Гипнотически

Праздничные дни пронеслись ярким калейдоскопом. А потом Эрик пропал. Нет, конечно, он предупредил меня, что уедет на пару дней «вернуть кое-какие долги», но эта пара дней… Как будто все краски ушли из моей жизни вместе с Эриком. Все казалось таким скучным и тихим в его отсутствие. Он был огнем, который зажигал меня. А я, словно глупый мотылек, летела к нему, чтобы сгореть в этом обжигающем пламени. Ни работа, ни любимая музыка или книги не могли занять меня надолго. Каждый раз, стоило мне задаться целью отвлечься от мыслей об Эрике и его отсутствии, как я невольно возвращалась к ним, а от любого занятия становилось тоскливо и тошно. Я лежала на диване и бездумно перещелкивала каналы. Давно пора было отказаться от кабельного телевидения, но я все откладывала. Видимо, ожидала, пока провайдер в очередной раз поднимет цены и чаша моего терпения переполнится. Что-то подсказывало мне, что ждать этого момента осталось недолго. Почти на всех каналах мелькала навязчивая реклама, то обещающая идеальные волосы, то прославляющая сомнительные достоинства нового китайского джипа, то сулящая мгновенное похудение от очередного чудо-пояса. Я мысленно фыркнула и уже собиралась выключить телевизор, как, кажется, попала на что-то интересное: — Здравствуйте, в эфире экстренный выпуск новостей, — поздоровалась со зрителями миловидная ведущая. — Сегодня утром премьер-министр был найден повешенным в собственной спальне на недавно построенной роскошной вилле. Дверь в комнату была заперта, следов взлома обнаружено не было. По предварительной версии МВД, второй человек страны покончил жизнь самоубийством. Правоохранительные службы расследуют дело. Как только появится дополнительная информация, мы сразу же сообщим вам. Не переключайтесь. И «Первый канал» поспешил показать интервью с прислугой особняка. Я тут же насторожилась: как странно совпали отсутствие Эрика и эта загадочная смерть! Могли ли эти события быть связаны? «Конечно же, нет!» — Я поспешила отогнать от себя глупую мысль. Мало ли врагов могло быть у нашего не отличавшегося порядочностью премьера? И все же настроение, и так не слишком радужное, спустилось еще на несколько отметок вниз, а в груди поселилась неприятная тревога. Выключив телевизор, я отправилась в ванную, желая горячей водой смыть с себя сомнения и страхи. Всю ночь мне снились какие-то одинаковые люди в черных костюмах, чем-то напоминающие Эрика. И все они образовывали круг, закрывая нечто, находящееся в центре, от моих глаз. Непонятная сила толкала меня вперед, и когда мне все же удалось, полузадушенной, протиснуться сквозь них, я увидела медленно раскачивающееся на веревке тело мертвого премьера, чье теперь уже неживое и синюшное лицо глядело на меня остекленелым взглядом. И я закричала, просыпаясь на смятых простынях и обливаясь холодным потом. Мое лицо утыкалось в подушку, и нехватка воздуха в моем кошмаре объяснялась логично. Вот только было еще кое-что: во сне я абсолютно точно знала, кто был повинен в смерти чиновника.

