Подарок на Рождество

— Офигеть… Акаши-чи, ты серьёзно даже имени у него не спросил? — Кисе взволнованно посмотрел на друга. — Я же уже сказал, что да… Вернувшись той ночью ни с чем, Акаши просто завалился спать. Наутро, вспомнив о произошедшем, он подумал, что всё это было просто глупым сном, но неубранные тарелки на столе в гостиной говорили об обратном. Тогда предательская мысль о том, что его просто обворовали, заставила проверить всё имущество: но даже мелочь в кармане пальто до последней йены осталась нетронутой. Сейджуро не знал, что думать. В этот день Акаши даже не пошёл на работу, бессмысленно бродя по улицам и повторяя свой вчерашний маршрут, но всё было безуспешно. Вернувшись домой, он со слепой надеждой ждал до поздней ночи, что мальчишка вернётся или как-то даст о себе знать, ведь он знал его точный адрес, но никто в его дверь так и не позвонил. После этого, отговаривая себя, он всё равно каждый день ходил пешком по тому же пути, выискивая голубую макушку, но парня как будто и не существовало вовсе. И вот сегодня, встретившись в ресторане в назначенный день, он поведал всю историю Поколению Чудес, которое недоумённо смотрело на него в ответ. — Даже не знаю, что сказать, — Мидорима задумчиво помолчал. — Прости, но если бы он хотел с тобой вновь увидеться, то, наверняка, нашёл бы. — Мидорима-чи, но зачем бы тогда парню устраивать всё это представление да и целовать в конце, если бы ему Акаши-чи не понравился? — Кисе нахмурено посмотрел на друга. — Я не знаю. — А если Мине-чин найдёт его? — даже Мурасакибара оторвался от еды. — Как я тебе его найду без имени и фамилии? — Аомине раздосадовано цокнул языком. — Дайки, я знаю, что это глупо, но если фоторобот составить и в розыск объявить, а? — Акаши с надеждой взглянул на полицейского. — Из-за пачки украденного печенья? Да ещё и без заявления пострадавшего? Прости, у меня и так с шефом напряжённые отношения, а если я ещё, по его мнению, такой ерундой заниматься начну, так вообще к чертям уволит, — парень вздохнул с сожалением. — Сколько ему хотя бы лет навскидку? — Не знаю. От пятнадцати до тридцати. — А поуже разброс не можешь дать? Это, наверное, миллионов пять населения Токио, если не больше. — Говорю же, ничего не спросил… Дайки задумался. — Слушай, единственное, чем могу помочь, так это достать для начала базу обучающихся всех средних и старших школ. Правда там ведь тоже уйма народу — всё равно что искать иголку в стоге сена — но вдруг повезёт? — Дайки ободрительно хлопнул его по плечу. — Не расстраивайся. В конце концов, ты же капитан Абсолютность — всегда добиваешься, чего хочешь. Акаши впервые за вечер повеселел. — Спасибо большое. Тогда жду, когда скинешь.

***

Аомине сработал оперативно, и уже на следующий вечер Акаши методично просматривал анкеты всех учеников средних и старших школ мужского пола. Но всё равно их было невероятно много, а глаза быстро уставали от бесконечно мелькающих фотографий мальчишек, среди которых всё не было невысокого обладателя голубых глаз. Это стало его своеобразным хобби. Каждый вечер, приходя домой, он открывал ноутбук и продолжал монотонно искать нужного ему человека. Порой он раздосадовано бросал, вспоминая слова Мидоримы, но дня через два всё равно подходил к компьютеру, берясь за старое. Даже если он был не нужен мальчишке, то выяснить, зачем он это всё сделал, было необходимо. Или нет. Или он просто оправдывал свою первую за двадцать пять лет влюблённость. Иначе как называется то, что каждый день перед сном ему видится тёплый взгляд голубых глаз? В такой манере прошло полгода. С партнёрами и подчинёнными он был всё таким же строгим и уверенным, но стоило немного отвлечься, как его мысли уносились далеко из офиса. В последнее время работы было настолько много, что он возвращался за полночь и просматривал не более тридцати анкет в сутки. Вырваться из замкнутого круга позволил раздавшийся однажды вечером звонок бывшего капитана их школьной баскетбольной команды, после которого Сейджуро радостно набирал сообщение в WhatsApp.

