Братская любовь

Чарли уезжает? Он с трудом поверил Джинни, когда она спустилась и так легко объявила об этом. Как будто сообщала, что утреннюю газету принесли или дождь собирается. Естественно, это не было для нее большой проблемой, а вот у Рона внезапно перехватило дыхание. Он практически выскочил из-за стола, бросив наполовину съеденный завтрак, и ринулся вверх по лестнице. Он затормозил лишь у двери в комнату Чарли, пытаясь придумать что-нибудь, подобрать какие-то слова. Что-то, что могло бы заставить его передумать. Кое-что пришло ему в голову… ладно, ничего не пришло, он влетел в комнату с единственной прочно застрявшей в мозгу мыслью, неразрывно связанной с его желанием. – Какого черта, Чарли? Он рассеянно отметил, что закрыл за собой дверь, но все равно постарался приглушить голос, потому что знал, что иначе о произошедшем будет осведомлен весь дом. – Этим утром меня вызвали по каминной сети. Так что я должен вернуться, Рон. Нельзя бросать любителей на произвол судьбы, знаешь ли. Чарли вернулся к своему занятию. Рон с удовлетворением заметил рубашку на постели, и Чарли поскорее убрал ее в одну из сумок. – Чушь собачья. – Вот оно – единственное, что нужно было сейчас сказать. Он не собирался позволить Чарли сбежать, он не сдастся просто так. И если ему всё же удастся уйти, пусть знает, что это именно он струсил. – Ронни… – До парня вдруг дошло, что брат избегает встречаться с ним взглядом и виновато опускает глаза, чтобы смотреть куда угодно, но не на взбешенного подростка. – Чушь. Собачья. Мы оба знаем, что не было никакого срочного вызова. Ты хочешь сбежать от меня. Тебе стыдно. Тебе кажется, что мы сделали что-то плохое. Ты считаешь, о Мерлин, ты считаешь, что я этого не желал? – Ему хотелось, чтобы это прозвучало, как утверждение, хотелось казаться уверенным, чтобы переубедить Чарли, но просто не мог поверить, что тот так легко вычеркнул из памяти то, как Рон умолял его, упрашивал, все его развратное поведение. – Ронни, послушай, мы не можем обсуждать это сейчас, и ты знаешь почему. В этом доме слишком много любопытных ушей, – Чарли многозначительно поднял глаза на потолок, указывая на находящуюся этажом выше комнату близнецов. – Мы обязательно поговорим об этом, нам необходимо об этом поговорить, но сейчас я уеду, чтобы не ставить тебя в неловкое положение. Я не буду усложнять ситуацию еще больше, и прежде всего, ради тебя. Я уже достаточно бед натворил. Рон сделал глубокий вдох, собрал в кулак всё свое мужество, крепясь на случай возможного отказа брата, и отступив назад, запер дверь. – Видишь ли, меня это не устраивает. Пожалуйста, наложи Заглушающие Чары, потому как я еще не могу этого делать, и огради комнату от незваных гостей на несколько минут. Почти целую минуту он наблюдал, как брат колеблется, борясь с собой, прежде чем неуверенно взять палочку и бросить нужные заклятия. X.X.Х. Рон дождался момента, когда сработает заклятие и тотчас выпустил наружу ярость, отражающуюся в его глазах. – Ты не хочешь усложнять мне жизнь? Тогда будь любезен, припомни, что вчерашняя ночь стала результатом обоюдного желания. Ну, вероятно, с моей стороны это желание было немного сильнее. Видишь ли, Чарли, я довольно давно хотел этого, по крайней мере, с начала лета, когда обнаружил, что мне не то что ходить, а даже просто стоять трудно в твоем присутствии. Возможно, я хотел этого намного раньше, я всегда испытывал к тебе иные чувства, чем к остальным. Полагаю, у меня просто много времени ушло на то, чтобы понять, что эти чувства ни черта общего не имеют с братскими отношениями. Рон пересек комнату и остановился перед ним. Его глаза сверкали негодованием, но еще они были полны страсти, глубокого и пока неудовлетворенного желания. Он