Карамель и никотин.

      Я ждал Ксюшу на протяжении часа. Школа уже опустела, но её не было. Может она вообще в школе не была? Нужно ещё раз ей позвонить, я уже замерзаю. Октябрь даёт о себе знать. Ксюша взяла трубку не сразу. Я уже хотел скинуть вызов, но в трубке раздалось короткое «Алло» — Ты где? — спросил я у Ксюши. — На Зоологической, -коротко ответила девушка. — Что ты там делаешь? Стой на месте, я сейчас приеду! — быстро ответил я. — Стою около больницы, — сухо ответила она и скинула вызов.       Я ехал очень быстро, немного привышая скорость. Почему я так привязался к ней? Мне хочется зарыться в её волосах, вдыхая этот запах карамели. Слушать её звонкий смех. Видеть этот блеск в глазах, который заметно потускнел за эти недели… Может нам начать все сначала? Я же смогу поменяться ради неё… В любом случае, постараюсь поменяться… Я уже не могу представить жизнь без Ксюши, она стала мне самым близким человеком. Я увидел её и резко нажал на тормоз. Я вышел из машины и открыл ей дверцу. Нахрена я вообще это делаю? — Ты что здесь делала? — психанул я. — В больнице была… Конфетку хочешь? — спросила она. Меня резко передёрнуло. Пот выступил на лбу. — Что ты там делала? А какую? — меня заинтересовало её предложение, я не мог не улыбнуться. — Карамельку. Целую упаковку купила, -улыбаясь, ответила девушка. Только сейчас я осознал, что она ещё ребёнок. Чёрт, я чувствовал себя виноватым. Ксюша не выглядела слишком озабоченной или несчастной. Это давало мне шанс.       Мы ехали молча. В голове была каша. Я пытался вспомнить некоторые эпизоды вчерашнего вечера, но у меня плохо это получалось. — Что ты делала в больнице? — я повторил свой вопрос. — Серьёзно? Вспомни, что ты вчера сделал, — серьёзным тоном ответила Ксюша. — Блять, я не помню, понимаешь? -психанул я. — Возможно это и к лучшему, — сказала она и отвернулась. — Ты меня теперь мудаком считаешь? — с грустью спросил я и резко затормозилось. — Скорее конченым, — улыбаясь, ответила она. — Больше такого не повториться. Тебе никуда не надо? — спросил я. — Нет, — сказала Ксюша и вышла из машины. Я последовал её примеру. Мне нужно её разговорить. Мне интересно, что я мог сделать, чтобы стать конченым.       Мы зашли в квартиру. Я скинул куртку и достал из кармана подарок. Я волновался, будто школьник. — У меня для тебя кое-что есть, — я протянул ей футляр с браслетом. Девушка открыла красный бархатный футляр, я заметил, как блеснули её глазки. Она быстро перевела взгляд на меня. — Глеб, ты серьёзно? Ты хочешь извиниться безделушкой за то, что порвал мой зад?! — взбесилась она. — Что я сделал? — я пытался скрыть улыбку, но у меня это не вышло. — Прекрасно, ты ещё и смеёшься! Глеб, ты хоть представляешь, как мне было больно? Утром мне было больно ходить, потому что сначала ты трахал меня не только в зад. У меня до сих пор кровь, — на её глазах навернулись слёзы. Мне было нечего сказать. Я такой идиот. Как можно причинить любимому человеку боль? Что? Любимому? Нет, это лишь симпатия. — Знаешь сниматься полуголой тоже, блять, не очень то хорошо. — Иди ты, — кинула она и зашла в свою комнату.

POV Ксюша.

