Dependency

УХён стоял в широком светлом коридоре, прислонившись задом к подоконнику, глядя на высокие двери, расположенные перед ним. Похоже, за ними скрывался кабинет его... подопечного. Сегодня у парня был первый рабочий день, и работать он будет в этом роскошном особняке, где даже завалящая пепельница стоит больше, чем его мопед. УХён немного нервничал в этой обстановке, чувствуя, что здесь не ко двору. Когда он собирался сюда, то выбрал одежду поприличнее и даже сделал аккуратную укладку, и сейчас его отросшая чёрная челка лежала волосок к волоску, закрывая лоб и падая на глаза, из-за чего он постоянно отбрасывал её движением головы. И всё равно на фоне всего этого дышащего дороговизной интерьера, УХён чувствовал себя дёшево. Борясь с желанием нервно закусить свою пухлую нижнюю губу, он продолжал изображать невозмутимость, и довольно удачно – на лице его не отражалось и тени волнения. Хотя сейчас ему и не перед кем было показывать сдержанность: строгая тётка, представившаяся Кан СуЁн, с которой он встречался при устройстве на работу, и которая встретила его сегодня, скрылась за этими дверьми ещё десять минут назад и, похоже, не торопилась выходить. С каждой минутой парень напрягался из-за этого всё сильнее – ему решили вдруг отказать? Или почему это с ним не хотят знакомиться? Разве этому немощному не интересно посмотреть, кто станет теперь его нянькой? УХён шумно выдохнул, успокаиваясь и повторяя про себя, что он должен быть приветливым и уравновешенным, как ему говорили. Хотя надоедливая мысль о том, что ему здесь вообще не место, и нужно бежать, навязчиво крутилась в мозгу. И правда, УХён никогда бы не подумал, что когда-либо у него будет такая работа. Сиделка. Он – сиделка. Это даже в мыслях звучало нелепо, а уж рассказать кому-то из друзей и вовсе стыдно. А началось всё с того, что он вылетел с очередной подработки. После окончания школы он много их сменил... Конечно, нужно было поступить в какой-нибудь даже захудалый университет, получить профессию и жить себе достойно, но УХён-школьник слишком понадеялся на свои спортивные достижения. Он думал, что сразу после школы попадёт в какую-нибудь команду, и совершенно забросил учёбу, полностью отдаваясь футболу. Только вот в последнем матче они провалились, и никто не заинтересовался УХёном, ни одна команда не пригласила его играть даже в запасном составе. Так что пришлось ему пойти работать. Но с этим делом тоже не заладилось. УХён не был ленивым или глупым, и даже характер его был неплох, но почему-то парень нигде не задерживался надолго. Чаще всего, правда, он уходил сам, недовольный уровнем оплаты. Но трудно было найти высокооплачиваемую работу человеку, основными достоинствами которого была хорошая спортивная форма и игривый нрав. И тогда УХён пошёл в армию. Это было не такое уж плохое время, но желания остаться на службе у парня не возникло ни малейшего. И вот, вернувшись полгода назад, он с тех пор влачил жалкое существование, перебиваясь временными заработками и, по правде, просто усевшись на шею брату, поселившись у него и принося в их совместный бюджет лишь жалкие гроши. Но, видимо, судьба, наконец, решила смилостивиться над ним и, когда УХён в очередной раз остался без работы, новая подружка его брата – миленькая медсестра – внезапно предложила ему: - А ты не хочешь поработать сиделкой? УХён, в тот момент сделавший глоток пива из стакана, поперхнулся, выплёвывая напиток обратно. Утерев рот рукой, он недовольно посмотрел на девушку, хрипло переспросив: - Что? - Я говорю – сиделкой, – терпеливо повторила та. – Не бойся, медицинского образования не нужно... - Это