Дюймовочка!!! на Льду

- Сука блять қандай өмір осындай қарай сіз барлық өлі*, - ругался Отабек, готовясь выходить на лед. На трибунах уже собрались зрители, вокруг стоял шум и гам, слышались визги детей и голоса родителей, предвкушающих потрясное ледовое шоу со знаменитыми фигуристами. Парень бойким движением поправил подложную грудь. Честно признать, казах не думал, что ему придется выступать с накладными сиськами в исполнении шерстяных носков Виктора. А сколько мороки было, когда на него пытались натянуть лифчик! Попросить лифчик у Сары не стоило труда - она сама, как ответственная за грим, принесла его. Сложностью было напялить его на Алтына. Нет, основной проблемой было не то, что поняв намерения гримера парень дал дёру, и даже не то, что у напуганного Отабека разгон до первой космической за 0,01 секунды и нет тормозного пути. Проблемой было натянуть несчастный бюстгальтер на связанного, но все еще сопротивляющегося казаха (окружен, но не сломлен), стянуть его на спине и застегнуть. Суть то в том, что бюстгальтер Сары не подошел по размеру - грудная клетка девушки вместе с грудью была намного меньше богатырской груди парня. Пришлось помогать булавками. От шерстяных носков зачесались соски. Из динамиков послышался гудок-оповещение: спектакль скоро начнется. - Сендерді жек көремін**, - буркнул парень, поправив парик и юбку. Сзади послышался истеричный хохот Плисецкого. Казах устало закатил глаза, отметив про себя, что накладные ресницы тяжелят веки. - Не надоело еще? - спокойно отозвался он, даже не обернувшись к блондину. - Выглядишь просто потрясающе, - аккуратно смахнул слезы, чтоб не испортить макияж, Юрио. - Знаешь, я бы даже поцеловал тебя на удачу, но боюсь тебе макияж попортить... - Иди к черту, - Отабек направился в сторону сцены. - Стой! - Юрий подбежал к казаху и аккуратно, почти невесомо чмокнул того в уголок рта. - Удачи. Отабек, воодушевленный, с шилом в заднице и крыльями за спиной, ощущая попутный ветер в спину вышел на лёд, бросив напоследок: - Келемда, көтінді айырам.***

***

Все в зале затихли, свет погас. На середину катка под свет прожектора выехал Пхичит. - Дамы и господа! - поприветствовал он зрителей. - Позвольте представить Вашему вниманию благотворительный спектакль "Дюймовочка". Для нужд представления мы убедительно просим Вас отключить свои мобильные телефоны. Спасибо. Прошу, наслаждайтесь! Свет вновь померк, заиграла музыка. Включились прожекторы. На лед выехал Отабек. Сара-рассказчик начала читать текст. - Когда-то давно жила на свете одна женщина. Бог не дал ей детей, а ей так хотелось ребеночка! Алтын на льду в это время откатывал свою программу, жестами и движениями выражая все те чувства, которые могла бы испытывать бездетная мать. - И вот однажды женщина пошла к старой колдунье, просить ее о помощи. Прожекторы внезапно осветили стоящего на льду Лео, переодетого в Ведьму. Он стоял, закутанный в черный плащ, скрывая лицо в капюшоне. Отабек приблизился, поприветствовав Ведьму реверансом, сел на колени у её ног и заговорил, сделав голос как можно более женственным: - Ах, мне так хочется, чтоб у меня была доченька! Хоть и самая маленькая! И столько мольбы и отчаяния было в этой просьбе, что зрители разомлели. С трибун послышались сочувствующие вздохи, никто даже не обратил внимание на слегка мужеподобность женщины. - Нет ничего проще! - воскликнула Колдунья, достав из широкого рукава ячменное зерно размером с кулак. - Вот тебе ячменное зерно. Оно не простое, не из тех, что растут в наших краях да родятся птице на корм! Возьми его, да посади в цветочный горшок. И будь что будет! Отабек-женщина принял зерно, взамен отдав ведьме Лео кошель с позвякивающими монетами, и вновь закружился по катку, после чего плавным движением "посадил" зерно. Со всех сторон, освещенные розовыми лучами прожекторов, к нему поспешили малыши из массовки с огромными опахалами, имитирующими лепестки цветка, и закружились в танце вокруг того места, куда было посажено зерно. - Какой красивый цветок! - воскликнул Отабек, когда малыши сформировали закрытый бутон. Бутон тут же раскрылся, являя зрителям Дюймовочку. Плисецкий, одетый в милое воздушное платьице пастельных тонов, с венком из цветов на голове и в капроновых колготках, которые на него таки натянула Сара, сладко потянулся. Отабека уже и след простыл. - Заебалым шықты!