Глава 13
17 марта 2017 г., 23:50
Поздним летним вечером Сарбонна сидела за своим столом в Министерстве Магии, и перо в ее руке быстро летало по пергаменту. На столе прочно обосновались высокие стопки отчетов, сводок, справок и протоколов. Бонна устало посмотрела на часы. Было половина одиннадцатого. Взгляд девушки упал на утренний номер «Ежедневного Пророка», так и не раскрытого за целый день. На первой странице большой заголовок гласил о возрождении Волдеморта, а также о назначении на должность Министра Магии Руфуса Скримджера.
Девушка отложила перо и старалась внимательно вглядеться в расплывающиеся перед глазами строчки. Но вместо четко изложенных фраз в голове всплывали воспоминания о недавних событиях. Ожесточенное сражение в Отделе Тайн с Пожирателями Смерти. Сложнейший захват и неожиданное появление в Министерстве самого Волдеморта. И Эйдан, чьи глаза горели безумной яростью и желанием беспощадной расправы. Но нет, ее заклятие уверенно поразило его, выжигая смертельную ненависть справедливым наказанием за все предыдущие смерти. А далее многодневные заседания Визенгамота и судебный процесс, бесконечные обвинения и как итог заключение Пожирателей в Азкабан.
Сарбонна моргнула и повернула голову. За соседним столом сидела Тонкс, склонившись над пергаментом, она с остервенением что-то писала. Лицо было сосредоточенно, глаза яростно пожирали написанные строчки, она пожевывала прядь черных волос и неразборчиво бубнила. В комнате кроме них никого не было. И Бонна негромко произнесла:
— Дора, заглянем завтра в Мунго к Сириусу? Марлин говорила, что ему уже лучше и на днях его обещали выписать.
— Конечно. Если только не погрязнем в этих бумажках навечно.
Сарбонна сидела, разглядывая подругу, и неожиданно рассмеялась.
— Бонна, ты чего? — Дора подняла голову и посмотрела на нее темными глазами.
— Ты своим видом напоминаешь разгневанного Северуса, — пояснила девушка. — Прошу, прими обычный облик. Ты выглядишь непривычно и несколько пугающе.
Дора накрутила на палец прядь черных волос и усмехнулась.
— Я и правда сейчас очень зла, — произнесла она, сверкнув глазами, подражая Снейпу. — Ненавижу эту адскую писанину. Ну, неужели нельзя все это как-то упростить. Мы же волшебники, в конце концов.
Она небрежно бросила перо на пергамент. Бонна продолжала, улыбаясь, смотреть на нее.
— Ну, ладно, ладно, — смягчилась Дора, и ее волосы стали снова розовыми, а глаза серо-голубыми. — Так пойдет?
— Да, так значительно лучше, — улыбнулась Бонна. — А ты о чем пишешь?
— Об урагане. Мерлин, его побери! Я думаю, что без великанов не обошлось. А у тебя что?
— Практически заканчиваю оформление последних дел о нападении в Отделе Тайн. Рассел принес протоколы заседаний Визенгамота. Проанализирую, составлю заключение и в архив, — Сарбонна довольно откинулась на спинку стула.
Дверь в комнату распахнулась, и на пороге показался Аластор Грюм.
— Что, не у меня одного сегодня веселый денек выдался? — с наигранной веселостью поинтересовался он.
— Похоже на то, — отозвалась Бонна, — кстати, Кингсли тоже здесь. Снова на совещании с Министром.
— Да, чтоб их мантикоры сожрали! Опять болтовня! Лучше бы людей новых дали, — проскрипел Грюм. Он подсел к коллегам и рассказал о происшествиях за день.
В коридоре послышались шаги и в комнату вошел усталый Кингсли. Шаркающая походка, руки в карманах мантии, подмышкой папка с документами. Он плотно закрыл дверь, медленно оглядел присутствующих и подошел к столу. Небрежно бросил папку и молча уставился на еле теплящиеся в камине угли. Повисла тишина, учитывая царящую в комнате полутьму и несколько свечей на столах, зловещая тишина.
— Хорошо, что вы все здесь, — негромко произнес Кингсли, подходя к подчиненным и присаживаясь напротив.
— Что-то случилось? — осторожно спросила Дора.
