Дважды несправедлива

      Свет во всех комнатах здания Министерства Магии был погашен и рабочий день уже давно закончился. В опустевших коридорах можно было встретить только волшебников из обслуживающего персонала, которые тщательно следили за чистотой и исправностью лифтов в преддверии начала нового рабочего дня.       Но, приглядевшись, можно было заметить, что из-под одной из дверей тоненькой струйкой тянулось слабое свечение. Небольшое помещение на втором этаже, некогда светлое и просторное, было загромождено до предела. Бесконечные стеллажи с документами, массивные шкафы с картотекой, разномастные стулья и столы, на которых вперемешку с пергаментами и перьями, можно обнаружить чашки с остатками недопитого кофе и кусок недоеденного пирожка, а рядом вредноскопы, обнаружители врагов и небрежно брошенные дорожные мантии. В глубине комнаты расположился большой, темный камин. Сверху на полке — подшивки старых газет и объемная чаша с летучим порохом. С потолка свешивалась пара витиеватых люстр с потушенными свечами. А над одним из столов висел внушающих размеров стенд, на котором располагались колдографии разыскиваемых преступников.       Никому и в голову не могло прийти, что в таком беспорядке и хаосе может работать целый штаб Авроров, людей исключительно бесстрашных, решительных, обладающих высокими моральными качествами и магическими способностями.       Именно такие возвышенные эпитеты любили печатать о них на первой полосе «Ежедневного пророка», в угоду Министру и его ближайшему окружению. Нельзя сказать, что в газетах откровенно лгали. В Аврорате действительно работали лучшие из лучших. Но стоит заметить, что внутри такой гигантской машины как Министерство Магии все стремительно изменялось, и о вчерашних подвигах завтра уже никто не вспоминал.       Центр подготовки тратил немало усилий на обучение и отбор подходящих кандидатов, так как Аврорами могли стать далеко не все желающие. Сложнейшие экзамены, трудные испытания, бесконечные тесты удавалось выдержать немногим.       В дальнем углу комнаты на столе стоял незатейливый серебряный подсвечник, освещая вокруг небольшое пространство. Угасающие свечи горели тускло, а воск медленно капал на исписанный ровным почерком пергамент. Откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза, вполоборота к входной двери сидела молодая девушка. Ее длинные светлые волосы были откинуты назад. Свет от свечей мягко ласкал тонкие черты ее лица, темные брови и ресницы, четко очерченный контур губ и чуть заостренный подбородок.       Дверь тихо приоткрылась, и на пороге появился высокий чернокожий мужчина с серьгой в ухе. С его губ хотел слететь какой-то вопрос, а рука машинально потянулась за волшебной палочкой, но, приглядевшись, он лишь невольно улыбнулся, увидев, открывшуюся его взгляду картину. Ступая, как можно тише, он приблизился к освещенному месту, присел на стул напротив стола, и шепотом, не желая напугать девушку, произнес:       — Сарбонна… Бонна… Просыпайся. У нас еще столько дел…       — Я не сплю. Просто небольшая передышка, — послышался мягкий женский голос. Девушка открыла глаза и повернулась к столу, подперев рукой голову, слегка прищурилась. Но глаза снова предательски закрылись.       — Устала? — спросил мужчина, и, не услышав ответа, добавил. — Что же ты не ушла домой? Уже поздно, свечи и те совсем догорели, закапали здесь все. Пожара хочешь? Что у нас там положено за нарушение правил работы с документами? — проговорил он шутливо. Но Бонна продолжала молчать, закрыв глаза, а ее губы растянулись в умиротворенной улыбке.       — По правилам работы, уж не знаю с документами или еще с какой-нибудь нудной рутиной, было бы неплохо поправить здоровье чашечкой горячего чая с мятой, — наконец произнесла девушка и, открыв глаза, увидела напротив улыбающегося мужчину.       — Нам скоро отправляться на собрание Ордена. Я думаю, что там Молли обязательно предложит тебе чаю. Над чем ты так поздно работала? — поинтересовался Аврор, направляя взгляд на пергамент. Сарбонна отодвинула подсвечник, достала палочку и очистила пергамент от расплавленного воска, протянув его собеседнику.       — Кингсли, — голос девушки прозвучал задумчиво, — это очередное дело об исчезновении сотрудника Отдела обеспечения магического правопорядка. Странное дело, хочу я тебе сказать. Есть интересные факты. Посмотришь, как будет время? Думаю, без твоей помощи не обойтись.       — Постараюсь. Мне надо только закончить с бесконечными свитками. На столе уже нет места. Ничего не успеваю, — вздохнул он.       — Может Аластора попросить помочь? Как считаешь?       — Это вряд ли. Он и сам постоянно занят. Новая информация, составление планов, задания, ночное патрулирование. Ему тоже некогда.       В углу что-то зашуршало и голоса смолкли. Коллеги переглянулись, подняли палочки и мгновенно осветили комнату. Среди вещей на соседнем столе, около тарелки сидел мышонок и преспокойно ужинал недоеденным пирожком. Яркий свет испугал его, и он замер. Из палочки вылетело заклятие, но пролетело мимо. Мышонок пискнул, зашуршал по пергаментам, смахивая их со стола, и скрылся из виду.       — Мерлин великий, — пробурчал Кингсли с досадой и закатил глаза, — вот только мышей нам не хватало. Ну сколько раз я просил Тонкс не оставлять на столе что попало. Вот тебе, пожалуйста! Дожили.       — Да, ладно, — непринужденно проговорила Бонна, — придумаем что-нибудь. Хочешь, Маркуса попрошу помочь? Кстати, нам еще не пора отправляться?       Кингсли посмотрел на часы.       — Да, уже пора. Слушай, а Маркус — это идея! Притащишь его завтра?       — Конечно, он будет только рад, — отозвалась Сарбонна.       Она взмахнула палочкой и, свечи погасли, а волшебники поспешили к выходу.

***

      Аврор Кингсли Бруствер и его коллега Сарбонна Эйвери оказались на улице ночного Лондона. Было тихо и темно, улицы заметно опустели. Летняя ночь спустилась на город. Но в тяжелом воздухе не было приятной прохлады, чувствовался лишь горячий зной прошедшего дня.       — Мне так спать хочется. До площади рукой подать, может, прогуляемся? — устало предложила девушка.       — Думаю, что не стоит. Ни к чему привлекать к себе внимание, нарвемся еще на Пожирателей, — здраво рассудил Кингсли.       — Жаль, но ты прав, — не стала спорить Сарбонна.       В тишине раздался хлопок, потом еще один. Мужчина и женщина, будто растворились в воздухе. Спустя мгновение они появились на площади Гриммо перед домом номер двенадцать. Авроры внимательно огляделись, оценивая обстановку. Перед домом никого не было, в окнах горел свет, а жильцы были заняты привычными домашними делами. Мужчина прошептал пароль, и они направились к двери, которая появилась в небольшом проеме.       Внутри помещение было мрачным, рассеянный свет плохо освещал длинный коридор, лестницу, идущую наверх в темноту, и огромный портрет, плотно занавешенный тканью. Этот дом принадлежал члену Ордена Феникса Сириусу Блэку, и здесь в режиме строгой секретности проходили заседания этого самого Ордена.       Основатель Ордена Альбус Дамблдор был вынужден созвать его членов снова, в связи с возрождением Темного Лорда. Деятельность этой организации приходилось скрывать от Министерства Магии, так как последнее никак не хотело признавать тот факт, что Волдеморт вернулся.       Сарбонна была здесь не первый раз и уже знала многих членов Ордена. Стоит отметить, что она не была новичком в охоте на темных магов, а ее учитель Аластор Грюм был весьма высокого мнения о способностях девушки. Бонна отдавалась работе целиком и полностью, вникая в каждую мелочь, продумывая каждую деталь и стараясь доводить все дела до конца. Но работа в Ордене была чем-то новым для нее, интересным и захватывающим одновременно.       Встречи обычно проходили в столовой, за большим столом, где любому количеству волшебников было удобно разместиться. Несмотря на обсуждение серьезных вопросов, атмосфера всегда была доброжелательной.       Сарбонна и Кингсли торопливо вошли в столовую. Члены Ордена постепенно собирались, и за столом уже сидели волшебники. Вошедшие поздоровались, Кингсли пожал руки присутствующим, и они сели на свободные места. Заседание еще не началось, и все свободно переговаривались друг с другом.       Во главе стола сидел Альбус Дамблдор, директор школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Аластор Грюм, Аврор и учитель Бонны, стоял у камина, поддерживая оживленную беседу с Дамблдором. К их разговору внимательно прислушивался Римус Люпин. Элфиас Дож, старый друг и соратник Дамблдора, сидел рядом с директором школы. Он увидел вошедшего Бруствера, быстро поднялся и живо заговорил с ним. Сарбонна, обойдя стол, села недалеко от Римуса, и к ней тут же подсел хозяин дома Сириус Блэк. Сириус отличался веселым нравом, его серые глаза постоянно горели озорством, он часто шутил и мог быть душой любой компании.       — Ну, что как дела? Многих уже поймали? — лукаво спросил он Сарбонну.       — Нет, Сириус, — Бонна старалась говорить легко, но глаза девушки смотрели устало, — наши успехи пока весьма скромны. Если бы все было так просто и весело, как ты об этом говоришь, то Азкабан давно бы переполнился. А пока мест там еще предостаточно.       — Поверь, будь моя воля. Я бы присоединился к вам незамедлительно, — он с еле заметным упреком посмотрел в сторону Дамблдора.       Девушка в ответ лишь мягко улыбнулась. Она отвела глаза и встретилась взглядом с Молли Уизли.       — Бонна, может кофе? — посмотрев на девушку, предложила Молли.       — Спасибо. Но лучше чашку чая.       — Конечно. Просто кофе быстрее взбодрит. Не хочешь?       — Нет. Мне только чаю, пожалуйста, — Сарбонна всеми силами старалась казаться бодрой.       — Как скажешь, — добродушно отозвалась Молли и принялась колдовать над чайником.       Пока Сарбонна разговаривала с Молли, ее взгляд скользнул по сидевшему от нее по диагонали, мужчине. Она поняла, что на собрании видит его впервые. Он сидел в некотором отдалении от собравшихся, в черном сюртуке и такого же цвета дорожной мантии. Черные волосы небрежно касались бледного лица, а абсолютно черные глаза взирали на происходящее с полным безразличием.       Сарбонне не потребовалось много времени, чтобы узнать своего бывшего преподавателя зельеварения профессора Северуса Снейпа. Девушка помнила, как на первом курсе до Рождества этот предмет вел профессор Гораций Слизнорт. А после праздников директор представил им нового совсем молодого преподавателя. Вся школа была в недоумении от такой неожиданности, как смена преподавателя в середине учебного года. Слухи ходили самые разные. Но вскоре всех снова затянул учебный процесс. Уроки, домашние задания, экзамены, череда наказаний и поощрений. И на внезапную замену перестали обращать внимание.       Профессор Снейп знал и любил свой предмет, требуя от учеников если не такой же любви, то уважения и серьезного отношения. Несмотря на достаточно молодой возраст, он был строг, требователен и щепетилен. Не переносил несерьезного отношения к учебе со стороны учеников и всегда задавал двойное домашнее задание. Он быстро был назначен деканом Слизерина, к всеобщему неудовольствию других преподавателей. Очевидно в связи с этим, он стал более придирчивым, иногда несправедливым. Особенно к ученикам Гриффиндора, где посчастливилось учиться и Сарбонне. За семь лет ее обучения количество ядовитых замечаний зельевара постепенно возрастало. Ученики часто оставались после уроков, чистили котлы, разбирали ингредиенты и занимались другой малоприятной работой. Надо сказать, что зельеварение не было любимым предметом Сарбонны, но и замечаний в свой адрес она никогда не получала. Многие терпеть не могли Северуса Снейпа, но девушке он запомнился как умный, знающий преподаватель, с которым у нее конфликтов никогда не было. А его уроки она считала интересными и полезными.       С момента окончания школы прошло уже семь лет, но Бонна без труда узнала профессора. Правда девушка заметила, что он несколько изменился. Меж бровей залегла глубокая складка. Кожа приняла еще более бледный оттенок. Выражение лица стало суровым, напряженным и сосредоточенным. Во взгляде пустота и безразличие.       Он почувствовал на себе ее любопытный взгляд и повернул голову. Их глаза встретились. Сарбонна мило улыбнулась и кивнула в знак приветствия, но Северус окинул ее холодным, колючим взглядом. Девушка не удивилась, что он не узнал ее. Столько лет прошло, и каждый год появляются новые ученики, а со временем они все превращаются в сплошную серую массу. Да и сама Сарбонна изменилась со школьных времен.       Во время размышлений, Сарбонна аккуратно поймала подлетающую к ней чашку с чаем. С упоением вдохнула носом мятный аромат и сделала глоток, после чего тепло начало медленно растекаться по телу.       — Северус, может тоже чаю? — поинтересовалась Молли.       Услышав знакомое имя, Бонна оторвалась от чая и взглянула на мужчину, который резко повернулся на голос и, не глядя женщине в глаза, холодно произнес:       — Спасибо. Нет.       