Дважды несправедлива

      Сарбонна прошептала пароль и толкнула дверь. Пропуская подругу вперед, она вошла следом, зажигая свет взмахом палочки. В небольшой прихожей располагалась вешалка для верхней одежды, на которой висела пара женских дорожных мантий, а на верхней полке лежали несколько зонтов. На стене висело зеркало в резной деревянной раме светлых тонов. Причудливая люстра освещала помещение десятком свечей, а широкая лестница, плавно изгибаясь, уходила вверх, открывая доступ на остальные этажи большого дома, которых было три. Длинный коридор вел в столовую и освещался старинными свечными светильниками. Сарбонна обернулась к двери, подняла палочку и долго устанавливала на дом защитные заклинания.       — Ты, прямо как Аластор, постоянно бдительна. Я вот частенько забываю об этих мерах предосторожности, — с улыбкой произнесла Тонкс, расстегивая мантию.       — Я уже не могу без этого. Очень привыкла, и делаю это автоматически, — отозвалась Сарбонна, скидывая с ног туфли и босиком проходя в столовую.       В столовой было немного душно. Сарбонна отдернула занавеску и настежь открыла окно. Жара наконец-то отступила. Прохладный воздух ударил приятной волной в лицо. Девушка глубоко вдохнула и закрыла глаза. Она слышала, как Дора тоже вошла и чем-то загремела. Послышался звон бокалов, журчание жидкости и тонкий запах вина. Открыв глаза, Бонна увидела рядом с собой наполненный бокал, и Дору, уже забравшуюся на широкий подоконник. Сарбонна устроилась рядом с подругой и сделала небольшой глоток.       — Как у тебя сегодня с заданием, успешно?       — Ага, — кивнула Тонкс, — работать с Винджелом одно удовольствие. Обнаружили тех, о ком на днях говорил Аластор. Обезвредили и доставили в Министерство. Видно, что они еще новички. Завтра придется заняться бумажками и на дознание, а вечером дежурство. Жаль, что Кингсли очень редко отправляет нас вместе, было бы здорово, — Дора мечтательно закатила глаза.       — Да, я согласна! Наш тандем очень эффективен. Но видимо, Кингсли считает, что работать в паре с мужчиной-Аврором более надежно. А может быть, он в курсе наших совместных проделок в школе, — весело сказала Сарбонна, — Дамблдор вполне мог предостеречь его на счет нас. Ну, а он, как ответственный руководитель воспринял все очень серьезно. Я очень люблю вспоминать годы нашей совместной учебы. Так хорошо как там мне никогда не было. Пусть разные факультеты, но нам это никогда не мешало. Кстати, я не знала, что Снейп тоже в Ордене. Впервые его сегодня увидела.       — Он уже бывал на собраниях. А ты наверно была занята на дежурствах, вот и не встречала его, — предположила Тонкс.       — Да, возможно. Он не узнал меня. Услышал знакомую фамилию, смотрел внимательно, но, вряд ли вспомнил, — улыбнулась Бонна.       — Тебе повезло, — засмеялась Тонкс, — меня на своих уроках ему никогда не забыть. Как и уйму безнадежно испорченных котлов. Бедная профессор Стебль, краснела перед Снейпом все годы моего обучения. Если бы не ты, СОВ по зельям я бы завалила.       — Да, ладно. Все было не так уж плохо. Но Снейп изменился, помрачнел, стал раздражительнее. Ты не знаешь, чем он сейчас занимается? — спросила Бонна после очередного глотка.       — Он по-прежнему профессор в Хогвартсе. Все также преподает зелья. Римус рассказал, что ученики его боятся и ненавидят. Меня это совсем не удивляет, — лицо Тонкс неодобрительно скривилось, — он неприятный человек, но говорят, что очень хороший шпион. Двойной агент при Темном Лорде. Пользуется полным доверием Дамблдора. Больше ничего не знаю. Так видела его пару раз в совершенно таком же виде и настроении как сегодня.       И Дора, скрестив руки на груди, сдвинула брови и грозно нахмурилась, изображая профессора. Сарбонна от души засмеялась.       