Влюблённый волк уже не хищник

— Отпусти меня, амбал! Отвали! Я твои же руки засуну тебе же в задницу! Отпусти, я сказал!       Крики, разносившиеся по офисному многоэтажному зданию, становились всё громче и чётче по мере приближения хозяина этих воплей к одному из самых главных кабинетов. И не понадобилось много времени, чтобы в просторное светлое помещение с панорамными окнами и дорогой дубовой мебелью нагло втолкнули молодого парня. Парнишке было на вид не больше двадцати, в яркой, блестящей, обтягивающей всё что только можно одежде, с хаосом на голове и размазанными стрелками вокруг глаз. Похмелье здорово давало о себе знать, поэтому бедный мальчик щурился и кривился от яркого солнца, пробиравшегося через до блеска отмытые окна. — Доброе утро, сынок! — ехидно улыбнулся мужчина за массивным рабочим столом, разглядывая своё чадо. — Да уж, самое время пожалеть, что не вымер вместе с динозаврами, — фыркнул юноша и плюхнулся в кресло напротив отца, закидывая ногу на ногу. — Барри, можешь идти, дальше я сам справлюсь, спасибо. — Барри? Этот шкаф зовут Барри? Я бы даже собаку так не назвал, — прорычал юноша, наплевав на то, что его могли услышать. — Магнус, — мужчина вздохнул и закрыл глаза, пытаясь успокоиться и не выдать своего раздражения, — тебе через несколько месяцев исполнится двадцать один год. На что ты жизнь свою тратишь?       Асмодей славился среди конкурентов и своих работников тем, что был весьма терпелив, хитёр и коварен. Он мог быть спасением для тех, кто смог добиться его расположения, и погибелью для тех, кто перешёл ему дорогу, намеренно или случайно не имело значения. Из-за аристократической бледности и восхитительных злато-зелёных глаз его за спиной сравнивали чуть ли не с падшим ангелом, принцем Ада, словно он взаправду был одним из последователей самого Люцифера. Своего единственного сына мужчина считал отдушиной, сокровищем, величайшим даром, что оставила ему супруга. — Блять, пап, давай без вот этих разговоров отца и сына. Я от них в депрессию впадаю. — Ты сейчас впадёшь в неё ещё сильнее, — голос мистера Бейна тут же поменялся, начиная сквозить агрессивными нотками, — я решил, что ты не подходишь на пост будущего главы этой компании. — Что? Отец… — Компании, — прикрикнул мужчина, перебивая сына и усаживая его обратно в кресло одним лишь взглядом, — которую мы с твоей матерью, Царство ей Небесное, поднимали, имея в наличии лишь небольшой ларёк с побрякушками и жестяной банкой, в которую кидали каждый лишний цент! И я не позволю тебе всё это просрать!       Изготовление ювелирных украшений было мечтой миссис Бейн, которую он вдохновлял, направлял и поддерживал всегда и во всём. Мечтающая создавать красоту женщина предоставила управление общим делом мужу, когда как сама зарывалась в эскизах. Долгие годы упорного труда конечно же приносили свои плоды. Со временем весь путь изготовления ювелирных украшений проходил на производстве компании. От создания эскизов в 3D программе, до ручной полировки. Страсть к украшениям и их созданию передалась и Магнусу. То ли благодаря генам, то ли с грудным молоком матери, но Асмодей всегда видел в глазах сына тот же восторг, что и у жены когда-то. — Ты же умный парень, Магнус. У тебя это всё в крови, ты и сам это прекрасно знаешь. Ты университет закончил на два года раньше, даже не прикладывая особых усилий. Но твоя безответственность и наплевательское отношение ко всему, что тебя окружает, зарождает во мне сомнения касательно твоей кандидатуры. — Если я такой умный, то с чего ты решил, что я не смогу… — Два месяца! — перебил Асмодей сына. — Я даю тебе два месяца, чтобы доказать