как же? – голос парня был полон скептицизма. - Пациентам, которые не могут сами передвигаться, но в остальном здоровы, требуется в основном помощь не медицинского характера. Пересадить с постели в кресло, помочь одеться, помыться... Медсестрам с этим не справиться. Для этого нужен сильный здоровый парень. Думаю, ты справишься! Платят, кстати, более чем хорошо, – многозначительно округлила глаза девушка. – Если хочешь, я узнаю, нет ли подходящих запросов... УХён не хотел. Но спустя пару дней, в течение которых брат и его девушка ненавязчиво промывали ему мозг, склоняя к положительному ответу, он всё же согласился. УХён даже не думал, что его кто-то наймёт, и уж тем более, что это будет так быстро! Но на первом же собеседовании ему сказали, что он подходит... И вот теперь УХён ждал, когда же его представят тому, за кем ему предстоит ухаживать. Он знал, что это парень всего на пару лет старше, и в душе искренне радовался тому, что ему не достался какой-нибудь противный старикашка. Уж с молодым мужчиной он найдёт общий язык. Возможно, эта работа окажется не такой уж ужасной, какой она представлялась ему... Дверь в кабинет, наконец, открылась, и УХён оттолкнулся от подоконника, вставая ровно и с ожиданием уставившись на строгую тётку (экономка она или кто? Как это называется у чванливых богачей?) - Проходите, – УХёна жестом пригласили войти в кабинет, и он, не медля, решительно шагнул внутрь, нацепляя на лицо вежливую, как ему казалось, улыбку. Кабинет был против ожиданий УХёна небольшим, а полузадёрнутые шторы делали его ещё и довольно мрачным. Но, вероятно, хозяину сего помещения это нравилось. Сам он сидел у окна в инвалидном кресле и даже не глядел в сторону вошедших, пока женщина не произнесла, обращаясь к УХёну: - Это Ким СонГю-щщи – вы будете заботиться о его нуждах, – на этих её словах на красивых губах парня мелькнула горькая ухмылка, которую УХён не мог не заметить, но вот женщина абсолютно проигнорировала и просто сказала Киму: – Господин, это Нам УХён, теперь он будет вам помогать. Если вы хотите поговорить, я могу оставить вас на несколько минут. Но затем, – она повернулась к Наму, – мне нужно будет рассказать УХёну-щщи о вашем и его расписании, показать его комнату и представить остальному персоналу... - Можешь делать это сейчас, мне не о чем с ним говорить, – подал голос Ким СонГю, наконец, посмотрев на Нама. Голос был сильный и красивый, взгляд узких глаз – дерзкий, и в целом СонГю выглядел совершенно здоровым... если бы не инвалидная коляска. - Как скажете, – кивнула экономка и, взглядом указав УХёну на дверь, сама развернулась к выходу. Наму был не удивлён поведением Кима – он и не ожидал, что богачи будут милыми и приветливыми, но всё равно ему это не понравилось. Поэтому он растянул губы в широкой улыбке и, поклонившись СонГю, громко произнёс: - Рад познакомиться. У нас будет ещё много времени для разговоров! И, развернувшись под ошарашенным взглядом парня, УХён вышел из кабинета. - Он всегда такой... недружелюбный? – спросил Наму, идя следом за строгой СуЁн по коридору. - У господина СонГю нелёгкая жизнь, – осадила его женщина. Ну, да. А у остальных просто сказка, ага! УХён едва сдержался от того, чтобы не фыркнуть презрительно. Нет, конечно, ему было жалко этого СонГю – парализованные ноги это ужасно... Что там ему рассказывали? Ким попал в аварию почти год назад, и с тех пор ноги отказали. Вроде как это могло быть временно... А, возможно, и на всю жизнь. Да, неутешительный прогноз. Но ведь кроме способности ходить у СонГю было всё! Он богатый, семья его любит – вон, вокруг него все носятся, няньку ему