В эту минуту на пороге столовой появился огромный черный кот. Он остановился, лениво потянулся и сел, уставившись на хозяйку огромными желтыми глазами. Вслед за ним вошла маленькая кошечка палевого окраса, с темными ушками, мордочкой и лапками. Она тихо мяукнула и присела рядом. Кот недовольно фыркнул в ее сторону и отвернулся.       — Маркус, Мона, мои милые. Вижу, что вы соскучились, — ласково проговорила Сарбонна, — я сейчас покормлю вас. Идите сюда! — и она постучала ладонью по подоконнику.       Кот двинулся вперед, легко запрыгнул на предложенное ему место, и уселся рядом с хозяйкой. Довольно мурча от нежных прикосновений девушки, он широко открытыми глазами смотрел в ночь и носом собирал запахи с ее рук. Застенчивая Мона подошла неспешно, было видно, что она еще маленькая, и попыталась устроиться рядышком, но Маркус одним движением задних лап помешал ей это сделать, скинув на пол.       — Вот ведь он вредный! Ну, до чего же гадкий у него характер, — Дора недовольно посмотрела на кота и взяла Мону на руки. Малышка, пригревшись, тихо замурчала.       А Маркус даже головы не повернул.       — Неправда! Он добрый, просто своеобразный, а все почему-то боятся его, — ответила Бонна, — между прочим, он завтра отправится с нами. Кингсли обнаружил сегодня на твоем столе мышонка, мирно жующего, оставленный тобой пирожок, и просил нас с Маркусом о помощи.       — Вот, черт, проклятая забывчивость, — Дора поджала губы, и опасливо глядя на кота, добавила. — Бонна, он ведь на наших столах живого места не оставит, а там и так хватает беспорядка.       — Ничего. Маркус свою работу знает, правда милый? — Сарбонна обратилась к коту, — Патронус ты мой ходячий, — и с этими словами она наклонилась и поцеловала его в лоб.       Кот блаженно сощурился и ткнул мокрым носом хозяйку в щеку.       — Поздно уже. Я в душ и спать, — зевая, сказала Дора, спускаясь на пол.       — Хорошо, я еще посижу, а потом тоже спать.       Бонна вытянула ноги. Маркус устроился на них и оба беззвучно разглядывали черное без единой звездочки небо.       «Значит двойной агент, — устало размышляла Сарбонна, прикрыв глаза. — Бывший Пожиратель Смерти. Как-то случайно наткнулась на его дело в архиве. Дамблдор поручился за него тогда, фактически спас от заключения в Азкабан. Видимо не зря. Снова находиться рядом с Волдемортом сомнительное удовольствие, а шпионить и вовсе опасная затея. Неудивительно, что он так напряжен. Столько лет прожить спокойно, а теперь вновь словно окунуться в прошлое. В ужасное прошлое. Не только для него. Для многих», — Бонна открыла глаза и спустилась на пол.       Дора выскользнула из душа, пожелала доброй ночи подруге и направилась в гостевую спальню. Мона незаметно прошмыгнула за ней. Сарбонна закрыла окно, ополоснула бокалы, левитировав их на место и заглянула в один из многочисленных шкафов. Маркус сидел недалеко от мисок и радостно помуркивая ждал ужин. Накормив кота и оставив еду для Моны, Бонна направилась в ванну, скинула одежду на пол и встала под прохладный душ. Вода струилась по обнаженному телу девушки, смывая усталость и отрезвляя голову.       «Непростой денек выдался. Я думала, что свалюсь еще в Министерстве, но ничего, работа в Ордене, кажется, идет мне на пользу. И в защитный отряд попала, надо постараться доставить Гарри в штаб-квартиру без проблем. Он и так уже натерпелся. Еще это слушание бессмысленное, показное. Бррр, глупость какая-то. Ладно, это все завтра, а сейчас спать и как можно скорее. До начала рабочего дня пять часов осталось», - с такими мыслями Бонна расчесала волосы, посмотрела на себя в зеркало и вышла из ванной комнаты.       Не включая свет, она прошла в спальню, сбросила с себя полотенце и проскользнула под мягкое одеяло. Сладко потянувшись, закрыла глаза, и уже через пару минут в ночной тишине было слышно только ее тихое, ровное дыхание. В дверях показался Маркус. Он оглядел комнату, мирно спящую хозяйку, и, бесшумно ступая на мягких лапах, подошел к кровати. Устроившись на пушистом ковре, он принял горделивую позу, вытянув вперед лапы, и не сомкнул глаз до утра.