мне, что ты способен не только ночи напролёт пить и трахаться. Если справишься, то будешь работать со мной. И как только я сверну свои полномочия, компания твоя. — И что я должен сделать? — сдался Магнус, даже не особо сопротивляясь, потому что и так понимал — эта битва проиграна заранее. — За ланчем я часто встречаюсь с одним «коллегой». Александр Лайтвуд. Он на два месяца остался без помощника, и я хочу, чтобы ты у него поработал. — Почему я не могу поработать у тебя? Твоим помощником, или приставь меня к кому-нибудь из работников. Я здесь всё знаю, меня здесь все знают. — Ну уж нет, лакомка, — усмехнулся Асмодей, — ты пойдёшь на собеседование, как все люди, устроишься на работу и отпашешь там отведённое тебе время. Ты не маленький цыплёнок, чтобы с ладошки тебя кормить. Выезжать на готовом, сидеть в удобном кресле и командовать другими всякий может. Я же хочу, чтобы ты почувствовал каково это — работать на другого.       Магнус подскочил с кресла и в несколько шагов оказался у двери, буркнув по пути что-то похожее на «ладно». — И поменяй, наконец, гардероб, — успел добавить мужчина, — а то ты каждый раз похож на педика, вернувшегося с гей-парада. — Мне казалось, что против моей ориентации ты ничего не имеешь, — Магнус театрально вздёрнул бровь и уставился на отца. — Тем более на прошлогоднем параде тебе понравилось. — Что-то я не улавливаю связи между твоей ориентацией и этим блядским топиком, что натянут на тебя как вторая кожа. Снять.

***

      Магнус стоял перед высоким от потолка до пола зеркалом и проклинал белоснежную рубашку, что была на нём надета. После встречи и беседы с отцом Магнус оставшуюся половину дня ходил и причитал, успел позвонить друзьям и излить им душу, обматерить отца, расхаживая по квартире. Но проснувшись утром, он понял, что два месяца непонятно чего можно постараться пережить, особенно если учесть, что на кону «престол» компании. Поэтому излюбленные растянутые майки, открывающие вид на соблазнительные ключицы и руки, пришлось запрятать подальше. На смену обтягивающей стройные ноги коже пришли классические брюки и модные, но сдержанные в своём стиле джинсы. На голове красовалась аккуратная укладка на бок, демонстрирующая выбритый висок, а из макияжа на лице был лишь черный карандаш, делая и без того очаровательные раскосые глаза более выразительными. И если бы не природное упрямство, то Магнус бы сразу признался, что этот образ ему приглянулся не меньше, чем предыдущий, что выглядит он не менее сексуально и статно. Особенно, если расстегнуть несколько верхних пуговиц. В своём теле именно ключицы Магнус считал самым притягательным и самым возбуждающим… интерес к своей персоне.       Буквально через час времени Магнус с гордо поднятой головой вышагивал по коридору, направляясь к кабинету самого главного здесь дядьки. Не соизволив даже залезть в интернет и разузнать что к чему, парень представил себе владельца компании неким толстосумом, любящим маленьких мальчиков. Перед глазами сразу вырисовывался какой-нибудь потный толстяк в коричневом безвкусном костюме, из брюк которого старательно пыталось выпрыгнуть пузико, а пуговицы были натянуты до такой степени, что должны были вот-вот отскочить и ударить кого-нибудь в глаз. Улыбнувшись этой комичной фантазии, Магнус толкнул от себя прозрачную стеклянную дверь, попадая, судя по всему, в приёмную своего будущего работодателя. Просторное и светлое помещение, чем-то напоминавшее Магнусу кабинет отца, объятий не распахивало, однако сразу же к себе располагало. На стенах висели картины с индустриальными пейзажами в чёрно-белых тонах, уютный диванчик вдоль стены недалеко от двери, а рядом с ним же огромных размеров дерево, которое, судя по влажным листочкам, только что протёрли и полили. Вокруг стола порхала миниатюрная девушка с копной ярко-рыжих волос, чуть старше самого посетителя, и с паникой в голосе что-то причитала, ругая не то себя, не то какого-то Раджа. Нагрузив себя кучей папок-сегрегаторов так, что из-за них выглядывала только макушка, девушка двинулась в сторону выхода, но, не рассчитав траекторию, направилась прямиком в развесистые объятия вышеупомянутого фикуса.       