подошел медленно, как лев на охоте, и Чарли предположил, что парень и не подозревает, насколько обольстительны его движения. Чарли, старший брат, тот, кто должен нести ответственность, обнаружил, что беспомощно прижат к стене и что против воли доволен своим положением. Рон не стал тратить время впустую, как только Чарли оказался в ловушке, он яростно вдавил набухший член в тело брата и задрожал, ощутив ответную твердость в штанах Чарли. – Видишь? Я не могу ничего с этим поделать. Ты так меня заводишь, у меня просто дикий стояк. Ты должен усвоить, что не сделал ничего, чтобы нарочно довести меня до нынешнего… состояния, – нежно выдохнул Рон в ухо Чарли, и тот не смог сдержать дрожи, сотрясшей тело, непристойного хныканья, слетевшего с его губ, и непроизвольного толкнулся бедрами вперед, чтобы потереться о пах брата. Он почувствовал, что Рон двинулся, и на его ширинку легли руки брата, расстегивая молнию. – Рон… – Боже, хватит сопротивляться. Я собираюсь продемонстрировать тебе, чего я хочу, как я хочу тебя, собираюсь доказать тебе, что ты меня ни к чему не принуждал. И ты тоже этого хочешь, я знаю. Просто наслаждайся. Когда я закончу, ты, возможно, изменишь свое мнение по поводу того, что ты хочешь или должен сделать. Не говоря больше ни слова, Рон опустился на колени и аккуратно обхватил губами скрытую тканью ощутимую выпуклость в штанах Чарли. Жар его рта, проникающий сквозь материал, и восхитительные постанывания почти довели Чарли до оргазма. Рон сдернул с него штаны, его дыхание опалило член, вознося на небеса от удовольствия. Позже Чарли радовался, что последовал совету Рона насчет заклятий, потому что не мог сдержать изумленный крик, когда парень одним рывком вобрал его пенис ртом до основания. Он не сомневался, что Рон никогда не делал этого прежде; сам факт, что тот попытался заглотить слишком много, и ему стало нечем дышать, говорил о многом, но все равно это было потрясающе. Удивительно. Фантастически. Чертовски охрененно. – О боже, как хорошо. Рон не был так талантлив, как более опытные сексуальные партнеры Чарли, но несомненно, он сам получал от этого удовольствие, что, пожалуй, было намного важнее. – Да… твою ж мать… вот так… даааа. Рон отсасывал так, будто от каждого движения рта зависит его жизнь: быстро обвести языком вокруг головки, с нужной силой надавить на щель в головке, а потом взять его целиком еще и еще. Это сводило Чарли с ума, но к счастью, а может быть, к сожалению, это длилось недолго. Рон слишком рано ускорился, пылая решимостью удовлетворить брата как можно быстрее. Рука и рот работали в унисон, двигаясь по стволу почти жестко, сильнее, чем нужно, но так чертовски прекрасно. Чарли пропустил момент, когда его пальцы запутались в рыжих волосах, но он отчетливо понимал, что сдерживается изо всех сил, чтобы не схватить младшего брата и не начать бесконтрольно вколачиваться в его рот. Он ощутил внизу живота первые толчки нарастающего оргазма и попытался, по крайней мере, достать член изо рта Рона, но тот держал крепко. Когда он почувствовал, что яички сжимаются, а голова самопроизвольно запрокидывается назад, он понял, что должен оттолкнуть Рона немедленно. – Рон, Ронни… кончу… сейчас кончу. Он ощутил облегчение, когда Рон отодвинулся. – Тогда кончи, Чарли. Хочу испробовать твоего вкуса, проглотить всё целиком. – Эти слова и ощущение рта, плотно обхватившего член, вызвали первую пульсацию напрягшегося пениса. Он не сможет забыть прошедшую ночь, ставшую моментом его падения. Эти глаза, глядящие на него снизу вверх с такой мольбой и жаром, этот рот, поглощающий его с таким жадным голодом, эти рычащие звуки исходили из груди Рона? Это был запретный плод, и Чарли поступил ничем не лучше маггловской Евы.