Изумруд и рубин

Большая двуспальная кровать из темного дерева. Два тела на этой кровати. Кровь, стекающая с кровати. Кровь, кровь, кровь… — Ридикулис! — направив палочку на кровать, громко крикнула я. — Ридикулус! Кровать не исчезала. Я снова направила на нее палочку и твердо сказала: — Ридикулус! Кровать осталась на месте. Я зарычала и приложила все силы, чтобы не заплакать. Увы, это не помогло, и несколько слезинок все же покатились по щекам. Чертов боггарт! И кто просил меня сюда тащится? Сама виновата. Но удержаться не могла с тех самых пор, как за ужином услышала об этом боггарте, поэтому и встала сегодня раньше всех, чтобы вновь попытаться победить свой страх. — Когда же ты исчезнешь? — со злостью вытерев слезы, я уставилась на кровать. — Ридикулус! С-с-сволочь! — почти на парселтанге добавила я, ненавидящим взглядом сверля кровать. — Ридикулус! — раздалось за моей спиной, и кровать, превратившись в луну, исчезла. Я резко развернулась, поднимая палочку и готовая произнести заклятие Забвения. Но, увидев стоящего передо мной человека с потрепанной мантии и несколькими шрамами на лице, я опустила палочку и заулыбалась. — Опять Обливиэйт? — он тоже улыбнулся. — Мы вроде это уже проходили. — Я рада вас видеть, профессор Люпин, — спрятав палочку в карман, я подошла к нему поближе. — И рада, что именно вы нашли меня. — Ты до сих пор никому не рассказала? — спросил Ремус, неодобрительно нахмурившись. — Здесь нечего скрывать. И соболезную твоей утрате, — он вытащил из кармана газету, в которой писали о смерти моей бабушки. — Как я понял, ты и об этом никому не сказала? — Простите, профессор, но мне так легче, — ответила я. — Может, лучше вы расскажете о своих планах? — Охотно, — кивнул он, и мы вышли из комнаты. С профессором Люпином я познакомилась на третьем курсе, когда он преподавал у нас Защиту от Темных Искусств. Наши отношения были весьма поверхностны до одного случая, который последовал после урока, посвященного защите от боггартов. Мы тогда все выстроились в шеренгу и по очереди учились преодолевать свой страх. Я оказалась стоящей прямо за Поттером. Когда тот вышел вперед, его боггарт принял облик дементора. Увидев боггарта Поттера, профессор метнулся вперед, вызвал своего боггарта и прогнал его, а после быстро сказал, что урок окончен. Тогда мне очень повезло, и никто не увидел мой страх. Но я понимала, что это всего лишь временное явление, и на следующем уроке мы снова будем сражаться со своими страхами. Поэтому я тайком пробралась в профессорский кабинет и утащила ящик с боггартом. Засев в одном из пустых классов, я пыталась побороть свой страх. Но ничего не получалось. Когда я уже сходила с ума от страшных картин, которые создавал боггарт, в класс ворвался Люпин и уничтожил призрака. А я ему сразу же Обливиэйтом засветила. Кто же знал, что он на оборотней не действует? Правда, я так и не призналась ему, что это были мои родители, сказав только, что это мои дальние родственники. С тех пор наши отношения стали более дружественными. Он пытался помочь мне преодолевать свой страх, я помогала профессору Снейпу варить ликантропные зелья для него. То, что профессор оборотень, я выяснила спустя месяц, в основном благодаря этим варевам — мои знания по зельям были куда лучше, чем думал Снейп. Окончательно удостоверилась я тогда, когда после полнолуния занятия вел декан. Снейп тоже был не дураком — он сразу догадался, что я знаю об истинной сущности профессора, поэтому с чистой совестью скинул на меня варку зелий Люпину, над которыми я потом с энтузиазмом экспериментировала. А профессор Люпин с радостью был моим подопытным. Несмотря на все мои старания и старания профессора, я так и не сумела преодолеть свой страх. Но наши совместные занятия помогли мне обрести интересного собеседника в лице профессора Люпина. -… Знаешь, а это ведь очень хорошо, — вынырнув из воспоминаний, я вопросительно посмотрела на Люпина. — То, чего ты боишься, — пояснил он. — О чем вы? — недоуменно спросила я, подняв брови. — Ты боишься того, что было, — терпеливо повторил он. — Это дает тебе силы двигаться дальше, не оглядываясь назад. И помни, что человек не может ничего не бояться. — Спасибо, профессор, — тихо прошептала