Магнус в детстве очень любил играть в рыцарей, поэтому желание помочь девушке сработало молниеносно. Парень тут же двинулся навстречу, чтобы уберечь красавицу от рокового падения, но в итоге на полу оказались и папки, и девушка, и сам Магнус. — Простите пожалуйста! — взволнованно прощебетала девушка. — Вы не ушиблись? — Нет, не беспокойтесь, — Магнус вооружился самой милой улыбкой, которая была у него в арсенале, — я хотел помочь, а вышло только хуже.       «Парочка» принялась собирать разбросанные по полу документы, складывая их как попало, лишь бы убрать с прохода. Кажется, на рыженькую только что свалилась дополнительная работа — разобрать этот бумажный хаос. — Я Клэри, — представилась девушка, — Вы к мистеру Лайтвуду? Вам назначено? Извините, я тут всего два дня на замене и если честно, то даже не понимаю, как во всём этом Радж разбирался и вообще как-то существовал. Никакой системы, никакой записной книжки. Ноль. Пусто. Ничего… Ох, Извините. — Ничего страшного, не извиняйтесь, — рассмеялся парень. — Я Магнус, вообще я пришёл на собеседование как раз на это место. Буду рад Вас спасти от этого бардака. — Ой, тогда Вам нужно в отдел кадров. Это двумя этажами ниже, выйдите из лифта и сразу налево. Дверь в конце коридора. — Да уж, глупо было предполагать, что босс сам нанимает персонал, — Магнус легонько стукнул себя по лбу, скорее так, для проформы, нежели с каким-то смысловым посылом.       Клэри положила папки обратно на стол и тяжело вздохнула, прикидывая сколько времени у неё займёт рассортировка бумаг. Магнус никогда не славился злорадством или коварностью, но в глубине души мечтал, чтобы Клэри разобрала этот бардак до того, как он устроится на эту должность. Он уже хотел было попрощаться с новой знакомой и отправиться на поиски отдела кадров, как дверь, ведущая в кабинет начальника, распахнулась. Ещё никогда в жизни Магнус так сильно не ошибался, когда представлял себе кого-либо. Вместо толстого и скучного чувака с пятном от кетчупа на рубашке перед ним предстал высокий подтянутый мужчина средних лет. Рукава рубашки были закатаны до локтей, открывая вид на сильные руки, а благодаря расслабленному галстуку и расстёгнутым верхним пуговицам можно было мельком полюбоваться яремной впадинкой, которая, видимо, была дана ему только для того, чтобы гипнотизировать людей. — Клэри, почему эти папки всё ещё здесь? Ты должна вместе с ними вальсировать в отдел маркетинга, давай, давай, в темпе, — чуть хрипловатый, но мягкий голос идеально подходил мужчине, и казалось, что изъянов в этом человеке абсолютно нет. — А вы?       Ореховые глаза, обрамлённые густыми ресницами и такими же шикарными чернющими бровями, просканировали парня. С такого расстояния было сложно сказать точно, какие же цвета и оттенки преобладали, но сочетание зеленого и светло-коричневого определённо стало для Магнуса новым фетишем. — Это Магнус, — вмешалась Клэри, заметив, что парень слегка подзавис, — он пришёл на собеседование, но… — Но решил сразу направиться ко мне, минуя отдел кадров? Смело. Ну, проходи, — усмехнулся мужчина и отступил в сторону, приглашая Магнуса пройти в кабинет. — Папки, Клэри, папки.       