«Поколение Чудес

Я: Знаете, мне сейчас Шузо звонил. Рёта: Ооооо, Ниджимура-семпай? (⌒‿⌒) Я: Да. Приглашает тряхнуть стариной в Тейко. Дайки: В Тейко? Шинтаро: Он же там, вроде бы, тренером теперь работает? Я: Да. Говорит, что собрал неплохую команду. Они уже два раза подряд Межшкольные взяли, сейчас борются за третий кубок. Приглашает нас оценить новоиспечённое Поколение Чудес :) Дайки: Да я уверен — до нас им как до Луны пешком (￣︿￣) Рёта: "Единственный, кто может победить меня, это я" XD Ацуши: "Единственный, кто может победить меня, это я" Шинтаро: "Единственный, кто может победить меня, это я" Я: Пожалуй, присоединюсь: "Единственный, кто может победить меня, это я" :) Дайки: Да пошли вы! Сами, что? Испугались молокосов? Ацуши: Мине-чин, но мы же уже не тренируемся. А зная строгость Ниджи-чина, уверен, он растит монстров. Дайки: Ха! Значит — зассали… Лично я ещё часто на стритбольную площадку хожу. Шинтаро: Аомине, твои провокации для дошкольников… Дайки: Короче, как хотите. Акаши, когда и во сколько? Я: В воскресение в два. Не волнуйся, я тоже приду. Устроим своеобразную встречу выпускников :) Тем более, не думаю, что если мы будем играть вместе, то проиграем. Рёта: Парни, чуете? Кажется, запахло Императором… Я точно иду (＾▽＾) Я: Я медленно достаю свои ножницы… Шинтаро: Если проснулся Бокуши — у нас нет выбора. Слушаю и повинуюсь. Рёта: Ахах) Мидорима-чи))) Ацуши: Если проиграем, я не с вами…»

