Встреча с отцом
26 марта 2017 г., 10:16
Винчестеры не могли поверить своим глазам, думали, что это сон, просто страшный сон. Тот человек, который стоял сейчас перед ними с обмотанной колючей проволокой битой наперевес не мог быть их отцом. Он никогда не разговаривал таким голосом. Никогда не смотрел таким страшным взглядом даже на демона, который убил их мать. Никогда не наводил ужас на простых людей.
Рик Граймс, мужчина, который когда-то выдрал зубами кусок шеи у человека, который пытался причинить вред его сыну, еле сидел на коленях и трясся от страха перед Джоном, не смея даже взглянуть на то, как он разговаривает с Карлом. Или это был уже не Джон, а тот самый Ниган, о котором писала Бэт?
Нет, нет, нет, это не может быть он! Их отец никогда бы не стал так делать. К тому же, Сэм и Дин сами видели, как он умер, сами сожгли его труп. Он был в Аду! Он никак не мог прямо сейчас стоять здесь, целый и невредимый.
До братьев долетали лишь отдельные фразы: «не могу…», «нужно решить…», «есть идея…», а затем слова считалочки. И почему-то от этих настолько знакомых из раннего детства слов по спине побежали мурашки.
Что-то было не так. Что-то должно было произойти в конце этой считалочки. Нужно было что-то предпринять, но Винчестеры были не в состоянии этого сделать. Никто не знает, чем закончилось их внезапное появление на главной сцене. Нельзя было делать резких движений, ведь любой шорох мог привлечь к ним ненужное внимание, и тогда их ничто не спасет, а от поляны их отделяли двадцать метров. Братья все еще пребывали в состоянии шока, пытаясь принять тот факт, что их отец жив.
Считалка тем временем подходила к концу. Каждый, на кого указывала бита, испытывал такой ужас, что зрачки их расширялись, а губы сжимались в тонкую полоску.
— Тебе водить! — страшные слова были сказаны странно веселым голосом. Такой голос должен быть у маньяка, который, наконец, догнал свою жертву и готовится перерезать ей горло, наслаждаясь потухающим огоньком ужаса в глазах.
Бита остановилась на Абрахаме. По толпе прошла волна почти радостных возгласов, но группа Рика вела себя так, словно все кончено.
— Если кто-нибудь дернется… — ветер продолжал доносить до Сэма и Дина жалкие обрывки фраз, --…второй глаз… Скормлю отцу… Можно дышать, можно моргать, можно кричать. Да вы и так будете.
Последнюю фразу братья расслышали четче всего. Но не успел они осознать весь ее смысл, как их отец ударил битой Абрахама по голове.
***
На секунду стало так тихо, что было слышно жужжание фар автомобилей, которые освещали поляну. Было слышно каждый звук. Тяжелое дыхание Абрахама. Звук работающих моторов. Шуршание листвы. А затем кто-то начал плакать, кто-то кричал, а Джон все бил и бил сою жертву, пока от нее ничего не осталось. Ничего. Сложно было прийти в себя после увиденного. Сложно было заставить себя дышать, шевелиться, заставить сердце снова биться. — Дин! — зашептал Сэм. — Дин! Нужно остановить его! Ну же! — Сэмми… Это не наш отец… Брат снова начал осторожно пробираться через кусты, и Дину ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Но это был еще не конец. На поляне становилось только жарче. Крики горя становились невыносимо громкими, никто был не в силах сдержать слез. На глазах александрийцев только что убили их общего друга. Не просто убили, а зверски забили до смерти. Такое не мог выдержать даже самый стойкий. Сэм мысленно молился о том, чтобы они успели добраться дотуда прежде, чем кто-нибудь совершит какую-нибудь глупость. Но это произошло. Не выдержав, Дэрил вскочил с места, ударив Джона прямо по лицу, прежде, чем кто-либо успел сообразить и остановить его, удержать от совершения непоправимой ошибки. Ответная реакция последовала мгновенно — Диксона прижали к земле несколько людей, а блондин с полуобгоревшим лицом приставил арбалет к его голове, который Дин сразу же узнал. Он видел этот арбалет и раньше — Дэрил не расставался с ним ни на час. Кусты и трава почти кончились. Сэм и Дин пробирались сквозь них чуть больше минуты, но казалось, что уже прошла целая вечность. Еще чуть-чуть, и они остановят отца. И плевать, что вокруг около пятидесяти до зубов вооруженных людей. Этому безумию пора положить конец. Но они не успели. Джон снова замахнулся своим кровожадным оружием. Развернулся. И ударил Гленна. — Нет! — закричал Дин и, спотыкаясь об ветки, выбежал на поляну, расталкивая ринувшихся к нему людей. Винчестеру было плевать, что его могут убить. Он наставил пистолет на собственного отца, не думая ни о чем, кроме того, что он хочет помочь старым знакомым. Выбравшийся из-за укрытия Сэм сделал то же самое. Гленн еле стоял на коленях, плюясь кровью и пытаясь что-то сказать. Закатив глаза, блондин выпустил стрелу ему в голову.***