наняли... Может ведь ни в чём себе не отказывать! И он даже симпатичный... хотя, нет, по сравнению с УХёном, он никакой. Скорее, просто ухоженный. Ох, и теперь этот уход должен обеспечивать сам Нам... - Вот ваша комната, – остановившись у одной из дверей и открывая её, сказала экономка. – Спальня господина СонГю – напротив. Вы должны всегда находиться рядом. Господин во многом самостоятелен, но ему часто требуется помощь. Только вот он не желает этого признавать, – добавила СуЁн со значением. УХён, в это время прошедший в комнату, которая теперь будет служить ему домом большую часть его времени, и с интересом оглядываясь, спросил равнодушно: - Почему? - Гордость, отрицание, нежелание, чтобы его жалели, – перечислила экономка задумчиво. – Причин предостаточно. Но важно, чтобы вы сумели их преодолеть. - А? – УХён перевёл вопросительный взгляд на женщину. Та устало вздохнула, раздражаясь из-за непонятливости парня, но пояснила: - Господин СонГю не станет просить вас о помощи. Не ждите, что он зазвонит в колокольчик, если чего-то захочет. Он будет упрямо пытаться сделать всё сам. Нам всем это прекрасно известно, и семья долго позволяла ему так вести себя. Хозяйка долго надеялась, что сын смирится с положением вещей и согласится на компаньона... но в итоге ей пришлось брать всё в свои руки, и теперь здесь вы. И вы должны предугадывать желания и нужды господина СонГю и помогать ему во всём, с чем он не может справиться сам. Постарайтесь, чтобы он привык к вам и спокойно принимал помощь. УХён недовольно поджал губы – вот на такое он не рассчитывал. Он-то думал, что просто будет помогать парню вылезти из постели, натянуть штаны, да таскать его в душ... И даже это всё было довольно отвратительно. А теперь ещё, оказывается, он должен скакать вокруг него круглые сутки, ещё и угадывая, не нужно ли чего его, блин, молодому господину?! Нет уж, на это Наму не подписывался! - Вам нравится комната? – спросила вдруг экономка, возможно, замечая нехороший блеск в глазах УХёна. Парень обвёл помещение взглядом, кивая: - Да... нравится. Чего уж скрывать – тут было действительно неплохо. И вообще это был несомненный плюс такой работы – проживание в комфортных условиях. - Давайте, я покажу вам остальной дом, объясню правила и познакомлю с работниками, – улыбнулась экономка – сдержано, но удивительно человечно, в один миг становясь не такой уж строгой, как показалось УХёну сначала. Экскурсия по дому и неоднократное ненавязчивое напоминание о том, какую зарплату Нам будет получать за свою работу, произвели эффект, и уже спустя двадцать минут, парень снова был полон решимости тут работать. Прислуга, которой было как-то уж чересчур много, по мнению УХёна, приняла парня приветливо, и ясно было, что он тут ценится на уровень выше – ведь он компаньон, а не слуга. Это польстило его самолюбию и ещё немного примирило с его нынешним положением. На минутку ему даже позволили выглянуть в сад, с виду огромный, и заметили, что было бы неплохо склонить СонГю к тому, чтобы прогуливаться там чаще. - Чаще? – уточнил УХён. – А как часто он это делает сейчас? – парень не был уверен, что хочет часами таскаться по саду за катающимся по дорожкам Кимом. - Никогда, – бросила экономка. Наму дёрнул бровями удивлённо, но ничего бы на это не сказал, но внезапно его осенило: - А, так может, это потому что его комната на втором этаже? Кстати, почему? Это же неудобно! Женщина смерила УХёна странным взглядом, но лишь сдержано произнесла: - Господин СонГю не захотел менять свою комнату. - Хм. Но ведь так ему труднее выбираться обедать со всеми, выходить на улицу... - Он не видит