***

— Какие люди! Пятеро молодых парней, слегка оглядываясь, зашли в такой родной спортивный зал, в котором прошла большая часть их детства. — Здравствуйте, тренер Ниджимура! Разрешите старикам вспомнить молодость? — Акаши с наигранной вежливостью поклонился. Шузо весело рассмеялся: — «Старики», блин! Смотрите, не поубивайте мне их тут! Нам с ними ещё четвертьфинал играть! — Кстати, а с чего такое неожиданное предложение? Неужели твои детишки так сильны, что ты им достойных оппонентов найти не можешь? — Аомине начал переобуваться в спортивные кроссовки. — Да как раз-таки наоборот. Говорят, в среднюю «Мейко» перевелись американские ученики, которые там чуть ли не Национальный чемпионат выиграли. Так что хочу натаскать своих против сильных соперников. А то в последнее время мы с лёгкостью всех обыгрываем, — Ниджимура гордо посмотрел на своих растягивающихся «орлов». — Разминаться будете? Или гениям это без надобности? — Так уж и быть, побросаем для начала, Ниджимура-чи! — Кисе радостно взял баскетбольный мяч и понёсся к кольцу. — Один на один, Аомине-чи? — Дурак! Мы сюда не друг с другом играть пришли, — Дайки не менее жизнерадостно взял ещё один и начал отрабатывать свой безудержный дриблинг. После получасовой разминки основные составы построились друг на против друга в центре зала. Ниджимура с мячом в руках подошёл к играющим: — Итак, товарищеская встреча между командой Поколения Чудес и командой Неотёсанных Оболтусов… — Эй, тренер! С чего это мы «Неотёсанные Оболтусы»? — возмутился парень со смешными раздвоенными бровями. — Вот и докажи, что это не так, Бакагами! Внимание. Вбрасывание! Мурасакибара, не ожидав такого высокого прыжка от возмущённого паренька, проиграл первый мяч, и команде школьников в первой четверти удалось захватить уверенное лидерство. Но во второй бывшая команда гениев Тейко не только сумела отыграться, но и даже оторваться на десять очков вперёд. В начале второй половины молодой тренер решил сделать замену. — Думаете, всё так просто будет? Кажется, настало время для нашего козыря, — Ниджимура ухмыльнулся. — Куроко! — Он посмотрел на скамейку запасных и не обнаружил игрока. — Ты опять свои шутки шутишь? Только что же здесь был. — Тренер, он сказал, что плохо себя почувствовал, и ушёл домой, — ответил другой игрок. — Что? А меня об этом предупреждать не надо? — Шузо не на шутку разозлился. — Ладно. Продолжаем играть также. В конце концов, матч окончился победой Поколения Чудес с минимальным перевесом. Игра была тяжёлой, поэтому даже опытные баскетболисты в усталости повалились на скамейку. — Видимо, правду говорят. Мастерство — не пропьёшь, — улыбаясь, Ниджимура подошёл к бывшим товарищам по команде. — Ниджи-чин, я умираю… — Мурасакибара, даже вчетвером мы не дотащим тебя до медпункта, — Мидорима передал товарищу бутылку воды. — А они, действительно, отлично играют. Аж «Императорский глаз» пришлось использовать. Я даже немного поверил в возможность проигрыша, — Акаши слегка рассмеялся. — Эх, был бы здесь Куроко, мы бы точно вас победили, — мечтательно произнёс Шузо. — Куроко? Это твоя неудавшаяся замена? — Ага. Наш «то ли мальчик, а то ли виденье», — захохотал тренер. — Уверен, такого игрока вы в жизни не видели. У него очень специфичный стиль игры, но на матчах нет никого надёжнее. — Тренер, давайте ещё один матч. Теперь мы их точно уделаем! — вмешался всё тот же парень с раздвоенными бровями. — Ой-ой, потише, малец. Сначала в зону нормально входить научись, а не эти твои жалкие попытки, — Аомине лениво оглядел парня. — Слышь ты! — Бакагами! Я смотрю, ты ещё пышешь энергией? Двадцать кругов вокруг зала. С утяжелителями, — Ниджимура бросил на него взгляд, не терпящий возражений. — Дайки, да он тебя зацепил! — Ещё чего? Абсолютная посредственность, — Аомине с ухмылкой посмотрел на гневно наворачивающего круги парня. — Может, потренируешь мне его к финалу Межшкольных? Вы даже чем-то немного похожи. Баскетбол он точно любит не меньше. — Ага. Заняться мне больше нечем. — А ты всё равно подумай. Ты же любишь сложные задачи? А приручить мальца будет, ой, как не просто, — Шузо обернулся на своих подопечных, которые расстроенно занимались ОФП, кидая по-детски обиженные взгляды на чужаков. — Кстати, ваша фотография до сих пор висит на доске почёта. — Серьёзно? — воспылал Кисе. — Давайте посмотрим! — Узнаю нашу модель-чан! Идёмте! — Ниджимура повёл их по школьным коридорам. Акаши следовал за своим бывшим капитаном с чувством лёгкой ностальгии. Он не был в Тейко около десяти лет, а школа как будто бы совсем не изменилась. Всё те же кабинеты и даже люди. Он был очень рад встретить директора, который за эти годы успел поседеть, но всё также, охая и ахая, заинтересованно расспрашивал и восхищался их нынешними успехами. Дальше Шузо вывел их к большому холлу, где были выставлены все кубки, когда-либо завоёванные учениками Тейко. А в центре между стеллажей с наградами висели различные фотографии героев средней школы. — Ух ты! Вот она! — Кисе ткнул в фотографию, с которой весело улыбались пять парней с прикушенными золотыми медалями. — Блин! Мы тут такие мелкие, — остальные тоже присоединились к рассматриванию старого фото. На лицах молодых мужчин расцвели улыбки. Всё-таки детство — самая замечательная и беззаботная пора нашей жизни. Внимание Акаши переключилось на другую висевшую рядом фотографию счастливых мальчишек: — А это, я так понимаю, нынешние чемпионы? — он обернулся к Ниджимуре. — Ага. В этом году мы повторим ваш рекорд и выиграем в третий… — Кто это? — дыхание Сейджуро перехватило. Его палец остановился на обладателе голубых волос, который, обнимаясь с товарищами, счастливо и открыто улыбался. — Удивлён, что ты вообще его заметил, хотя это же ты. А так это наш Фантом — Куроко Тецуя, про которого я рассказывал. Странно, что он сегодня ушёл. Обычно даже с температурой тренируется. Надо будет позвонить и спросить, что… — ему вновь не дали договорить. — У тебя есть его номер? — глаза Акаши напряжённо посмотрели на Шузо. — Да. У меня есть номера всего первого состава. А что, собственно говоря, случилось? — Дашь? — сердцебиение Сейджуро участилось. Полгода поисков, а мальчишка оказался у него буквально под носом. И как же он не додумался проверить первой свою родную Тейко. — Вот. Держи… Акаши быстро записал номер в свой смартфон: — Спасибо. Мне пора. Увидимся. И он спешно покинул школу.