Девушка ошарашено посмотрела на начальника, который забавно жестикулировал, пытаясь донести до сотрудницы суть приказа, и, схватив документы, удалилась от греха подальше. — Александр Лайтвуд, — представился брюнет и протянул юноше руку.       Рукопожатие вышло слегка заторможенным, потому что, залюбовавшись мужчиной, Магнус не сразу понял, что от него хотят. Но тепло и силу чужой руки парень не забудет ещё долго. — Присаживайся, — Лайтвуд указал на кресло перед рабочим столом, сам усаживаясь напротив.       В руках тут же оказалась папка с документами, и Алек моментально принялся изучать информацию о своём госте. — Значит, Магнус Бейн? Двадцать лет, опыта работы как такового нет, университет экстерном, — Лайтвуд перечислял вслух факты так, словно зачитывал список продуктов, и казалось, что они его даже толком и не интересуют, — художественная обработка металла? И что же ты тогда забыл в машиностроении, особенно на должности моего помощника? — Ну, я… — Магнус на мгновение замялся, пытаясь придумать какой-нибудь остроумный ответ, но в голове крутилась только истинная причина его трудоустройства. — Насколько мне известно, то Вам нужен временный работник, а мне нужна временная работа. — Временная? Хорошо. А почему я должен принять на работу именно тебя? Я могу предоставить эту вакансию, не знаю, студенту, которому нужна практика на лето, или тому, кто имеет опыт в такой работе. — А почему Вы не отправили меня в отдел кадров, а пригласили в свой кабинет? — ответил вопросом на вопрос парень, еле сдержавшись, чтобы не ответить в стиле «Вы можете взять меня не только на работу» или «Потому что я ловко орудую языком».       Не сказать, что Магнус был большим любителем принимающей стороны во время секса, наоборот, в 98% случаев натягивал он, а не его. Тем более он никогда не замечал за собой тягу ко взрослым мужчинам, а Александр Лайтвуд явно был его намного старше. Но, несмотря на это, одного взгляда этого мужчины было достаточно, чтобы без вопросов встать перед ним на колени, раздвинуть ноги, подставить задницу. Да что угодно сделать, лишь бы прочувствовать на самом себе ту власть, которую источал мужчина.       На вопрос Магнуса Алек лишь хмыкнул, улыбнувшись одним уголком губ, и, схватив телефон, быстро набрал номер из нескольких цифр. — Майя? Можешь закрывать вакансию, — сказал Лайтвуд, не отрывая взгляда от Магнуса, — да, молодой человек к вам сегодня забежит оформиться. — Так почему всё-таки я? — не сумев перебороть любопытство, спросил Бейн, как только начальник закончил разговор. — Не знаю. Мне, в принципе, и помощник-то не нужен, скорее секретарь, но… Мои поздравления. — Когда я могу приступать? — А прямо сейчас и можешь. До отдела кадров тебе всё равно придётся дойти, чтобы подписать договор и официально оформиться. Потом остаток дня помогай Клэри, а то в том бардаке, что развёл твой предшественник, можно свихнуться. А отвечать за её тронутый мозг потом мне.       Магнус покинул кабинет только с одной мыслью в голове — «Что это сейчас такое было?». Хотя, Лайтвуд остался сидеть с точно такой же мыслью. Что это сейчас такое было? Чем он руководствовался, когда принимал мальца на эту должность? Может тем, что его гей-радар дёрнулся в сторону парня, словно тот излучал его по максимуму? Зачем он вообще затащил его в кабинет? А может он просто давно не трахался и Себастьяна, как на зло, уже две недели не было в городе? — К чёрту. Всё равно он тут лишь на пару месяцев, — произнёс вслух Лайтвуд и принялся за бумаги, которые с самого утра маячили перед носом.