в этом необходимости, – прервала рассуждения Наму экономка, а затем мягко, но убедительно добавила: – И вам нужно его переубедить. - Но я... – УХён попытался сказать, что подрядился лишь на физический труд, и разговоры по душам и изменение сознания Кима не входят в его обязанности, но женщина моментально сбила его с мысли словами: - Хозяева бывают очень щедры на денежные поощрения, когда видят старания. И УХён прикусил язык, понимая, что это значит. Ладно, он постарается. Вряд ли будет так уж сложно поладить с СонГю. Конечно, тот сейчас был недовольным и ворчливым – Наму, на его месте, может, так же вёл бы себя... Но, когда они познакомятся поближе, этот парень оттает! Все тают рядом с УХёном... если он того хочет. *** Но уже вечером Наму пришлось жестоко разочароваться. Весь день прошёл спокойно (если не сказать – скучно), потому что ему совершенно нечего было делать – ведь он просто торчал в кабинете СонГю, пока тот работал или учился... в общем, ковырялся в каких-то бумажках. Им даже обед принесли в кабинет, и ели парни в абсолютном молчании после того, как несколько попыток УХёна разговорить Кима провалились. Наму с тоской вспоминал кухню, которую ему показали утром, и то, как там было оживлённо. Конечно, ведь люди, работающие там, не строят из себя немых! И вот, наконец, только вечером, после ужина (прошедшего так же в полной тишине) УХёну представился шанс по-настоящему поработать. СонГю предстояло принять душ и улечься в постель. Но, когда Наму потянулся в ванную следом за Кимом, тот посмотрел на него чуть ли не с угрозой, нервно откидывая каштановую чёлку с глаз и произнеся сурово: - Выйди. - Я должен вам помочь, – парень мотнул головой и, обогнув кресло СонГю, взяв его за ручки, подтянул ближе к ванне. - Отстань, я могу сделать это сам! – СонГю оттолкнул руки УХёна. Тот скрипнул зубами, но, сохраняя терпение, сказал: - Нельзя же быть таким упёртым. Я помогу – это моя работа, и мне за неё платят. - Можешь соврать им, что всё сделал, – прошипел Гю, раздражённо смотря на вновь потянувшиеся к нему руки Нама. - Э, нет, – мотнул тот головой, – не могу. Я слишком честный. Ким презрительно фыркнул в ответ, отворачиваясь. УХён, которого совершенно не прельщала перспектива перетаскивать голого мужика в душ, вдруг подумал, что СонГю может так упираться примерно по той же причине – вряд ли ему было приятно, что незнакомый по сути парень будет смотреть на него, прикасаться к нему. О, ну, тогда Наму его вполне мог понять! И от осознания того, что не ему одному некомфортно, он чуть-чуть расслабился и даже попытался разрядить обстановку доступными ему методами. - Слушай, хён, ни за что не поверю, что раньше ты обходился тут без помощи. Кто-то же был до меня. Неужели горничные? – УХён ухмыльнулся довольно пошло. А СонГю лишь смотрел на него во все глаза, возмущённый столь легко брошенным «хён» и в целом фамильярным обращением. А парень, присев на бортик ванны, продолжал говорить: - И кто же это был чаще всего? Может, МинА? Она миленькая, – одобрительно кивнул Наму. – Что ж, в таком случае, я понимаю тебя – мне бы тоже не понравилось, если бы вместо очаровательных служаночек мне подсунули бы парня... пускай даже и такого красавчика... - Нет! – возмущённо воскликнул Гю, до которого только сейчас дошёл смысл слов УХёна. – Разумеется, ни одна горничная такого не делала! - Хм, значит, медсестра? – предположил Наму, игриво склонив голову на бок. - Ты издеваешься, да? – догадался СонГю и, тем не менее, бросил мрачно, отвечая на вопрос парня: – Она приходит только для того, чтобы сделать массаж. - Я слышу в твоём голосе боль, хён, – хохотнул