***

Экран загорается. Экран гаснет. Экран загорается. Экран гаснет. Сейджуро уже два часа смотрит на открытый контакт своего телефона с коротким заголовком «Мальчишка». Не то что бы он не запомнил, что сорванца зовут Куроко Тецуя, но почему-то считал, что такое непочётное звание он заслуживает больше. Кажется, Акаши обижен на него за полгода собственных терзаний. Экран загорается. Экран гаснет. И что он ему скажет? Этот пацан поставил его в такое положение, что он опять не знает, как себя вести. Он целых шесть месяцев искал его, и вот, когда, кажется, достиг желаемого, вновь стоит в нерешительности. Акаши считает себя культурным человеком, но начать разговор хочется с фразы: «А какого хрена всё произошло в ночь на двадцать пятое декабря?» Экран загорается. Экран гаснет. Кажется, он дотянул до двенадцати. Нормальные люди уже спят, а школьники и подавно. Но мальчишка же не трёхлетний ребёнок, чтобы сильно пострадать от внезапного пробуждения ночью? Ладно. Ему самому завтра предстоит много дел. Потом разберётся. Но палец всё равно напряжённо замирает напротив кнопки вызова. Или же… Экран гаснет. Он рассержено и на мальчишку, и на себя кидает телефон подальше на кровать и зарывается в одеяло. Завтра. Сказал завтра — значит, завтра. Акаши кажется, что он слышит насмешливый шёпот Аомине: «Зассал?» Отчего только яростнее заползает с головой под одеяло, думая о том, как он прекрасно разрешит всё завтра.

***

Экран загорается. Ему поступает звонок от секретаря: важные иностранные инвесторы, перепутав время, уже ожидают его в офисе. Зло глядя на контакт парнишки, он закрывает его и мчится на работу. Сделка проходит удачно, и Сейджуро в два часа оказывается свободным. Экран загорается. Кажется, он не умеет пользоваться телефоном, иначе у него нет других причин, почему он до сих пор не набрал чёртов номер. Акаши решается поехать в школу. Увидев парня, он точно не сбежит. Раз не может позвонить, будет действовать так. Добравшись довольно быстро, Сейджуро взволновано вглядывается в лица всех выходящих из школы, стоя чуть поодаль от главных ворот. Но голубая макушка так и не встречается ему среди выходящих. Тогда он идёт в зал к Ниджимуре, надеясь найти паренька на тренировке, но Шузо, занимающийся в данный момент со вторым составом, заявляет, что завтра у его оболтусов важный проверочный тест, поэтому он отпустил их всех домой. — В четверг четвертьфинал, в пятницу полу-, а в субботу у нас, надеюсь, финал. Приходи поболеть, да и Чудесам скажи. Уверен, матчи будут интересным. Акаши благодарит Ниджимуру и, выйдя из зала, со стоном прижимается лбом к двери. Суббота, значит. Он обязательно придёт на финал и поговорит с ним. Конечно, он мог бы заявиться и завтра, и в четверг, но разговор не будет простым, а нервировать мальчишку перед важными играми с его стороны было бы глупо. — Суб-бо-та…

