Следуй за мной

- Боишься? – В голосе снова послышалась насмешка, но Сокджин упрямо поджал губы. - Нет… волнуюсь. Немного. Конечно, он боялся. Намджун сидел в кресле и рассматривал его, словно товар на рынке, еще бы он не испугался. Усилием воли дрожь в пальцах было не унять, поэтому пришлось отвернуться, складывая на столик ненужные украшения. Только обручальное кольцо, весьма массивное и скрывающее под металлом полпальца, принц оставил, ненадолго задерживая на нем взгляд. На большую слабость у него не было права, и, вот, он снова предстал во весь рост перед супругом – крючки, кнопки, пуговицы с трудом поддавались, растягивая процесс раздевания до мучительного. Шелк рубашки соскользнул на пол, и Сокджин, кажется, физически почувствовал взгляд, прошедший по коже от широких плеч до пояса кюлотов. Он снял туфли, ступив на ковер, и, не дав себе засомневаться, обнажился полностью, не обращая внимания на горящую кожу щек, ведь особенно стыдно было снимать перед мужчиной белье и чулки, совсем интимно отчего-то, и внутри все затрепетало, словно от предвкушения. Ему было интересно, нравится ли он своему мужу, но силы хватало только на то, чтобы гордо поднять голову, но никак не столкнуться с этим испытующим взглядом вновь. Теплое сияние свечей вылизывало гладкую кожу омеги, делая её цвет темнее, но он все равно выглядел, будто слепленным из фарфора. Сквозняк щекотал его ноги, заставляя покрыться мурашками, или это все же было от тяжелого весомого взгляда альфы, Сокджин не хотел об этом думать. Он не вздрогнул, когда Намджун резко поднялся с места, сбрасывая с себя куртку, но невольно засмотрелся на чужие обнаженные руки. Омега застыл, наблюдая за раздевающимся мужчиной, и то, что он видел, ему нравилось – кожа, облюбованная солнцем, рельеф мышц, длинные ноги, шрамы от оружия, шрамы от когтей. «Варвар», - снова мелькнуло в его голове, но интонация была совершенно другая, у него впервые в жизни появилось желание потрогать другого человека, и это открытие смутило его окончательно. Когда Сокджин случайно зацепил взглядом член альфы, он задохнулся, резко дергая головой, и эта реакция не ускользнула от Намджуна, его смешок в тишине спальни был слышен более, чем отчетливо. Теоретически в омегу это будут заталкивать, это он тоже прочитал, но практически… как это возможно вообще? Не то чтобы он рассчитывал на десять сантиметров, ведь слышал от сплетничающих омег, что дикари большие во всех смыслах, но тут орган, уже отреагировавший на обнаженное тело и запах омеги, даже в приподнятом своем состоянии, превосходил Сокджинов почти в два раза. Как считал омега, его запах не совсем ему подходил, ведь теплое сочетание имбиря, разбавленного пряной корицей и свежими пчелиными сотами с медом уже представляло собой цельный аромат, словно не подразумевающий наличия у него истинного альфы. Но теперь это не имело значения. Сказки об истинности прочитаны и забыты, ведь у него никогда не было выбора. Когда альфа подошел, парень прекратил дышать, большие ладони накрыли его плечи, подталкивая к кровати. Сокджин отступил, ему было горячо от чужих рук, у него вообще температура тела редко поднималась выше тридцати пяти, а тут рядом оказался Намджун, распаленный желанием обладать. - Как мне вас называть? По имени? Мой король? Муж? – спохватился принц, прежде чем сесть на колени альфы. - Не знаешь как? Может, хочешь называть меня господином? – От проступившей на доли секунды гримасы на красивом лице парня Намджун вновь засмеялся. - Джун. Я буду называть тебя так. – Сокджин выделил голосом неформальное обращение, и у альфы сразу возникло желание наказать его за дерзость, но он лишь повернул голову парня за подбородок и коснулся мягких, едва теплых губ. Стало хорошо до такой степени, что принц позволил себе прикоснуться к чужим, коротко остриженным волосам, выбритым у шеи до колючего ёжика. Намджун не торопился, неумелые ответные поцелуи побуждали его уделить больше внимания незатейливым ласкам. Он принялся целовать длинную шею Сокджина, вырывая беззащитный стон. Омега спустил пальцы на рваный шрам на плече, погладив его почти неосознанно, и сосредоточился на скользящих по спине ладонях, обхвативших вскоре его ягодицы. Парень толкнул Намджуна на постель, собираясь изучить упругую кожу, но его сразу же перевернули спиной на одеяло. Вытягиваясь, Сокджин подставил под влажные поцелуи живот и громко застонал, когда пальцы настойчиво коснулись нежного прохода, проникая внутрь. Реакция не заставила себя долго ждать, член омеги стал набухать, а от каждого движения внутри смазка сочилась все сильнее. Намджун, довольный чувственной реакцией, проскользнул глубже, стремясь быстрее растянуть тугой проход. Внутри омеги каждый миллиметр был чувствителен сверх меры, поэтому движения приносили только удовольствие, а не ожидаемую боль, и от этого он терялся, дрожа. Румянец на лице проступал отчетливее, потому что от желания отдаться супругу меж ягодиц становилось все влажнее, даже с кончика члена скатывались белесые капли. - А ты точно чистый? Выглядишь, как шлюха. - Намджун произнес это быстрее, чем успел подумать, как вдруг он встретился с ошеломленным взглядом. «Чёрт, эти принцесски», - промелькнуло в его голове и, подтверждая мысли альфы, Сокджин замолк. От испуга и непонимания температура его тела снова упала ниже нормы любого нормального человека, член опал, а пальцы, приносившие удовольствие, теперь причиняли только дискомфорт. - Я… я… - Слова застряли в горле принца. Намджун отчетливо видел, как глаза, которые только что были готовы пролить слезы, высохли, став пустыми. – Вы, должно быть, ознакомились с бумагами от докторов. Если вы не доверяете им, то я готов встретиться с вашими специалистами. «Ой, дура-а-ак...», - промелькнуло в голове альфы, и он подозревал, что адресовано это было далеко не Сокджину. Принц поднялся, глядя на отстранившегося мужчину, и надел на себя свободную тунику для сна. - Я могу ложиться, ваше величество? – Последнее звучало, как явная издевка, но Намджун, чувствуя себя неожиданно неловко из-за смены настроения, проигнорировал это, кивая на вопрос. Сокджин нырнул под одеяло, прикладывая ладонь к груди, в которой непривычно ныло. «Переживу», - вердикт не заставил себя ждать, и омега попытался уснуть.