Лети вверх.

Нацу бежал, сжав кулаки и зубы. Он несся по темным улочкам Магнолии туда, где его ждал один маг. Темный маг, который позвал его на разговор. Саламандр не знал, зачем ему это, но чувствовал, что если он встретится с этим магом, то узнает то, что хотел узнать. Он был уверен, что узнает, что случилось с Люси, если поговорит с ним… С Зерефом. Тот, как и написал в записке, ждал его недалеко за пределами города у небольшой реки и, кажется, был очень рад, что Драконоборец не проигнорировал его и пришел с ним встретиться. Правда подойти к себе не позволил, предупредив Нацу, что это не очень то безопасно. - Плевать! - воскликнул маг Хвоста феи, хотя и замер, послушавшись Спригана. – Ты сам позвал меня на разговор и должен был понимать, что я врят-ли буду подчиняться тебе. - Это так, - хмыкнул брюнет, как-то слишком спокойно взглянув на Нацу. – Но ты же все же остановился, не так ли? - Ну, я… - Драгнил не знал, что на это сказать. Он просто стоял чуть в отдалении от темного мага, почему-то одновременно желая подбежать к нему и врезать по морде, требуя ответов, и тут-же желая просто уйти, скрыться подальше от этого темного. А еще… Он почему-то хотел просто прикоснуться к этому магу. Словно… Словно он был важен для Нацу, но не как враг, а как кто-то иной. И такое Саламандр чувствовал всегда, когда встречался с Зерефом, что казалось ему чертовски странным и бесило. Сильно бесило. - Послушай, - прервав молчание, которое несколько затянулось, произнес темный маг. – Я позвал тебя сегодня не для драки, хотя и хочу, чтобы ты поскорее разобрался со мной. Я позвал тебя, чтобы спросить: что с Люси Хартфелией? - Это я хотел бы у тебя узнать! – вновь взвился Драгнил. – Она ведь светлый маг так почему из ее тела сегодня била темная магия? Это ты что-то сделал с ней? Говори! - Так значит это случилось, - прошептал Зереф себе под нос, на миг грустно улыбнувшись, а потом сказал громче, отвечая Драконоборцу. – Да, это я кое-что сделал с ней, не стану отрицать. - Ах ты… - гневно прорычал сын дракона, чуть было уже не сорвавшись с места и не бросившись в бой, как Зереф поднял руку вверх, перебив его. - Но я не хотел зла этой девушке, - сказал он серьезно и немного грустно, что тут-же немного остудило Нацу. Он почему-то чувствовал, что Зереф не лжет. Он сделал с Люси что-то не из злых намерений. - Но тогда что и зачем? – еле сдерживаясь, чтобы оставаться на месте, тихо, но так чтобы Сприган его слышал, спросил у него розововолосый маг. - Я отвечу тебе, если пообещаешь не перебивать меня, - сказал Сприган и когда Драгнил , недовольно, но все-же кивнул, принялся за рассказ. – Ну тогда, слушай: это случилось очень и очень давно – более четырехсот лет назад. Тогда я однажды в лесу нашел маленькую девочку… - Но при чем тут Люси? – не выдержал Нацу, который совсем не понимал, как связаны далекое прошлое и Хартфелия, которой и было то сейчас лет девятнадцать. - Ты обещал, что не будешь меня перебивать, - немного недовольно произнес Зереф, как-то даже с укоризной взглянув на светлого мага, и тот тут-же жестами показал, что больше такого не повториться. Он даже сел на траву, чувствуя, что рассказ Спригана будет долгим. И брюнет, видя его смирение, довольно кивнул и продолжил свое повествование. – Итак, четыреста лет назад я нашел в лесу маленькую девочку, у которой были карие глаза и золотистые волосы. Она была похожа на маленького ангела, но лишь внешне – по характеру же она была неугомонным чертенком, и умудрялась попадать во все передряги, в которые только и мог попасть ребенок. Но ей не вредило мое проклятье и потому я взял ее к себе, и она заменила мне семью, стала для меня словно сестра. Но вот только… Только она часто болела. В ее теле была такая странная сила, которой не было ни у одного живого существа и это убивало девочку, тело которой не могло выдержать этой силы. И она должна была умереть, но вот только я не хотел этого. Я слишком к ней привязался и, как бы странно не звучало это из моих уст, полюбил ее, как родную. И потому я сделал то, что должен был сделать. Я спас ее, сделав ее демоном и тем самым позволив одной из частиц магических сил девочки увеличиться и почти искоренить из ее тела остальные. Но даже поступив так, я хотел, чтобы она жила, как обычный человек и потому одел на ее шею кулон, который должен был сдерживать ее демоническую силу и скрывать от самой же девочки ее воспоминания обо мне, ведь не хотел, чтобы это тоже вредило ей, ведь люди не любили меня, да и не любят до сих пор. И до того, как девочка очнулась, я отправил ее в будущее, дав ей шанс жить в более светлом времени, что было тогда. И теперь, через много лет, демонические силы, что дремали в теле девочки, наконец-то пробудились и она станет демоном. - Значит, эта девочка – это Люси? – немного пораженно прошептал Саламандр, стоило Зерефу замолчать. – Но она же жила в семье Хартфелиев и была очень похожа на Лейлу, которую звала матерью. - Да, это так, - кивнул брюнет. – Но Хартфелии приняли ее только потому что их попросила об этом одна из их предков – Анна Хартфелия, которая и была тем магом, который помог мне отправить Люси в будущее. Люси была очень похожа на нее – даже больше, чем на свою названную мать. - И теперь она станет демоном? – грустно и с болью спросил у темного мага Драгнил. – В смысле: злым демоном, которого не будет интересовать ничего, кроме убийств и разрушения? - Нет, думаю характер Люси не станет другим, и она не станет озлобленным исчадием тьмы, ведь я стремился сделать так, чтобы после пробуждения сил она осталась собой, - снова, в очередной раз за разговор, грустно улыбнулся темный маг. – Но, если честно, это по большей части зависит от того, как к ней теперь будут относиться те, кого она звала друзьями. Ей будет больно, если от нее отвернутся близкие и я не знаю, что тогда сделает отвергнутый всеми демон. Могущественный демон, почти такой-же по силе, как и Э.