Я сестра Седого

      Он приказал мне идти, а я, видимо, абсолютно глупа, раз согласилась. Состригая волосы, которые я так старательно отращивала последние года три, я не чувствовала ничего, кроме обязанности исполнить Его просьбу. Ведь знала, что Дом до сих пор не отпустил Его. Прошло уже лет девять, а Он в привычной манере не откликается на свое имя, предпочитая кличку, которую Ему подарили…       Следует отбросить все мысли и вернуться к главному. Сейчас мне предстоит знакомство со своей стаей. Я иду по длинному коридору, вглядываясь в каждую дверь, пытаясь отыскать нужную. Моя ошибка. Я останавливаюсь напротив открытой двери, оттуда доносятся крики и грохот музыки. Нужно было смотреть внимательно, тогда бы я не попала в переплет. Я не успеваю толком ничего понять, а моя реакция на удивление меня подводит. Со скоростью света в меня летит настоящий нож! Что, блин, тут происходит? Испуганная, я еле сдерживаю истерический вопль, парни ведь не кричат. А я — парень!       Слава всем известным богам, что мой нынешний стиль — мешковатая одежда, которая раз в десять больше нужного размера. И да, слава богам, что это не моя рука. Нож воткнулся прямо в ткань моего свитера, а так как я считала ворон около стены, то острие ножа приковало меня к ней. Ситуация просто нелепая. Мой первый день здесь, прекрасно! И тут из этой самой комнаты выходит странный парень с разноцветными волосами, в сережках и с будничным выражением на лице. Словно это не он запульнул в меня нож! Это что здесь, в порядке вещей?       Прошу тебя, умоляю, дыши. Ты новичок, проблемы не нужны, у тебя задание! Я наблюдаю, как этот паразит спокойно удаляется в неизвестном направлении, даже не удостоив меня взглядом. Следом появляется еще один — рыжий и в странных зеленых очках. Вот он меня замечает, более того, таращится минуты две, а потом переводит взгляд на нож. — Удивительное на каждом шагу! Мышь, угодившая в ловушку Крыс! — говорит он. Боже, клянусь, этот парень с головой не дружит! — Как нож вытащишь, брось к нам, столько крови на нем было, память все же. В смысле? Что он несет? Я в этом Доме около часа, а уже трясусь от ужаса. Да я себе смертный договор подписала! Идиотка!       Я чувствую сильный запах одеколона, поворачиваю голову, обнаруживаю тощего паренька в кожаной куртке, он переминается с ноги на ногу, заинтересованно наблюдая за нами. Встретившись со мною взглядом, он тут же срывается с места и бежит куда-то. — Лэри, привет! Я тоже рад был тебя видеть! — Рыжий машет ему вслед, хотя в темном коридоре уже пусто. — Короче, добро пожаловать. Теплый прием, так сказать, уже обеспечен. Я пошел. Кстати, про нож не забудь! — Конечно, как же можно про нож-то забыть! — шепчу я, когда рыжий уже отошел на безопасное расстояние. Вытаскиваю нож, замечаю, что на свитере образовалась крошечная дырочка. — Спасибо за теплый прием. Низкий вам поклон. — бормочу, бросая нож к свалке осколков, бритв и прочих острых предметов. А это опасное местечко, как оказалось. Когда я подхожу к двери с нужной цифрой 4, дверь открывается сама собой, а я уже рефлекторно ухожу прочь с проема: мало ли еще чего прилетит. — Мышь, да заходи уже ты, ножей не будет! — слышу я чей-то смеющийся голос. Нет, прошу вас, не говорите мне… Он часто вспоминал о своей кличке, рассказывал о ее значение, рассказывал и о своем крёстном. И неужели и я получила свою личную кличку в первый же день своего появления? Моим крестным стал этот неадекватный парень, а я теперь стала Мышью. Закрываю лицо руками, уже поздно бежать, но у меня паршивое предчувствие. Сперва кашляю, сжимаю кулаки, мысленно твержу, что все обязательно сумею вытерпеть. Затем вхожу в комнату с закрытыми глазами, спотыкаюсь обо что-то, распахиваю ресницы. Страшно.       