В ожидании чуда

— Ну, Дашка. — протянула рыжая, смотря на подругу, которая витала где-то далеко в облаках. И как ее заставить хотя бы что-то рассказать? — Даша-а-а. — М? — отвлеклась от своих мыслей, поворачиваясь к подруге лицом. Они шли на работу ранним утром, погода была немного прохладной, в воздухе влажность, стоял туман. Такая пора приходилась по душе Канаевой, можно было поразмышлять о своем, о девичьем. — Ты вообще замечаешь, что я рядом иду? — надулась Юлия, оттопырив нижнюю губу. Ну не нравилось ей, когда происходило что-то интересное, а она была ни сном, ни духом. — Конечно, замечаю. — бросила на Комиссарову взгляд, который подразумевал, чтобы девушка не задавала сейчас лишних вопросов. — Тогда я жажду подробностей. — загорелась рыжая, широко раскрыв глаза и ближе придвигаясь к брюнетке. — Ну что, ты говорила с Павликом Аркадьевичем? Как он отреагировал на твое появление? — легонько пихнула локтем в бок, призывая к ответу. — Никак. — хмыкнула та, складывая руки на груди от недовольства. — Вы же встретились? — Встретились. — Ну-у-у. Как все было? — начинала злиться Юлия. Мало того, что Дарья вчера за весь вечер не обронила ни слова. Молчала, как рыба. Сидела на диване надутая, смотрела в окно и не подавала никаких признаков своего присутствия. Так еще и сейчас не хочет колоться. Ну что же это за подруга такая? — Увидел он меня. Сначала шок. Потом кричать начал. — недовольно произнесла Канаева, отводя взгляд в сторону. — В общем. Мы сошлись на том, что между нами ничего нет. И не будет. — Чего? — явно возмутилась Комиссарова. Уж точно не такого поворота событий она ожидала. Совсем не этого. Еще полгода назад девушка хотела пойти к Павлу и рассказать о том, что Даша ждет ребенка. Но та ее остановила. Думала, что сейчас-то хотя бы все поменяется. Так нет же. Хоть кол на голове теши. Все одно и тоже. Вот была бы Юля на ее месте — она бы точно такого не допустила. — Да как это вообще? — Молча. — брюнетка явно была сегодня не разговорчива. Вчерашняя, не очень дружелюбная, встреча с парнем никак не выходила у нее из головы. — Ты ему так и не сказала самого главного, да? — злостно произнесла рыжая. Ну вот что ей с такой подругой делать, а? Чего же она так свою жизнь губит. Ну можно ведь все по-другому устроить. Так нет же, упрямая. — Не сказала. И говорить не собираюсь. Я все решила. — твердо ответила Дарья. — Ему об этом лучше не знать. — повернулась к подруге, строго на нее посмотрев. — И ни дай Бог он узнает это от тебя. — Ну и дура ты, Канаева. — хмыкнула Юлия, шагая вперед. — Я тебе между прочим добра желаю. Девушки уже оказались на месте своей работы, отправляясь в раздевалку, чтобы переодеться в униформу и взяться за дело. Труба зовет, как говорится. Валентина вновь распределила обязанности каждого. Сегодня Дарье досталось не особо много номеров, что не могло не радовать, конечно же. Но брюнетка замечала, что начальница ее, не смотря на свои предупреждения, все-таки делает поблажки Канаевой. Какой бы невыносимой она иногда не была, но в душе женщина очень даже понимающий человек, который способен помочь в трудную минуту. За это брюнетка и была благодарна. Прошел час. Два. Полдня. Время сегодня летело как-то незаметно. Что является странным для будней. Обычно, выходные пролетают, как по щелчку пальцев. Канаева вышла из очередного номера, закрывая дверь. На минутку остановилась, отдышалась. Размяла шею, потерла спину. Ох уж и странный постоялец живет в этом номере. Она уже как-то сталкивалась с ним. Тот самый мужчина, который ходит по апартаментам голышом. Дарья помнит, как сама заболела, заставляя его одеться из-за кондиционера. Слава Богу, что сейчас-то он хотя бы из этических побуждений, увидев беременную девушку, натянул на себя одежду. Такое зрелище точно она бы вновь не вынесла. Прошла к лифту, зашла внутрь. Уже хотела была нажать кнопку с цифрой один. Но услышала мужской голос, который говорил ей: — Подождите. — в двери появился Павел. Парень увидел девушку и отступил на шаг назад. Его лицо, будто бы не выражало никаких эмоций. Совершенно. Взгляд был какой-то подавленный. Грустный. Он выглядел совсем не так, каким привыкли все видеть обычно. Серб так и не прошел в кабинку, только коротко бросив: — Я лучше пешком. Дверь закрылась, а Дарья шумно выдохнула. Внутри накатила такая волна, что ей прямо сейчас хотелось разрыдаться. Ну