Нам, а Гю поморщился: - Я не позволял тебе так обращаться ко мне. Мы не близки. - Пока что нет, – пожал плечами УХён. – Но лучше нам поладить поскорее. - Лучше тебе свалить, – скривился Ким, но Наму покачал головой: - Это не тебе решать. Меня наняла твоя мать и уволить может тоже только она. Так что давай попробуем ужиться, а? – попытался уговорить парня УХён. – Нам ведь придётся быть рядом день и... нет, надеюсь, ночью я всё же буду мирно спать в своей постели, – усмехнулся парень. – Хотя мне сказали, что у тебя на тумбочке есть кнопка, которой ты можешь вызвать меня, если понадобится... надеюсь, звук вызова не раздражающий. - Я не стану звать, – заверил Гю. - А если тебе захочется на толчок посреди ночи? – недоверчиво фыркнул УХён. - Днём же я как-то справлялся сам, – язвительно напомнил Ким. - Точно... уф, и это нереально радует, – искренне улыбнулся Наму. - Я и с остальным справлюсь, – проворчал СонГю, на что УХён, уже уставший спорить, лишь закатил глаза: - Не глупи, хён. Тебе не обойтись без помощи. Не я, так кто-нибудь другой будет твоей нянькой. И, поверь – лучше я, чем какой-нибудь уродливый громила, который будет крутить и вертеть тебя, как хочет, и ты даже слова пискнуть не сможешь. - Такого не будет! – выпалил СонГю. - Когда у твоей матери закончится терпение – будет, – УХён кивнул. – Я видел её взгляд – она решительная женщина. Ким проглотил свои возражения – он лучше, чем кто-либо, знал, что Нам прав. Мать СонГю действительно не посчитается с мнением сына, если устанет от его упрямства. Не посчиталась же сейчас, наняв этого парня... Который, впрочем, действительно мог оказаться меньшим из зол. - Что мне нужно сделать? – спокойно спросил Нам, посерьёзнев, замечая перемену в выражении лица Кима. СонГю некоторое время ещё прожигал его тяжёлым взглядом исподлобья, но, наконец, сдался, устало сказав: - Просто помоги мне сесть в ванну. - Хорошо, – решительно кивнул УХён, делая шажок к парню, но тут же замешкался. - Я разденусь сам, – понимая причину замешательства, сказал Гю, чуть скривившись, и принялся расстёгивать рубашку. Раздеваться в присутствии человека, которого видел сегодня впервые в жизни, было крайне некомфортно. И о чём только думала его мать, когда решила нанять ему сиделку? Сиделку-парня! Причём, даже без медицинского образования! Да вообще без какого-либо образования! Не то, чтобы это имело какое-то значение для того, что Нам должен делать, но СонГю этот факт всё равно возмущал. Конечно, у водителя, который до этого и являлся его помощником в такого рода делах, тоже не было образования... но Гю знал этого человека с детства и доверял ему! И почему нельзя было оставить всё, как есть?! «Потому что водитель выполняет другую работу, и получает деньги не за то, что нянчится с тобой» – подсказывал голос разума капризной части сознания. И тот же голос разума говорил, что Ким должен признать, что помощник ему необходим, и не вести себя, как упрямый придурок. Тем более что и проблема нарисовалась тут же. СонГю даже и не подумал о ней, потому что впервые после аварии пытался полностью раздеться сам. Но сейчас, попытавшись стянуть брюки, Ким понял, что не сможет сделать этого самостоятельно – ему было не приподняться в кресле. УХён, всё это время старавшийся не смотреть в сторону Гю, заметив, что тот замялся, повернул к нему голову и, вопросительно наморщил лоб: - Что-то не так? Ким молчал. Молчал, а щёки его заливались румянцем. УХён понял, что тот явно не может справиться сам, но и заставить себя признаться в этом тоже не может. Ну, что за ребячество?! - Мне чем-то помочь? СонГю прикрыл глаза и коротко