***

      Ранним утром, заваривая в столовой чай, Сарбонна услышала громкое уханье за окном, и, распахнув его, впустила почтовую птицу в дом. Сова выглядела уставшей и запыхавшейся, а в когтях свежий номер «Ежедневного пророка», который она аккуратно опустила в руки девушки.       — Спасибо! — ласково сказала Бонна и пододвинула к ней миску с водой. Сова благодарно ухнула, опустилась на стол и принялась пить, а девушка тем временем опустила монетку в кожаный мешочек, привязанный к лапке птицы. Сова напилась вдоволь и вылетела в раскрытое окно.       — Ну что у нас тут сегодня? Ага, ну опять про Гарри и Дамблдора — это уже не удивляет. Хвалебные оды в адрес министра — ну, как обычно. Поиски убийцы Сириуса Блэка — да, кто бы сомневался. Пожар в частном доме в Харроу. Причина — нарушение техники противопожарной безопасности. Хм…, как-то подозрительно и район знакомый… Надо подумать, — бубнила себе под нос Сарбонна, изучая газету.       — Доброе утро, — послышался знакомый голос.       Сарбонна подняла глаза и увидела, что Дора уже полностью готовая к выходу, стоит в дверях и приглаживает рукой ярко розовые волосы.       — Доброе! Кофе?       — Нет, я попытаюсь на работе успеть. Что? Не нравится? А у меня сегодня идеальное настроение для такого цвета, — спросила Дора, указывая на волосы.       — Что ты! Тебе очень идет. А я просто тихо завидую. Мне бы тоже хотелось менять цвет волос по настроению, — улыбнулась Бонна в ответ.       — Представляешь выражение лица нашего начальника? Думаю второго такого счастья, он не переживет, — весело подметила Дора.       — Это точно! Он постоянно бы нас путал и вскоре слег в Мунго с разжижением мозга, — рассмеялась Бонна. — Я сейчас забираю Маркуса и идем.       Дора кивнула и поспешила к выходу.       Дело в том, что Тонкс обладала удивительными и редкими способностями метаморфа, а именно: она могла изменять свою внешность без зелий и заклинаний. Будучи еще ученицей Хогвартса и часто нарушая правила вместе со своей подругой Бонной, Доре многое сходило с рук, благодаря этим особенностям. Когда же она пришла устраиваться на работу в Аврорат, начальник отдела Руфус Скримджер отнесся к этим способностям весьма скептически, и по началу его очень раздражали постоянные изменения во внешности сотрудницы. Однако в дальнейшем, Дора, не раз доказав полезные свойства этих способностей, смогла заслужить его уважение и доверие.       Надо сказать, что Руфус Скримджер руководил отделом уверенно и умело, обращая внимание на самые насущные проблемы, озвученные Кингсли и Грюмом, всегда предлагая продуманные и верные решения. Коллектив уважал его и прислушивался, хотя, проработав уже достаточное время, Сарбонна видела его тяготение к Министру, и считала его больше политиком, чем Аврором. Он старался никогда не отступать от линии Министра, поэтому участие некоторых его подчиненных в делах Ордена Феникса тщательно скрывалось. Скримджер не высказывал явного неодобрения касательно позиции Дамблдора, на счет возвращения Темного Лорда, но и обеспечивать защиту Гарри не предлагал, только чтобы не задеть тем самым принципиальную позицию действующего Министра Магии Корнелиуса Фаджа. Одним словом — он просто делал свою работу, согласно должности, которую занимал в Министерстве.       Утром, встретив Скримджера в Атриуме, девушки уважительно поздоровались и скрылись из вида. В штабе Авроров на втором этаже даже ранним утром все уже кипело последними новостями и новыми фактами, касающимися расследований. Кингсли сидел за столом, и его почти не было видно из-за скопившихся пергаментов, а Аластор Грюм, как главный генератор идей, раздавал подробные указания подчиненным. Многие получали задания и, ознакомившись с дополнительной информацией, надевали дорожные мантии и выходили из комнаты. Другие трудились над пергаментами, заполняя данные для картотеки, а некоторые собирались на дознание.       