Till Death Do Us Apart

Флэшбэк Где-то далеко около деревьев каркали вороны, небо было серым, с плотными темными облаками. Сильный майский ветер. Печальное время. Люди во всем черном стояли около надгробного камня, одни из них громко рыдали, у других по щекам катились слёзы. Драко взглянул на надгробие: Винсент Крэбб 1980-1998 Всегда в наших сердцах Надпись обрамляли изящные змеи, белые и черные розы были изображены ближе к основанию. Драко почувствовал, как маленькие руки дотронулись его спины и увидел Пэнси, бросившуюся к нему в объятия. Он слышал, как Грегори сдерживал рыдания — Винсент был его лучшим другом.  — Не подходите ко мне! Позвольте мне скорбеть в покое! — пронзительно взвизгнула миссис Крэбб. Драко немного повернул голову чуть-чуть и увидел мракоборцев, которые скрутили руки всему семейству Крэббов. Они тяжело дышали, Драко взглянул на них с горечью.  — Драко, — он услышал голос отца. Он повернулся к нему и тот слегка обнял сына. Люциус повернулся к жене, погладив ее в щеку, она вздрогнула.  — Забирайте меня обратно, — сказал он твердо. Мракоборец пристегнул его руки чем-то, похожим на наручники и они исчезли. Другие также были со своими, назначенными на них, мракоборцами и это означало, что траур был закончен. Захваченные Пожиратели вернутся в Азкабан, ожидая судебного разбирательства.  — Что они здесь делают? — прошипела Пэнси. Драко последовал за Пэнси к вершине холма. Он никогда не мог забыть те лица. Он был с грязными растрепанными волосами и в очках, выглядя на самом деле мрачно. Рядом с ним — она была там — густые волосы и глупые большие карие глаза, наполненные слезами. Он нахмурился. Они не имеют никакого права быть здесь. Вовсе нет. Это была их вина. Бедный Крэбб лежит в могиле. Но что-то бессознательно спросило его: «Действительно ли это их вина, Драко?»  — Извиняюсь, — пробормотал он своим друзьям. Он пешком поднимался на холм к друзьям, чтобы встретиться с ними, ярость разожглась у него внутри. Они смотрели друг на друга с убивающим молчанием. Наконец, Гермиона нарушила её и прошептала:  — Прости, Малфой, — она смотрела на него, — Все не должно было так выйти. Я действительно хотела бы чтобы Крэйб был с вами. Он отталкивающе фыркнул:  — Мы не нуждаемся в жалости от грязнокровки. Глаза Гарри вспыхнули от ярости и он открыл рот, чтобы ответить Малфою, но Гермиона прервала его:  — Гарри, все в порядке. В самом деле. Малфой, я знаю, что ближайшие несколько месяцев тебе будет трудно и много плохого будет вокруг, но если тебе что-нибудь понадобится — мы здесь. Драко открыл рот, чтобы оскорбить ее, но она быстро сказала:  — Я знаю. Я знаю. Тебе не нужно ничего от Поттера или гряз… — она вдохнула и трудно выдохнула, пытаясь выговорить это слово, — …грязнокровки, но все равно знай это. Драко сердито посмотрел на нее, когда она переплела свои пальцы с Гарри и отвернулась, оставляю Малфоя невероятно одиноким.