То, что произошло дальше, никто не мог понять до конца. Крики Мэгги смешались с сотней выстрелов. Дула всех пистолетов были направлены в сторону Сэма и Дина, но в таком бардаке сложно было попасть. Пули отскакивали от фургона, оставляя на нем глубокие вмятины. «Что же мы начали? — крутилось у каждого из братьев в голове. — Мы сделали только хуже». Пальба прекратилась в один момент, когда Джон просто поднял руку. — Если кто-нибудь еще выстрелит, будет наказан. Дуайт! Блондин неуверенно подошел к Джону, и в ту же секунду тот его ударил с такой силой, что здоровый, казалось бы, мужик, отлетел на добрые полтора метра вперед и упал, еле дыша. — С тобой я потом разберусь, — продолжал Джон. — Никому не двигаться! А вы, двое… — жестом он подозвал двух своих ребят, которые приставили стволы к головам Сэма и Дина и повели их в фургон, силой втолкнув в узкую дверь.***
Джон долго смотрел на своих сыновей, которых уже успели связать, гадая, действительно ли это они, и как они сюда попали. — Значит, ты жив? — нарушил молчание Дин, не сводя ненавидящий взгляд с отца. — Да. — Как? — теперь говорил Сэм, потеряв всякую надежду развязать веревки. — Почему мы не знали об этом, отец? Почему ты все это время был здесь, и даже не пытался найти выход к нам? Почему только что мы видели, как ты жестоко расправился с двумя нашими друзьями, и даже глазом не моргнул? Ты улыбался! Ты всегда учил нас спасать людей, а вместо этого ты машешь битой направо и налево! Джон вздохнул. — Я изменился. Этот мир не подходит для Джона Винчестера. Он подходит для Нигана. — Нигана? — Когда врата Ада открылись, я ускользнул оттуда. А затем что-то произошло, и вот, я здесь. Тихий городок, мир без злобных тварей. Я начал новую жизнь, ребята. Продавал автомобили, затем устроился на работу школьным тренером. Я больше не был Джоном Винчестером. У меня было новое имя, новая семья… — Семья… — хмыкнул Дин. — Пока ты стоил новую жизнь, мы мир спасали. И твоя помощь нам бы очень пригодилась. Джон, или Ниган, как он теперь себя называл, вскочил с места и приставил биту к щеке Дина. Их отца уже давно не было внутри. Он действительно изменился. — Видишь ее? Это Люсиль. И поверь, ей абсолютно похуй, кому вышибать мозги. Если не заткнешься, узнаешь, что чувствовали твои «друзья» перед смертью. Джон никогда не ругался. Дин вспомнил, как сам начал меняться под действием этого мира, но так далеко он не заходил. — Когда мертвецы начали ходить по миру, и я потерял свою жену, я нашел это место. Туда приходили люди, и ими нужно было управлять. Чтобы был порядок, нужны были правила. И я их создал. — Твои правила включают в себя бить своих людей? Сколько мы знаем Рика, он никогда не был груб с ними, он был достойным лидером, и у него был полный порядок… — И посмотри, где этот урод сейчас! — перебил Ниган Сэма. — Послушайте, давайте так… Вы мои сыновья, как-никак, но ваше появление здесь мне не по вкусу. Так что давайте так: либо вы берете в охапку все свое дерьмо и возвращаетесь туда, откуда пришли, либо остаетесь и не мешаете мне. Уловили? Вздохнув, оба брата кивнули. А что им еще оставалось, когда они были крепко связаны? — Одно условие, — прервал Дин отца, который уже собрался развязать их, — ты их отпустишь. Прямо сейчас. Всех до одного. И пальцем их больше не тронешь. Ниган рассмеялся. — Ну ты и шутник! Наш с ними моментик уже закончился, но так просто я с них не слезу. — В каком смысле? — Я еще приеду к ним… За данью. — За какой еще данью? — Увидишь… Увидишь… — И еще одно, — теперь уже Сэм прервал его, — я поеду с тобой, а Дин в Александрию. Дин сделал брату страшные глаза, всем своим видом показывая, что он против этой затеи, но потом он понял, что, возможно, это и может чем-то помочь. — Ладно, ладно, уломали, — Ниган улыбнулся, заканчивая резать последние веревки. — Ну что, мальчики? Обнимите старика? Винчестеры переглянулись и не сдвинулись с места. Этот человек, может, и был их отцом, но больше всего на свете им хотелось, чтобы он остался тогда в Аду. — Ох, какие мы злобные. Вылезайте отсюда. Будем расходиться. Ниган снова закинул Люсиль на пна плечо, снова надел свою ухмылку и вышел из трейлера. — Дин, у нас еще одна проблема. — Еще одна проблема, Сэмми? У нас их недостаточно? — Мы не уточнили, как мы вернемся домой. — Черт. Надо было прочитать договор. — В любом случае, это сейчас последнее, о чем стоит волноваться. Разберемся с этим, когда закончим.***
Спасители ушли с поляны, оставив александрийцев одних. Ушел с ними и Сэм, шепнув брату, что сделает все возможное, чтобы вернуть Джона. Бэт, рыдая, бросилась Дину в объятия. Он опоздал, но пришел. Теперь все будет хорошо. Не говоря ни слова, они осторожно забрали тела Гленна и Абрахама, сели в трейлер, и поехали домой. В полной тишине были слышны только всхлипы. Спокойная жизнь закончилась. Надежды рухнули. Все нужно было начинать сначала.
