Я сестра Седого

      Мне страшно. Трясет, что делать не знаю. Меня стремительно тащат по женскому коридору — и очевидно ведь, куда. Перспектива не из хороших, можно даже сказать, что из смертельных. Отчаяние накрывает лютой волной. Я не успею остановить этот треклятый калейдоскоп смертей убийством Просветленного.       Своими цепкими коготками Стервятник впивается в мою руку мертвой хваткой. Снова я проклятый чемоданчик — тяжелый для перевозок, потому что я будто бы со сломанными колесиками, при каждом шаге пытающимися изменить направление маршрута. И почему-то это чувство беспомощности и обреченности — вызывает у меня приступ неконтролируемой злости.       Как он смеет так со мной обращаться? С несвойственной мне силой я дергаю руку, когти Стервятника проводят по моей коже от запястья и до локтя. Я морщусь от боли, но вырваться мне удается.       У меня считанная секунда на побег. Я успеваю оглянуться назад — пустынный женский коридор вряд ли мне чем-то поможет. Мне некуда бежать — они найдут меня в этом треклятом Доме, в каком бы обличии я не была. — Остановись, ублюдок. Я пойду сама. — Голос не дрожит. Мы играем в треклятые гляделки — он оценивает меня взглядом, ищет подвоха и хитрости. Но ее там нет. — Если таковы правила игры. Я подчинюсь вам и умру. Но я не хочу погибнуть добычей, загнанной в угол. Так что я пойду сама — веди, куда так целенаправленно тащил.       Мой брат сбежал когда-то. Но я не он: я хочу с достоинством взглянуть смерти в глаза и принять ее. Я спасла Вампира, Волка и Валета — мне этого вполне достаточно, чтобы уйти к Рыжему со спокойной душой. — Я понял. — Отзывается он, усмехаясь. — У тебя имеется козырь в рукаве, не так ли? Продемонстрируй, пока не поздно.       Чокнутые психопаты. Я непроизвольно рычу. Ненавижу то, как их мозг переваривает информацию. Он искажает факты и делает какие-то нелогичные и неправдоподобные выводы. Какие к черту козыри? Он что, оглох? — Я сдаюсь, придурок, просто отведи меня к Слепому. — Я устаю от этой бессмысленности. Почему меня просто не могут убить? Нет, мы будем зачем-то выносить мне мозг перед этим. В ноздри ударяет знакомый аромат — такой едкий и противный, всегда с отвращением дышала им. Проклятый Лэри, всё теперь еще и он свою шарманку заведет. Подождем, пока решат — наговорятся. Я осторожно опускаюсь на пол, нагло облокачиваюсь головой о стену. — Надоело. Пусть Слепой сам приходит — раз ему так надо. Ноздри Стервятника вдыхают воздух: он хмурится и резко оборачивается. Но поздно. Лэри уже наносит ему удар по лицу чем-то непонятным — какой-то квадратный предмет. Стервятник падает, а я падаю в шок. От неожиданности вскрикиваю. — Тише, Мышь, услышат, — шепчет Лэри, подходя ко мне вплотную и протягивая руку. — Вставай. Быстрее.       Он не кричит и не угрожает. Это выглядит еще страннее, чем Стервятник, не носящий с собой трость. Зачарованно гляжу на его ладонь: — Успокойся. Всё нормально, Лэри. Еще минуту посижу и пойдем к Слепому. Сигареты есть? Хочу хоть покурить напоследок нормально. Выражение лица Лэри меняется в одночасье. Таким я его не видела никогда. Мне кажется, что даже он сам не понимает, какой диапазон эмоций испытывает на себе. Зрачки его расширяются от удивления — он буквально опешил, в шоке разглядывая меня: будто я НЛО. Сквозь стиснутые зубы он шипит: — Вставай, идиотка. Я не веду тебя к Слепому.       Я усмехаюсь. Ясно. Хочет убить меня сам в ответ за унижение, испытанное при нашей давней дуэли. Не скажу, что это неожиданно. Но я считала его трусом, а он готов нарушить приказ Слепого ради возвышения своего самомнения. Удивительные люди. — Хорошо, если хочешь сам убить. Дай сигарету, а потом я с тобой сражусь. — Отзываюсь устало. Зеваю, адреналин исчезает — спать хочется. — Если угостишь двумя, может, даже поддамся. Лэри хватается за голову и все еще сквозь стиснутые зубы стонет: — Твою мать… Я спасти тебя пытаюсь. Но твои мысли провоняли Домом.       