Н.Д.. - Я не отвернусь от нее, - уверенно произнес Нацу, поднимаясь на ноги. – И все остальные маги Хвоста феи тоже – я уверен в этом. Но… Я не понимаю: зачем ты рассказал мне все это? Ты мог просто промолчать. - Я же сказал тебе уже – Люси для меня, как сестра, - Саламандр видел, почему-то чувствовал, что Сприган не лжет и говорит искренне и это сбивало его с толку. Он не понимал, как этот темный маг, создатель демонов и просто воплощение зла, смог привязаться к кому-то и назвать семьей. Он… Ему это казалось странным и Нацу уже не мог сказать с уверенностью, как делал это когда-то, что Зерефа надо ненавидеть и уничтожить. Не мог сказать, что Зереф чистое зло, без намека на свет в душе. Теперь он видел, знал, что это не так и хотел знать почему – ПОЧЕМУ же Зереф раньше скрывал это? Зачем ему понадобилось творить зло? И правда ли то, что о нем всегда люди рассказывали друг-другу из поколения в поколение? А может – в легендах и россказнях слишком много лжи? Может Зереф и не зло вовсе? Может его просто вынудили стать таким? Да, Нацу хотел теперь это знать. И еще сильнее хотел прикоснуться к темному магу и просто… Просто обнять. А пока он думал так, Зереф сказал еще кое-что. – А семье всегда желают лучшего, если эту семью любят. А для Люси будет лучше, если ее будут и дальше окружать верные друзья. Ты так не думаешь, Нацу? - Я… - Саламандр был в смятении, но быстро взял себя в руки и нашел, что ответить Спригану. – Да. Я тоже так думаю и… Я уверен, что мне пора возвращаться к ней. - Уже уходишь? – брюнет произнес это расстроенно, что снова заставило Драконоборца подумать, что он не зло, а просто одинокий, отвергнутый всеми маг, которому тоже хочется – просто хочется быть кому-то нужным. Быть кем-то любимым. – Не хочешь узнать еще что-нибудь? - Пока нет, - хмыкнул Саламандр, развернувшись, чтобы уйти. – Но мы еще поболтаем, Зереф – я уверен, что такое еще случится. И вот тогда я узнаю у тебя еще много чего, что хотел бы узнать. - Что ж, буду ждать этого, Нацу, - произнес ему в спину темный маг и Нацу покинул его, отправившись обратно в здание их с Люси гильдии. И когда он ушел, Зереф все-же не выдержал, заплакал, грустно и счастливо улыбаясь одновременно, и лил слезы, пока его тело не охватила жуткая волна боли, что после покинула его в виде волны смертоносной магии, которая вмиг иссушила речушку и все вокруг. Но и это заставило мага улыбнуться – улыбнуться печально, разбито и одиноко. И прошептать: - Вот – снова. Я лишь все уничтожаю. Но все ли? Действительно все? Я ведь спас Люси когда-то… Я ведь вернул Нацу к жизни… Я ведь… Я ведь не зло, да? Пусть кто-нибудь скажет мне, что я не зло. Хотя… Лучше не надо. Ведь тогда этот человек умрет. Все умирают вокруг меня и потому я должен быть злом. Злом, которое уничтожит он – мой самый сильный демон и мой брат: Нацу Драгнил. И пусть ему поможет она. Да, пусть поможет. И вместе они точно справятся. Они убьют меня и… Я надеюсь, что после этого они выживут и будут жить счастливо. Вместе. Поддерживая друг друга, как и должна делать семья. А они станут хорошей семьей. Я уверен… - и, сказав так, Зереф покинул засохшую поляну. Покинул улыбаясь и чувствуя тепло в сердце. Покинул немного, но счастливым, ведь он… Он виделся с братом и верил, что рядом с ним его названной сестре не чего будет бояться. Знал, что рядом с ним она никогда не будет одинока. И это согревало темного мага изнутри. Грело сердце и израненную душу. Просто не давало свихнуться от одиночества и зла, что постоянно окружало его. Просто… Просто позволяло улыбаться. А это ведь совсем не мало, да? *** Вернувшись в здание гильдии, Нацу перекинулся парой слов с друзьями (но не сказал при этом о встрече с Зерефом ничего) и поднялся к Люси. Полюшка пустила его к ней и всю оставшуюся ночь он провел у ее постели, вздремнув там же, но ее не покинув. Ушел он от нее только утром и то только потому что Эльза, он и многие другие были вынуждены отправится на срочное задание. Акнология со вчерашнего дня буянил неподалеку и с ним до этого сражались маги Саблезуба, а теперь они позвали на помощь и Хвост феи, ведь сами не смогли справиться с обезумевшим драконом. Да, обезумевшим, а не просто злобным, как обычно. В письме, что доставил Эльзе Лектор, так и было написано: «Акнология взбесился окончательно…». И Хвост феи не могли проигнорировать этого и потому все самые сильные маги гильдии бросились в бой. И потому Нацу пришлось оставить Люси, что так еще и не пришла в себя. А через несколько часов после этого случилось то, чего он ждал, но так и не дождался. Люси наконец-то открыла глаза.