Карамель

Тогда ей было пятнадцать. Уже семь лет, как Элис, наверняка безответно, любила Либа. Глупо. Девушка это понимала, хотя и не могла ничего с этим поделать. Никак. Это была полностью безвыходная для ситуация, тупик. Может кто-то скажет, что это была лишь детская влюблённость или просто придуманный ею, несуществующий образ. Так думала и Элис, но разубеждалась, проводя с ним всё больше и больше времени. Какая же влюблённость только крепчает с годами и никак не хочет исчезать? Но, наверное, её сомнения были вызваны лишь ранее придуманным образом "идеального парня". Помнится, в годы, когда надежды почти не было, а чтобы хоть попытаться быть чуточку сильнее, она была слишком мала, появился он. Воображаемый идеал, который помогал справится со всем пережитым ужасом. Не физически, морально. Это были её своеобразные колючки, ведь никто так и не смог сблизиться с ней, чтобы продолжить эксперименты в психическом плане, которые так нужны были тёте Элис, для полной картины. А когда лабораторию спалило то синее, необъяснимое нечто, и её подобрали в караван работорговцев, Элис спасал лишь выдуманный друг. Девочку продали правителям Лаития, которые поручили защищать принцессу вместе с Хранителем. И в момент, когда их представили друг другу, она не могла верила своим глазам, заново влюбляясь в знакомые до боли черты. Странно, да? С первого взгляда полюбить какого-то неизвестного паренька. Но не тогда, когда этим "неизвестным пареньком" является тот самый идеал. Представляете..? Вы постоянно мечтали, выстраивали чей-то образ в мельчайших деталях, и вдруг видите того, кто до безумия на него похож, и даже имена полностью идентичны. Невероятно, волшебно, на секунду всплывает мысль о посланиях свыше и прочих вещах, в которые Элис уже давно не верила. Как тут не начать сомневаться в собственных чувствах, если постоянно находятся какие-то новые сходства с тем, выдуманным, пареньком? Самое странное она находила в том, что идеал перестал приходить к ней во сне или в просто пустующей комнате. И без него она не чувствовала, как раньше, пустоту в душе или грусть. Утро. Элис, как всегда, умылась и пошла завтракать. В столовой её ждал Либ. Коралия, обычно приходившая в то же время, что и Элис, задерживалась. Чародей уже сплёл завтрак на троих. Так как за всё время трапезы Лия так и не появилась, оба, сразу после того как закончили кушать, пошли в одну из башен замка. В комнате принцесса, в полубессознательном состоянии, металась по кровати. В замке было всего несколько мест, где был шанс простудиться, и все они были довольно-таки труднодоступны. Это было... страшно? Непонятно, странно, жутко и страшно. Единственная подруга Элис за всю, хоть и короткую, но жизнь. Почему она заболела? Как? А, вдруг, это что-то серьезное? Может ли быть это проклятьем? Или очередное испытание от её ненормальных родителей? Видя состояние Элис, чародей сплёл вокруг Лии сверкающий купол заклинания, и, как можно более успокаивающе, произнёс: — Не беспокойся за неё, это мощнейшее из древних заклинаний, вряд ли оно не сработает. Вылечит от всего что только можно и чего нельзя. Правда, действует оно медленно, около недели... — И с ней точно всё будет в порядке? — Уверен, надо только подождать. Выйдя из комнаты, они как и всегда (только обычно их было трое) пошли искать потайные комнаты, все больше изучая ещё неизвестный замок. Взяв одну из нарисованных ими карт и разделившись с Либом, Элис пошла в незнакомый ей коридор. На карте он был, что её и успокаивало. Впрочем, не до конца, но всё же. Пройдясь немного, девушка заметила чуть выпуклый камень с позолоченным символом. Она слегка надавила на него, тем самым открыв потайную дверь. Элис прошла по винтовой лестнице, оказавшейся за дверью. Очутившись в комнате со множеством свечей, девушка подошла к алтарю. На нём возвышалась резная шкатулка, сверху украшенная узором с сердцами из шестеренок, а по бокам цветущим плющем. Элис чуть было не прикоснулась к крышке, но в этот момент в комнату влетел Либ. Обернувшись на шум, она не заметила, как сзади полыхнуло неестественно фиолетовое пламя. В глазах мага проскользнул ужас. Никто из них не понял, как парень настолько быстро приблизился к Элис. Обнимая её он сплёл куполообразный щит, чем-то напоминающее заклинание для Лии. Комната озарилась светом. Купол треснул, но опасность миновала. А опасность ли? Отойдя друг от друга они заметили надпись уведомляющую их о состоявшейся помолвке. Пришлось подбирать челюсти и "обсуждать". — Э-э-э... как бы... Ты понял, что случилось? — сказать что Элис была удивлена, ничего не сказать. Коробка-сваха. Гениально. — А-а-а-а-а... Ну что ж, свадьбу устроим лет через пять, — таки сориентировался Либ. По крайней мере попытался себя так показать. *** — Между прочим, я уже тогда знал, что это за шкатулка, — Либ сказал это так уверенно, что Элис сразу же захотела ехидненько поинтересоваться: — И что же это за шкатулка? — Ларец влюблённых. А хранился он в комнате обещаний... — Как бы нам устроить свадьбу? — Я ещё не договорил. Так вот, именно в той комнате проводится помолвка рода Сербино. Для этого нужно только взаимность чувств. Ненависть, страх, апатия... Правда те, кто создавали её, рассчитывали на любовь... — Взаимность чувств говоришь. Угу-угу. А когда ты в меня влюбился? — и хитрая улыбка озарила её, как она сама утверждала, светлый лик. — Ну-у-у-у-у... — настолько неожиданный вопрос заставил Либа покраснеть. — А какая разница? — Вот я, например, влюбилась в тебя с первой встречи. — А вот я, например, не помню... Неважно... — Хорошо–хорошо. Спокойной ночи, — мирно сказала Элис, уже засыпая на деревянной кровати, напоследок хитро сверкнув глазами в его сторону. *** — Пять часов утра, — сонно сказал Либ, после того как Элис спросила время. — Ровно? — Без пятнадцати пять часов утра... — Супер. Ты первый в ванну или я? — Ты... — Ладно, тогда я быстро, — в её голосе явно чувствовалось злорадство, из-за которого Либ сразу же проснулся. И вообще, зачем она спрашивала про "первый"?.. Минут через пять, после того как Либ разлепил глаза, Элис вновь появилась на пороге комнаты в махровом халате. — Вперёд, у тебя десять минут на душ и одежду. И вот ровно в пять, они стояли в общей гостиной. — Твои предложения по поводу того, как их разбудить, — сказала Элис, по-хозяйски рассматривая двери напротив. — Зачем? — Как "зачем"? Мы вчера во сколько легли? В девять. А это значит, что восемь часов своей нормы мы добросовестно отоспали. Правильно? — Да ну... Насколько громко ты свистишь? — Достаточно, но лучше ты со мной, — сразу же поняла задумку собеседница. — Ладно. Три... два... один... — раздался оглушительный свист, длившийся ровно минуту. — Три минуты шестого. Да у нас всё прям по часам, — радостно произнесла Элис. — Вы сейчас издеваетесь что ли? — возмущению жителей первых двух комнат не было предела. — С чего бы? У вас есть ровно час до начала соревнований. За это время вы должны успеть искупаться, причесаться, переодеться, поесть и прибраться в своей комнате. Завтрак будет через полчаса, так что не опаздывайте, — спокойно сказал Либ, полностью оправдывая свои действия. Все трое поспешили выполнить первый пункт. Хорошо, что ванных комнат было столько же сколько и спальных. Элис пошла в комнату прибраться, а Либ остался в гостиной, чтобы перестроить её и сплести завтрак. После всех его махинаций от прежней комнаты остались только камин и голые стены. На полу лежал мягкий ковёр, а по середине стоял стол на шесть персон. Шесть стульев, шесть тарелок, шесть чашек... Когда они вошли в гостиную (в этот момент больше похожую на столовую), настало время рассаживаний. Вирьем и Норд сели во главе стола, Элис и Либ сели сбоку, рядом сел Кариб. И один стул, как раз, остался между вампиром и карателем. Опять же, все действия проходили под строгим контролем Элис. Ну кто будет не слушать юного романтика, мотивы которого и не понимал, но у кого была внушительная поддержка со стороны Хранителя? — А я думала, вас будить прийдется... — смотря на них, сказала Лия, только что вошедшая в "столовую". — Привет, Ли. Ты присаживайся, присаживайся. Тут места как раз на шестерых, — сказала Элис, указывая на свободный стул рядом с Карибом. — И как вы узнали, что я ещё ничего не ела? — улыбаясь, спросила Лия. — А тут есть еда, кроме той, что я плету? — удивленно осведомился Либ, разрезая кусочек мяса. — Я об этом как-то не думала... — Вот видишь. — Приятного аппетита, — невозмутимо начиная поедать завтрак, прервала их Элис. — Приятного, — нестройным хором ответили присутствующие. После, наступило молчание, которое, через некоторое время, Лия прервала вопросом: — Элис, завтра же твоя очередь готовить, да? — Угу... — Можешь тогда на десерт приготовить те печеньки? — Да не вопрос. Мне они тоже нравятся... — Дайте угадаю, они также с шоколадом? Ребят, вам не кажется, что вы растолстеете? — спросил Кариб. — Для магов шоколад – главная пища, — ответил за них Либ. — Везёт же, — грустно