кивнул, выдавливая из себя: - Я не могу снять штаны. - Оу... – не удержался УХён, но, поймав убийственный взгляд Гю, тут же взял себя в руки. – Всё нормально, я помогу. Нам неловко подхватил парня под мышками, приподнимая над креслом, и сказал: - Давай... Но руки Наму мешали СонГю дотянуться до брюк и стянуть их, и он неохотно произнёс: - Так не получится... УХён опустил Кима обратно и вопросительно посмотрел на него. СонГю был смущён – у него не возникало чувства неловкости раньше, когда ему помогал водитель. Всё вообще происходило автоматически – Гю, не раздумывая, приподнимался на руках, позволяя мужчине приспустить его штаны и бельё, а затем опускался назад и раздевался до конца сам. И почему сейчас он подумал, что сможет справиться самостоятельно? Было же очевидно, что нет, и что УХёну придётся его раздевать. Тяжело вздохнув, СонГю опёрся ладонями о ручки кресла, крепко их обхватив, и приподнялся на руках, негромко говоря: - Сними их. Наму завис с приоткрытым ртом на пару секунд, но, опомнившись, потянулся руками к штанам Гю. Ему ужасно не хотелось заниматься такими вещами – раздевать парня, фу! – но он понимал, что по-другому не получится. И даже времени повозмущаться не было – вряд ли Ким мог бы долго держать своё тело на весу. Так что УХён одним махом стянул с парня брюки вместе с трусами и буквально отскочил на шаг назад, словно обжёгся. СонГю тяжело опустился в кресло, расслабляя руки и, с насмешкой глядя на Нама, хмыкнул: - И как же ты собрался работать тут, если тебя уже в первый же день едва не стошнило? - Я привыкну! – мотнул головой УХён упрямо, стараясь убедить в этом в первую очередь себя. Хотя ничего такого страшного в голом Киме не было. Как будто Наму голых мужиков не видел никогда. Он вообще-то два года прожил в казарме с одними только мужиками и в душевой каждый день перед глазами у него мелькали чужие телеса. Правда прикасаться ни к кому не приходилось, а вот СонГю нужно было вытащить из этой его инвалидной коляски и перетащить в ванну... Ну, да ладно. УХён решительно кивнул самому себе. А Киму, который, стараясь выглядеть невозмутимо, полностью разделся и отложил одежду на полочку рядом, сказал: - Нужно и тебе начать ко мне привыкать. Так... надо теперь засунуть тебя в ванну? – Наму перевёл взгляд с парня на большую, сияющую чистотой ванну. - Нужно сначала набрать воду, – снисходительно напомнил СонГю, складывая руки на груди. УХён, обернувшись к Гю, поражённо приоткрыл рот, удивляясь собственной глупости. - А... Ааааа, точно! – он смущённо рассмеялся негромко, отворачиваясь и, дотянувшись до крана, пустил воду, пробуя на ощупь её температуру. – Погорячее или попрохладней? – стараясь скрыть смущение, деловито поинтересовался Нам. - Давай быстрее, мне вообще-то не жарко, – усмехнулся Гю, игнорируя вопрос парня, и тот просто увеличил напор, открывая кран на полную. Когда вода набралась, Ким пощупал её рукой и удовлетворённо кивнул, отмечая, что температура приемлемая. Тогда УХён не стал медлить и, подойдя к СонГю, наклонился, подхватывая его под коленями и вокруг плеч, собираясь поднять на руки. - Что ты делаешь?! – Ким попытался отстраниться, непонимающе распахнув глаза. - Э? Помогаю тебе... – озвучил Наму столь очевидный факт. Гю возвёл глаза к потолку и мягко, но настойчиво оттолкнул УХёна, который, хоть и не понимая, в чём дело, но убрал свои руки от парня. - Ты должен просто подстраховать меня, – сказал Ким, щёлкая чем-то на ручке кресла и резко опуская её вниз. – Пододвинь кресло к самому бортику, – велел он. УХён послушался, ставя коляску впритык к бортику ванны, небольшая высота которого