Кингсли недолго помолчал, собираясь с мыслями, слегка нахмурился и заговорил:
— Скримджер принял решение о том, что я с завтрашнего дня буду постоянно находиться рядом с Премьер-министром маглов. Я совершенно не рад этому обстоятельству, зная о проблемах в Аврорате, но понимаю, что это разумное решение, учитывая сложившуюся ситуацию. Я смогу принимать участие в нашей работе только ночью. Я имею в виду дела Ордена. Все дела Аврората я вынужден оставить вам. Аластор, ты — главный. Все как обычно, задания, распределение дел, консультации, дежурства. Бонна, Дора, на вас выполнение, контроль, дознание и дежурства, соответственно. Завтра пришлют новых людей, человека три, может четыре.
— Молодняк, — скептически протянул Грюм.
— Да, недавно из центра подготовки, с отличием, — ответил Кингсли, и добавил. — Как вы знаете, дементоры больше не охраняют Азкабан. Там установлена усиленная система защитных заклинаний, максимально возможная на сегодняшний день, но есть указание Министра изыскать возможность дополнительной магической защиты. Подумайте об этом, может, есть что-то еще. Это будет весьма полезно не только для Азкабана, но для Норы и штаб-квартиры. Обсудим это на очередном собрании. В Норе дежурим, как и раньше. Вроде все. У вас есть какие-нибудь вопросы?
— Как будем поддерживать связь? — спросил Грюм.
Кингсли достал из кармана три галлеона и положи на стол.
— Никаких патронусов и сообщения только от вас троих. Так будет проще.
— Не волнуйся. Все будет хорошо, — тихо сказала Бонна, понимая, что Кингсли несколько расстроен.
Он устало улыбнулся и кивнул.
На следующий день рано утром Бруствер собрал сотрудников Аврората и проинформировал всех о состоянии дел и о своем дальнейшем отсутствии, скорее всего длительном. А после он собрался и ушел. Аластор четко объяснил всем план дальнейшей работы и раздал соответствующие задания. Аврорат быстро опустел, в комнате остались только Бонна, Джон Долиш и Итон Сэвидж.
К полудню прибыли трое новобранцев. Два парня и девушка. Аластор тихо пробубнил что-то о том, зачем прислали девчонку, Бонна одарила его осуждающей гримасой. Он усмехнулся и кивнул, приглашая ее пройти с ним для знакомства с новичками. После получасовой беседы Бонна нашла их подготовку весьма достойной, но Аластор по обыкновению разнес все пух и прах, заключая в конце, что не знал о том, что теперь в центре подготовки учат настолько бездарно. Ребята угрюмо потупились, а девушка жизнерадостно сообщила о том, что они обязательно себя еще проявят. Аластор картинно закатил глаза и, вздохнув, кивнул Сарбонне, намекая на то, что они в полном ее распоряжении. Бонна улыбнулась и предложила пройти к ее столу. Новоиспеченные Авроры Лорен Хейли, Кайл Уоллис и Кристофер Моллиган увлеченно разглядывали свои новые рабочие места, которые Сарбонна без труда расположила в непосредственной близости от себя.
— Если вы читаете газеты и обращаете внимание на происходящее, то уверена, вы понимаете, что дел сейчас в Аврорате очень много, — негромко заговорила Сарбонна. — Ваша первостепенная задача — это обезвреживание противника любыми возможными способами. Конечно же, без применения непростительных заклинаний и Темной магии. Во время испытательного срока вы будете работать только в паре с опытными Аврорами, тем самым, набираясь опыта и дополнительных навыков. В нашей работе есть определенные правила, которые нарушать категорически нельзя, иначе погибнет ваш напарник, либо вы сами. Свод этих правил достаточно объемен, но основных только три. Первое. Выполнять приказы старшего Аврора неукоснительно. А для вас пока здесь все старшие. Второе. Инициатива приветствуется, самодеятельность — нет. Это значит: думаем, советуемся, выполняем. И именно в такой последовательности. И третье. Никакой конкуренции. Здесь все одинаково равны и делают общее дело. Поэтому только уважение. Надеюсь, это ясно? — все трое утвердительно кивнули. — Хорошо. Тогда пройдемте в тренировочный зал, и я посмотрю на ваши практические навыки.
— Вы будете одна? — оживился Кайл.
Все находившиеся в комнате засмеялись.
— Не надейся, парень, что это облегчит твою задачу, — усмехнулся Грюм.
Спустя еще полчаса все четверо вернулись в комнату. Долиш и Сэвидж видимо ушли на задание, потому что в комнате остался только Аластор. Он внимательно посмотрел на невеселые лица новичков, хотя Сарбонна выглядела вполне довольной.
