Сатана по случаю.

      Танака слегка улыбнулся, но еле уловимые нотки сожаления так и показывали себя. Он прикрыл глаза и опустил голову… — Много изменилось с последней встречи, и вы наверное уже заметили… — Танака посмотрел в окно.       — «Последней встречи?..» — Я видел вас, но не было возможности представиться. Благодарю, что вы смогли выполнить хоть часть уговора… — бывший дворецкий склонил голову в почтительном поклоне, прикрыв глаза. Он принял привычное положение, его лицо одарила мягкая улыбка. — Прошу прощение, что не могу рассказать всё подробнее, ведь я и сам многого не знаю. Уже поздно. Мне, да и вам возможно пора. Спокойной ночи… — Танака медленно закрыл за собой дверь.       «Уговор?..»       Салюфер вскинула бровь, прокручивая в голове прошедшие события. Резкий грохот заставил её отвлечься. Она тихонько подошла к окну. Под окном мелькали тени, а лунный свет отражался от металла. Горящие малиновым цветом глаза одного, и горящие, как два огня в ночи глаза кислотных зелёного и жёлтого цвета другого в темноте особенно выражаются. Как и ожидалось, их поединок за право быть «выше» и значимее снова продолжился. Но Салюфер решила не наблюдать за процессом сражения и продолжила свой путь по этим таинственным и нескончаемым коридорам, что в такое время особенно завораживают.       Салюфер наобум выбирала направление, куда ей по предположению стоило идти. В очередной раз она зашла в какую-то комнату, дернув за ручку двери. Тёмное помещение без окон. Здесь лежали разные вещи, начиная от ненужного хлама и тряпок в одном углу и заканчивая картинами под белыми покрывалами, защищающими их от пыли в другом. Но в этой комнате не было даже намёка на грязь, так как дворецкий даже в таком забытом помещении наводил порядок.       Самым выделяющимся предметом среди всех остальных была большая картина. Белое полотно не давало увидеть, что же изображено там, но Салюфер взяла один конец ткани и потянула его на себя, откинув в сторону мешающий предмет…       На большом холсте изображены две фигуры. Женщина и мужчина. По цвету волос, глаз и прочему Салюфер догадалась, что это родители Сиэля.       «Спрятал картину, чтобы не вспоминать?..»       Она долгое время стояла и просто изучала картину досконально, запоминая каждый штрих. Но созерцание наконец-то наскучило ей и она, вновь вернув всё на свои места, прикрыв тканью картину, вышла из этой комнаты.       «"Не зная ничего" значит…»       Салюфер снова шла по кридорам. На улице был хоть и еле заметный, но шум. Но её привлекли другие звуки. Салюфер прислушалась, и подошла к двери, откуда предположительно и исходили звуки. Она медленно и тихо зашла внутрь. Эта комната была похожа на гостиную. Впереди была ещё одна дверь. Чем ближе Салюфер подходила к этой двери, тем отчётливее она слышала это. Приоткрыв дверь, она увидела, что на самом деле это спальня. На кровати кто-то ворочился и во сне звал на помощь. Это был хозяин этого помещения и поместья в целом — граф. Сквозь сон он бормотал и молвил, зовя на помощь, дрожал и ворочился. Вся его гордость ушла, как и то хладнокровие. По его щекам скатывались слёзы и пропадали. Только мокрые дорожки от них были доказательством их недавного присутствия. В своих ладонях он сжимал одеяло, тянул на себя и скидывал. Но в конце концов он накрылся им с головой. — … Нет… Отпустите… Вернись… — не переставая бормотать эти слова, из его глаз лились слёзы.       Салюфер стояла и молчала. Сердце щемило. Необыкновенные ощущения вновь наполнили её сознание. Но это были те эмоции, что ранее не посещали её. Сердце бешено колотилось, отзывались лёгкой болью по всему телу. В этот момент Салюфер поняла и признала, что существует столько неизведанных ею чувств! И что раз уж некоторые поэты повествуют о неразберихе в мыслях нормальных и обычных людей, то она тем более не сможет разобраться, что это, как справиться с этим и почему возникло всё это. Даже существа, имеющие великую власть могут быть загнаны в тупик.       Эти чувства и ощущения выбили её из колеи. Салюфер хотела прикрыть дверь, но не рассчитала силу, и случайно хлопнула её. Этот звук, естественно, разбудил Сиэля…       Граф резко подскочил, практически задыхался, пытаясь восстановить дыхание. По велению инстинкта он выставил дуло револьвера, направив его в сторону двери, на… Уже пустое место.       Пол минуты он сидел, держа в руках револьвер, крепко сжимая ручку. Когда он более-менее убедил себя в том, что всё «нормально», он убрал револьвер обратно, под подушку.       Лёгкий стук в дверь заставил Сиэля схватить револьвер снова в свои руки. — Господин, всё в порядке? — через дверь донёсся «обеспокоенный» голос дворецкого. Себастьян уже давно понял, что Сиэлю вновь явились кошмары во сне…       До сознания Сиэля дошёл смысл, что это его демон-слуга. Он быстро вытер свои слёзы, смахнув их с щёк, пытался привести себя в приличный вид. — Всё нормально. Можешь идти… — как бы ни старался граф сдержать себя, но под конец его голос предательски дрогнул, но сам же он не придал этому значения, лёг поудобнее, как только послышались отдаляющиеся шаги дворецкого, тяжело вздохнул, лёг на бок и медленно погружался в омут сна.       