теперь перестала казаться парню странной – всё было сделано для Гю... А Ким крепко ухватился одной рукой за поручень на стене над торцом ванны, а другой быстро перекинул свои ноги через борт. В какой-то момент УХёну показалось, что Ким завалится назад, и он мгновенно подскочил к парню, придерживая его за спину. СонГю хмыкнул, но улыбнулся снисходительно: - Вот для этого ты и нужен. И в ту же секунду он, подтянувшись на руке, сдвинулся в сторону и, наконец, с плеском опустился в воду. УХён, которого обдало брызгами, отскочил назад, недовольно щурясь. Ким довольно злорадно хихикнул тихонько, но ничего не сказал, прикрывая глаза и откидывая назад голову, расслабляясь в тёплой воде. Наму поджал губы и, пододвинув маленький пластиковый табурет, уселся на него напротив ванны, глядя на умиротворённое лицо СонГю. Интересно, и сколько тот будет торчать в воде? - Долго ты обычно моешься? – спросил он, не желая гадать. - Минут десять, не больше, – ответил Ким, не открывая глаз. - А как вылезаешь? – УХён только сейчас понял, что ему, кажется, всё же придётся намокнуть, ведь нужно будет вытаскивать Гю из воды. Но тот распахнул глаза, внимательно посмотрев на Наму, и сказал весомо: - Это я тоже могу сам. - Серьёзно? Как? - У меня сильные руки. - Ага... – УХён недоверчиво кивнул. – А вытираешься как? СонГю поморщился – вытираться было неудобно. Раньше приходилось повиснуть на терпеливом водителе, пока тот быстро вытирал Кима сзади, а затем уже в кресле он обтирал себя полотенцем сам. Но повиснуть на этом УХёне? Да он вообще выдержит? - Мне придётся тебя держать, да? – понял Наму и тяжко вздохнул. – Эх, но, в конце концов, для этого вам и нужен был здоровый сильный парень, – он отсалютовал Гю двумя пальцами. - Ты не выглядишь сильным, – честно признался тот. - В армии я был отличником по физподготовке! – с гордостью заявил УХён. - Посмотрим, – только и ответил СонГю, вновь закрывая глаза. Нам наблюдал за ним, рассматривая и думая о том, каково же Киму приходится, и его так и подмывало спросить кое-что. И, раз уж всё равно им придётся сблизиться волей-неволей, он вполне имеет право на вопросы! - Скажи... – начал парень осторожно и, увидев, что Гю чуть повернул к нему лицо, продолжил: – Ты только ног не чувствуешь или... - Ничего ниже пояса, – безэмоционально ответил Ким. - И даже... хм... фигово, – замял невысказанный вопрос УХён, но СонГю и так понял, что тот хотел сказать, и очень надеялся, что он уже умерит своё любопытство, но Наму внезапно спросил: – А как же ты ходишь в туалет? - Ты правда хочешь знать? – Гю открыл глаза, вопросительно посмотрев на УХёна. Наму было интересно... но, скорее всего это было гадко, поэтому настаивать на ответе он не стал, но Ким сказал: - Нормально. Есть способы всё контролировать. Не бойся, подтирать мне зад тебе не придётся. - Уж я надеюсь, – протянул УХён. – А то в моем договоре были слишком расплывчатые формулировки, – он сделал неопределённый жест рукой. - Так что ж ты согласился? – язвительно поинтересовался Гю. - Слишком уж хорошо платите, – пропел Наму с улыбкой. Ким фыркнул презрительно и, выдернув пробку из сливного отверстия, в которое с хлюпающим звуком устремилась вода, бросил: - Купание окончено. Отодвинься. - Серьёзно собираешься вылезать сам? – скептически дёрнул бровями УХён. - А ты всё же жаждешь меня полапать? – криво ухмыльнулся Гю. - Что? – Наму отклонился назад брезгливо. - Нет? – в голосе Кима звучала явная насмешка, и УХён понял, что парень просто дразнит его. Поднявшись с табурета, он шагнул к ванне и, подхватив СонГю под мышками, затянул на бортик, усаживая. - Держись, – сказал УХён