**** - прокомментировал своё короткое выступление казах, сойдя со льда. Юрий тем временем танцевал на льду красиво, как никогда. Он кружился, выполняя дорожки шагов и прыжки в такт музыке, и зрители боялись даже вздохнуть. - Когда прекрасный цветок распустился, в его чашечке сидела прелестная маленькая девочка, красивей, пожалуй, и во всем свете не сыскать! Она была совсем крохотная, всего-то с дюйм ростом, поэтому ее так и прозвали - Дюймовочка. Малыши с опахалами покинули лед, и вместо них вышли другие, постарше, в костюмах мотыльков и бабочек. Плисецкий-Дюймовочка танцевал с ними, перемещаясь на льду, куда проецировалось изображение миски с водой и плавающего в ней лепестка тюльпана. Заиграла песенка с веселым мотивчиком и с фонограммой девичьего пения. - На середине стола, где жила Дюймовочка, стояла миска с водой. Она казалась девочке целым озером, и она часто плавала, переплывая от одной кромки к другой и распевая песенки. Такого чудного голоска, пожалуй, ни у кого в мире не было! Спала же крошка в ореховой скорлупке, укрываясь лепестком розы. Прожекторы осветили вывезенную на лед конструкцию, изображающую колыбель из ореховой скорлупки, в которую улегся Юрец. - Однажды, когда Дюймовочка спала, ее через окно увидела старая гадкая жаба, мокрая и противная. На льду появился Мишель в болотно-зеленом костюме. - Какая красавица! Славная будет жена моему сыну! Криспино взял Плисецкого на руки, выполнив поддержку, прижал блондина к себе и удалился со сцены. И вновь каток осветился зеленоватым светом. Из динамиков полились трели ночных птиц и стрекот сверчков, словно на болоте. На спроецированном на лед листе кувшинки посреди огромного озера мечется Плисецкий. Кружась и прыгая, под звуки кваканья, к нему приблизились Мишель и Эмиль, две жабы. - Вот мой сынок! Он будет твоим мужем! Ах, как сладко заживете вы с ним в домике на дне болота, среди тины! Лягух-Эмиль же, выполнив вращение, элегантно поклонился Дюймовочке, облобызав её тонкую ручку. Жабы удалились, вновь оставив блондина метаться по зеленой проекции, изображая вселенские страдания. - Ах, как испугалась Дюймовочка! Как не хотелось ей выходить замуж за мерзкого и противного сына жабы! С противоположного края катка, мерцающая разноцветной чешуей на костюмах, появилась стайка рыб. Спиралями кружа по катку, от стайки отделились две рыбки - Кристофф и Пхичит. Подплыв к плачущей Дюймовочке и покружив немного вокруг листка кувшинки, на котором она находилась, вернулись к остальным рыбешкам. Посовещавшись, все рыбешки собрались в большой хоровод вокруг кувшинки, быстро кружась вокруг и держась за руки. Музыка стала более динамичной, все актеры расцепили руки и врассыпную разъехались к бортам катка, выполняя различные комбинации движений. От пестроты и красоты исполнения у зрителей перехватило дух. Проекция начала двигаться, создавая иллюзию того, что кувшинка на большой скорость плывет по течению. Плисецкий заметался с удвоенной паникой, зрители боялись дышать. Он исполнял свой танец, вкладывая в него все свои чувства. С двух углов катка за кувшинкой бросились две жабы, проехав крест-накрест в нескольких метрах от проекции, словно бы пытаясь догнать и поймать, грозясь при этом кулаками. По всей площади катка танцевали актеры массовки в костюмах певчих птиц. И тут на помощь Дюймовочке-Плисецкому пришел Мотылек. Минами в тонком изящном костюме с перепонками между телом и рукой, имитирующими крылья. Он покружился вокруг Дюймовочки, словно бы пытаясь ее коснуться, но не имея возможности, покорно поклонился. Плисецкий, сделав в ответ реверанс, снял со своего платья шелковый пояс и кинул один его конец Минами. Однако не тут-то было. Появившийся Жук-Сынгыль схватил театрально брыкающегося Плисецкого за