я, осознав свою правоту. — А вы надолго задержитесь в этом доме? — Надеюсь, — уклончиво ответил оборотень, когда мы подходили к лестнице. — Дом темномагический, тут полно неприятных сюрпризов, может понадобиться моя помощь. Тем более, что полнолуние уже прошло, и до нового у меня еще много времени. — Профессор, простите, — вспомнив о зельях, которые варила для Люпина, я застонала. — Я совершенно забыла… — Ты о зельях? — уточнил он. — Ты вовсе не обязана их делать, но не переживай, мне их Северус уже передал. Слышал, ты за этот год друзей себе нашла? Наконец-то! — Да, Драко, Невилл и Луна, — скороговоркой ответила я. — Но, знаете, я в школе провела несколько экспериментов… Должно получиться интересное зелье. Ингредиенты, инструменты, все готово, осталось сварить, ведь оно должно быть свежим. И теперь мне нужны только подопытные. — А что за зелье? — заинтересовался Люпин. — Ликантропное, конечно, — улыбнулась я. — Если я права и нигде не ошиблась, то превращения быть не должно, человек просто впадает в кому, пока на небе полная луна. Сами понимаете, это только теоретически. Поэтому нужны лабораторные собачки, которых не жалко. И даже не вздумайте предлагать свои услуги! — поспешно добавила я, когда профессор уже открыл рот. — Жаль, — усмехнулся оборотень. — Тогда предлагаю Фенрира. Он меня обратил. Такого мне точно не жалко. — Отлично! — я заулыбалась. — Тогда договаривайтесь с ним, а я перешлю вам зелье, — я подошла к лестнице и поставила ногу на ступеньку. — Ремус, я рада, что ты приехал! — мы обернулись и увидели миссис Уизли, которая что-то делала на кухне. — Не думала, правда, что ты будешь так рано. Гермиона, ты уже встала? — она повернулась ко мне. — Тогда разбуди Джинни и мальчиков, мы будем очищать дом от докси. Еще я нашла гнездо с шушерами под диваном. Ремус, садись, ты, наверное, голодный… Кивнув миссис Уизли, я поднялась по лестнице, стуча в нужные двери со словами: — Миссис Уизли говорит: вставать, завтрак на кухне, а потом она ждет вас в гостиной, там в тысячу раз больше докси, чем она думала, и под диваном она нашла большое гнездо с дохлыми шушерами. Четверо Уизли, Драко и Поттер с недовольными стонами спустились на кухню, я же в это время вовсю смеялась над их кислыми лицами. Шушеры шушерами, а докси весьма интересные существа. Поймать бы парочку, да прикарманить. Поймав неожиданно повеселевший взгляд Фреда, я поняла, что его посетили такие же мысли. Через полчаса я и Драко, быстро позавтракав, поднялись на второй этаж и вошли в гостиную — продолговатую комнату с высоким потолком и грязными серо-зелеными гобеленами. Из ковра при каждом шаге вылетали облачка пыли, а в длинных болотного цвета бархатных шторах стояло какое-то жужжание, словно там роились невидимые пчелы. Там-то все и столпились — миссис Уизли, Поттер, Рональд, Джинни, Фред, Джордж. Выглядели они странновато — головы снизу были обмотаны полосами ткани, закрывавшими нос и рот. Каждый, кроме того, держал по большой, наполненной черной жидкостью бутылке с насадкой-распылителем. — Завяжите лица и возьмите пульверизаторы, — велела миссис Уизли мне и Драко, едва нас увидела, и показала на две другие такие же бутылки, стоявшие на высоком тонконогом столике. — Это доксицид. В жизни не видела такого засилья паразитов! Чем занимался последние десять лет этот эльф-домовик? Эльф, находившийся в этой комнате и что-то чистя в углу, развернулся и снова, совсем как вчера, уставился на меня. Мне стало не по себе. Да что ему нужно вообще? Появилось жуткое желание отвесить ему пинка. Тем временем миссис Уизли наклонилась к лежащему на диване справочнику по домашним вредителям Гилдероя Локхарта, раскрытому на главе, посвященной докси. — Будьте, пожалуйста, очень осторожны: докси кусаются, и зубы у них ядовиты. У меня есть, конечно, противоядие, но не хотелось бы к нему прибегать. Она выпрямилась, встала лицом к шторам и жестом велела всем остальным придвинуться к ним ближе. — Когда я дам команду, прыскайте немедленно, — сказала она. — Они полетят прямо на нас, но на жидкости написано, что хорошая струя сразу их парализует. Тех, которые лишились подвижности, кидайте в это ведро. Она осмотрительно отошла с их линии огня и подняла