— Как результаты? — поинтересовался Грюм.
— Результаты хорошие. В нападении особенно хорошо. В тактике и защите пока слабовато, но мы это исправим, — улыбнулась Бонна.
— Что же хорошего в нашем нападении, если вы победили нас с таким позорным счетом? А в паре с Лорен вы вообще не дали нам не единого шанса хоть как-то пробить вашу защиту, — спросил Кристофер, глядя на Сарбонну.
— Счет вовсе не был позорным, Крис. У вас видимо было просто немного боевой практики. Что же касается парной дуэли, то ваше нападение было сильным. Хотя у нас нападала только Лорен, если вы заметили, а я просто защищала. Мы с ней так заранее договорились. Это только еще раз доказывает, насколько важны сильные защитные чары и заклинания. Они помогут защитить не только себя, но и напарника, давая ему возможность атаковать, — просто объяснила Бонна. — Порой это очень эффективно, когда приходится сражаться с большим количеством врагов. Такую же тактику может избрать и противник, поэтому очень важно понять ее и правильно организовать свое нападение, а не просто бесполезно разбрасываться заклинаниями.
Сарбонна смотрела на внимательно слушающих ее молодых людей и в душе очень надеялась, что их ряды скоро пополнятся достойными Аврорами.
— Так, — сказал Аластор, все это время державший всех четверых в поле зрения магического глаза. — Сейчас садитесь за правила и протоколы, а завтра попробуете свои силы на реальном задании.
Сарбонна, улыбаясь, посмотрела на новичков, взяла документы и отправилась на очередное дознание, а вечером ее ждало дежурство в Норе.
***
Когда Сарбонна переступила порог Норы, все уже садились ужинать. Не было только Артура, который, получив новую должность, теперь постоянно задерживался на работе. Сарбонну познакомили с Флер. Она работала вместе с Биллом Уизли, старшим сыном Молли и Артура и явно ему симпатизировала. Рядом с Гарри сидел Сириус, только сегодня вернувшийся из больницы святого Мунго, где находился после сражения в Отделе Тайн. Он все еще был бледен, но старался держаться бодро, несмотря на тяжелое ранение, полученное от своей кузины Беллатрисы. Гарри беспокойно посматривал на крестного, каждый раз стараясь убедиться, что ему не стало хуже. Бонна с улыбкой взглянула на Сириуса. Он весело подмигнул в ответ. После выписки Сириус остановился в Норе на время летних каникул Гарри. После многочисленных проверок и истечению достаточного количества времени, Дамблдор, наконец, согласился на то, чтобы Сириус снова мог жить в доме на площади Гриммо. Но Молли, понимая, что свежий воздух, летнее солнце и общение с Гарри пойдут только на пользу, предложила Сириусу погостить в Норе. Все за столом оживленно переговаривались. Билл и Флер рассказывали о своей работе в банке Гринготтс и непростых взаимоотношениях с гоблинами. Сарбонна поделилась новостями о новичках в Аврорате. Гарри и Рон слушали особенно заинтересованно о проведении тренировочных проверок по магической защите. — У нас по защите от темных искусств был провальный год, — невесело констатировал Гарри. — Амбридж заставляла читать нас глупые детские книжки и запрещала вообще использовать магию. — Я, в этой суматохе, и забыла совсем, что у вас целый год была эта старая жаба, — сказала Бонна, и все закивали, потому что и сами так ее назвали, за глаза конечно. — А вы наверно в Министерстве с ней часто сталкиваетесь? — спросила Гермиона. — Ну, стараемся это делать как можно реже, — ответила Сарбонна, но, увидев любопытные взгляды, продолжила. — Несколько лет назад, у нас было очередное судебное дело. Обычное, ничем не выдающееся, дело. Все сводилось к тому, что волшебник виновен, но добиться признания, несмотря на факты, не удавалось. Дело уже передали в суд, председательствовала Амбридж. Для нее не было никаких сомнений — в Азкабан. А я усомнилась, добилась того, чтобы дело снова вернули на дознание. Ну, в итоге, волшебник оказался невиновен, а самолюбие Амбридж сильно пострадало. С тех пор, мы стараемся избегать друг друга, по возможности. После ужина на кухне остались только Молли, ожидавшая Артура, Гарри, Рон, Гермиона и Бонна, время дежурства которой уже началось. Сарбонна, вспомнив о