талию, выполняя одну за другой поддержки, утащил того за кулисы, оставив на льду лишь сонм трагично поющих и танцующих птиц и мечущегося в панике Мотылька-Минами. Свет погас. Звук стремительно бегущего ручья и пение утихли, чтобы дать зрителям пару секунд перевести дыхание. И вновь зазвучал звук леса, кипящего полной жизнью. Прожектор осветил танцующих на льду бравирующего Жука и явно ничего непонимающую Дюймовочку. Откуда ни возьмись на льду появилось множество фигуристов, переодетых насекомыми - жуки, бабочки, пчелы. Сынгыль, встав на одно колено и резким движением развернув блондина в сторону массовки, жестом продемонстрировал свою "невесту" гостям. Насекомые, обступив фигуриста плотным кольцом, всем своим видом показывали недоумение. - Она же совсем тоненькая! - У нее даже нет щупалец! - Какая некрасивая! - слышалось со всех сторон. Насекомые, махнув разочарованно руками, удалились, некоторые даже покривлялись, рассмешив маленьких зрителей. Даже Сынгыль покинул Дюймовочку, которая упала на лед и заплакала. Проекция показала сменяющиеся времена года, Плисецкий вновь встал и начал танцевать. - Всё лето Дюймовочка прожила в лесу одна-одинешенька. Она сплела себе колыбельку из сочных травинок, укрывалась от солнца и дождя большим листом лопуха, пила мед и росу, которые находила в цветах. Но вот пришли холода, растения стали увядать, птицы улетели в теплые края, а букашки попрятались. Близилась зима. Танец Дюймовочки стал вялым, Плисецкий обнимал себя руками, словно и в самом деле замерзая. - Замерзшая и голодная девочка брела по ржаному полю, на котором остались одни лишь сухие жухлые стебли. Нигде не могла она найти себе приюта на зиму, и стала бояться, как бы ей не умереть от холода и голода... Дюймовочка-Юрий, словно плача, закончил танец и опустился на колени посреди катка, закрыв лицо руками. Свет погас, музыка плавно прекратилась. Со всех сторон послышались бурные аплодисменты. Первый акт закончился. Начался антракт. После завершения первой части, фигуристы облегченно выдохнули, так как прошло все вполне удачно. Пхичит вообще думал, что они провалятся на первой минуте, ведь Отабек уже с начала репетиций покрывал всех жестким казахским матом, а Юрий не хотел переоблачаться в девушку. Но все обошлось, зрители были в восторге, да и выступающие были в прекрасном настроении. Кроме одного. Виктор собственной персоной отчего-то ходил хмурый и задумчивый. - Виктор, что с тобой? – спросил Юри, подходя к мужчине. Даже если голос у японца был очень тихий, услышать его смогли все. Фигуристы до единого обратили внимание на Никифорова, пытаясь узнать все ли в порядке. - Плисецкий чуть смазал на повороте, и пропустил прыжок в середине, - вставая со стула, ответил мужчина. - Правда? – недоумевал Юри. – Я не заметил… - Я тоже, - так же растерянно отозвался Пхичит. – Программа от этого не пострадала! - Моя репутация пострадает, если об этом напишут в прессе. Ведь всю программу ставил я! - никого не слушая, продолжал утверждать Виктор. Казалось, что он на грани нервного срыва. - Минами! Что за сальхов?! Ни к селу, ни к городу, ни в пизду, ни в красную армию! - Думаешь, эти журналисты все профессиональные фигуристы? – встал на защиту парня Отабек. – Даже мы не заметили его ошибок, какой там они! Все это время, непривычно тихий Плисецкий что-то разглядывал на телефоне. - Комментарии пока что положительные, ни одного плохого, - вдруг подал голос он, показывая свой экран телефона. Через несколько секунд добавил: – У НЕГО БЛЯТЬ ПРОСТО ПУКАН ГОРИТ ОТ ВОЛНЕНИЯ, ВОТ ОН И НА МНЕ СРЫВАЕТСЯ! - А ВОТ И НЕПРАВДА! – нервно проговорил Виктор, махая руками. - ПРАВДА! НА ПОВОРОТЕ ПРОЖЕКТОРЫ СТОЯТ, ВОТ ТЕБЕ И ПОКАЗАЛОСЬ, ЧТО Я СМАЗАЛ, НО Я ВСЕ ОТКАТАЛ ИДЕАЛЬНО! Виктор что-то хотел ответить, но Кацуки, обняв его сзади и прикрыв открывающийся рот, утащил куда-то назад, чтобы успокоить. Плисецкого успокаивали всей командой, подавая ему воды и одобряюще похлопывая по спине. - Может быть успокаивающий поцелуй? – подходя ближе, спросил Отабек. Плисецкий повернул голову, чтобы посмотреть