Покоя отныне нет

музыка, под которую писалась глава: Jeremy Soule – The Road Most Travelled

Я спущу на воду венок со свечою Так легко, так легко. Чтобы плыл по ручьям, полыньям за тобою, Далеко, далеко. Ты был львом и оленем, Ты из гордого племени, Живущего там у небесной черты, Где ночи крылаты, а ветры косматы, И из мужчин всех доблестней ты.

Куро тяжело вздохнул, сложив руки на груди и оперевшись о массивный дверной косяк. Взгляд темных глаз был устремлен на курящего у окна мужчину в темном плаще. Очередное кольцо дыма вылетело наружу, уплывая в ночную синеву. — Так вы вышли на Серебряного? — спокойный и немного хриплый голос разрезал тишину, словно нож - масло. Мужчина, не оборачиваясь, потрепал торчащие ярко-красные лохмы. Его блекло-золотистые глаза взирали на ночной пейзаж как-то...устало. — Вышли, — спустя какое-то время ответил Ятогами, слегка нахмурив черные брови, между которых тут же залегла складка. — Он отметил брата Бесцветного. Только что это может означать, а, Суо? Красный король лишь вздохнул, вновь припадая к трубке и тут же выдыхая серый дым, что уже спустя мгновение улетучивался в темноту. — Лишь то, что с помощью мальчишки мы наконец сможем найти этого летающего эльфа. Что будет с самим братом Бесцветного, меня волнует мало. По сути, он нам нужен лишь как приманка для этого тирана и карта к Серебряному. Больше он ни на что не годен. Куро передернул плечами, что не укрылось от Суо, который прекрасно видел мечника в отражение стекла. — Что это, Черный Пес? Неужели привязался к мальчишке? — во всё ещё спокойном голосе короля можно было уловить хорошо скрываемую насмешку. Брюнет тут же вспыхнул едва различимым при сиянии свечей румянцем, поспешно отведя взгляд в сторону, уставившись на какую-то абсолютно безвкусную картину, что висела в дальнем углу помещения. — Ерунда! Ни к кому я не привязывался, — едва разжимая зубы, проговорил Ятогами, вцепившись длинными пальцами в свою одежду так, что ткань аж затрещала. — Просто...он же тоже человек. Не пушечное мясо. Суо позволил себе легкую усмешку. Слова мечника его нисколько не убедили. Да уж, не думал король, что доживет до того момента, когда обычно хладнокровный Ятогами даст слабину. — Разумеется, — мужчина прикрыл глаза, выдыхая дым через ноздри. Легкий ветерок трепал его короткие волосы. — Но ты ведь понимаешь, что по-другому нельзя? Мы его не отпустим. Потому что такой шанс выпадает лишь единожды. Я понятно изъясняюсь? Мечник скрипнул зубами, зло взглянув на короля, однако подавив в себе желание дать ему хорошего пинка. — Понятно... Ваше Высочество, — выделив последние два слова, буркнул брюнет, резко выпрямившись по струнке. — Я рад, Куро. А теперь советую изучить метку мальчика. Можешь призвать Анну. Ступай, — Суо, всё так же смотря в окно, махнул мечнику рукой, давая понять, что разговор закончен. Ятогами, разгневанно фыркнув, удалился прочь, напоследок хлопнул дверью. И только после того, как он остался один, Красный король позволил себе устало выдохнуть и опереться руками о подоконник, посмотрев совершенно подавленным взором на старую трубку в руке...

***

Куро стоял над кроватью, на которой видел уже десятый сон Яширо, смешно раскинув конечности по простыне и чему-то улыбаясь. Лунный свет, что проникал в маленькую комнату через небольшое окошко почти у самого потолка, освещал черты лица принца, а белоснежные волосы, казалось, переливались серебром. Ятогами сдавленно ругнулся, проклиная себя за то, что вообще приперся сюда. Зачем? Посмотреть ещё раз на метку? Что за глупая ложь. Куро никогда не врет. Так почему же сейчас подбирает для себя нелепые отговорки? Это злило ещё больше. Мечник, нахмурившись, склонился ниже, чтобы иметь возможность разглядеть спящего юношу до малейших деталей. И когда этот странный мальчишка успел запасть в его душу? Это...неправильно. Он брат того, кто убил Ичигена-саму. Он защищает убийцу. Он чужой. Мечник едва слышно выдохнул и протянул руку, касаясь мягких белых волос принца. Почему же тогда он хочет защитить этого маленького шкета, что везде норовит просунуть свой нос? Глупость какая... Яширо мотнул головой во сне, пробормотав что-то неразборчивое. Ятогами, будто опомнившись, отдернул руку и, бросив последний взгляд на спящего мальчишку, круто развернулся и ушел восвояси.

