Сатана по случаю.

      Пока на заднем плане Сиэль и Алоис устраивали разборки, а их дворецкие наблюдали за этим, Салюфер и Колюбер шли вперёд, и наткнулись на ту самую уже знакомую лестницу, ведущую на крышу. Вверх идти было бесполезно. Там ничего не было, и Салюфер это знала, но её напрягло то, что здание снаружи кажется больше и обширнее, чем оно оказалось внутри. Как в банальных детективных историях тут по её мнению должны быть потайные проходы. И потому она незамедлительно начала водить ладонями по стенам с надеждой найти хоть что-то напоминающее кнопку, включающий какой-нибудь механизм. — Госпожа… — не понимая, что она делает, Колюбер встал в секундный ступор. — Ищи хоть что-нибудь, что может открыть потайной проход… — сосредоточено продолжая своё дело, она добавила — Если конечно таковой имеется… — Потайной проход?.. — вместо того, чтобы помочь, он что-то сосредоточенно обдумывал, вспоминая. — Госпожа, я кое-что вспомнил… — И что же? — Салюфер повернулась к нему, оставив поиск чего-то подозрительного на этой стене. — Снаружи… Есть одно надгробие, очень сильно отличающееся в размерах от других. Может стоит осмотреть его? — задумчиво произнёс змей, мельком глянув на не прекращающиеся разборки графов. — К тому же, пока они заняты своим делом, можно самим без помех сделать всё, что требуется. — Хорошо. Ты прав… Пошли, — она повернулась к проходу, ведущему на крышу. — Только выйдем незаметно. Не хочу, что бы и тебя втянули во всё это… — Как скажете, госпожа. — Колюбер склонил голову на секунду.       Выйдя на крышу, оставив позади винтовую лестницу, они подошли к краю, а Колюбер молча указал на по его мнению подозрительную могилу — статую ангела, которая, конечно, уже давно пришла в ужасное состояние. Салюфер не медля спрыгнула и, приземлившись на ноги, пошла именно к тому надгробию. Колюбер последовал её примеру.       Она шла, и увидела недалеко тело священника, который удачно приземлился на чью-то могилу, которую теперь какой-то закопанный труп делит с ним. По сравнению с полусгнившими телами других людей, находящимися в помещении, он выглядел ещё хуже. От плоти ничего не осталось, кроме гнили, а его одежда была фактически на голом скелете. — Всё-таки странно. Что-то тут не так… — шёпотом себе под нос говорила Салюфер. — Ещё и то, что было ночью…       Стоя рядом со статуей, Салюфер ногой прощупала землю рядом. Самым подозрительным было то, что рядом были свежие следы, ведущие как раз таки именно к статуе, но они резко обрываются, будто люди испарились, столкнувшись с этим памятником. На плите, гле должны быть выгравировано имя человека, что покоится здесь — не было, но слова скорби — были. Все указывало на то, что это не простая статуя в честь памяти погибшего…       Мраморная, некогда белая статуя ангела была в трещинах, разводах, а снизу, на «пьедестале» разросся мох. Крылья частично были поломаны. Но больше всего напрягал отчаянный взгляд неживой скульптуры. Сложенные руки, и глаза, устремлённые в небо. Ангел будто просил о пощаде, или же молил к Всевышнему, с горечью осознавая свою безысходность…       Колюбер попытался надавить своим телом на статую, и она поддалась, сдвинувшись в сторону. В этой «яме» было темно, но солнечные лучи давали увидеть пороги крутой лестницы. Салюфер хотела пойти сразу вниз, но Колюбер остановил её. — Госпожа, я не уверен, что там безопасно. Поэтому, давайте я пойду первый, — змей просящим взглядом смотрел на свою хозяйку. — … Ладно. Если ты так хочешь… — Салюфер кивнула…       Змей пошёл вниз, спускаясь по крутым порогам глубоко вниз, под землю, а Тенебрис шла за ним. Длинная лестница с каждым шагом становилась шире, пространство расширялось. Но вот она оборвалась, и перед ними был широкий коридор. На стенах висели незажжённые факела. Колюбер благодаря своим способностям зажёг их одним щелчком пальцем.       Проходя всё дальше и глубже, на стенах переодически можно было заметить пустые картины. Простые чёрные полотна, а под ними на полу стояли потухшие свечи и листки, на которых лежало что попало. На одном листе лежали ленточка и камень в форме сердца, а другом, под другой картиной были дешёвые карманные часы и чья-то старая бабочка. Любые вещи можно было увидеть здесь, от простого как казалось мусора и безделушек, до чьей-то одежды. Приглядевшись, можно было увидеть мелким почерком имена со словами прощания, просьб простить и прочее. — Странно… Зачем всё это? — Колюбер задумался… — Похоже люди, сбежавшие сюда, оставляли здесь вещи близких… Помнишь, что было написано в их досье?.. Но зачем?.. — не способная понять чувства самостоятельно, она не могла и понять смысла этих поступков… — Может быть они даже покинув всё, что было, оставив позади, помнили старую жизнь и дорожили воспоминаниями? Я наблюдал за людьми и их повадками. Было так интересно… — Колюбер частично вспоминал и своё прошлое… — Может быть, люди и не хотели сюда идти, но были вынуждены? — Салюфер оглядывалась назад, на оставленные вещи… — Может быть… — Колюбер грустно улыбнулся… — Ну, мы, как ни как, пришли сюда разобраться именно с этим. Значит, узнаем… — Салюфер пошла вперёд змея, опережая его.       Колюбер смотрел вслед своей госпожи и остановился. В мыслях крутилась фраза, повторившаяся несколько раз — «Может быть…» Что творилось в его голове было не понятно даже ему самому. Но он переборол всё, что сейчас на него давило, и уверенным шагом продолжил путь…       Через некоторое время они вышли к трём совершенно одинаковым по внешнему виду деревянным дверям. — Куда теперь? — Тенебрис стояла перед этими дверьми. — Давайте осмотрим каждую комнату по очереди вместе, ведь мы не знаем, что… — Колюбер хотел было взяться за ручку одной из дверей, но… — Я думаю, стоит разделиться. Мы и так потратили много времени на всё это. Чем раньше управимся, тем меньше риска, что «наши напарники» заметят наше отсутствие, — она не медля открыла одну из дверей, что была слева, и скрылась за ней. — Госпожа!!! — Колюбер ринулся к захлопнувшейся двери, но ручка не подавалась, а за дверью уже были слышны отдаляющиеся шаги. — Госпожа!!!!! — он крикнул ещё громче, стуча кулаками, но никого не услышал в ответ. И ему ничего не осталось, как идти самому, также волнуясь за свою хозяйку. Он пошёл в помещение, находившееся справа. И дверь за ним закрылась…