***

А на следующий день я услышала в трубке теплый голос Эрика, и мое сердце забилось чаще, когда он сказал, что вернется ближе к вечеру, за мной же зайдет завтра. Весь день улыбка не сходила с моих губ, а вечером ноги сами принесли меня к отелю «Плаза». Сейчас, при свете заходящего солнца, он излучал еще больше великолепия, но все оно казалось каким-то фальшивым и отталкивающим. Я переступила с ноги на ногу и опустила взгляд на свои коротко остриженные ногти, немодное пальто и дешевые сапожки. Как я могла войти, да и что вообще могла бы сказать одетым с иголочки девушкам на ресепшен? Я ведь даже не знала, под каким именем он здесь остановился. А ведь было вполне вероятно, что он еще не вернулся. Вздохнув, я развернулась и пошла прочь. Еще ни разу я не приходила сама, обычно именно Эрик был инициатором встреч. Бредя по ухоженной дорожке, обсаженной декоративными туями, я думала, что впервые решилась сама, без договоренности заранее, прийти к нему, но так и не довела задумку до конца. Нерешительность и — если быть до конца честной с самой собой — трусость всегда были присущи мне. Я вздохнула и поежилась. А ведь я просто соскучилась, просто хотела увидеть его! С Раулем, хотя он и стоял гораздо выше меня по социальной лестнице, я никогда не боялась и не чувствовала себя так. «Эрик — не Рауль», — шепнул внутренний голос. Поток мыслей прервал внезапно вышагнувший из тени и преградивший мне путь мужчина. Я вскрикнула и дернулась было в сторону, но он уже поймал меня за руку. — Тихо, я не собираюсь причинять вам вред. Мне нужно просто поговорить. Этот голос был мне незнаком, как и сам невысокий смуглый мужчина. Я вздрогнула, желая, чтобы Эрик оказался рядом. Он бы точно меня защитил от этого незнакомца. Жаль, что его здесь нет. — Кто вы и что вам нужно? — мой голос предательски дрожал, несмотря на попытки придать ему уверенности. — Специальный агент Надир Картер, ФБР, — представился мужчина, протягивая мне удостоверение. — К кому вы сейчас шли, мисс Даэ? — Я… Ни к кому. К другу. Его зовут Адам, — быстро солгала я, внутренне напрягаясь. Когда-то я решила, что не пойду в полицию, но даже не допускала мысли, что та найдет меня сама. — Он пригласил меня к себе, но в последний момент отменил встречу… — Еще ни разу в жизни я не лгала так безбожно. — Адам? И давно вы знаете этого Адама? — Что? А, уже больше года. Я нервничала и все больше запутывалась во лжи. Она затягивала меня, словно трясина, глупая и неправдоподобная, которую мне было нечем подтвердить и которая раскрылась бы сразу же. Нужно было срочно менять тактику. Я закусила губу и собралась. — А какое вообще право вы имеете допрашивать меня? Я не понимаю, что вам от меня нужно! — Я попыталась придать себе уверенности за счёт возмущения. Когда-то я слышала, что это помогает в общении с полицией и их допросами. Оставалось уповать на то, что это сработает. — Возможно, я ошибся. — Судя по голосу агента, мои слова не убедили его. — Вы не знаете этого человека? — и он протянул мне фото Эрика. Конечно, лицо было другим, но это определенно был он. — Нет, к сожалению, я вижу этого человека впервые, — снова солгала я, но на этот раз уже твердо и уверенно. — Значит, впервые. Что ж, в таком случае — извините. Только хочу предупредить вас напоследок, мисс: этот мужчина — опасный преступник и разыскивается за убийство премьера. Вот мой номер телефона, если что-то вспомните — звоните. Бездумно спрятав визитку в карман, я пошла по аллее, спиной ощущая взгляд глубоко посаженных карих глаз. Мысленно молясь, чтобы он не стал меня преследовать, я медленно дошла до поворота, а затем, скрывшись за густой растительностью, побежала. Увидев на остановке выпускающий людей автобус, я, даже не взглянув на номер, протиснулась внутрь. И только там позволила себе выдохнуть. «Господи, ну почему?» — мысленно простонала я. Сердце колотилось, словно обезумев. Интересно, какое наказание ждет сообщников и укрывателей преступников? А если учесть, что за мной могут прийти те же, кто охотился за Эриком? Тогда я явно не отделаюсь несколькими месяцами заключения. Во что я вообще ввязалась и что мне это все будет стоить? Видимо, я отключилась от реальности, потому что очнулась, когда кто-то ощутимо потряс меня за плечо: — Девушка, не спите! «Олимп» — конечная! Я механически поблагодарила за напоминание и, расплатившись за проезд, спустилась по ступенькам. Снаружи уже сгустились сумерки, но огни торгового центра призывно и тепло горели. Поежившись, я зашагала к нему. «Кажется, сама судьба велит мне немного развеяться. Может, это вообще последний мой поход по магазинам», — нервно хихикнула я. Побродив по торговому центру некоторое время, я вспомнила, что с утра ничего не ела, да и домой путь мне предстоит явно неблизкий, а потому зашла в небольшое кафе. Перекусив