону правую руку и Силой выбила у Аиши меч. В глазах у девочки появилась дикая обида, мне даже показалось, она ими сверкнула, как ночной хищник вроде меня... Она, даже не дав мне встать, кинулась на меня и ловким ударом ноги выбила и мое оружие. Снова я не ожидала, что она сможет вообще меня натурально ударить. После Аиша опять бросилась на меня, мы сцепились и покатились по земле. Откровенно говоря, эта стадия драки не входила в мои планы. Кхм, редко когда два форсъюзера оказываются без оружия и настолько без фантазии, чтобы сцепиться вот так, и кататься по земле в попытках выцарапать друг другу глаза. Хотя в жизни бывает всякое, потому я не сочла сей факт какой-то странностью.       Аиша вошла во вкус: она беспрестанно била меня, я в основном защищалась, редко наносила контрудары, ну, подыгрывала. Зря. Ибо она оказалась все же слаба, ну мне так сначала казалось. Я совершила рывок, резко заняла доминирующую позицию, подмяв девчонку под себя, и чуть придушила ее, как обычно поступают в подобных ситуациях. Аиша покраснела и стала хвататься за мои руки, жадно глотая ртом воздух, как рыба. Она вперилась мне прямо в глаза, вложив в свой взгляд жуткую, леденящую душу ненависть. Нет, мне не казалось, меня жизнь научила отличать эмоции. От юного джедая, который, казалось бы, должен был быть оплотом чистоты и душевного покоя, исходит самая настоящая ненависть, которая сквозь глаза обжигает внутренности, будто кислотой. Меня это испугало, я на миг ослабила хватку. Это тоже было зря. Отсюда началось нечто для меня до сих пор непонятное, хотя прошло уже много лет…       Каджу настороженно фыркнул, когда обмякшая от удушения девчонка тяжело задышала подо мной, силясь прийти в себя. И вдруг… снова она посмотрела на меня с этой дикой злостью, от которой все внутри у меня сжалось. Я хотела что-то сказать, но тут Аиша заняла доминирующую позицию, сбросив меня в траву толчком Силы, и притянула свой меч. Надо было видеть эту кровожадную гримасу на ее лице… Детское, безобидное личико вдруг резко превратилось в отвратительную, перекошенную гневом и злорадством физиономию, кожа вокруг глаз потемнела, вкруг нее расползлись черные тонкие венки, янтарная прежде радужка сверкнула яркой желтизной. Сит!       Секунда была у меня на то, чтобы придумать способ защиты от грядущего удара. К счастью, я упала рядом со своим клинком, потому этого времени мне хватило. Я успела подобрать его и защититься, выставив свое синее лезвие поперек оранжевого. Гримаса Аиши изменилась. Она сдвинула брови к переносице и плотно сжала губы, навалившись на клинок с чудовищной силой. Я без понятия, откуда такие силы у нее резко взялись. Хотя, почему же… Знаю я. Ситское начало в ней пробудилось. Откуда оно взялось – этого вот я точно не знаю. Клинки сошлись у меня рядом с шеей, я чувствовала жар, исходящий от лезвий. А Аиша все давит и давит, да так. Что у меня уже руки трясутся от напряжения, еще немного, и я уже не сдержу ее натиск. Что-то надо делать. Где был Каджу в этот момент, я не знаю. Наверное, тоже застыл в ступоре, как и я поначалу. Впрочем, я не осуждаю его за это – к такому повороту мы оба совершенно не были готовы. И главное… мы были там одни, понимаете? Чуть позже вы поймете, почему это так важно. Поняв, что еще немного – и мне крышка, я решилась, наконец, на контратаку. Девчонка весила явно меньше меня, потому сбросить ее было для меня не слишком большой проблемой. Сила как раз помогла мне в этом. Аиша полетела к дереву напротив, ударилась об него спиной и на некоторое время оказалась обезврежена. В эти секунды я вскочила и приняла защитную стойку, ожидая нового удара. Не знаю даже, что у меня в этот момент было в голове, наверное, я просто не верила, что эта безобидная неуклюжая девчонка резко стала ситом. Ну, или как минимум, в ней пробудилась непонятная агрессия. Опомнившись, Аиша резко поднялась и просилась на меня со шквалом ударов. Ну, правда, один клинок против светового посоха не слишком эффективен, однако удары ее были очень сильными. Тут до меня доходит, ударе так на двадцатом-двадцать пятом, что речь уже явно идет не о тренировке, а о смертном бое. И как вот мне быть? Не понимала я, что за чертовщина происходит на самом деле, почему-то мне казалось, что это у меня что-то с головой. Я пока просто защищалась, пребывая в полнейшей растерянности, а Аиша все нападала и нападала на меня, будто получая удовольствие от каждого удара. Дело запахло керосином.       