***

Накануне бывший баскетболист получил радостное сообщение от Шузо, что его звёздная команда в финале. Следом телефон оповестил об смс от Аомине, который, видимо, заинтересовавшись сборной Ниджимуры, тоже придёт на финал. Потакая своим интересам, Акаши не стал сообщать остальным, подумав, что просто уйти от большой компании для разговора с мальчишкой будет непросто. Поэтому сейчас, встретившись с Аомине на остановке, он направлялся к огромному стадиону, в котором раньше так часто играл сам. Несмотря на переполненность зала им удалось занять хорошие стоячие места посередине небольшой ложи второго этажа, с которого вся площадка была видна как на ладони. Акаши замер в предвкушении. Под громкие возгласы болельщиков обе команды появились из глубин стадиона и, разойдясь к своим кольцам, начали разминку. Последним из Тейко появился Куроко и вслед за своими партнёрами побежал по площадке, понемногу разрабатывая мышцы. Сейджуро следил за каждым его движением, не отводя взгляда, и очень удивился, когда парень не стал участвовать в бросках по кольцу, отрабатывая передачу паса в паре с Ниджимурой. «Неужели, как и я, разыгрывающий?» — Тяжело им будет, — послышался голос рядом. — У них игрока выше того самого Бакагами и нет. Я, конечно, сделал всё, что мог, и про Зону ему рассказал. Но у соперников и вправду два американца с потрясной техникой и ростом под метр девяносто. Справятся ли? Акаши успел забыть, что Аомине стоит рядом. Он так загляделся на мальчишку, что даже не обратил внимание на команду соперников. А парни, действительно, были сильны. — Справятся. А ты чего ему помогать взялся? — Сейджуро с хитринкой в глазах посмотрел на Дайки. — Ты чё так пялишься? Просто не мог смотреть на его бездарную игру. Подумал, что если не помогу — проиграют. А во мне, между прочим, ещё дух Тейко живёт — «Сто игр — сто побед» — это правило никто не отменял, — Аомине вновь отвернулся к площадке, и, кажется, Акаши смог различить, как слегка покраснели смуглые щёки его друга. — Понятно. — Чё тебе понятно? — Аомине зло на него зыркнул. — Акаши, какого ты смеёшься? — Никакого, — Сейджуро попытался скрыть улыбку. — Смотри — вбрасывание. Игра началась. Обе команды показывали отличный баскетбол высокого уровня, не давая вырваться друг другу и на пару очков. Но Акаши часто поглядывал на скамейку запасных, где, внимательно следя за матчем, сидел Тецуя. — Чёрт! Говорил же ему не вестись на ложные выпады! Прыгает эта зараза, конечно, высоко, но пока он со своего выпрыгивания приземлится, ему уже раз триста в корзину забьют с другой позиции. Тц! Сейджуро видел, как Ниджимура порывался произвести замену, всё время напряжённо трогая за плечо сидящего рядом Куроко, но поскольку игра шла более или менее ровно, решил, видимо, приберечь его для второй половины. На перерыв команда Мейко ушла с небольшим лидерством в восемь очков. Аомине достал телефон и начал в нём что-то гневно печатать. — Ты кому? — Да дебилоиду этому! Пусть внимательней следит за номером восемь! Тот хрен ещё не все свои козыри показал. Акаши улыбнулся: — Тогда припиши ещё, что номер десять бросает только тогда, когда их центровой под кольцом стоит, а в остальных случаях отдаёт пас. Помешав этому, они создадут им серьёзные трудности. Началась вторая половина. И Куроко сразу же выпустили на поле. Несмотря на то что большую часть времени взгляд Сейджуро был прикован именно к нему, на площадке он тут же потерял мальца, переключив взгляд на забивающего данк Кагами, у которого не понятно откуда в руках появился мяч. Действительно, Фантом. Темп игры Тейко стал быстрее, а команда соперников начала уступать, явно не готовая к встрече с Шестым призрачным игроком. Но тем не менее опыт двух иностранных баскетболистов не давал Мейко проигрывать много. К концу третей четверти счёт сравнялся. Соперники разгадали часть фокусов Куроко, порой не давая проводить свои пасы. В