Сириус же, сидевший рядом, весело ухмыльнулся, подмигнул Молли и сказал, глядя в лицо Северусу:       — О чем ты, Молли! Какой чай?! Нюниус, у нас предпочитает только свои вонючие зелья!       Молли недовольно посмотрела на Сириуса и покачала головой. Его слова прозвучали надменно, даже с некоторой неприязнью. Северус смерил Сириуса презрительным взглядом, но промолчал, отводя глаза в сторону и давая недвусмысленно понять, что ответом он его не удостоит. Сарбонна перевела взгляд с одного мужчины на другого и отметила, что лицо Сириуса исказилось в злой усмешке, а глаза недовольно прищурились.       «Нюниус?! Это что-то новое. Никогда не слышала, чтобы кто-нибудь так называл Снейпа. Хотя в мои школьные годы прозвищ ему было придумано немало», — улыбаясь, припоминала Бонна.       Но в эту минуту дверь столовой распахнулась, и на пороге появились Нимфадора Тонкс, Дедалус Дингл и Артур Уизли.       — Мерлинова борода! Наконец-то, — воскликнула Молли, быстро подойдя и обняв мужа, — где вас носило так долго? Я уже начала беспокоиться.       Артур виновато улыбнулся.       Все устремили на них приветствующие взгляды, попросили садиться и решили, наконец, начать собрание. Тонкс, увидев Сарбонну, весело кивнула и стала пробираться к ней, чтобы присесть рядом. Она, не скрывая радости от встречи, смотрела на девушку, и случайно задела ногой стул, на котором сидел Снейп. Тонкс ойкнула и рассеяно пожала плечами, извиняясь за свою неуклюжесть. Но мужчина что-то зло прошипел, недовольно сверкнув глазами. Сириус иронично прыснул. Артур сел рядом с Северусом, ничего не замечая.       «Какая раздражительность на такую безобидную случайность», — подумала Сарбонна, поднимая глаза на Северуса.       Тонкс уселась рядом с Бонной, потирая ушибленную о стул ногу. Снейп смерил девушек неприятным взглядом. Но слово взял профессор Дамблдор и все обратили свои взгляды на него, а он обозначил перед членами Ордена несколько важных проблем.       Сон мгновенно развеялся, и Бонна, обхватив чашку руками, слушала очень внимательно, стараясь ничего не упустить. Дамблдор задал несколько вопросов по очереди Грюму, Северусу и Кингсли. Члены Ордена выслушали их ответы и принялись обсуждать основную проблему сегодняшнего собрания. А именно: как безопасно доставить Гарри Поттера с Тисовой улицы в штаб-квартиру Ордена на площади Гриммо.       Вопрос был не из легких, так как в возращение Темного Лорда Министерство верить отказывалось. Гарри считали зазнавшимся юнцом, а Дамблдора старым маразматиком, который всенепременно желает занять пост нынешнего министра. Опасаясь всего на свете, Министерство отказалось содействовать в обеспечении безопасности Гарри и даже пропустило мимо ушей нападение дементоров на мальчика. Вместо защиты Гарри грозило еще и судебное разбирательство по данному происшествию.       Сириус, который был крестным Гарри, вышел из себя, узнав об этом. Он чертыхался и проклинал тупость Министра, не желающего видеть очевидные факты. Настроение у него было воинственное, если не сказать, что геройское. Будь его воля, он бы отправился за крестником незамедлительно и в одиночку.       В процессе обсуждения, Сарбонна встретилась взглядом с Дамблдором. Волшебник выглядел сосредоточенным, но когда его голубые глаза встретились с зелеными глазами девушки, он невольно улыбнулся, и от его взгляда повеяло необыкновенной теплотой.       Постепенно, обсудив основные нюансы, члены Ордена пришли к решению, что придется перебираться сюда с Тисовой улицы на метлах, так другие виды транспорта контролируются Министерством, но для этого нужен серьезный защитный отряд. Так как в основном Орден состоял из бывших гриффиндорцев, которым отваги не занимать, долгие споры были гарантированы. Аластор Грюм, понимая, что обсуждение может затянуться до утра, взял на себя ответственность за принятие решения о составе отряда.       Сириус был готов вскипеть, когда Грюм рассуждая, позабыл о его кандидатуре. Но Альбус Дамблдор живо вмешался и напомнил о неснятом обвинении и грозящем ему сроке в Азкабане. Сириус замолчал, поник, но успокоился не сразу, нервно пыхтя и недовольно сопя, он говорил Сарбонне о несправедливости. А сидящий напротив него Северус, до этого момента совершенно равнодушный к происходящему, перевел взгляд на Сириуса, и его губы изогнулись в отвратительной усмешке.       