зачем он так с ней? Теперь всегда будет ее избегать? Скоро и здороваться с ней перестанет. Сама же виновата. Ему бывало в разы больнее. Но… Все равно. Это отдавалось глухой болью внутри. Так невыносимо. Хоть волком вой. Павел Аркадьевич спускался по ступенькам, медленно перебирая ногами. Ему не хотелось никого видеть. И даже пить не хотелось. Ничего не хотел. Просто сесть бы одному. Запереться. И сидеть так. Неизвестно сколько времени. Но ему нужно было решать дела отеля. Принимать хотя бы какое-то участие в его жизни. А то совсем так скоро все развалит. Молодой человек направлялся в прачечную к Валентине, которая на брифинге заявила, что в их помещении требуется ремонт. Вот шел сейчас к ней, выслушивать претензии и стараться как-то уладить эту ситуацию. Он открыл дверь в комнату, женщины не было за ее рабочим столом. И Даши там тоже не было, это и хорошо. Он решил, что раз уж она так просит его отстать от нее — то пусть так оно и будет. А лучшего выхода, чем просто избегать девушку — он не нашел. Серб хотел уже уходить, так как Валентину он все равно не застал. Но интересный разговор полушепотом, который доносился до его ушей из-за вешалок с одеждой постояльцев, заставил его на минуточку задержаться. — Ты видела какая эта Канаева. — недовольно говорила одна из горничных. — Вернулась значит, залетела от кого-то и еще молчит, как рыба. Нос задрала и пошла. — Да-да. — согласилась вторая. — Ты у нее спрашиваешь нормально, а она еще гордую из себя строит. Ну неужели так сложно рассказать от кого, а? — А, может, она и сама не знает? — выдвинула свою версию собеседница. — Ну, а что? Она такая тихоня, про себя так ничего и не рассказывала. От услышанного Павлу, конечно же, хотелось сейчас выдать свое присутствие и закрыть рот этим двум особам. Хотя он и был зол на брюнетку, но никому не позволит клеветать и говорить про нее всякие гадости. Да она в разы лучше всех их вместе взятых. Что они вообще понимают? Серб насупился, уже было хотел выйти к ним, но знакомый голос, который влез в разговор горничных, его остановил. — Опять сплетни собираете. — это явно была Комиссарова. Девушка обращалась к своим коллегам. — Лучше бы работать шли. — Юль, а ты что, защитница великая? — А тебе что-то не нравится? — рыжая явно не желала, чтобы ее подругу сейчас нагло обсуждали, еще и ее саму в это втягивая. — Ты ведь знаешь от кого Даша залетела. Да? Ну расскажи. Тебе жалко, что ли? — произнесла одна из присутствующих умоляющим голосом. Парень и сам понадеялся, что та все расскажет. Но ему не могло так повезти. — Кто этот неизвестный? — Ну почему же неизвестный? — ляпнула та, сразу же закрывая себе рот рукой, так как поняла, что сказала немного лишнего. Теперь уж точно нужно было держать язык за зубами, иначе Канаева ее просто бы убила за это. Причем совершенно серьезно. — Так мы что, знакомы с ним? — удивилась одна из девушек. — Кто это? Он с нашего отеля, да? — Нет. — кратко бросила та, направляясь к служебному выходу. — Ничего не знаю. А, если бы и знала, вы бы об этом узнали в последнюю очередь. — Да ты точно все знаешь! — Я что, не ясно сказала? Хватит языками чесать, сейчас Валентина придет, влетит вам за свои разговорчики. — рыжая вышла из помещения, громко хлопнув дверью. Павел Аркадьевич так же решил, что больше ничего интересного здесь не услышит и отправился дальше. Если подруга и знает, то ему-то она не скажет. А тем более, зная характер Канаевой, которая сто процентов пригрозила Комиссаровой жестокой расправой. То вообще дело провальное. Даже и пытаться не стоит. День шел дальше, постепенно преобразовываясь в прохладный летний вечер. Канаева уже закончила с уборками номеров, но настроение стало значительно хуже. Павел встретился на пути ей еще несколько раз, но все время происходило одно и тоже. Он только завидел девушку — сразу же разворачивался и уходил в другую сторону, пытаясь даже не бросать на нее мимолетные взгляды. Это изрядно накаляло брюнетку. Да, она хотела и хочет сейчас, чтобы он не доставал ее вопросами о ребенке и пытался завести с ней какие-нибудь романтические отношения. Но разве можно вот так вот избегать ее, убегая, как от прокаженной. Это было весьма обидно. Павел Аркадьевич в свою очередь же сейчас находился на кухне ресторана, выслушивая от персонала, что им нужны денежные средства для разработки нового меню. Конечно же, Арсений, шеф