просьбе Кингсли, заглянула в свою сумочку и достала оттуда несколько старых книг с пожелтевшими от времени страницами. — Это же заклятие незримого расширения, верно? — весело спросила Гермиона, не сводя глаз с сумочки. — Да. Порой оно просто незаменимо, — отозвалась Бонна, перелистывая страницы книги. — Сарбонна, а что это за книги? Рон, доедая заварное пирожное, лишь хмыкнул. А Гарри заинтересованно вытянул шею. — Я захватила их из дома. Это книги по древней защитной магии. Нам всем сейчас это не помешает. Очень важно сохранить в неприкосновенности дом, близких, и в первую очередь свое сознание. Сейчас очень много случаев заклятия «Империус», поэтому необходимо использовать как можно больше различных защитных мер. Можете посмотреть их, если вам интересно, — добродушно ответила Бонна. Гермиона осторожно взяла в руки увесистый экземпляр, название, на обложки которого гласило: «Древние защитные заклинания. Основные способы установки защитных магических барьеров». Она посмотрела на книгу в руках Сарбонны и, увидев, что страницы в ней исписаны древними рунами, чуть улыбнулась. Значит, не только ей одной пришла в голову идея изучать этот предмет в Хогвартсе. Гарри внимательно смотрел на Аврора. Его взгляд пробежал по названиям книг и снова застыл на девушке. Но Рон прервал задумчивость друга и предложил подняться наверх. Сарбонна, удобно устроившись в кресле, углубилась в чтение, а Гермиона расположилась рядом и увлеченно просматривала оглавление. Летний вечер выдался на редкость тихим. На кухне слышалось только размеренное тиканье часов. После того, как Артур пришел с работы и сел ужинать, рассказывая Молли последние новости, Сарбонна поднялась и направилась к выходу. — Можно мне с вами? — послышался неуверенный голос Гермионы. — Я не помешаю? — добавила она смущенно. — Что, ты, Гермиона! Конечно, пойдем! — доброжелательно ответила Бонна. — Я на днях нашла одно защитное заклинания и думаю, что сейчас самое время проверить его в действии. Гермиона улыбнулась, быстро направляясь к Сарбонне, и они вышли в ночь. Когда девушки скрылись в темноте, Молли обратилась к Артуру: — Жаль, что у Сарбонны нет детей. Она могла бы стать замечательной матерью, — с сожалением произнесла она. — Да, это печально. Ведь ее семейное счастье было совсем не долгим, — вздохнул Артур и посмотрел в сторону, где Бонна и Гермиона оживленно разговаривали.***
Утро выдалось серым и туманным. Тучи нависали очень низко. После завтрака Артур поспешил на работу, а Молли и Флер управлялись с делами на кухне. Сарбонна, удостоверившись, что с защитой все в порядке, присела в кресло у камина и снова читала книгу. Гарри после завтрака задержался внизу дольше обычного. Когда женщины заговорили громче, что-то обсуждая, он поднялся и подошел к Сарбонне. — Сарбонна, можно поговорить с вами? — тихо спросил он. — Да, конечно, — Бонна отложила книгу и подняла глаза. — Что-то случилось? — Лучше не здесь, — размышляя, произнес Гарри и посмотрел в сторону сада. Бонна кивнула, и они неторопливо прошли в сад, в самую его глубь и сели на старую скамейку. Гарри в нерешительности потирал руки. — Я слушаю тебя, Гарри, — спокойно произнесла Бонна. — Ты хочешь мне о чем-то рассказать? Парень недолго молчал, видимо все еще решая, затевать разговор или нет. — Скорее спросить, — начал он более спокойно. — Вы вчера говорили о защите и о том, что сейчас это очень важно, особенно для сознания. И у меня возник такой вопрос. Вы наверно знаете про окклюменцию, может быть, владеете ей? — Да, Гарри, окклюменция — это очень хорошая, очень надежная защита от многих нежелательных воздействий на сознание и… да, я ей владею, — ответила Сарбонна. — Но что именно тебя интересует? — Профессор Дамблдор в прошлом году очень хотел, чтобы я обучился окклюменции, но…, — Гарри запнулся, но быстро добавил. — В общем, я не сильно в этом преуспел. По правде сказать, совсем не преуспел, хотя понимал, как это должно быть важно. Может быть, вы могли бы объяснить мне детали. — А в чем именно была проблема? — поинтересовалась Бонна. Гарри немного вздохнул и скривил губы. — Ну, меня обучал Снейп и… ничего хорошего из этого