Салюфер вышла из тёмного угла тени, служившего ей убежищем.       «Мерзкий дворецкий…»       Причиной этой мысли в сторону демона было то, что всё это время, внимательно слушая, стоя в углу и наблюдая за графом, до её ушей донёсся еле заметный смешок. Так и реагировал на состояние графа «преданный и верный своему хозяину слуга», сущность которого на самом деле была демонической.       Некоторое время девушка смотрела на дверь, не двигаясь, слушая, как умеренно на этот раз дышит Сиэль. Она не могла понять, почему её задела такая реакция дворецкого на состояние Сиэля. Салюфер понимала, что он — демон, и такое для него естественно. Хоть он и должен ему служить верой и правдой, мысли дворецкого граф никак, никакой связью не может контролировать…       Она бы простояла так наверное ещё долго, если бы граф не вздрогнул во сне. Салюфер повернула голову в его сторону. Этим непроизвольным движением он скинул с себя часть одеяла.       Девушка на этот раз контролируя себя, подошла к кровати, и накрыла Сиэля одеялом, чтобы он не замёрз за эту ночь. Была вероятность, что дворецкий поимеет хоть каплю совести и позаботиться о своём хозяине, но она, как думала сама Салюфер, была ничтожно мала, потому она и сделала это.       «Ситуация повторяется…»       Сиэль снова шевельнулся, слегка сжал руками край одеяла, и теперь он полностью погрузился в царство Морфея и обрёл спокойный сон, практически в первый раз за множество бессонных ночей.       Салюфер посмотрела напоследок на умиротворённое лицо Сиэля, и ушла, тихо закрыв за собой дверь.       Тишина нагнетала, мысли мучили в это время. Салюфер не знала, что ей сейчас делать.       Лунный свет освещал коридоры. Но неожиданно мелькнула чья-то тень. Салюфер резко обернулась, но не увидев за оком ничего примечательного, она подумала, что это просто игра воображения. Конечно она бы смогла полностью в это поверить, если бы это не повторилось снова, как только Салюфер не проходила мимо другого, следующего окна. На этот раз она решила не оставлять это так просто на самотёк. Резким движением она подбежала к окну и оглядела пейзаж сада снова. И снова результат был нулевым…       На этот раз вся эта ситуация полностью пробудило в ней предчувствие чего-то недоброго…       Один шаг, второй. Она сосредоточено смотрела в окно, мимо которого шла. Таким образом она прошла это место. Подозрительный шорох… Салюфер притаилась. И вновь тишина… Снова шаг. Первый, второй, третий… Тишина и спокойствие. Девушка расслабилась, но… Напрасно.       Резко, неожиданно. Удар, звон, осколки, падающие на пол, толчёк. Прижатая к стене Салюфер сжала запястие руки той «тени», которой она сдавливала горло Салюфер. В темноте было невозможно разглядеть эту личность. Даже способности девушки не могли позволить этого сделать. Лишь из-за лунного света из окна было видно очертания фигуры. Они были не ровными, даже безобразными… — Посмотрим, как ты скоро заговоришь… Я заберу у тебя всё… Всё… Всё! — до жути безобразные, фальшивые ноты голоса. Голос, хрипучий, как помехи старого телевизора, со странным хлюпанием, пробирал до дрожи.       Не видя лица, Салюфер лишь чувствовала, как по шее что-то течёт. Липкое, мерзкое, как смола или грязь. Тоже самое она ощущала своей ладонью, держась за руку силуэта. — Госпожа! — не далеко, за углом послышался взволнованный и напуганный голос Колюбера.       Силуэт резко повернул голову на голос, что тоже старалась сделать и Салюфер, но рука, сжимающая её горло, мешала это полноценно сделать.       Нечто похожее на человека, но совершенно не соответствующее данному поведению, хмыкнуло, прошептала что-то, хрипя, и резко скрылось, выпрыгнув через окно в момент.       Салюфер нахмурилась, схватилась за горло, и сидела, оперевшись спиной о стену. — Госпожа! — Колюбер, завернув за угол и увидев состояние своей хозяйки, подбежал к ней и помог подняться с пола. — Госпожа, что с вами?! Всё в порядке?! — не унимался Колюбер. — Перестань кричать. Всё в порядке… — говорила Салюфер, держась за шею. Она говорила шёпотом и откашлялась, пока Колюбер поддерживал её за локоть. — Что здесь произошло? — змей огляделся и остановил свой взгляд на разбитом окне. — Если бы я сама понимала… — Салюфер отвела взгляд, но обернулась на звук шагов. — Что здесь произошло? — дворецкий, пришедший сюда, удивлённо вскинул брови и глазами изучал всё, что тут находилось. — Прямо-таки дежавю… — с каплей раздражения в голосе прошептала Салюфер. — Сейчас нет смысла разбираться, всё равно не сумеем… — пока Колюбер бросал злые взгляды на Себастьяна, Салюфер отошла от него и пошла в комнату, которую так любезно граф предоставил ей. — Госпожа, вы куда? — Кольбер ринулся ей вслед, но на последок фыркнул, помотрев в глаза демону. — Отдыхать… — не сбавляя темп, Салюфер шла, и добравшись до своей комнаты, повернулась к Колюберу лицом, а не как обычно бывает спиной. — Тебе тоже… Следует отдохнуть… — после этих слов она зашла в комнату и закрыла дверь. — Госпожа… — уже в пустоту прошептал змей. — Я буду охранять ваш покой, но пожалуйста… Не отталкивайте меня, если вам нужна помощь, зовите в случае опасности, и я, как ваш преданный слуга сделаю всё, что в моих силах… Нет. Я сделаю даже невозможное!