Такого развития событий я, конечно, ожидать не могла. Но послушно всё же поднимаюсь на ноги. Человек старается, а я, очевидно, веду себя неблагодарно. Не знаю, в какой именно момент мое мышление, действительно, изменилось. Во мне нет страха. Будто бы происходящее игра — все понарошку. Я не осознаю реальность опасности. Если Лэри необходимо на данный момент играть роль спасителя в акте этого театра сумасшедшего абсурда, то я не собираюсь ему мешать. Так даже интереснее, даже подыграю немного. Только мы делаем несколько шагов, как позади раздается голос Стервятника: — Ясно, твой козырь — это Зануда. Мы молча наблюдаем, как вожак Птиц поднимается на ноги, продолжая при этом говорить: — Такой себе туз в рукаве на самом деле. Но как говорится, цепляемся за соломинку, не так ли? Ладно, меня подождите. Я тоже не собирался вести тебя к Слепому, но ты мне и рта не дала раскрыть. Можно сказать, на меня дважды за ночь напали, а я еще Слепого даже не видел.       Он другой, даже говорит иначе. Я не могу понять, что именно меня смущает. По этой причине, я не смогу сейчас уйти. Касаюсь рукава толстовки Лэри, останавливая его. — Стервятник, ты работаешь на человека, известного под именем Просветленный? — Осторожно произношу я. Это единственное объяснение для меня. Возможно, Стервятник сомневается — именно поэтому и спрашивал меня о моих козырях. Возможно, хочет перейти на мою сторону. Возможно… Господи, сколько этих «возможно», а мой мозг уже начинает плавиться на втором. — Я тебе уже говорил, что я не Стервятник, — он тяжело вздыхает. Кажется, что у него раздвоение личности. — Я не работаю на Мавра. И опережая твой вопрос, отвечу сразу: я работаю со всеми, если эти действия направлены против Мавра. Более того я пообещал одному человеку, что спасу тебя. Так, что пусть сейчас чертов бандерлог уже выполнит свою миссию, раз пришел и продемонстрирует свой талант: слушай, Зануда, слушай внимательно. У нас времени очень мало. — Откуда ты знаешь? — Лэри сверлит взглядом Нестервятника. Кажется, я тут чего-то не знаю, но спрашивать как-то не хочется. Все-таки знание, действительно, мешает спать по ночам. Ведь если бы я не узнала, что мне суждено умереть этой ночью — мирно посапывала в две дырочки прямо до самой кончины. Это лучше, чем просто отсрочить неизбежное. У меня так много вопросов. Почему Стервятник говорит, что он не Стервятник? Почему называет Лэри Занудой, ведь насколько мне известно — это его старая кличка? Почему использует как синонимы имя Просветленного и Мавра? На кого же он все-таки работает? И почему в глазах домовцев авторитет Слепого разлетается на осколки? Приказ Главы Дома, очевидно, пропускают мимо ушей Валет, Волк, Лэри и Нестервятник, возможно, еще человек пятнадцать. И если с первыми двумя хоть понятно, то позиция оставшихся мне не ясна. — Я слышу их. — Отзывается Лэри. — Они рядом. Выходят из спортзала. Планируют проверить женское крыло. Слепой говорит Джину про способность Мыши. Она не сможет уйти благодаря ей. Их немного, самые преданные. На всех выходах стоят люди, лаз перекрыт. Слепой меня почуял. И они уже на лестнице, так что огромное спасибо, что своими разговорами убил нас. Дотянул время? Умница. — Зануда, опять ты со своими драмами. — Усмехается Нестервятник. — Пойдемте, я спасу ваши жизни. Возьмитесь за руки, быстрее. Послушно Лэри без всяких вопросов сжимает мою ладонь, Нестервятник берет мою вторую руку. Меня пронзает лютый холод. — Добро пожаловать, в мои владения. — Говорит нам наш проводник. Я ничего не понимаю, уверена, что Лэри тоже. — Мы пойдем в линию до безопасного места. Не смейте размыкать рук — иначе умрете. Не смейте оборачиваться — иначе умрете. Не смейте уходить хоть на шаг от меня… — Иначе умрем? — прерывает его Лэри. — Да, мы поняли, что ты, чертов психопат, убьешь нас, как только мы сделаем что-то не по плану, но как бы за нами Слепой следует, и это не твои владения, Стервятник. Дом, как бы принадлежит Слепому, забыл? Убьет нас он, а не ты…       Ладонь Нестервятника такая холодная и знакомая. Я узнаю это прикосновение. Ответ приходит сам собой. Это Холодная сторона — а передо мной тот, кого принято называть Тенью.  — Мы будем послушны, Тень, — отзываюсь я, чувствуя, как дергается рука Лэри от моего обращения.       Видимо, Тень догадывается, что отпадает необходимость отвечать на реплику Лэри, поэтому молча делает шаг вперед. Повсюду люди — знакомые и незнакомые. Вижу мертвого Краба — реального и во плоти. Хищно следует параллельно нам, Тень свободной рукой машет в его сторону: — Убирайся, так и не понял, кто здесь главный? Явно не твой чокнутый Мавр…       Я чувствую присутствие Рыжего слишком явно. Черт возьми, зачем мне бороться? Я просто могу остаться здесь с моим возлюбленным. Я ощущаю легкое прикосновение его губ на своей щеке. Слезы начинают падать с глаз — они не в моей власти. Я могу отпустить руку и остаться здесь навсегда. Спокойно любить и быть рядом. — Прости, — шепчу я возлюбленному. Лэри приходит меня спасти, если я останусь здесь, то только вместе с логом, иначе никак. Цепочка распадется — очень эгоистично поступить так по отношению к своему недоспасителю. Тень это прекрасно понимал, поэтому и заставил меня идти второй. Чертов стратег, ненавижу их всех за их гениальные планы. — Прощай, — слышу я голос Рыжего. И он уходит. Но я знаю его. Он пришел прощаться, моя любовь возненавидела бы меня, если бы я позволила себе быть слабой и отпустила руку.

***

      Тень приводит нас в Клетку. Заводит и разрешает, наконец-то, отпустить друг друга. Закрывает дверь и опускается на пол: — Мне нужно немного набраться сил, прежде, чем я выведу тебя наружу.        Обращается при этом исключительно ко мне, будто бы Лэри и не существует вовсе. Я оборачиваюсь на своего спасителя — очевидно, тот шокирован. Что касается меня — я уже успеваю привыкнуть.       Я сажусь рядом с Тенью. У меня столько вопросов, а я даже не знаю с чего начать. Говорят, в таком случае следует вернуться к началу. Черт возьми, в какой момент закрутился этот треклятый клубок? В нерешительности не могу отвести взгляда с Тени. Ну же соберись, Мышь, тебе просто нужно заставить себя задать всего лишь один вопрос. В таком случае будет легче продолжить. Просто нужно сказать хоть что-то…       Тень забирает у меня необходимость начинать разговор. Он нападает первым — сражая меня своим вопросом наповал: — Ты уверена, что в силах победить его?       Конечно, я не уверена. Ведь победа означает смерть моего оппонента, а я понятия не имею, с кем вообще бьюсь. Более того убить человека? Хоть и прогнившего, но человека. Стоп, почему вообще я должна этим заниматься? Рыжий мертв, мои помощники, не считая Лэри, — в безопасности. Остальные против меня ополчились. Стоит ли мне вообще спасать то, что желает моей смерти? Слепой хочет убить меня — а не предлагает союз. Мне просто нужно покинуть это место — уйду в Наружность и заживу нормально. Там меня не тронут. Пора уже позаботиться о себе.       Именно это я и собираюсь озвучить, но меня наглым образом перебивает Лэри: — Что? Победить кого? Она? Ты глянь на нее — она ведь… Господи, да у меня даже слов нет, чтобы описать ее… Она против Слепого не выстоит — соломинка, так еще никакой хитрости и инстинкта самосохранения тоже нет.       Да, спасибо, Лэри, на добром слове. Но, кажется, он вообще ничего не знает. Я уверена в следующем. Он думает, что парни просто узнали о моем поле и решили убить меня. Ни о Просветленном, ни о Мавре, ни о треклятом Джине — понятия не имеет. — Короче, я предлагаю сделку. — Тень поднимает голову и, наконец-таки, обращает внимание на Лэри. — Зануда действительно твой козырь, Ведьма, тебе чертовски повезло, что он с тобой. — Ведьма? — Тупо переспрашивает Лэри. — Та самая Ведьма, которой сейчас, должно быть, около двадцати пяти лет. Та самая Ведьма, которая уже как восемь лет мертва?       