сказала Вирьям. — вот бы и мне так, одноко ж принцессам только одну сладость в день. Меньше — всегда пожалуйста, а больше ни-ни. Фигуру. Портить. Нельзя, — явно пересказывая чьи-то слова пожаловалась девушка. На такие слова даже Кариб слегка улыбнулся. — Да уж – несправедливо... — поддержала Вирьям Карамелька. — Нет, ну ладно бы только Либ, но ты то Элис ешь и не толстеешь. Почему? — А ты почему? — вопросом на вопрос ответила ей Элис. — Каждодневная зарядка делает удивительные вещи! — А наши тренировки нельзя назвать зарядкой, что ли? Это дискреминация, — произнёс Либ, притворно возмущаясь. — А-а-а, точно-точно, тренировки,— только Лия это, как прозвенел колокол. — Закругляемся! — как сигнал к копошению и попытками "быстренько" подняться из-за стола, прозвучал голос Элис. *** Либ мгновенно переправил всех на место. Принцессу рядом с родственниками, а остальных в шеренгу перед ними. Кажется, они стояли перед входом в уже знакомое, но все ещё запутанное построение колючек. И как подтверждение тому, Лия произнесла: — Ваше первое испытание – лабиринт. Он полностью может изменить направление. Все зависит только от воли мага, что им управляет. Так как этот самый маг – Хранитель, то можете считать это проверкой на вшивость, — улыбка не сходила с её лица последующие пятнадцать минут. Ровно до того момента, пока слушатели не сложили два и два. В тот момент они поняли, насколько попали. Ну, некоторые из них, так уж точно. Шли той очередью, которой их вызывали вначале. Либ без труда раздвинув себе и Элис путь, прошёл вместе с ней испытание. А вот оставшимся (кроме Вирьям, конечно) пришлось попотеть. — Это ты нам все дороги попутал? — спросил у Либа Норд. — А ты думал – в сказку попал? Это суровая... — ... колючая... — на миг перебила Либа Элис. — ... реальность. И магия – неотделимая её часть, — наконец закончил свою тираду маг. Лия Я взяла из "маминых" рук шар Невидя. А почему мне нужно тащить эту тяжеленную штукенцию? А потому что Хранитель, по совместительству управляющий лабиринтом, запутал ходы некоторым (не будем называть имена) участникам. И мне сейчас нужно проверить, есть ли у этих "некоторых" какие-либо планы против меня. В общем, подошла я к ним, сделала всё как положено — и шаром ко лбу прикоснулась, и даже смотрела в глаза для пущего эффекта. Но Невидь не потемнел, а остался все так же невинно-прозрачным. И теперь я иду в замок, комнаты осматривать. В коридоре шар сразу стал фиолетовым. Дабы понять в какой комнате этот бессмертный, пошедший на моё убийство, прячется, я вошла в столовую. Как только переступила порог, шар в руках вновь стал прозрачным. Пришлось провести эксперимент. И вот теперь я вожу Невидем за порог и обратно. В столовой – прозрачно, в коридоре – фиолетово, абсолютно противоположно отношению к этому факту зрителей. И все же Шар не мог так просто поменять цвет. Не-воз-мож-но. Та же история произошла и с другими комнатами. Я уже потихоньку начинала уставать от такой мороки. "Либушка, дорогой, Элис, милая, не могли бы вы оба с этим Шариком походить. Всё же в ваших золотых рученьках это будет ощущаться намного лучше" – сказала я мысленно своим друзьям, с мольбой в глазах глядя на эту парочку. Они покосились на тяжеленную ношу в моих ладонях. Причём очень подозрительно так покосились. Но Элис, к моему величайшему облегчению, все-таки взяла Невидь. Посмотрев на него через свет, и ненайдя, видимо, никаких отрицательных качеств, кроме веса, передала шар Либу. При совершении сия действия, похоже, оправдываясь своим полом и тяжестью сего изделия, полностью игнорируя собственную расу. Эх, знать бы кто это – не мучались... Я осмотрела всех своих "женишков". Никто из них не мог этого сделать. Они ведь раскрыли свои расы, а это, между прочим, все равно, что доверить жизнь. Ведь у всех была смешанная кровь, даже если они и могли пользоваться способностями только одной грани их многогранного родства, скрыть расу легко. Только вот и Элис и Либ определили их принодлежность. Да, некоторые из них не договорили, но я-то всё, от этих двоих, знаю. Кариб — бывший дриадер лишившийся древа, а следовательно ставший оборотенем (и магия карателя, данная при рождении). Норд — вампир. Вирьям — оборотень-клисс. Только люди, как впрочем и драконы, не скрывались. Такого понятия как смешанная кровь ни у тех, ни у других не было. Первые были слишком слабы, а вот вторые, наоборот, слишком сильны. Голова заболела ещё больше, в глазах потемнело. Я падала в обморок... надо же.