***

      Вернувшись из отдела кадров, Магнус застал Клэри за очередной кипой каких-то бумаг. Ему было неловко прерывать тихий отборный мат, которым миниатюрная девушка покрывала пресловутого Раджа, но обозначить своё присутствие как-нибудь было нужно. Да ещё и так, чтобы не смутить бедную девочку. — Привет, подружка, — чуть прикрикнул Магнус, делая вид, что только что зашёл в приёмную, — сегодня работаем плечом к плечу. — О, Магнус, — широкая улыбка нарисовалась от уха до уха, — поздравляю, я очень рада за тебя. Хотя до сих пор не понимаю, почему мистер Лайтвуд сам провёл собеседование. На моей памяти такое впервые. — А ты давно здесь работаешь? Хорошо вообще Лайтвуда знаешь? — Магнус принялся наводить порядок на столе, хотя чётких указаний от девушки не получил. — Работаю я в этой фирме уже семь лет. Пришла сюда примерно в твоём возрасте. — Стоп, — усмехнулся Бейн, — а лет тебе сколько? — Двадцать восемь. Не смущайся, у меня до сих пор просят документы в супермаркете, если я алкоголь покупаю. — Секретом не поделитесь? — Ой, вот только не надо этого «ВЫканья», — наиграно возмутилась рыжая. — То, что ты малолетний шкет, ещё не значит, что я старая тётка.       Магнус тут же выпрямил спину, вздёрнул подбородок и, отставив локоть в сторону на высоту плеча, отдал честь, чем заставил улыбку девушки вернуться на законное место. — А мистера Лайтвуда я знаю настолько, что вне этих стен для меня он просто Алек. Я уже давно встречаюсь с его младшей сестрой, так что можно сказать, что мы — семья. — Ты… так ты… кхм… — Да, я «кхм». — Эй, расслабься, — встревожился Магнус, заметив, как расстроилась Клэри, — я ничего не имею против, просто не думал, что мы с тобой… ну… коллеги «по цеху». — Коллеги по цеху? — рассмеялась девушка. — Отлично, такого я ещё не слышала. — Так, что там с Лайтвудом? Что мне следует о нём знать? — Александр Гидеон Лайтвуд, тридцать восемь лет, не женат, любит чёрный кофе без сахара… В принципе, ничего такого знать и не нужно, будет надо он сам тебе всё скажет. Радж, насколько мне известно, ничего особого не делал, обычные поручения «подай-принеси-распечатай-позвони». Но знай, он не любит каких-либо задержек. Так что, если он велел что-то сделать немедленно, то ты, чем бы не занимался, бежишь и делаешь. — Ясно. И как тебе работается с братом того, кто мелькает перед тобой без трусов? — подмигнул Магнус, подавая девушке очередную кипу бумаг, пока та стояла на стуле и складывала всё на верхнюю полку. — Работа, как работа, — пожала плечами Клэри. — Знаешь, мистер Лайтвуд очень чётко разграничивает отношения на работе и вне её. — Например? — Например, в отделе моделирования и виртуальных испытаний работает наш друг — Саймон. Так вот, дело было года три назад. Саймон решил пропустить обед и вместо него порезаться в какую-то игру на рабочем компьютере, заигравшись, не уследил за временем. И как на зло Алек решил заглянуть к ним в отдел именно в это время. В итоге у Саймона до конца рабочего дня тряслись руки, и висит одно предупреждение, за которым в случае чего последует выговор. Но самое забавное то, что вечером того же дня они сидели на диване в моей квартире, пили пиво и резались в игровую приставку. И это в порядке вещей. — Серьёзно? — Да. Знаешь, как будто у него в голове срабатывает какой-то рубильник, как только он входит в здание. Он очень строгий и требовательный, сотрудники его побаиваются, но уважают. Он ведь пришёл сюда простым чертёжником с кучей идей, зарисовок и схем. Подъём по карьерной лестнице сделал из него того, кто он есть. Зато, когда он просто Алек, то похож на плюшевого мишку, которого хочется постоянно тискать. — Повезло его девушке, если он действительно такой душка, когда снимает галстук. А ещё, наверное, когда снимает рубашку. Ты его руки вообще видела? Живое воплощение секса просто. — Он свободен, — Клэри, откинув рыжий локон за спину, поиграла бровями. — Но я не могу вспомнить, чтобы он был с кем-то в длительных отношениях. А ещё он гей.       От полученной информации Магнус в очередной раз завис и выронил подставку с канцелярскими принадлежностями. Ручки, карандаши, скрепки. Всё разлетелось по полу, и, отвиснув, Магнус бросился это всё собирать. — Скажи-ка мне, бисквитик, — прокряхтел парень, тихонько хихикая, — каков процент натуралов в этом здании?