не вышло, — подытожил он. — Понимаю, — улыбаясь, отозвалась Бонна, а Гарри пожал плечами. — Ты можешь задать мне любые вопросы, и я постараюсь ответить на них, — легко продолжила девушка. — Главное, чего я совсем не понял, как именно я должен защищаться. Снейп упорно твердил про дисциплину ума и самоконтроль, но это же происходит во сне. Как же я могу это контролировать? — Сев… эммм, профессор Снейп, — быстро исправилась Бонна. — Во многом прав. Но проникновение в сон и в бодрствование немного разные вещи. Во сне защита ослабевает. Но если научиться хорошо, противостоять этому в сознании, а перед сном правильно очищать его, то защита сработает. Можно использовать любые защитные чары, самые сильные на которые ты способен. Какие это в твоем случае? — Не знаю. Самое сильно заклинание Патронуса наверно. — Отлично, это то, что нам нужно. Вообще позитивная энергия должна жить в душе постоянно. Она помогает избавиться от гнева, от ненависти, а ведь именно они облегчают доступ в сознание при легилименции. Знаешь, немногие способны держать свой рассудок всегда холодным. Мы все подвержены эмоциям. Поэтому, если не хватает иногда рассудительности, то призовем на помощь наши лучшие чувства, воспоминания, что угодно, — вдохновенно говорила Бонна, а Гарри слушал внимательно. — Так значит, основой для успешной окклюменции могут послужить те же самые позитивные эмоции, которые необходимы для создания Патронуса, — рассуждал вслух Гарри. Бонна кивнула. — Теперь мне стало более понятно. Хорошо бы конечно попрактиковаться, — сказал он, и рассеянно посмотрел вокруг. Бонна немного помолчала и внимательно посмотрела на Гарри. — Можно конечно попробовать…, — протянула она задумчиво. — Вы? — Гарри почти заикался от изумления. — Но я думал, что это…, — он неловко замолчал. — Что это Темная магия, да Гарри? И что Аврору не положено знать этого, а уж тем более использовать, — тихо усмехнулась Сарбонна. — Простите, я не хотел вас обидеть, — растеряно ответил Гарри, почувствовав себя неловко. — Не стоит, — спокойно ответила Бонна. — Я никогда не видела ничего дурного в том, чтобы знать и уметь больше. Да, я Аврор, и должна точно понимать чему противостою. Можно знать очень многое, пусть даже и темное, но главное только одно — как это использовать. Ведь можно осознанно истязать сознание людей, доводя их до безумия, а можно просто помочь другу. — Бонна замолчала. Гарри поднял на нее взгляд. — Спасибо! Я понимаю. И я готов попробовать! — твердо произнес он. — Ты точно уверен? — переспросила Бонна. — Все-таки сознание — это личная территория, — но Гарри только усмехнулся. — Не думаю. Особенно после того, как там уже хорошенько покопался Снейп. — Договорились, — с улыбкой произнесла Сарбонна, — но мы должны сохранить это в тайне. Ты согласен? — Конечно. Я обещаю, — ответил Гарри. В этот и во все последующие дни своего дежурства в Норе, Сарбонна вместе с Гарри незаметно от всех покидали дом и укрывались в саду. Это стоило больших усилий, так как скрыться от любопытных взглядов было совсем непросто. В тишине сада, Бонна устанавливала все возможные защитные заклинания, и они начинали занятия. В первый раз Гарри оказался совсем не готов, так как Бонна применила легилименцию, не произнося самого заклинания. Но тут же извинилась, за то, что не подумала о том, что они еще не проходили невербальные. На второе и третье занятие Гарри был уже более сосредоточен и лучше контролировал свои эмоции. Сарбонна вела себя очень непринужденно и открыто, чтобы Гарри было легче совладать с собой. А Гарри в свою очередь поражался тому, с какой легкостью она проникает в его сознание. Вот она с улыбкой стоит у старого дерева и с удовольствием кусает яблоко, одновременно поддерживая, наполняя его положительными эмоциями, подбадривая. А уже через минуту она, все такая же светлая и улыбающаяся, применяет, в общем-то, Темную магию, при этом совершенно не агрессивно, не нападая на него, не причиняя боли. — Бонна, как? — не удержался Гарри. — Как у вас это получается? Уроки у Снейпа были сущим мучением. Складывалось впечатление, что он насылает сильнейшее темное проклятие. А вы… Сарбонна весело