Я молчу: пытаюсь осознать. Действительно, я — Ведьма? Я ведь уже слышала подобное обращение ко мне. Игнорировала? Делала вид, что не обращаю внимания на эти бредни? Невозможно, но в этом Доме невозможно все. Учитывая, что мы сейчас на Холодной стороне сидим в компании мертвеца, а за дверью бродит еще десяток не упокоенных душ. Скорее всего, Слепой уже бродит по какой-то магической Изнанке в компании с инвалидом, который спокойно передвигается по тропинке леса самостоятельно на своих двоих. Да, тут невозможно все. — Я не собираюсь отвечать на ваши вопросы, — Тень поднимается на ноги. — Если вы не поняли, то вы в заложниках у меня. Вы не можете выйти из этой комнаты, иначе умрете и останетесь здесь навсегда. Поэтому определенно следует подумать над выполнением моих условий и перестать меня перебивать. Вам понятно?       Мы переглядываемся с Лэри. Кажется, мы не в безопасности, а я уж успеваю обрадоваться грешным делом. — Ты нас обманул, не так ли? — Я усмехаюсь. Как можно было вообще в эту сказку о великом спасении поверить? Идиотка… — Ты обещал одному человеку, что спасешь меня.       Тень засмеялся, его противный гогот отражается от стен, наполняя комнату. Наконец, отсмеявшись, произносит: — Ты так и не научилась читать между строк, не так ли? Я не врал. Я действительно обещал, что спасу тебя от Слепого. Смерть в этом месте — дело другое. В договор не входит.       Боже, да меня вокруг пальцев обвели, причем так искусно, что я даже в восхищении. Он продолжает упиваться моей глупостью: — Также я и не обманывал, говоря, что работаю со всеми, кто работает против Мавра. Но проблема в том, что даже если вы против Мавра, но не представляете никакой практической ценности — то вы соответственно и не нужны мне, и смысл мне заключать с вами союз?       Сколько можно вообще? Почему они так отличаются от моих представлений? Слепой приказал меня убить, а ему-то я доверяла и изначально пришла в Дом спасать его. Сфинкс ему подчинился так просто, но в мыслях моих он был намного сильнее и… правильнее, что ли… Я думала, что Лэри ненавидит меня — но тот ведь пришел спасать зачем-то. Я помогла Тени передать сообщение брату, а в итоге выясняется, что в этом вообще не было никакой необходимости. И теперь хладнокровный манипулятор играет нашими жизнями.        Но что самое ужасное ведь я даже не могу ответить, кто же собственно я такая? Очевидно, Седой мне тоже лгал. Хочется закричать от разрывающих меня вопросов. Сжимаю кулаки. Нужно держаться достойно. Лэри выжидающе смотрит на Тень, тот начинает говорить: — Сделка в том, что я помогу убить этого треклятого Мавра и отведу вас на свободу. У вас будет неприкосновенность, и вы сами выберете в каком мире: Наружность, Дом, Изнанка или же Холодная сторона. Вас не тронут нигде, потому что все будет в моей власти. Но для этого мне нужно совсем немного…       Он умолкает, делает нарочито-долгую паузу. Давай же удиви, почему ты должен быть таким щедрым? Наконец, он торжественно произносит: — Мне нужно, чтобы Зануда делал то, что он отлично умеет — слушал. Мне необходима вся информация о передвижениях Слепого и Джина. Мне надоело им подыгрывать. Я хочу убить — обоих. Мои мертвецы захватят власть в Доме. Мы сильнее, потому что бессмертны. Мы уничтожим Мавра после. Так что вы в деле?       Я смеюсь. Убить Слепого? Дом наполнится Мертвецами? Какие фильмы показывают на этой стороне? Черт, да он фальшивка. Касаюсь кулона, не чувствую связи с ним. Здесь я, действительно, бессильна. Вопрос в другом: почему Рыжий не идет мне на помощь? Боится Тени? Это смешно он не боится ничего. Следовательно, опасности нет.       Тень поворачивается. Хищные нечеловеческие глаза наблюдают за моей странной реакцией. «От тебя пахнет фальшью». — Думаю, глядя прямо на него. — «У тебя нет силы отправить в реальный мир мертвецов — ты не всемогущий бог. Это просто смешно. Зачем этот цирк?» Я знаю, что он меня слышит. Тень показывал мне этот «фокус» в прошлый раз. Он усмехается — по-доброму. Тень не наш враг — это абсолютно точно. «Не мешай». — Раздается в моей голове. «Я пытаюсь понять, можно ли доверять Зануде. Знаешь ли, Мавр убил Краба, чтобы подослать его шпионом на Холодную сторону. Так что — не мешай».       А Мавр не так-то прост, но Тень хитрее. Убеждена: ему известно многое. — Неприкосновенность? — Лэри нагло извлекает из кармана пачку сигарет и спокойно так достает одну. Поджигает и закуривает. — Посмотри на себя. Уверен, что в этом договоре ты тоже найдешь, где можно прочесть между строк.       