***

      Прошло две недели с того дня, как Магнус начал работать «на дядю», и за это время, удивляясь самому себе, даже успел втянуться. Сначала Бейн даже планировал специально завести себе календарик и красным маркером вычёркивать каждый день, словно испытание на прочность. Но уже через неделю бросил это дело. Обеды в компании Клэри, а впоследствии и Саймона, стали своего рода ритуалом, который нарушать нельзя было ни в коем случае. Скандалы, интриги, расследования компании обмусоливались на каждом «собрании», и Магнус соврал бы, если бы сказал, что не получал от этого удовольствие. Общение с этими двумя стали своего рода отдушиной, потому что напряжение, висевшее между ним и боссом, выбивало из колеи. Мистер Лайтвуд может и чувствовал себя великолепно, в открытую глазея на парня и не переходя эту черту, а вот сам Магнус чувствовал себя под этим взглядом не очень уютно. Нет, ему всегда нравилось, как его раздевали и трахали одним только взглядом, все эти восхищённые вздохи только подогревали его самомнение. Но то, как на него смотрел Александр Лайтвуд, ставило в ступор. Самый настоящий альфа волчьей стаи. «Альфа-самец». Другого слова Бейн подобрать не мог. Как можно было и бояться человека и хотеть одновременно? Загадка последних двух недель оставалась без ответа. — Магнус, — разлетелся мужской голос по приёмной, отрывая парня от монитора компьютера, — есть какие-нибудь планы на вечер?       Александр Лайтвуд стоял около двери в свой кабинет, подпирая плечом дверной косяк. Из-за рук, скрещенных на груди, рубашка обтягивала литые мышцы, которым явно уделяли много внимания, и Магнус в очередной раз начал страдать обезвоживанием. — Я… У меня? Есть ли у меня планы… на вечер… — Так ты свободен или нет? — прорычал мужчина, начиная раздражаться от неуверенного блеяния. — Нет… Да! Да, у меня вечер свободен. А что? — Отлично. Придётся задержаться подольше. В цифрах разбираешься? — Да. — Тогда, как закончишь, зайди в кабинет. И прихвати с собой кофе.       На этом мужчина удалился, оставив Магнуса один на один со стремительно подкрадывающимися признаками астмы и тРахикардии. Когда он услышал вопрос босса, то в голову почему-то сразу влетело предположение, что тот его собирается позвать куда-нибудь. И Бейн не мог для себя решить, согласился бы он в таком случае или бы сдрейфил. Но на счастье, а может и печаль, всё оказалось гораздо прозаичнее. Закончив с таблицей, что полдня маячила на мониторе, парень быстро сбегал за кофе для начальника и прихватил заодно для себя ароматный капучино. Несколько робких стуков в дверь и кабинет «главнокомандующего» раскрыл свои объятия. Лайтвуд сидел за столом, погружённый в бумаги, и, видимо, не замечал не только вошедшего Магнуса, но и то, что своей пятернёй создал на голове настоящий хаос. Но даже эта небрежность придавала мужчине сексуальности с таким перебором, что впору просто подавиться собственной слюной. — Чего замер? — спросил мужчина, не отрываясь от бумаг и указывая карандашом в сторону кресла напротив, — садись.       Магнус обошёл хозяйский стол и поставил рядом с Александром стаканчик с кофе и, вернувшись обратно, сел в предложенное кресло. — Спасибо, Магнус, — поблагодарил мужчина, после того, как сделал несколько глотков, причём так спокойно, словно тот уже давно остыл. — Смотри, мы встряли на, скажем так, восьмизначную сумму. По банковским счетам всё сходится, но «внутри» компании этих денег нигде нет. Нужно в этой кипе бумаг отыскать ошибку и всё исправить. Внимательно сверяешь эти данные с этими.       Он стоял так близко, что можно было незаметно во всю наслаждаться лёгкими, едва заметными нотками его парфюма. Жар и напряжение, исходившие от его тела, сводили с ума, и оставаться в сознании помогал только слегка грубоватый рычащий голос, звучавший практически у самого уха. То, что мужчина был напряжён, не скрылось от Магнуса, но ему безумно хотелось знать и причину, узнать, есть ли у него возможность помочь. Даже просто выслушать, на короткое время стать другом, с которым можно поделиться мыслями, терроризирующими явно не первый час. — Да уж, — выдохнул Магнус, когда мистер Лайтвуд вернулся на своё место, — одна маленькая запятая, а столько проблем.