Наконец я перешла в наступление: мы обменялись безрезультатными подсечками и парой выпадов, на которых я смогла наконец ее подловить ложным ударом: рубящий через плечо перевела в колющий прямо в сердце. Экстренная защита от такого удара заставит как минимум потерять равновесие, а как максимум – и вовсе растянуться на траве во весь рост. Девчонка резко утратила былую неуклюжесть и умудрилась не упасть, но пошатнулась знатно. Воспользовавшись этим, я нанесла сильный удар ногой с разворота. Аиша смачно получила по лицу и снова полетела в сторону. Мое счастье, что по массе я ее превосходила. Однако на передышку я себе выиграла секунды три-четыре, ибо девчонка почти сразу же вскочила на ноги и снова кинулась на меня. Мало меня занимало тогда то, что Каджу не бросился сейчас нас разнимать. Повторюсь, я думала, что-то не так со мной, а не с Аишей. Дальше я помню только специфический звук столкновения лезвий и бессчетное количество сильных ударов. Не знаю, на сколько мы так сцепились, но, наверное, достаточно надолго, чтобы Каджу успел прийти в себя. В какой-то момент я пропустила удар ногой и полетела теперь уже сама, к счастью, сзади меня не было ничего, кроме травы, в которую я и плюхнулась. Сейбер отлетел куда-то в сторону, голова у меня уже кружилась, да и в этот момент стало уже как-то все равно… Вот стоит над тобой эта девчонка с ситскими глазами и злорадной мордой довольного хищника, загнавшего жертву в угол, и в этот момент ты думаешь, будто произносишь: «Ну бей уже, чего стоишь… Прикончи меня к чертовой матери!»       Я уже морально приготовилась попрощаться с головой, Аиша занесла свой меч, хищно облизнувшись, и уже было собралась ударить. Я просто смотрела в эту ее гримасу, в эти жуткие глаза, понимая, что страха перед смертью у меня почему-то нет, что абсолютно противоестественно. Секундой позже стало ясно, почему.       В воздухе возник зеленый росчерк меча Каджу. Он идеально ровно, прямо параллельно земле рассек длинную тонкую шею девчонки, голова, сохранившая на лице эту абсолютно животную, кровожадную гримасу, упала куда-то в сторону, а обезглавленное тело рухнуло назад, в траву, мертвой хваткой вцепившись в еще активированный сейбер. Я, конечно, видела и нечто похуже, но в этой сцене меня что-то напугало посильнее сцены убийства. Я так и осталась лежать в траве, бешеным взглядом прыгая по попадающему в поле зрения окружающему миру. Из смешавшихся сине-зелено-розовых пятен лесной чащи и неба появился рыжий Каджу с непонятной смесью печали, смятения и гнева на морде. Он убрал свой меч и, будто бы ни в чем не бывало, протянул мне лапу, чтобы я поднялась. Не без труда оторвав свое почему-то обмякшее тело от земли, я схватилась за его запястье, я рывком выпрямилась и остановилась, слегка пошатнувшись. Взгляд мой сразу же зацепил лежавшую чуть поодаль голову Аиши с застывшей на лице маской какой-то живодерной радости. Меня передернуло, я поспешно отвела взгляд и переключилась на кота, который сразу же помрачнел и стал задумчиво потирать лапой подбородок, глядя на обезглавленное тело своей ученицы. Некоторое время я молчала, будто увязнув в липкой тишине, стоявшей вокруг, пока не раздался знакомый голос кошака, сообщивший мне очевидное – падаван погибла, и виноват в этом он сам. Мне потребовалось время, чтобы переварить эти слова. Я прокрутила прошедшие события в памяти: вот мы сели на планету для тренировки, сошлись в первом раунде, потом во втором, а дальше понеслась… Тогда я еще не могла уловить тот момент, когда все пошло не по плану, хотя сейчас он для меня очевиден. Я запустила необратимый процесс, задев самолюбие девочки еще в самый первый раз, когда сделала ей подсечку. Сейчас я не могу точно сказать, больна ли была эта девчонка, или она и впрямь была потомком настоящих ситов, как утверждал Винду, но что сделано, то сделано.       