на парня, но вместо привычного казаха, перед ним предстала сексуально приподнимающая брови женщина. Юрий громко заржал, хватаясь руками за живот и поднимая ноги. Отабек на это непонимающе нахмурил брови. - Ты представляешь как это будет выглядеть? Дюймовочка и женщина? На ролевуху потянуло что ли, извращенец? Инцест - это плохо! Я твоя дочь! Бек ухмыльнулся после сказанных слов, а после все же притянул к себе парня, обнимая того за талию. - Ты маленький бесюган, ты даже не представляешь как заводишь меня в этом костюме, - прошептал брюнет. Легкая хрипца давала понять, что он действительно начинает возбуждаться. - И вообще, ты приемный. Плисецкий был благодарен всем Богам, что появившийся румянец на данный момент был прикрыт макияжем, и что Отабек этого не заметил. - Озабоченный, - выдохнул блондин, отталкивая от себя Бека и подальше от него уходя. Не без интереса наблюдавший за разыгравшейся сценой Пхичит, мысленно делая выводы, и получая предельно ясный ответ, кивнул, повернувшись к другим фигуристам. - Ребята, я знаю, что мы подарим Юрцу на восемнадцатилетние! – с ухмылкой сообщил он. - Что же? – послышался сзади голос Кацуки. Они с Виктором подошли вместе, и вид у них был слегка помятый. Идеально уложенные волосы Никифорова сейчас напоминали птичье гнездо, а черная рубашка, в которой выступал Юри, была расстегнута на две верхние пуговицы. - Юри, малыш, мы здесь не порнушку снимаем, застегнись, - мило отметил Кристоф. - У нас был сеанс успокойсятерапии, так что молчать, - буркнул Виктор, и, схватив своего Юри в охапку, утащил в раздевалку, чтобы пришить оторванные пуговицы. - Пхичит! Помоги мне! - крикнул с той самой раздевалки Сынгыль. Таец не долго думая рванул в помещение, думая, что с парнем что-то случилось. - Что такое? - удивленно спросил он. - Почеши спину, пожалуйста. Я не дотягиваюсь из-за жёстких крыльев. Пхичит выглядел удивленным. - Ну, чего застрял? - нетерпеливо дернулся кореец. Чуланонт быстренько почесал где-то под лопаткой, пока Сынгыль одобрительно закивал. - Слышь, Сынгыль, а ты дашь мне потрогать свой рог? - невзначай спросил Пхичит, недвусмысленно подмигивая. - Какой ещё рог? - удивился кореец, всё же смекая, к чему клонит партнер. - Да вот этот, - таец дотронулся до ободка, на котором были приклеены искусственные жучьи рога. - Спасибо! - и оставил бедного паренька в недоумени. ------------------------ - Чего-то Виктор сегодня агрессивней чем обычно, - хмуро заметил Мишель. - Чувствую, мозги он нам еще поебет, раз уже начал. - О, это он еще не ебал, так, по губам поводил, - закатил глаза Георгий. - Захлопни варежку, не облегчай ему работу. Послышался звонок, оповещающий начало второго акта. Плисецкий встал и направился к выходу на лед, поправляя на ходу платьице и подтягивая капроновые колготки. Отабек нехотя засмотрелся на стройные ноги. - Твои бы ноги мне на плечи, - присвистнул он.

***

- Так бы и погибла Дюймовочка от голода и холода, если бы не добрая старушка-полевая мышь, которая приютила девочку в своей теплой уютной норке. Девочка помогала старушке по хозяйству и рассказывала ей сказки, до которых старушка была большая охотница. На льду в это время кружились Георгий и Юрий. Дюймовочка помогала старой мыши танцевать, показывала движения, которые мышь неуклюже повторяла. Старушка же в свою очередь гладила девочку по волосам, поправляла ей платьишко. Внезапно раздался душераздирающий визг микрофона, заставивший зрителей зажать уши. Свет в зале вырубился, так же как и звук. Выполняющий в это время бильман Плисецкий от неожиданности не устоял на ногах и шмякнулся на лед. Перепуганный до дрожи в коленках за свое детище Пхичит в это время судорожно успокаивал зрителей в нашедшийся в реквизитной мегафон. - Уважаемые зрители, без паники! Произошла техническая неполадка! Оставайтесь на своих местах! Вся постановка грозилась быть сорванной помехами с электричеством. Вызвавшие электрика актеры собрались в гримерной. Пхичит нервно выдирал свои волосы, безмолвно меря раздевалку шагами. - Ну и хули нам теперь делать?