свой пульверизатор. — Внимание… начали! Я распыляла жидкость всего несколько секунд, когда из складки ткани, стрекоча блестящими жучьими крылышками и оскалив крохотные острые как иголки зубы, вылетела взрослая докси. Миниатюрное тельце покрывал густой черный мех, и все четыре маленьких кулачка были яростно стиснуты. Я встретила ее струей доксицида. Она оцепенела в полете и с неожиданно громким стуком упала на вытертый ковер. Незаметно оглянувшись по сторонам, я приманила докси невербальным и беспалочковым Акцио. — Фред, что ты делаешь? — раздался недовольный голос миссис Уизли. — Опрыскай и немедленно выбрось! Я обернулась. Фред держал барахтающуюся докси большим и указательным пальцами. — Сию секунду! — весело сказал Фред, быстренько привел жертву в бессознательное состояние струей из пульверизатора и, когда миссис Уизли отвернулась, подмигнул мне и сунул докси в карман. Я усмехнулась, ненавязчиво показывая ему свою жертву. Ее заметил и Джордж, и близнецы вместе уставились на меня. Я согласно кивнула и запихнула еще одного парализованного докси в карман. Работа продвигалась быстро. От подобранных докси у меня уже топорщились карманы, и я осторожно кидала лишних близнецам. Наконец миссис Уизли объявила перерыв и устало опустилась в старое кресло. — С этим, я думаю, разберемся после обеда, — миссис Уизли показала на пыльные застекленные шкафчики, стоявшие по обе стороны от камина. Они были битком набиты всякой всячиной: тут тебе и коллекция ржавых кинжалов, и когти, и свернутая кольцами змеиная кожа, и потускневшие серебряные шкатулки с надписями на неведомом мне языке, и, самое приятное, изысканный хрустальный графинчик со вделанным в пробку большим опалом, наполненный, вне всякого сомнения, кровью. И я, и близнецы бросали на эти шкафчики алчные взгляды. Внизу раздался громкий звонок. Все посмотрели на миссис Уизли. — Оставайтесь здесь, — твердо сказала она под какие-то странные звуки. — Я вам принесу сюда сандвичи. Она вышла из комнаты и тщательно закрыла за собой дверь. Все тут же бросились к окну и, посмотрев вниз, увидели у входа в дом чью-то растрепанную рыжеватую макушку и несколько котлов, неустойчиво поставленных один на другой. — Наземникус, — узнав бродягу, довольно сказала я, отходя от окна и делая знак близнецам. Пока остальные прислушивались к воплям миссис Уизли и лепетанию Зема, я быстро отдала близнецам большую часть докси. — Может, поэкспериментируем в школе? — заговорщицки спросил Фред. — Мы тут придумали один интересный яд… — С удовольствием, — вытаскивая еще одного докси, сказала я. — Жду в Выручай-комнате. А пока видите шкафчики? Близнецы медленно двинулись к ним. Я быстро догнала их и схватила за рукава. — Нужно быть осторожными, — едва слышно прошипела я. — Вещи могут быть опасны. Джордж, иди к ребятам, постарайся задержать их подольше. Фред, иди к двери и поставь там свои «уши», чтобы нас не засекли. А я разберусь со шкафчиками. Кивнув, близнецы разошлись по разным концам комнаты. Я медленно подошла к шкафчикам и, вытащив небольшой нож из кармана, надрезала палец. Появилась кровь, и я медленно провела окровавленным пальцем по замку. Он тихо щелкнул и растворился. Я усмехнулась. Темные маги всегда такие предсказуемые — любой замок открывается кровью. Просто до невозможности! Ко мне подошел Фред, закончив со своей работой и держа Удлинитель ушей в руке. Открыв стеклянные дверцы, я быстро прихватила стеклянный графинчик с кровью. Фред поступил умнее и забрал змеиную кожу, которая весьма ценилась на черном рынке. Потом подумав и тихо шепнув мне «Это для Джорджа», стащил еще две серебряные шкатулки. Потом мы вместе закрыли шкафчик и осторожно отошли от него, махнув по пути Джорджу. — Удачный улов, да? — довольно поинтересовался Фред, сматывая Удлинитель и передавая Джорджу шкатулки. — Гермиона, знаешь, кому это все можно сплавить? — Разумеется, — я позволила себе усмешку. — Для начала рекомендую «Горбин и Бэркс», это самая известная лавочка Лютного, потом можно зайти в «Коготь дракона», там спросите Юля, скажете, что вы от Ми Грей, и он с радостью приобретет у вас любой товар. Еще есть пара мест, но туда вам лучше не ходить. Без меня, по крайней мере. А у меня в Лютный только