и шагнул к шкафчику, чтобы взять полотенце. Вернувшись к СонГю, послушно уцепившемуся одной рукой за край ванны, а другой – за поручень на стене, он принялся быстро вытирать полотенцем его спину и ягодицы (скривившись и почти зажмурившись). - Готово. А, ну-ка!.. – Нам развернул инвалидное кресло и, встав за ним, подался вперёд, обхватывая Гю со спины, и потащил его из ванны, ловко усаживая в коляску. – Ну, вот, разве я не отлично справился? – улыбнулся он, разворачивая Кима к себе и заглядывая ему в лицо. - Пойдёт, – бросил СонГю, мысленно отмечая, что парень действительно справился для первого раза неплохо. Да и сам Ким тоже. Хотя ему и хотелось провалиться сквозь землю от неловкости. Переодевание в свежее бельё и укладывание в постель прошло более спокойно и без пререканий и, когда Гю уже лежал, укрытый одеялом по самый подбородок, УХён почувствовал, что сильно устал, и с надеждой спросил: - На сегодня всё? Я могу тоже идти спать? СонГю, тоже почувствовавший внезапно накатившую усталость, кивнул: - Вали. - И где благодарность?.. – сокрушённо покачал головой Наму, разворачиваясь и отправляясь в свою комнату. – Доброй ночи, господин Ким! – пропел он уже из-за двери, в ответ услышав только какое-то недовольное ворчание. У себя в комнате парень устало повалился на кровать. Что ж, сегодняшний день был... странным. Вообще-то УХён не думал, что выдержит такое долго – целый день скучать, не зная, чем себя занять, а затем за полчаса тратить кучу сил и эмоций, купая и переодевая этого надменного парня. И зачем вообще Наму наняли на практически круглосуточную работу, если СонГю не требуется такого тщательного ухода? Впрочем, пока ему платят четыреста тысяч в неделю, он готов потерпеть. С этими мыслями УХён начал погружаться в сон, даже не раздевшись и не приняв душ. Мысли уже смешались, и в голове начали проноситься смутные образы на грани сна, как какой-то противный звук выдернул Наму из дремоты. Парень не сразу понял, что это, и откуда раздаётся этот мерзкий, словно дребезжащий звук звонка. УХён потянулся к телефону, непонимающе уставившись на его тёмный экран, но звонил явно не он. Так что же?.. И тут Наму осенило, и он резко подскочил на постели, вконец растеряв весь сон – это же сигнал вызова от СонГю! Встав с кровати, УХён быстро вышел из комнаты и, без стука, открыв дверь в спальню Кима, стремительно влетел туда, ожидая увидеть парня упавшим на пол и не способным подняться или трясшимся в каких-нибудь диких конвульсиях... в общем, в таком состоянии, в котором ему была явно необходима помощь Наму. А иначе, зачем бы он его позвал, такой гордый? Не боится же он темноты, правда? Но, вопреки ожиданиям УХёна, СонГю мирно лежал на постели практически в той же позе, в которой тот его оставил, лишь только выражение его лица стало слишком уж хитрым, а глаза сверкали игриво в свете непогашенного ночника. - Что случилось? – спросил УХён, уже чувствуя подвох, но, всё ещё веря в то, что Киму что-то действительно понадобилось. Но СонГю лишь улыбнулся коварно, интересуясь: - Ну, и каков звук? - Звук? – непонимающе переспросил Наму. - Мерзкий? – продолжал допытываться Ким, а УХён, наконец, догадался, о чём речь. Разозлившись, он скрежетнул зубами, досадуя, что не имеет возможности врезать этому парню (не станет же он бить инвалида!), и, сжав кулаки, прошипел: - Отвратительный. А СонГю, с самым невинным видом, моргнул пару раз и мило произнёс: - Мне было интересно. А вот теперь – доброй ночи, Нам УХён. И Ким щёлкнул пальцем по ночнику, выключая свет. А УХёну ничего больше не оставалось, как покинуть комнату Гю... хорошенько хлопнув дверью.