***

      Парни просидели уже несколько часов, кропотливо перебирая бумаги, когда очередной стаканчик с кофе Магнус отправил в мусорную металлическую корзину. Провести столько времени вместе с боссом оказалось забавным. Поначалу, как и всегда, Бейн боялся сделать даже лишнее движение, но вскоре расслабился и даже перекинулся с начальником несколькими фразами и шутками. А забавным это стало тогда, когда нервозность Лайтвуда стала до смешного очевидной. Мужчина то и дело ёрзал на стуле, пытаясь найти удобное положение, стучал пальцами и щёлкал ручкой, а постоянные, хоть и тихие вздохи приятно ласкали слух. К слову, рядом с Алеком тоже стоял очередной стаканчик с недопитым кофе. И какова была вероятность того, что, потянувшись за телефоном, он его опрокинет себе на брюки? Один к десяти? Или вообще без шансов на промах, выбивая джекпот? В любом случае, Лайтвуд не успел даже подпрыгнуть от неожиданности, когда к нему подбежал Магнус с бумажными салфетками. — Честное слово, — прыснул со смеху Магнус, промокая ткань, — похоже на начало банального сюжета в порнофильме.       Единственное, что осталось брюнету, это спокойно сидеть и любоваться макушкой, надеясь, что его «маленькая проблема» останется незаметной. Он мог бы оттолкнуть парня или вежливо попросить перестать это делать, но то, как бережно тонкие пальцы скользили по бедру, выкинуло из головы практически все буквы, оставив примитивные звуки. Уже было плевать на документы, на которые мог попасть кофе, плевать на то, что дверь не закрыта на замок, и плевать на то, что хозяин этих божественных пальцев почти в два раза младше. Но как только рука скользнула выше, Лайтвуд её тут же перехватил с такой силой, что с уст парня сорвалось испуганное «ах». — Мистер Лайтвуд? — спросил Магнус, и лишь через несколько секунд поднял голову, встречаясь с практически черными глазами, так как расширенный от возбуждения зрачок «съел» ореховую радужку, — Вы в кармане носите фонарик или… у Вас такой явный стояк на меня?       Кто кого гипнотизировал — вопрос, но взгляд глаза в глаза завораживал настолько, что ни один не мог оторваться. Лишь хватка на руке парня стала сильнее, и пульс, что стал намного быстрее, отдавался дрожью в чужом теле. Алек поднёс чужую руку к своему члену, чуть надавливая, ведя вверх вниз, отчего Магнус облизнулся, демонстрируя лишь кончик языка. — Хочешь проверить? — голос Лайтвуда звучал так, словно тот три часа подряд пел в караоке во всё горло, но эта хрипотца заводила ещё больше.       Магнус, прикусив губу и пройдясь по ней зубами, робко кивнул и опустился на колени, становясь между разведённых в стороны ног босса. Но стоило звякнуть кожаному ремню, а молнии достигнуть нижнего пункта назначения, как дверь широко распахнулась, словно её открывали с ноги. Лайтвуд успел лишь затолкать своего помощника под стол, пряча там же расстёгнутые брюки, ловко пододвинув кресло поближе. — Привет, трудоголик, — услышал Магнус звонкий женский голосок и то, как в кресло, где он сидел несколько минут назад, кто-то плюхнулся. — Иззи, — с натяжкой улыбнулся Алек, но мысленно благодарил сестру за визит, потому что голову она отрезвила, словно ушат воды ледяной вылила, — какими судьбами? — Зашла за своей девочкой, а пока она собирается решила заглянуть к тебе и напомнить, что сегодня собираемся у Саймона. Ты хорошо себя чувствуешь? Щёки красные. — Нет, Из, всё… кхм… всё в порядке, — Лайтвуд старался держаться естественно настолько, насколько это было возможно, потому что то, как Магнус легонько покусывал его стояк через брюки, делу не помогало абсолютно.       