***

Анна, слегка сощурив свои большие глаза, разглядывала метку явно нервничающего принца, который сидел на шатком стуле спиной к девочке. Красно-голубая накидка с высоким воротом, что до этого неизменно была на альбиносе, сейчас покоилась на плечах Неко, которая с восторженным визгом носилась по комнате за ярко-алым огоньком пламени, что потехи ради создал развалившийся на кресле в углу помещения Ята. Рыжий изредка посмеивался, наблюдая за шипящей и мяукующей девушкой. Игра пришлась ей явно по душе. И так уже продолжалось порядка десяти минут. — Это древний эльфийский язык, — в конце концов тихим голосом заявила Анна. Но её слова были услышаны. Куро, что до этого с совершенно отсутствующим видом пялился в одну ему ведомую точку, сложив руки на груди, встрепенулся. — И что же он означает? — брови Ятогами в который раз за день сошлись на переносице. — Здесь начертано лишь одно слово. "Эрисдарта". На общем наречие это означает "сияющий", — всё тем же ничего не выражающим тоном объяснила девочка, задумчиво водя пальцами по серебряному знаку на шее принца. — Такое имя носила древняя столица эльфов, ныне оставленная ими. Куро прерывисто выдохнул, на секунду прикрыв глаза. Стало быть, всё именно так, как он опасался. Серебряный действительно отметил Яширо, как наследника и слугу. Да только откуда он узнал о существовании брата Бесцветного, если даже их подпольная организация была не в курсе? И почему именно принц? Больше вопросов, чем ответов. Но, в любом случае, для Широ это означало лишь одно - его будут использовать не только как приманку для Септема, но и как ключ в Первое королевство. Не самое лучшее стечение обстоятельств для мальчишки. — Значит, Серебряный указывает нам направление? Анна кивнула, отчего многочисленные заколки на её локонах жалобно звякнули. — Чудесно, — прошипел Ятогами, устало прикрыв лицо рукой. — Только зачем? Обычно Короли открывают доступ к своей силе только тому, кто является их подданным. Иногда бывают, конечно, исключения, но все же... Почему? — Действительно, это странно, — подал голос Ята, слегка нахмурившись, но не переставая забавлять Неко сверкающим огоньком. — И откуда он узнал о Широ? О нем даже мы были не в курсе, а у нас шпионы в Бесцветном королевстве. Принц недовольно замычал, явно не радуясь тому, что о нем говорят так, будто его здесь и нет вовсе. Тем временем две пары глаз выжидающе уставились на Анну. — Я не могу ответить. Все Короли сокрыты для меня туманом. Я их не вижу, не могу услышать их мысли, не могу заглянуть в воспоминания, — девочка склонила голову набок, и волна белых волос скрыла половину лица. — Микото-сан - единственный король, который открыл свою душу для моего доступа. Я не вижу Серебряного, мне не известны его планы. Анна, коротко поклонившись всем присутствующим, растаяла в красной дымке, в очередной раз напугав оглушительным хлопком незадачливого принца. Куро сдавленно ругнулся, обессиленно опираясь на стену. Хотелось выть волком. С одной стороны, Серебряный был им нужен: почти все Короли объявили о своей поддержке Бесцветного, тогда как лишь Первый и Второй короли придерживались нейтралитета. И было бы неплохо заручиться помощью хотя бы одного из них. А тут предоставился такой соблазнительный шанс... Однако с другой стороны мечник совсем не хотел впутывать во всё это Яширо. Он совсем ещё ребенок, с детскими представлениями на жизнь и непомерной наивностью. Ему не место во всей этой суматохе. Но что Ятогами может сделать? Лишь наблюдать. Слишком многое поставлено на карту, чтобы его жалость могла мешаться под ногами. Мечник досадливо скрипнул зубами. Ята, что до этого внимательно наблюдал за брюнетом, хитро ухмыльнулся, уловив абсолютно все эмоции Черного Пса. — Я, конечно, прошу прощения, — несколько затравленно начал принц, поправляя длинные рукава свободной рубахи, — но что всё это означает? Я ничего не понимаю... Мисаки ухмыльнулся ещё шире, на этот раз откровенно ехидничая. Альбинос явно не блистал умственными способностями. Ну или придуривался дурачком, кто его знает... — А то, что влип ты во всё, принцесса, по самое "не балуй", — коротко хихикнув, ответил рыжий. Ятогами смирил его холодным взглядом. —Серебряный отметил тебя, Яширо. И ты теперь формально один из Первого клана, его преемник, — бросил самурай, переведя взгляд темных глаз на застывшего посреди комнаты принца, который старался переварить услышанное. — А, ну... Здорово, наверное, — мальчишка улыбнулся, заставив брюнета раздраженно фыркнуть. — И что теперь? — А теперь мы отправляемся в Эрисдарту, искать твоего...работодателя. — Мы? — альбинос приподнял брови, удивленно моргая. — Мы, — подтвердил Ятогами, прикрыв глаза и откинув голову назад. — Ты, я, Ята... думаю, Камамото. И Неко. Этого вполне хватит. Мисаки тут же подскочил, злобно глядя на мечника и сжимая кулаки. Огонек разгорелся ещё сильнее, заставив гоняющуюся за ним девушку восторженно мяукнуть. — Какого хрена, Ятогами?! Я не подписывался на это! — Тебя приставили к Яширо. Будь добр выполнять свои обязанности. — Но... ТВОЮ МАТЬ, КОШКА, НЕ ЖРИ Э...! — Мяуч! Горячо-о!