Лог выглядит непринужденно. Кажется, ни один мускул не дрогнул на его лице. На Холодной стороне я вижу его совсем иным. Намного сильнее, умнее и смелее. Но самое странное, что, похоже, этот Лэри настоящий. — Обещаю, что в этом договоре я не буду искать лазеек. Ты мне необходим для исполнения плана, поэтому мне выгодно сохранить твою жизнь. — Парировал Тень. Чудную игру он устраивает. Очередной спектакль, делаю вид, что меня не существую — притворяюсь мышью: серой и невидимой. — Ты представился Тенью. Ты выглядишь так, как, возможно, выглядел бы он, — продолжает Лэри. — Но ты лишь жалкое подобие — ты не настоящий, иначе бы ты не желал таких гнусностей. Не знаю, что происходит, правда, не знаю. Но я знаю Макса: это самый светлый человек, которого я встречал. Он всегда готов был спасти и прийти на помощь, даже если бы пришлось в таком случае пойти против собственного брата. И если ты он, то ты понимаешь, о чем я говорю. Настоящий Макс никогда бы не шел по головам ради ненужной ему власти.       Лэри увлекся монологом, думаю, он продолжил говорить насколько крутым тот самый Макс был в его глазах когда-то, но Тени надоедает это слушать. Он подходит совсем близко к нему и хватает его за ворот толстовки: — Получается, это разрешение на твое убийство?       Лэри даже не дергается, не пытается выбраться, лишь продолжает говорить: — Я не Зануда больше, теперь я Бандерлог Лэри. Я изворотлив и умею читать между строк не хуже тебя. Ты оплошал, дав мне информацию. Ты проиграешь из-за своего длинного языка. Кто бы ты ни был — проиграешь.       Интересно, почему он не пытается освободиться? Умный и понимает, что драться с мертвецом бессмысленно? Или все же настолько труслив, чтобы дать сдачи? Тень отпускает ворот Лэри с таким пренебрежением. И будто бы даже отвращение появляется на его лице. «Слышала? Я проиграю. Он не прошел проверку на вшивость — гнилье. А, жаль. Мы неплохо ладили».       Даже не знаю, что на это ответить. Тень, действительно, выкинет его из убежища в таком случае? Моего спасителя? Хотя спасителя ли вообще. «Ты чувствуешь людей, Тень. Тебе не нужна была эта грёбанная проверка. Просто тратишь время, а мог мне рассказать о том, как уничтожить врага мирового масштаба». «Погоди, я расскажу тебе, кто ты. Терпения, Ведьма». — Он сказал, что те, кто погибают — остаются здесь. — Говорит Лэри, уже, видимо, обращаясь ко мне. — В таком случае, если мы выйдем из этой мнимой безопасности, то умрем, но останемся здесь. Так что я предлагаю выйти. Если у него получится убить Слепого и остальных, если завоюет власть — мы просто сведем его с ума здесь своей назойливостью. Так что, Мышь, ты со мной? Это единственный способ помешать ему. «Хватит цирка, Тень. Посмотри на него, он ничего не знает. И он довольно неплохо размышляет для того, кто ничего не знает. Он ни на кого не работает. Ты это прекрасно видишь!» Тень скорчился и пару раз ударил себя по вискам: — Твою мать, я тебе не для этого показывал, чтобы ты в моей голове поселилась. Да я и так вижу, что Лэри вырос достойным человеком. Орать-то зачем? — Единственный, кто здесь орет — это ты, — бурчу я. Конечно, Мышь, выводи из себя своего союзника. Ой, кажется, Тень перешел на нормальную речь. И Лэри все слышит. — Прости, Зануда, нужно быть чертовски осторожным. — Отзывается Тень и в первый раз улыбается. Он подходит к Лэри. В этот раз никакой агрессии. — Это я, Макс…       Лэри долго глядит в его глаза, словно они поменялись ролями — и теперь испытывает его Лог. — Не могу в это поверить, — это что скупая мужская слеза? Лэри заключает Тень в объятья, а тот даже не вырывается. Обнимаются, как старые товарищи — даже не так: как друзья. Они отстраняются. — Я уже подумал, что это Стервятник вновь потерял контроль… Но ты такой холодный… — Это потому что мертвый, — Тень начинает смеяться, подобно безумцу. Но голос его дрожит: сложно смириться с собственной смертью даже после стольких лет. Кажется, теперь мы все друзья. Мы садимся на пол. Наконец-то, мне дают сигарету и ответы.