— Лен, ты зависаешь, — сказала я щёлкая мышкой. Лена не так давно переехала в Татарстан, поэтому мы часто говорили по телефону. Сегодня появилось свободное время и я позвонила ей по скайпу. — Так лучше? — спросила она. — Да. Я остановилась на татуировке? Так вот, — я поднялась со стула и немного спустилась шортики. В правой части живота, можно даже сказать на бедре, красовалось «DD». — Ну как тебе? — спросила я, улыбаясь. — Когда ты успела? И что это означает? — подруга была удивлена. — Dead Dynasty. Я же говорила, что сегодня я ездила в больницу сама знаешь из-за чего, но перед этим заехала в салон, — сладко протянула я. — О боже, тебя изнасиловал Глеб, который является твоим опекуном, а ты до беспамятства влюблена в него, да? — возмущалась Лена. — Да, глупо, правда? — засмеялась я. — Очень глупо. Я приеду и наваляю тебе. Я, кстати, клип видела, очень круто, — начала она. — Я кое-что отправила тебе по почте, только не знаю успеет ли прийти до твоего дня рождения, — поспешно ответила я, так как хотела перевести тему. — Зачем? Ты же знаешь, что мне не нужны подарки, — нахмурилась девушка. — Так, женщина, молчать, — ответила я грозным тоном и засмеялась. — Я пойду покурю и перезвоню тебе. Мы попрощались, и я закрыла ноутбук. Из гостиной доносились голоса, похоже к Фаре пришли. Я надела домашние угги и вышла из комнаты. Я прошла мимо комнаты, где сидел Глеб. Там оказывается была эта мразь Карина. Просто шикарно… Я открыла окно на кухне и закурила. Нужно завтра позвонить дяде Зиме. — А где тот огромный пёсик? — услышала я со спины. Это был Артём — друг Глеба. — Я отдала его другу моего папы. — сухо ответила я и пошла к себе.       Я достала из своего шкафа бутылку красного, сладкого вина. Это моё любимое. Включив мой любимый на это время сериал, я улеглась на кровать. Если честно, мне бы сейчас хотелось погулять, но Глеб мне не разрешит, а упрашивать и унижаться я не собираюсь. Сделав пару глотков, я улыбнулась от наслаждения. Мне хотелось просто отдохнуть. Я так устала от школы, насилия со стороны Глеба. К сожалению, мой отдых был прерван: — Дай открывашку, — сказала Карина, заходя в мою комнату. — Стучаться не учили? — грубо спросила я. — Глеб попросил забрать у тебя открывашку, — сухо ответила девушка. Я поднялась с кровати, взяла открывашку со стола и протянула её Карине. — Алкашка, — тихо произнесла девушка в надежде, что я не услышу и отвернулась, чтобы уйти. — Что ты сказала? — вскрикнула я. — Что слышала, — она вновь повернулась ко мне, и на её лице засияла противная ухмылка. — Ах ты шлюха, — со злостью сказала я и вылила на неё содержимое бутылки. Она взвизгнула, как свинка. На её крик прибежали парни. Я думала, что Артём начнёт орать на меня, но он отвернулся, чтобы не рассмеяться. — Опять эти разборки. Я думал, реально что-то случилось, — сказал Глеб и развернулся, направляясь в сторону кухни.       Я заметила, что злость у моей собеседницы уже закипела, и она решительно двинулась к моему шкафу. Она открыла дверцу и начала что-то искать. Тем временем, я незаметно засунула руку под мой матрас. — Что ты творишь, тварь? — взбесилась я, заводят руку за спину — Ты уже охуела, принцесса, — сказала Карина, доставая зажигалку. Она держала в руке мою меховую желетку, которую подарил мне отец на мой день рождения, Карина зажгла огонь и держала его в сантиметре от вещи. — Извиняйся, — произнесла она, самодовольно улыбаясь. — Одно движение и твои мозги окажутся на стене. — закричала я, направляя дуло пистолета на нее. Карина вдрогнула, и я решила добавить немного красок. Я сняла пистолет с предохранителя и перезарядила его, целясь точно в голову. — Ты ебанутая? — Глеб прижал меня к себе и откинул пистолет в сторону. — Она оскорбила меня. Посмотрела бы я на нее, если бы она осталась совсем одна, — из моих глаз хлынули слёзы. — Тише, тише, успокойся, — повторял парень, прижимая меня к себе. — Руки свои убрала от желетки. — закричала я, увидев, что Карина все ещё держала мою вещь в руке. Девушка положила её на кровать и последовала к выходу. — Братан, я тебе попозже тогда позвоню, — сказал Бульвар и последовал за сестрой. — Ты реально могла её застрелить? — Глеб, наверное, был в шоке. — Нет, патрон не было. Я хотела напугать, а вообще я считаю, что жизнь человека бесценна. — ответила я, сделав глоток чая. — Откуда у тебя ствол? Ты же все пушки отдала Денису, — психовал Глеб. — Все, кроме этой. Из этого пистолета папа учил меня стрелять, — я опустила глаза. — Тебе правда все ещё тяжело? Ты же говорила, что все нормально, когда я спрашивал, — парень явно не хотел оставить меня в покое. — Да, мне тяжело. Может, если бы мама была рядом, всё было бы иначе, — начала я. — Сколько тебе было лет, когда она ушла? Ты помнишь её? — Глеб заваливал меня вопросами. — Мне не было и года. Папа говорил, что это было осенью. Мама оставила меня в коляске на балконе, а сама собрала вещи и исчезла. Я помню только её голос… Я помню, как она один раз сильно на меня закричала, потому что я плакала. С того дня у меня остался рубец от провода на бедре. Я видела её только на фотографиях, — мне было грустно от таких воспоминаниях, но я улыбалась. — Почему она ушла? — спросил парень. — Мои родители поженились, потому что мама забеременела. У папы ничего не было, мы жили в нищете и снимали маленькую комнатку, он в то время работал простым грузчиком. Мама сбежала в Германию к более состоятельному человеку. — Даже не верится… У него такой огромный бизнес был… — начал парень. — Да, папа его открыл через неделю после ухода мамы. Он продал свой пистолет, который он забрал, как трофей, когда был подростком, и у него возникла идея… — Прости, что я спросил, — с грустью сказал Глеб. — Ничего, мне нужно было выговориться, — ответила я. — Ты же простишь меня за вчерашнее? — парень взял меня за руку. — Когда-нибудь моё очко заживет, и я даже не вспомню об этом. После моих слов Глеб громко засмеялся, я тоже не смогла сдержать смех.       С каждым днём я все сильнее его люблю. Такого никогда не было даже к Диме. Диму я любила с шестого класса. Даже будучи с другим, Дима был объектом моих мечтаний. Но Глеб он заполнил мою пустоту. Он симпатичный, у него есть чувство юмора. На самом деле, он очень мудрый для своих двадцати лет. К сожалению, мои чувства снова не взаимны.