четвёртой лидерство противников начало расти. До конца игры оставалось две минуты и десять очков отрыва. Трибуны ревели. Акаши крайне переживал за Тейко. Он был готов и сам выйти на площадку, чтобы помочь, следя как Фантом и не собирается сдаваться, передвигаясь по площадке ещё быстрее и отдавая почти все мячи играющему на пределе Кагами. — Чёрт побери! Сейчас самое время! Давай, Бакагами! Ну! — нервы Аомине тоже не выдерживали. И, как по приказу, парень с раздвоенными бровями вошёл в Зону. Отточенность их движений с Куроко стала просто нереальной. С помощью товарищей по команде они забивают мяч за мячом, сокращая отрыв. Три секунды… Тецуя, возникая из ниоткуда, ворует мяч у разыгрывающего Мейко. Две секунды… Мяч летит через половину поля точно к корзине соперника. Секунда… Кагами прыгает вместе с успевшим вернуться центровым американцем. Звучит сирена. Кагами забивает, ставя точку в этой игре: сто двадцать два — сто двадцать. Победа Тейко. Акаши облегчённо выдыхает, слыша как рядом Аомине на эмоциях бьёт руками по поручню и радуется их победе, как своей. Он видит, как по щекам мальчишки льются слёзы счастья, и сам готов заплакать вместе с ним. Команда продолжает бесноваться, подхватывая тренера на руки и начиная подкидывать его в воздух, а после и вовсе держа друг друга за плечи начинает крутить адский хоровод, который заканчивается падением его смеющихся участников. Команды благодарят друг друга за игру, и на стадионе раздаются аплодисменты. — Они сейчас в душевые перед награждением пойдут. Идём! Поздравим Ниджимуру! — Дайки выходит на лестницу и смотрит на друга. Увидеть его сейчас? Вместе с Аомине? Ему же так хочется обнять и поцеловать мальчишку, выразить весь восторг от его игры… Но нет. Он подождёт ещё немного. Он не поделится этим моментом ни с кем. Они увидятся чуть позже тет-а-тет, как и встретились полгода назад. Акаши перебарывает громко стучащее сердце и дрожащие руки: — Ты иди. Я здесь награждения подожду. Если Ниджимура спросит… Аомине кивает. — Я всё понял. Сейджуро смотрит, как на шеи мальчишек вешают медали и вручают кубок. Видит, как они, обнявшись, уже все вместе ревут на пьедестале почёта. Трибуны начинают пустеть. Он остаётся практически единственным зрителем. К победителям подходят журналисты. Они что-то спрашивают у игроков. У всех кроме Тецуи. Кажется, одного из главных героев матча попросту не замечают. Фотографы красиво выстраивают команду, делая пару снимков. Потом подходит Ниджимура, что-то говорит, и парни берут в зубы золотые медали, счастливо улыбаясь и паясничая на камеру. В пустом зале Акаши слышит, как тренер под возмущённые возгласы команды приказывает всем расходиться по домам и, улыбаясь, обещает праздничную вечеринку на следующий день, когда игроки отдохнут и отоспятся. Сейджуро спешно покидает стадион. Становится в тени растущих по периметру деревьев и, чувствуя себя сталкером, с замиранием сердца следит за выходящими. Кагами с Куроко появляются последними. Помахав на прощание, Кагами заворачивает за стадион и удаляется. Фантом же в одиночестве устало спускается по широкой лестнице, ведущей к остановке. Акаши подходит к началу спуска, наблюдая за такой до боли знакомой фигурой мальчишки, и сам, находясь на отдалении, следует за ним. Куроко подходит к козырьку и изучает табло, подсказывающее через сколько минут придёт его автобус. Три ступеньки. Две. Одна. Сердце Сейджуро часто бьётся тяжёлыми ударами так, что он может видеть, как трепещет собственная рубашка. Пять метров. Так близко. Он так близко от него. Не исчезнет? Он же не исчезнет, как тогда? Метр. Их разделяет всего метр. Собственное сердцебиение и дыхание кажутся такими громкими, что он удивлён, как мальчишка не обернулся, услышав его. Он протягивает трясущиеся руки, мягко кладя ладони на его плечи, и чувствует, как парень вздрагивает. — Поздравляю. И приятно познакомиться, Куроко Тецуя.