повар, больше всех выступал за продвижение этой идеи. Но парень не смог достигнуть с ним консенсуса, поэтому перевесил этот вопрос на Софию Яновну и Михаила Джековича, желая избежать своего вмешательства в эти скучные дела. Молодой человек вышел на задний двор гостиницы, набирая в легкие побольше свежего воздуха. Он оглянулся вокруг, заметив пару официантов на курилке и Дашу… она сидела на лавочке и смотрела в другую сторону. Нужно было снова уходить, чтобы не находиться с ней так близко, но ноги почему-то сами зашагали в ее сторону. Будто бы совершенно не слушая своего хозяина. Канаева повернула голову, увидев серба, который приближался к ней, присаживаясь рядом. Она была удивлена, он даже соизволил подойти. А не развернулся и ушел. Как продолжалось сегодня весь день. — Ничего себе. — произнесла Дарья, устремив свой взгляд на его лицо. — Что? — Вы даже сели рядом со мной. — язвительно сказала девушка. — Чего же не убегаете, сломя голову? — Ты сама не хотела меня видеть. — спокойно произнес парень. Хотелось закурить. Но он же бросил. Давно. — Понятно. — хмыкнула брюнетка, вновь отвернув свое лицо. Она крепко схватилась руками за край лавочки, чтобы не выдавать то волнение, которое присутствовало внутри нее сейчас. В душе бушевала буря эмоций, которую было сдерживать очень трудно. Это всего лишь с виду она холодна и неприступна. — Что с коленом? — он по-хозяйски дотронулся рукой до ее ноги, придвигаясь ближе. От его прикосновения просто миллион мурашек сразу же пробежался по коже девушки, отдаваясь быстрым сердцебиением. — Споткнулась. — призналась она, подув на рану. Колено и правда было сбито до крови. Это произошло совершенно случайно. Зацепилась за ковер и в ту же секунду оказалась на полу. Хорошо, что вовремя подставила руки, таким образом не причиняя ребенку боли. Слава Богу, что все обошлось всего лишь разбитой чашечкой и парой царапин на ладони. — Больше ничем не ударилась? — он отпустил ее ногу, переводя взгляд на живот. Парень сейчас осознал, что внутри его действительно поселилось волнение. И не только за девушку. А и за малыша. Хотя он и не знал чей он, но учитывая то, что это частичка той, в которую он без памяти влюблен, молодой человек переживал и за него. И для него самого это было очень странно… и как-то совершенно неожиданно. — Нет. — заверила Дарья, легонько улыбнувшись. — Все хорошо. — Я рад. Дальше они сидели молча, не решаясь что-либо говорить. И эта тишина немного напрягала, так как в воздухе просто царила атмосфера какой-то явной недосказанности между этими двумя людьми. Каждый только хотел открыть рот, пытаясь что-то молвить, но потом сразу же оставлял эти попытки. — Я хотела лишь того, что бы Вы не приставали ко мне с вопросами о ребенке. И попытками завязать отношения. — вдруг тихо произнесла девушка, вспоминая их разговор пару минут ранее. — Но я вовсе не думала о том, чтобы совсем перестать с Вами видеться. — посмотрела на него своими темными глазами, от чего у Павла внутри все будто бы завязалось в тугой узел. Как он любил ее взгляд, видел его каждую ночь во снах, мечтал о нем, грезил. И было безумно больно от того, что он мог просто видеть его украдкой. Мельком. Но мужчины ведь не чувствуют боли. Они все терпят. — Даш… — начал он, запнувшись, не зная, что сейчас сказать. И нужно ли вообще это делать. — Ты знаешь, что я хотел бы быть с тобой больше, чем просто хозяин отеля и горничная. Но раз уж тебе так лучше… Когда я просто друг. То пусть так оно и будет. — как бы не было тяжело произносить эти слова, он все же выдавливал их из себя. — Я не хочу мучить тебя. Точнее… вас. — улыбнулся на миг, но быстро спрятал улыбку. — Но знай, что я всегда буду находиться рядом. И, если тебе понадобится помощь. То я примчусь в любое время суток. Даже, если буду умирать. Я никогда не оставлю тебя в беде. — Спасибо Вам. — ответила девушка, пытаясь не смотреть ему в глаза. Ведь самой же было больно это все слышать. Больно от того, что нельзя быть с ним. Но очень хочется. И знал бы он, что не просто ее начальник, а еще, как минимум, отец ее будущего ребенка. Но… иногда бывает все очень сложно в жизни. Когда приходится делать то, что совсем не входило в твои планы. И остается только смириться. Ведь на большее не хватит сил. И мы часто поддаемся стихии, вместо того, чтобы укротить ее под себя. Это и мешает нам жить так, как желаем.