Меня тогда поражало внешнее спокойствие кота. Будто он решал какую-то сложную математическую задачку и не более. Однако, немного поразмыслив, он произнес: - Что ж, ты была права, Шами, - кошак облизнулся, дернул усами и тихо фыркнул. – Недооценил я твое чутье, каюсь. Теперь вот поплатился.       Несомненно, Каджу был виновником убийства, да и всей сложившейся ситуации единолично. И он это отлично понимал, в отличие от меня тогда. Я совершенно не хотела терять хорошего друга, которого знаю с детства, но приди мы с этим в Совет… Что могло бы быть? Теперь-то ясна важность нашего полного одиночества: то, что мы втихаря смылись сюда, к Рилоту, уже грозило для нас обоих как минимум выговором, девчонку вряд ли признали бы как сита, особенно с таким заинтересованным свидетелем, как я. В общем, в любом случае виноватым здесь был именно кот. Я при желании могла еще выйти сухой из воды, а вот он – никак. И эта мысль сразила меня наповал. - И… Что я скажу Совету? Что теперь? – спросила я, все так же глядя на внешне вполне умиротворенного кота.       Тот помолчал немного, затем, опустившись к телу, с усилием вырвал из мертвой трупной хватки сейбер своей ученицы и положил его себе на ладонь. - Знаешь, что… - он вдруг поднял голову и посмотрел мне в глаза с печалью. – Не говорю, что видимся мы последний раз, но вернуться в Храм я уже точно не смогу. Думаю, ты понимаешь меня, Шами. Скажи Совету все, как оно было. И это им отдай, - кот протянул мне сначала свой меч, потом и сейбер Аиши. – Мой мастер говорила мне следить за своими эмоциями, предупреждала, что я бываю вспыльчив и в этом состоянии совершаю глупые и необдуманные поступки, но… Я как всегда забыл о ее словах. Если одно убийство сошло мне с рук, то за это я уже должен понести наказание. Джухани предупреждала меня, как и ты. Но я ни одну из вас не слушал. Одна убита моими руками, вторую чуть не погубила моя ученица. Последнюю убил тоже я. Впрочем, что-то подобное рано или поздно должно было случиться. Нет места мне среди джедаев.       Кот грустно вздохнул и задрал голову к небу, немного подергав усами. Хвост у него просто повис, кошак был сильно расстроен и явно серьезен в своих словах. Не мне с ним спорить. - Значит, ты уходишь? – робко спросила я, уже зная ответ, но все еще надеясь услышать нечто другое. Глупая надежда. - Да, - спокойно кивнул кот. – Только давай без слез, пафосных прощаний и клятв, ладно? Не люблю я это. Да и в конце концов, я все же преступник, убийца… Не должен я находиться рядом с рыцарями света. Я опасен, Шами. Мне должно уйти.       Опасен… Боже, как же мне было отвратительно слышать это слово. Всю жизнь знаешь своего друга, всю жизнь ты с ним бок о бок, и прекрасно знаешь, каков он. Что он добрый, открытый, отзывчивый. Всегда за тебя заступится. И тут он выдает такое… Но, повторюсь, не мне с ним спорить. Мы еще в начале нашей дружбы договорились, что в жизнь мы друг к другу не лезем. Ах, если бы я только могла вцепиться в него и не отпустить… Хотя глупо это. Его бы все равно изгнали. Я бы взяла вину на себя, сама бы за него утопла, но врать Совету – еще большая бессмыслица, чем тогда было пафосно прощаться. - Ладно, - скрипуче выдала я, склонив голову, – твое дело. Но ты навсегда останешься моим другом. Не смогу я выкинуть тебя из своей жизни, я не так устроена. - Я понимаю. Спасибо, - кот даже чуть улыбнулся. Или мне показалось?..       На том мы и распрощались. С тех пор не видела я Каджу уже несколько лет, нет о нем ни единой весточки. Он сам. Добровольно ушел в изгнание в наказание за свои поступки. И вы знаете, за это я его стала уважать, когда немного поумнела. Сначала да, я винила его за то, что он ушел, но теперь понимаю, что не мог он иначе. Не каждый может сам себя наказать. А он смог.