Служебные записки то и дело влетали и вылетали из комнаты, кружили над столами, ревниво отстаивая свою срочность. В камине рядом с Бруствером постоянно вспыхивало зеленое пламя, и появлялись головы волшебников, обращаясь к нему с вопросами, просьбами, проблемами.       Сарбонна подошла к своему рабочему месту и, поставив клетку с Маркусом, окинула взглядом стол. Она выпустила кота и он, спрыгнув на пол, пошел по комнате, все тщательно обнюхивая. Увидев на столе полностью заполненный пергамент о вчерашнем происшествии, Бонна взяла его и направилась к Кингсли.       — Привет, Кингсли, помнишь, мы вчера договаривались, что ты взглянешь на это?       — Да, Бонна, я помню. Положи отчет в ячейку, я позже посмотрю.       — Есть что-нибудь для меня?       — Ты подготовила показания свидетелей по делу Килтонна?       — Да, Кингсли.       — А протоколы дознания оформила?       — Конечно.       — Цены тебе нет! — улыбнулся Кингсли, — тогда подожди пока. Ты же знаешь, у нас и десяти минут не пройдет, чтобы что-нибудь не случилось.       — А то, как же, — вмешался в разговор Аластор, — с каждым годом в магическом сообществе находится все больше полудурков, которые лезут в книги с Темной магией, а потом не знают, что делать с последствиями. Разорви их гиппогриф!       Сарбонна и Кингсли улыбнулись. В отделе Грюм был самым опытным Аврором. В свое время, половина узников Азкабана, была посажена туда именно Аластором Грюмом. Он и сейчас не утратил боевой дух, расторопность и смекалку, сам часто участвовал в захватах и патрулированиях. Все его лицо напоминало поле боя, глубокие шрамы, отсутствие половины носа и магический глаз в глазнице, были его подвигам самым ярким подтверждением. Взгляд Сарбонны упал на утренний номер «Ежедневного пророка» на столе Бруствера и она спросила:       — Кингсли, ты уже читал газеты сегодня?       — Еще нет. Не успел, но собирался. А что там?       Бонна раскрыла газету и протянула коллеге. Глаза Бруствера быстро забегали по строчкам.       — Думаешь, снова развлекаются наши «хорошие» знакомые?       — Возможно. Может, стоит проверить?       Кингсли задумался, а потом сказал:       — Может и стоит, но мне некого дать тебе в напарники. Аластор через десять минут заступает в патруль, я, — он вздохнул, — как видишь занят.       — Я могу отправиться одна.       — Нет, это плохая идея. Это нарушение устава.       Сарбонна недовольно хмыкнула и закатила глаза.       — Да, Маркус, уйди ты от меня, по-хорошему прошу! — громко запричитала Тонкс, — нет тут никого. Понимаешь, н-е-т!!! Не мешай мне!       Кот яростно шипел на Дору и недовольно бил хвостом по столу. Авроры, находившиеся в комнате, засмеялись.       — А я, кстати, уже все, — подскочила со стула Тонкс, роняя свитки пергамента, поднимая их и снова роняя.       Она, наконец, добралась до стола Кингсли, и, вручив ему отчеты, весело спросила:       — А можно нам с Эйвери вместе?       В эту минуту камин опять полыхнул, и в зеленом пламени появилась голова Муфалды Хмелкирк.       — Всем доброго дня! Кингсли, можно попросить вас прислать ко мне Тонкс и Эйвери? У меня есть вопросы.       — Конечно, Муфалда.       Голова в камине пропала. Кингсли повернулся к коллегам:       — Значит так. Закончите у Хмелкирк, и можете направляться по адресу, — он кивнул на газету, — только осторожнее, — а потом шепотом добавил, — сегодня на Гриммо, в десять вечера, обязательно.       Бонна и Дора кивнули и вышли.       Муфалда Хмелкирк задержала их с расспросами по судебным делам дольше обычного. Когда они освободились, рабочий день в Министерстве плавно катился к закату, но подруги, несмотря на это приняли решение, отправиться и осмотреть дом.       По дороге к выходу они заметили, что Министр Магии о чем-то мило беседовал с Люциусом Малфоем.       — Мерзкий подхалим, — процедила сквозь зубы Тонкс.       — И не говори, — подтвердила Бонна, — ведь точно связан с Пожирателями, а подцепить его никак не удается. Слишком хорошие у него связи.