один поход запланирован, к Мариусу и Цедрелле. — А это кто? — хором спросили близнецы. — Потом объясню, — шепнула я, краем глаза увидев, что в комнату входит рассерженная миссис Уизли, держа в руках поднос с сандвичами. За ней вяло плелся Наземникус. Быстро перекусив, миссис Уизли приказала всем продолжать работу. Правда, на этот раз она решила разделить нас. — Гарри, Рон, разберитесь с этими шкафчиками, — она кивнула на те шкафчики, которые мы с близнецами уже хорошенько выпотрошили. — Фред, Джордж, Джинни, Драко и Гермиона — уберитесь в жилых комнатах. Наземникус… — она запнулась. — Я тебя на чердак не пущу… — она в растерянности посмотрела на нас. — Кто из вас возьмет чердак? Молчание стало ей ответом. Никто не хотел лезть на чердак. Миссис Уизли вздохнула и уже хотела отправить туда Наземникуса, который съежился от ее взгляда, как я вышла вперед. — Миссис Уизли, — осторожно начала я, — я могу убраться на чердаке. И Наземникуса возьму с собой, за таким глаз да глаз нужен. Миссис Уизли от моих слов буквально расцвела. Обняв меня и послав еще один суровый взгляд Наземникусу, она выдала нам ведро, велев кидать туда все, что мы найдем на чердаке. — Ты мне напоминаешь одну знакомую, — прохрипел Зем, когда мы залезли в пыльное и темное помещение. — Оче-ень интересную знакомую. Голоса у вас очень похожи. И имена. — Хватит кружить, Зем, — схватив его за руку и зажигая свечу, прошипела я. — Я не сомневаюсь, что ты меня узнал. — Рад вас видеть, мисс Грей, — он криво оскалился. — Никогда бы не заподозрил в вежливой девочке правую руку Аба, если бы не голос… Вот твои друзья обрадуются… — Не спеши их радовать, — я цепко держала его за руку, осторожно вытаскивая из кармана нож. Резко надрезав наши сцепленные руки, я нежно промурлыкала ему на ушко: — Клянешься ли ты, Наземникус Флетчер, что никому не дашь знать, что Гермиона Грейнджер и Ми Грей — одно лицо? — Сука! Дерьмо гиппогрифа! — прошипел он, пытаясь вырвать свою руку. — Мерзкая змея! — Я жду, милый! — я довольно заулыбалась. — Ты ведь знаешь, на что я способна… Знаешь, что мне под силу сварить такие зелья, что никто и не поймет, как ты умер. Так что это в твоих интересах… — Клянусь! — злобно ответил Наземникус. Я с улыбкой выпустила его руку. — Умный мальчик! — просюсюкала я, залечивая собственную рану. — Стерва, — проводя палочкой по своей ране, зашипел Зем. — Чертова девчонка! — Я все еще тут, — ехидно напомнила я, поджигая еще десяток свечей. — И мои зелья все еще со мной. — Не зря тебя Аб ценит, — он усмехнулся. — Ты в курсе, что ты самая молодая средняя в Лютном? Обычно все, кто попадает в Лютный сам, долгие годы ходят в низших. А детки богатых папочек до восемнадцати в Лютном не появляются. Но зато потом сразу в высшие. Но ты… Ты мерлиново исключение! И я уверен, что Аб переведет тебя в высшую, как только тебе исполнится восемнадцать! — Тебе-то что? — лениво спросила я. — Я тебе не мешаю, — потом, подняв свечу над головой, я наклонилась к нему, — не мешай и ты мне! Прошипев эти слова, я направилась к полкам. — Так и быть, сегодня я разрешаю тебе слегка обчистить дом Блэков, — я развернулась и усмехнулась Зему. — Забирай все, что тебе нужно! Зем заулыбался и начал запихивать хлам в свой мешок. Я тоже начала копаться на полках. Там нашлось много интересного: я сразу же отложила себе массивный медальон с большой буквой «S», который ни я, ни Зем не смогли открыть, толстенную книгу под названием «Природная знать. Родословная волшебников», надеясь найти там род моей матери, и несколько пыльных колдографий в серебряных рамках, на которых были изображены сестры Блэк. Наземникус от меня не отставал, прикарманивая себе все, на что падал его взгляд. Правда, по большей части, это были весьма агрессивные предметы: серебряные щипчики попытались проколоть ему кожу, музыкальная шкатулка чуть не усыпила нас обоих, а пурпурная мантия едва не задушила его. С мантией мы сражались вместе и, с большим трудом успокоив ее, решили продать Горбину. Все больше разрывая чердачные завалы, я искренне радовалась, что приехала в этот дом. Покоя мне не давали лишь мысли о странном домовике, который, наткнувшись на меня, когда я спускалась по лестнице, прохрипел: — Хозяйка…