рассмеялась, крутя в руке веточку от яблока. — Гарри, ну я же тебя не «Круциатусом» пытаю. Мы просто тренируемся. И я очень хочу, чтобы ты научился, — ответила Бонна и присела на скамейку. — Я уверена, что и профессор не стремился причинить тебе вред, потому что это удел слабых, чтобы Темная магия проникала в душу и разрушала ее. А о нем такого не скажешь, — в мыслях девушки мимолетно возникло воспоминание об их последней встрече. Но она, обратившись к юноше, продолжила. — Знаешь, Гарри, когда я еще была ученицей, профессор Дамблдор всегда говорил, что любовь самая сильная, самая древняя магия, и она не позволит Темным силам завладеть душой. Гарри с понимание кивнул, припоминая, что когда-то и сам слышал подобные высказывания Альбуса Дамблдора. Со временем защита Гарри стала значительно лучше. Он хорошо справлялся с поддержанием позитивного настроя, когда был напряжен, сосредоточен, но стоило его отвлечь или переключить на тяжелые мысли, сознание снова было доступно. Он злился. Сарбонна немного укоряла его за вспыльчивость и понимала, что нужен наглядный пример. — Следи за мной внимательно, Гарри. Я буду проговаривать вслух все, чем будет наполняться мое сознание. Я постараюсь показать тебе, как превратить печальные воспоминания в непробиваемую защиту. Преобразовать боль и страх в силу, в любовь, осознание которой невозможно ничем сломить, — сказала Бонна, сосредоточиваясь. Гарри замер и приготовился впитывать все, что услышит. Сарбонна отложила палочку, выпрямилась, закрыла глаза и начала говорить. Ее голос звучал спокойно и ровно, слова слетали с губ медленно, чтобы проникнуть в самую душу. Она говорила о себе, открывая свое сознание, вспоминая все самые горестные, и самые тяжелые моменты своей жизни. Она произносила это вслух, и Гарри застыл от ужаса, ощущая безысходность, отчаяние, словно окунувшись в омут памяти с жуткими воспоминаниями. Бонна неожиданно замолчала, чуть приоткрыла глаза, оценивая состояние парня, и снова закрывая их, продолжила говорить. Но совсем иначе. Происходило необычайное преображение. Все, что минуту назад, казалось, несет неминуемую гибель и нескончаемую боль, наполнялось совершенно иным смыслом. Надеждой, бесконечным светом, любовью и безмятежностью теплого летнего дня. На лице Бонны как будто заиграли лучи солнца, и она улыбнулась. Гарри ощутил странный прилив энергии и сил. В таком состоянии он чувствовал, что способен буквально на все. От Сарбонны исходила потрясающая магическая сила и душевное тепло. Девушка вновь открыла глаза и смотрела уже на совершено другого человека, стоящего перед ней. Гарри не мог вымолвить не слова. Он был потрясен оттого, что услышал и оттого, как все это внезапно преобразилось без всяких заклинаний. — Вот, видишь, Гарри. Боли нет. Есть только наше отношение. Наше видение. Наше восприятие. Что ты почувствовал? — спросила она. — Я… я не могу выразить это словами. Это что-то новое. Но, кажется, я понял… Теперь понял до конца. Это действительно способно защитить как Патронус и наверное даже сильнее, — голос Гарри звучал наполненный осмыслением. Он продолжал смотреть на девушку восхищенно. — Да, это сильнее. Есть и другие способы. Но мне кажется, что этот подойдет тебе больше всего. Примерно так нужно тренироваться перед сном. Наполняя свое сознание и мысли положительными эмоциями. И я очень надеюсь, что это поможет тебе справиться. А потом, просто войдет в привычку, будет получаться автоматически и станет надежной защитой, — проговорила Бонна, забирая волшебную палочку со скамейки. — Спасибо, Сарбонна! — искренне произнес Гарри. — Всегда, пожалуйста, Гарри. У тебя будет время для тренировки и осознания до моего следующего дежурства. И мы попробуем еще раз, когда ты будешь готов, — сказала Бонна. Гарри благодарно кивнул, и они неспешно направились к дому. Вечером, когда после ужина за столом остались только взрослые, Артур передал всем сообщение Дамблдора о том, что собрание Ордена состоится через два дня в штаб-квартире. — Мы с Молли останемся здесь. Дамблдор переживает, как бы чего не вышло, если мы все покинем Нору, — серьезно добавил Артур. Сириус и Бонна кивнули.