***

Яширо плотнее закутался в темно-зеленый плащ и сильнее надвинул глубокий капюшон на глаза. Впрочем, в такой темноте его лицо всё равно было невозможно увидеть. Но...мало ли. До рассвета не так много времени, и лучше перестраховаться. Глубоко вдохнув прохладный ночной воздух, принц сильнее прижался к теплой спине Яты, заставив того раздраженно зашипеть и дернуться, едва не выпустив поводья из рук. Конь под ними недовольно зафыркал. — Руки не распускай, мелкий, — злобно процедил сквозь зубы рыжий, пихнув альбиноса локтем. — Прости-прости, Ята, — на лице того тут же расцвела дежурная улыбочка и он поспешил занять прежнее положение в седле, рискуя свалиться на холодную землю и переломать все кости. Даром что хоть ехали не очень быстро. — Я замерз просто. Мисаки лишь рыкнул, стараясь обуздать подкатывающее раздражение. Нет, всё же его явно бесила сложившаяся ситуация: мало того, что заставили переться куда-то за три-девять земель, так ещё и этого мелкого шкета усадили с ним на одну лошадь. Чудесно, ничего не скажешь... Куро недовольно посмотрел на препирающуюся парочку, что ехала справа от него. — Я вам что говорил? Ведите себя тихо, мы не на увеселительной прогулке! — строго сказал Ятогами, придерживая одной рукой спящую Неко, что закуталась в такой же, как и у Широ, плащ. А сам принц искренне не понимал, как можно спать в подобном месте: темные силуэты деревьев тянулись к самому небу, не давая возможности лунному свету хоть как-то осветить их дорогу. Да ещё и все эти непонятные шорохи... Это пугало мальчишку. Он-то прекрасно знал, ЧТО может водиться в древних лесах. Тут и сгинуть можно навсегда... Мисаки, дождавшись, пока Куро отвернется, показал мечнику язык, чем вызвал обреченный вздох у ещё одного спутника, которому посчастливилось ехать на лошади одному. Принц раньше не видел Камамото, хотя, как выяснилось позже, не заметить его тушку было трудно - она была размером с, как минимум, трех Яширо. А теперь вся эта разношерстная компания продиралась сквозь лес, что находился на границе маленького Красного Королевства, стремясь поскорее попасть в древний город эльфов. Принц при одной только мысли об этих существах, встрепенулся. Его прямо таки распирало от волнения и нетерпения. Широ восхищался эльфами, хотя и не видел ни одного. Но какие о них ходили легенды... Иногда Кукури рассказывала их альбиносу, когда у неё было хорошее настроение. Кукури... Принц вновь приуныл, вспомнив старую подругу. Интересно, как она там? Скучает? Ищет ли? Волнуется? Он скучает. Всё же долгое время она была его единственным другом, единственным близким человеком, не считая Септема, который и вовсе делал вид, что Широ - не его брат. Теперь, как никогда, захотелось домой. Но... где он, дом? Там ли, в Седьмом королевстве? Положив руку на сердце, принц должен был признать, что впервые за долгое время он ощутил себя членом большой и дружной, хоть и немного сумасшедшей, семьи именно здесь, в кругу этих странных повстанцев, "борцов за свободу", которым поклялся спутать все карты... Только радоваться или не стоит? И Широ улыбнулся, вновь благодарно прильнув к спине ничего не подозревающего Мисаки, который был к нему ближе всего, обхватив того руками за шею, отчего парень взвизгнул и таки выпустил поводья из рук. — Совсем дурной?! Пустил меня, быстро! Тогда сдохнешь менее мучительной смертью! — ЗАТКНИТЕСЬ, ВАШУ МАТЬ!