В конце концов, Аластор решительно закончил обсуждение, и стал озвучивать фамилии присутствующих, которые примут участие в данном мероприятии. Альбус Дамблдор и Элфиас Дож соглашаясь, кивали или, сомневаясь, уточняли необходимость участия того или иного члена Ордена.       — Да и Эйвери, тоже пойдет, — закончил Аластор, взирая на ученицу под одобрительный кивок Дамблдора.       Сарбонна еле заметно улыбнулась и повернулась к соседу со словами:       — Сириус, не переживай. Все будет хорошо. Мы доставим сюда Гарри в лучшем виде. Не сомневайся.       Но он лишь горько отмахнулся и призвал с дальнего конца стола кофейник. Сарбонна уже хотела перевести взгляд обратно в сторону Грюма, как заметила, что недобрые черные глаза сверлят ее с нескрываемым любопытством. Северус откинулся на спинку стула, и, скривив губы, продолжал рассматривать девушку, очевидно о чем-то размышляя.       «Знакомая фамилия? Не удивительно. Фамилия, звучание которой прекрасно вам известно. Но которая вряд ли даст возможность вспомнить человека, сидящего перед вами», — подумала Сарбонна, отводя взгляд.       Отвернувшись, Бонна снова с головой ушла в обсуждение вопросов дальнейшей работы Ордена. Северус еще несколько раз задумчиво посмотрел в ее сторону. Спустя некоторое время, когда, кажется, поговорили уже обо всем, было принято решение закончить собрание. Члены Ордена расходились по одному или парами. Стараясь не привлекать к себе внимание маглов. Хотя в такой поздний час, встретить, кого-либо было маловероятно.       Кингсли поднялся, попрощался со всеми и вместе с Дедалусом Динглом направился к выходу, однако обернулся и шутливо обратился к девушке:       — Сарбонна, не забудь завтра про Маркуса, а то твоей подруге придется самой проделывать его работу, — он улыбнулся Тонкс, покачал головой и скрылся за дверью.       Сарбонна тихо засмеялась, а Тонкс ничего не понимая, вопросительно смотрела на коллегу. В этот момент из-за стола резко поднялся Северус и уже собирался направиться к выходу. Но Дамблдор, заметив это, попросил задержаться и подождать его. При чем сделано это было самым благодушным тоном. Явно недовольный мужчина ничего не ответил директору, но одарил его уничтожающим взглядом. Снова опустился на стул, и принялся сердито рассматривать ничем непримечательную поверхность стола.       От угрюмого, отталкивающего вида Северуса, Сарбонну неприятно передернуло. А его реакция на вполне дружелюбную просьбу, была ей совсем не ясна. На ее памяти были моменты раздражения зельевара по отношению к ученикам или деканам других факультетов. Но к директору школы он всегда относился с должным уважением.       Тонкс нахмурилась и посмотрела на него осуждающе. Северус не замечая этого, неотрывно смотрел перед собой. Сарбонна взглянула на подругу и незаметно толкнула ее под столом ногой. Тонкс смягчилась и обратилась к девушке:       — Ты сейчас домой? А может лучше ко мне? Родители будут рады, они давно тебя не видели.       — Вряд ли, Дора. Они сейчас, скорее всего, уже спят, лучше я загляну к вам в выходные. Да и потом у меня дома есть две небольшие, но очень требовательные проблемы, которые не простят мне очередного отсутствия, — Бонна смотрела на Дору с нежной улыбкой, вспоминая с удовольствием об этих самых проблемах, и добавила. — Может лучше тебе остаться у меня?       — Что ж, я согласна. Идем. Кстати расскажешь, что там задумал Кингсли.       Бонна кивнула и с этими словами девушки поднялись из-за стола. Попрощавшись со всеми, они вышли на улицу уже совсем спящего города.       Северус, ожидая Дамблдора, раздражался все сильнее. Ему хотелось как можно быстрее покинуть этот дом и общество малоприятных ему людей. Но Дамблдор совсем не спешил заканчивать беседу с Дожем. И Северусу ничего другого не оставалось, как предаться размышлениям. В голове возник образ светловолосой девушки с хорошо знакомой ему фамилией. На вид ей было не больше двадцати трех, двадцати пяти лет. Значит, она должна была учиться в Хогвартсе, когда он уже преподавал. Но за долгие годы он не обучал никого с этой фамилией. Он бы запомнил. И девушка была ему совершенно не знакома. Может совпадение? Сомнительно.       Северус не заметил, как Дамблдор прошел вдоль стола и встал у него за спиной. Он лишь непроизвольно дернулся, когда усталый голос директора оповестил, что необходимо отправляться в Хогвартс.