и расплатившись, я вдруг осознала, что все это время думала о чем угодно, но только не о благополучии самого Эрика. Внезапно стало противно от самой себя, а еще в душе поселилось сосущее беспокойство. Возможно, что-то случилось с Эриком, а я, словно последняя эгоистка, упиваюсь жалостью к себе. Пролистав контакты, я коснулась пальцем заветной строчки имени, и сразу же пошел вызов. Телефон ловил связь раздражающе медленно. Возможно, Эрик еще не вернулся или его схватили, а мой звонок только навредит. О наихудшем варианте я старалась не допускать даже мысли. Я понимала, что сейчас накручиваю себя, но ничего не могла с собой поделать. «Ну же, Эрик, возьми трубку» — мысленно молила я, считая гудки. Один. «Не прощу себе, если…» — Я заставила себя оборвать мрачную цепочку. Два. «А ведь я даже не сказала ему…» Три. В этот момент из динамика зазвучал знакомый мягкий голос: — Сострадательная? — Эрик! Господи, с тобой все в порядке? — Ну разумеется, — самодовольно отозвались в трубке, и тут я не выдержала и шмыгнула носом. — Кристина, что с тобой? — Неподдельное беспокойство, прозвучавшее в неземном голосе, размягчающе подействовало на мои напряженные до предела нервы. Боже, а ведь на какой-то миг я допустила мысль, что больше никогда не услышу его голос! — Да, да, все в порядке, просто… — Я всхлипнула, попытавшись закрыть пальцем динамик. — Не обращай внимания, я просто хотела узнать, все ли у тебя нормально… Видимо, мои запоздалые потуги скрыть собственное состояние оказались не слишком убедительными. — Я приеду. Где ты сейчас? — Эрик, со мной действительно все… — Где. Ты. Сейчас? — по слогам повторил он, перебивая мой лепет, и в его голосе зазвучали металлические нотки, которым, как я уже не раз замечала, почти нереально противиться. — Я в торговом центре — «Олимпе». Рядом с… — я быстро огляделась, — магазином для детей — «Дом Игрушек». — Никуда не уходи, я скоро буду, — бросил Эрик и повесил трубку. Следующие несколько минут я провела, расхаживая взад и вперед и нервно кусая губы. Что же я наделала? Возможно, тот агент следил за мной и только и ждал, когда я свяжусь с Эриком? Возможно, я невольно подставила его? Я мысленно чертыхнулась, а мои мысли тем временем переключились на слова агента. Говорил ли он правду? Да и тот странный ночной сон… Все смешалось в моей голове в кучу, отчего невозможно было спокойно сосредоточиться на чем-то одном. А паника тем временем нарастала, как снежный ком. Наконец, когда я уже совершенно извелась, я заметила вдали знакомую худую фигуру. Эрик! Как только я подбежала к высокому худому человеку, все страхи и сомнения отступили на второй план, и я, словно жалкая влюбленная малолетка, прижалась к сильной груди. — С тобой все в порядке, — сдавленно прошептала я, вдыхая знакомый запах. — Я скучала и… испугалась. — Чего, чего ты испугалась? — Я испугалась, что больше не увижу тебя. — Маленькая моя… — Эрик мягко коснулся моих волос, а затем приподнял лицо за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Что произошло? Расскажи мне! — Там был человек, невысокий и смуглый, представился агентом ФБР. Как он сказал, его звали? Надин Картер? Или… Не помню, какое-то странное у него было имя. — Надир, — механически поправил меня Эрик. Его взгляд помрачнел и ожесточился. — Ты его знаешь? — Я посмотрела в нереальные глаза, ища и находя в них ответ. Порой я очень четко видела истину в этих золотых глазах, хотя порой не могла прочесть в них вообще ничего. Он, насколько я заметила, мог с легкостью становиться закрытым и неприступным. Иногда это пугало меня. — Имел такое сомнительное удовольствие. Что он хотел от тебя? — Он хотел знать, к кому я приходила, — заторопилась все рассказать я. — Я солгала, назвав другое имя и сделав вид, будто не узнала фото. Но он мне вряд ли поверил. Эрик, я так боюсь. — На последних словах я едва слышно всхлипнула. Кажется, мои нервы и самообладание были на исходе. — Кристина, — медленно выговорил он. — Все хорошо, никто не причинит тебе вреда, доверься мне. Я почувствовала, как расслабляюсь. Голова закружилась, и страхи как-то отступили. Я вдруг почувствовала, что мне нечего бояться. Все проблемы стали настолько незначительными, что даже не стоило о них думать. — Думаю, тебе стоит некоторое время пожить у меня, пока я не разберусь с возникшим… недоразумением. — Ты ведь… — Я сглотнула. — Никто ведь не пострадает? — Все будет хорошо, — словно заклинание, повторил Эрик, глядя мне в глаза — и снова сомнения исчезли, я даже не смогла вспомнить причину беспокойства. Теперь все произошедшее казалось мне таким бессмысленным и надуманным, будто ничего и не было. Теперь этот агент ФБР уже не внушал мне страха и паники. И почему только я волновалась? — А теперь пойдем, я отвезу тебя ко мне. И я, будто послушная марионетка, пошла за ним.