Прямо около меня мальчишка в инвалидной коляске, выглядит несколько младше меня. На нем несколько жилеток, он весь обвешан странными амулетами и браслетами. — Часы есть? — деловито спрашивает он у меня. И знаете, это самое лучшее приветствие из всех, которые я получила в Доме. Качаю головой, сглатываю: — Нет. — Дурачок, что ли? — спрашивает тот, — Как это нет часов? Ты что, с Марса прилетел? — Табаки, странный ты. Сначала людей с часами в комнату не пускаешь, теперь вот это. Определись уже! — доносится чей-то незнакомый голос, хотя сейчас они все незнакомые для меня. Этот Табаки морщится и, оборачиваясь, бросает: — Порой так и хочется что-нибудь сломать! Могу, между прочим, что-то из твоего! Недовольный тут нашелся… В комнату никто меня впускать не хочет, поэтому мне приходится стоять вторую минуту на пороге, рассматривая присутствующих, лица которых не выражали особого дружелюбия. — Ой, да входи ты уже, горе ты мое луковое, какие нынче несамостоятельные новички пошли! Сами абсолютно сделать ничего не могут! — Табаки отъезжает от меня, наконец-таки пропуская.       Мне здесь не нравится, атмосфера давит на меня, хочется просто расплакаться и убежать. Как долго придется мне быть здесь? Со мной не спешат заговаривать, а я пока хочу лишь понаблюдать за ними. Они не обращают на меня внимания, словно я часть интерьера. Бросаю рюкзак на пол, сажусь около него. Пахнет кофе, сигаретами и все тем же противным спиртовым одеколоном. Кто-то играет в шахматы, кто-то обсуждает новости этого дня… Слишком много незнакомого… «Говорят, что Волку намного лучше…», «А Ральф Первый скоро поседеет…», «Слепой не появлялся уже пару дней, гуляет вожак Дома себе…»       Дверь со скрипом открывается, я сижу прямо напротив, поднимаю голову с интересом гляжу на вошедшего. Это лысый парень с протезами вместо рук, я тотчас же узнала в нем героя рассказов моего брата. Споров нет — это Кузнечик. — О, Сфинкс, наконец-таки ты пришел! — восклицает Табаки, сметая все фигурки с шахматной доски, — У нас тут новенький, мы вот не знаем что делать. Нам ему улыбаться или лучше бить? Сфинкс усмехается: — Вам что по девять лет? Хотите — бейте, хотите — улыбайтесь. Только постарайтесь без трупов.       Неожиданно один из парней спрыгивает со второго яруса кровати, я не успеваю разглядеть его лица. Табаки тотчас же ему кричит вдогонку: — Эй, Черный! Да ты куда?       Мне вообще-то надоело вести себя подобно амебе, поэтому я поднимаюсь на ноги, отряхиваюсь. — Ой, да достали уже игнорировать. Давайте, поприветствуйте уже по-нормальному и разойдемся. — говорю я им. Я — сестра Седого. И я пришла сюда не просто так. Если они действительно меня хотят избить, то пожалуйста.       Я не глупый новичок, меня обучали. Первый урок — не показывай свою слабость. Так говорил мой брат. Они окружают меня и, боже, их всего трое. Табаки, веснушчатый мальчишка и Сфинкс. Больше в комнате никого и нет. — Я Шакал Табаки, этот вот Сфинкс — глаза нашего вожака, а вот это Македонский. А Черный и Лэри крайне невоспитанные кретины, раз ушли не поздоровавшись. — говорит мне мальчишка в жилетках, — А еще мы опаздываем на ужин, так что за мной! — А можно вымыть руки? — спрашиваю я.       Македонский провожает меня до двери, захожу туда одна, подхожу к раковине. Тщательно умываюсь, бросаю взгляд в зеркало, вижу на нем нечто красное. Оборачиваюсь, только сейчас замечаю коляску, а в ней парень с длинными роскошными волосами. Но он неподвижен, словно спит. Он похож на спящего эльфа, такой же красивый, словно неожиданно возникший из сказки. Я опускаю взгляд на его белоснежную рубашку, открываю рот от потрясения — на ней красные разводы.       Я кричу так громко, как только могу. На полу бритва, а его рука кровоточит. Я начинаю задыхаться, опускаясь на колени, окунаюсь штанами в его кровь, которая перемешалась с водой. Трясу его, молюсь, чтобы тот очнулся, но парень не открывает глаз. — Кто-нибудь! — кричу я, что есть силы. Плачу, хотя мне нельзя — я же парень. Но сейчас слишком плевать. В ванную врываются парни, замечают его и тут же мчатся ко мне. — Лорд! Лорд! — Сфинкс присоединяется к моему воплю.