— — -

Драко почувствовал, что его трясет и это было не из-за холодной погоды — сейчас жаркий июнь. Драко ждал своего разбирательства в суде, и он был уверен, что он будет заперт в Азкабане до конца своей жизни. Малфой почувствовал, что его колени начали подкашиваться, он схватился за стену, чтобы держаться на ногах. Его терпение было на исходе. Он почувствовал руку на его спине, которая успокаивающе его поглаживала и он слегка расслабился. Затем он услышал голос, который никогда не ожидал услышать.  — Малфой? Его сердце ушло в пятки, когда он повернул голову к ней, одновременно отходя назад.  — Ох, я не хотела напугать тебя. Все будет хорошо, я знаю. Он смотрел на нее с опаской, наступила тишина и она начала поправлять волосы. По сравнению с тем, когда он видел ее в мае, она выглядела действительно по-другому. Волосы Гермионы была собраны в пучок, несколько локонов падали ей на лицо. Она носила маггловскую одежду, которая хорошо на ней сидела: белая блузка, заправленная в юбку-карандаш с тонким черным поясом и, наконец, черные туфли с красной подошвой, из-за которых она выглядела невероятно стройной.  — Эм… Я и Гарри будем на твоем заседании сегодня.  — За что? — прорычал он, — Хотите стереть меня с лица Земли? Она яростно закатила глаза.  — Нет, Малфой, — он чувствовал ее отвращение, когда она произносила это, — Я и Гарри работали последний месяц, чтобы защитить твоё имя. И твоей матери тоже. Мы провели несколько дней без сна, голодными, потому что не хотели останавливаться и есть, отказывали себе в удовольствиях, чтобы помочь тебе. Теперь, извини, я должна идти. У тебя еще есть время подготовиться, — закончила она с горечью. Она пошла вперед, проходя мимо него и громко стуча каблуками. Он посмотрел ей вслед. Невольно его глаза опустились на её задницу, он быстро отвёл их и начал проклинать себя в голове. Интересно, она до сих пор с Уизелом? После этих мыслей он потряс головою и понял, что пора возвращаться к реальности. Драко подумал, что она действительно сказала правда. Послышался стук каблуков с обратной стороны и он надеялся, что это она. Вместо этого из-за угла показалась его мать, которая сладко прошептала:  — Давай, Драко. Время пришло, милый.  — Мама? — пробормотал он, как ребенок.  — М?  — Думаешь, я выберусь и все будет нормально? — он говорил тихо и взволнованно. Нарцисса сжала плечо своего сына, успокаивая.  — Если у меня получилось, ты точно сможешь. Не нужно так трястись от страха. Тебе помогают… незнакомые люди. Он сразу понял, кого его мать имела в виду: Гермиона и Гарри. Они тоже помогли маме? Хотя Гермиона сказала об этом сама. Сейчас он не узнает этого, потому что его матери было запрещено разглашать какую-либо информацию о суде, пока каждый из них не закончит с этим. Но это довольно странно. Для чего им помогать ей? И это сжигало его изнутри, теперь он чувствовал себя должником… Опять. При входе в зал суда, Драко споткнулся, он чувствовал, что его тошнит. Ряды сидений вокруг, как в театре, заполненные людьми и единственный стул со столом в центре зала. Пустой стул был центром внимания каждого. Не было ни одного пустого места в рядах и Драко почувствовал тревогу, как будто они были бесконечными, возвышаясь над ним и уходя в небо. Наступила тишина, когда он сел на стул. Он сосредоточился на золотых знаменах, свисающих с высокого потолка — кентавр, домашний эльф, гоблин, ведьма и волшебник — каждый из них стоял гордо. Равенство. Все изменилось. Мир движется вперёд. Он заметил знакомые лица. Профессор МакГонагалл со сжатыми в тонкую линию губами, глядя на него сверху вниз. Профессор Слизнорт выглядел истощенным и больным, но в его глазах была тревожность. Артур Уизли с темными мешками под глазами и потёртой одеждой. Взгляд Драко, наконец, остановился на Гермионе и Гарри, сидящих рядом друг с другом. Они шептались. Дальше он посмотрел на министра Шеклбота, который сидел в высоком кресле в центре, глядя на шепчущих Гермиону и Гарри. Министр откашлялся.  — Прошу тишины. Гермиона и Гарри и отдалились друг от друга, глядя на Драко. Он поймал ее взгляд, и она отвернулась с неохотой, опустив глаза на бумажную кипу перед ней.  — Уголовное слушание, — Драко поморщился при слове «уголовное», — Преступления, совершенные 14 июня в соответствии с постановлением непростительно преступных действий — Драко Люциус Малфой, резидент поместья Малфоев в Уилтшире. Преступления были совершены в течение 1997 года до мая 1998. Допрашивающие: министр магии Кингсли Шеклболт, глава отдела мракоборцев Ривз Каррингтон, старший заместитель министра Перси Игнатиус Уизли, Америка Гилмер, Роусвен Олвен. Драко посмотрел на каждого человека, но не в глаза — ему было стыдно. Он был заклеймен как преступник, который совершил непростительные вещи. Если он совершил их, значит он не может быть оправдан, и он пришел к самому логическому выводу — им легче сразу бросить его в Азкабан. Кингсли продолжил: -… свидетель защиты, Гермиона Джин Грейнджер и Гарри Джеймс Поттер. Вы хотите что-либо сказать, мистер Малфой? Его горло пересохло и он понял, что не в состоянии говорить. Он открыл рот, но закрыл его через несколько секунд. Это конец. Он обречен. В его голову начали пробираться мысли: «У тебя есть палочка. Говори заклятие и беги.» Гермиона откашлялась и встала, поправив свою юбку.  — Мистер. Малфой, стал жертвой идей своего отца, его веры и предрассудков, которые оказали на него влияние. Он был использован отцом и другими в качестве «помощника», его жизни постоянно угрожали — его и отец и лорд Волдеморт, — зал начал шептаться, — Он согласился на это лишь для того, чтобы выжить. При каждом сказанном Гермионой слове сердце Драко билось быстрее.  — Мистер Малфой не использовал ни одного из непростительных заклинаний и не совершал никаких преступлений. Он не похищал никого, он не поджигал никого, он не брал над кем-то контроль, и, конечно, никогда никого не убивал. Он встретился со взглядом Гермионы, понимая, о чем она думает. Он чуть не убил Дамблдора.  — Мисс Грейнджер, в моем докладе говорится, что мистер Малфой был тем, кто позволил войти Пожирателям в Хогвартс в 1998 через кабинеты, на которые он наложил заклятия…  — Это было единственное, что он сделал. Мистер Малфой делал это не по своей воли и, повторюсь, только ради своей жизни. Что бы вы сделали, миссис Гилмор? Вы бы наверняка умерли, не так ли? Вы, вероятно, позволили бы себе погибнуть с годами жизни впереди вас? — когда Америка не ответила, Гермиона закатила глаза и поняла, что она не в состоянии контролировать свой характер, — У мистера Малфоя всегда были хорошие намерения, Гарри может это доказать. Гермиона заняла свое место, тогда как Гарри встал, слегка поправляя одежду.  — Во время нашего путешествия, когда мы искали крестражи, меня, Гермиону и Рона захватили в плен и доставили в поместье Малфоев. Гермиона закляла мое лицо, чтобы оно опухло, но я был все еще узнаваем. Драко Малфоя попросили идентифицировать мое лицо, но сделал вид, будто не узнал меня. Он отложил на небольшое время мою встречу с лордом Волан-де-Мортом, — зал суда задрожал, — Дав нам время для того, чтобы уйти. Гарри снова сел, встала Гермиона.  — Следует учесть, что мистер Малфой был также жертвой непростительных заклинаний своего отца и лорда… — зал суда не стал ждать Гермиону и загудел, -…Эмм… Того-кого-нельзя-называть, — и толпа, к счастью, кивнула, — Драко Малфой, — он все еще мог слышать отвращение при произношении ей его, — Стал жертвой, как и все мы. Ведьма из толпы крикнула:  — Мой сын сказал мне, что вы оба его ненавидите! Что ты делаешь, защищая его? Драко оглядел толпу в поисках ведьмы, но не смог ее найти, потому что толпа загудела возгласами. Громкий протест снова вызвал у него чувство безнадежности.  — МОЛЧАТЬ! — проревел Кингсли своим громовым голосом и прекратил хаос в одно мгновение. Он взглянул на Гермиону, ожидая ответа. Драко смотрел на нее с тревогой, также находясь в ожидании её слов. Что делать, если сейчас, она скажет всем, что он заслуживает быть в Азкабане? Он почувствовал как тошнота подступает к его горлу. Гермиона улыбнулась и ответила:  — Ненависть — сильное слово. Мы с мистером Малфоем не друзья, но то, что будет справедливым — справедливо, независимо от моих чувств, — он услышал яд, просачивающийся в ее голосе, — А то, что несправедливо здесь, — она кинула взгляд на Драко, — Пытаться уличить мистера Малфоя в преступлениях, к которым он не причастен. Думаю, будет справедливо отпустить его без каких-либо обвинений… вообще. Ее глаза встретились с глазами Кингсли, когда она посмотрела вниз. Через пару мимолетных секунд, девушка села и сердито осмотрела толпу, сложив руки на груди. Кингсли откашлялся:  — Поднимите руки те, кто согласны с тем, чтобы снять с Драко Люциуса Малфоя все обвинения? Руки быстро поднялись в воздух, буквально все проголосовали, чтобы снять обвинения и широкая улыбка появилась на лице Драко. Америка хмуро смотрела на него и она была единственной волшебницей, которая не голосовала в его пользу, вероятно, ведьма, которая просто была зла на него. Но Драко это не волновало. Он посмотрел на Гермиону и она не выглядела довольной. Его улыбка дрогнула. Люди начали уходить, в то время как Гарри и Гермиона замерли на своих места, шипя друг на друга. Он напрягся, чтобы услышать то, что они говорили.  — Ты знаешь, что единственная причина, по которой они отпустили его — не большое количество аргументов. Это все из-за того, что люди знают нас, — прошипела Гермиона.  — Я знаю, но будь благодарна, что мы его спасли. Это то, чего ты хотела, не так ли? — прошептал Гарри  — Это то, чего мы хотели. Да, конечно, он…  — Скажи это. Он мерзавец. Гермиона яростно закатила глаза.  — Да, но он не заслуживает быть в Азкабане вечно, как этого хотела Америка. Драко смотрел, как она собрала свои бумаги и вышла с Гарри, не глядя на Малфоя, Ривз следовал за ними. Драко встал, он хотел догнать ее и поблагодарить. Но пришла его мать и крепко обняла, уткнувшись лицом в шею.  — О, я так рада. Так рада! Мы свободны, Драко, — она взглянула на него, — Что случилось, дорогой? Он покачал головой и пробормотал:  — Просто немного устал. Нарцисса заставила себя улыбнуться.  — Ладно, давай, пойдем домой.  — Нет, спасибо, мам, — он поцеловал ее в щеку, — Я встречусь с друзьями, отпраздную. Она бодро кивнула и они покинули зал вместе, оставив свой страх за жизнь в этом месте. До того как Нарцисса свернула налево, она улыбнулась ему и попрощалась. Драко слегка кивнул, его внимание было полностью на той девушке, которая стояла не слишком далеко от него, разговаривая с Гарри и Ривзом. Он облокотился на стену и решил подождать ее и немного подслушивал.  — Мисс Грейнджер и мистер Поттер, я знаю, что продолжаю постоянно хвалить вас, но я думаю, что вы оба были блестящими! Не хотите подумать насчет того, чтобы быть мракоборцами? Гарри улыбнулся.  — Я хотел бы. И Рон, определенно.  — Мне очень жаль, мистер Каррингтон, но я должна отклонить ваше предложение. Я намерена вернуться, чтобы закончить свой седьмой год в Хогвартсе, — Гермиона слегка улыбнулась.  — Ты умная девушка, не так ли? Ну, когда ты закончишь университет, я жду тебя в своем кабинете. Гарри, пройди со мной в департамент и сделай звонок своему другу. Гарри и Ривз отошли от Гермионы, Гарри развернулся и быстро ей подмигнул, войдя в лифт.   — Грейнджер, — зарычал Драко, но он не хотел, чтобы получилось так, но это… привычка. Она подняла ее руку, знак для него, чтобы Малфой замолчал.  — Я не хочу это слышать, Драко. Я знаю. Ты не нуждаешься в помощи от грязно… грязнокровки или Поттера. Я не ожидала услышать от тебя благодарность в любом случае. Теперь, надеюсь, ты можете насладится оставшейся частью твоей жизни. Пока, — быстро проговорила она, развернулась и ушла, покачивая бедрами.  

— — -

Превью следующей главы Воспоминания Драко: Часть II Он взял бутылку огневиски и чокнулся с бутылкой Блейза, блаженно допивая её. Блейз улыбнулся энтузиазму Драко. Как мог Драко не быть в восторге? Он просто выкарабкался и оставил прошлое позади. Он оглядел толпу, в надежде найти красивую девушку на ночь. Было трудно обнаружить кого-либо в толпе с громкой болтовней, жужжащей ему в ухо. Хотя толпа будто испарилась после того, как он увидел ее. Она элегантно вошла с широкой улыбкой на лице, ее тело облегало сексуальное платье. Он вскочил на ноги, чуть не падая, но контролировал себя столько, сколько мог — но этого было мало. Он собирался подойти к Гермионе. Она будет его этой ночью.