Чтобы его сжимающиеся то и дело кулаки не так сильно бросались в глаза, Алек открыл ноутбук, тем самым отгораживаясь от сестры. Он мог бы пнуть Магнуса под столом, чтобы тот прекратил внаглую играться языком с сочащейся смазкой головкой, но боялся попасть тому по носу или в челюсть. Да и для сестры это действие было бы заметно. Язык сменялся руками и наоборот, лаская, поглаживая, покусывая и вылизывая. И сдерживать стоны становилось всё тяжелее. — Точно? Ты так напряжён, испарина на висках… — Всё в порядке, — чуть прикрикнул Алек, но после выдохнул, стараясь успокоиться, — просто с животом проблемы. Скоро пройдёт. — У тебя стаканчик из-под кофе на полу валяется. — И ему там вполне комфортно, — парировал мужчина, в глубине души радуясь тому, что телефон сестрицы разразился мелодией, поставленной на Клэри. — Ну-ну, — Иззи медленным шагом направилась к двери, — не забудь — сегодня у Саймона. Магнусу привет передавай, можешь, кстати, пригласить его. Клэри много про него рассказывала, они так сдружились, что… — Я обязательно приду, сестрёнка, — перебил девушку Алек, стараясь не заострять внимание на том, как интонационно выделила Иззи слово «привет», и выдал подобие улыбки, применяя навыки актёрского мастерства по максимуму.       Как только за сестрой закрылась дверь, Алек упал головой на клавиатуру, с силой сжимая кулаки. Подождав меньше минуты, хотя это время показалось вечностью, и убедившись, что сестра уже не вернётся, Лайтвуд отодвинулся от стола, чтобы, более менее посвежев мыслями, устроить юноше взбучку за такую подставу. Тот вместе с ним немного отполз, елозя коленями по полу, но так и не вытащил член изо рта, насаживаясь ещё глубже. Раз уж предоставившийся простор позволял «играть по крупному». Стон, что так нагло всё это время подавляли, разлетелся по кабинету. Мозгом Алек понимал, что нужно это всё прекратить, но тело реагировало по-своему, наплевав на голос разума. Мужчина пропустил между пальцами залитые лаком волосы и потянул вверх, надеясь, что такой жест Магнус воспримет правильно и прекратит поползновения на своего же начальника. Но Магнус от легкой боли лишь простонал, пуская по чужому телу дрожь и наслаждаясь очередным стоном. Сильная хватка тянула волосы вверх, но парень лишь резче работал головой, не сдерживая собственные стоны наслаждения. Хватка так и не ослабла, но со временем Алек отбросил попытки оттащить помощника от своего хозяйства и вместо этого самостоятельно насаживал рот на свой член, головкой упираясь в горло. Мужчина получал какое-то садистское наслаждение от мысли, что горло парня впоследствии будет саднить и что в данный момент тот буквально давился его плотью. В уголках раскосых глаз скопилась солёная влага, но парень не давал никаких сигналов, чтобы всё это прекращалось, наоборот, пальцы сильнее впивались в бока, давно забравшись под рубашку, а задница елозила туда-сюда, стараясь хоть чуть-чуть ублажить собственную «хотелку» между ног.       Дыхание мужчины становилось всё глубже, и каждый выдох сопровождался животным рычанием. Лобковые волосы щекотали нос при каждом соприкосновении, и Магнус старался в этот момент вдыхать, что есть сил, чтобы собрать запах любовника, который в этом месте сконцентрирован больше всего. Бейн так был сфокусирован на неконтролируемых толчках, чтобы не повредить горло, что даже не заметил, как брюнет, толкнувшись грубее всего, излился горячим семенем прямо в горло. Толчок. Ещё один, чтобы спустить всё до капли. Магнус выпустил едва ли опавший член изо рта, специально задевая зубами чувствительную головку, как месть за больное горло. — А Вы большой мальчик, — глубоко дыша и вытирая уголки губ большим пальцем, прошептал Магнус и поднялся к губам начальника. — Так вот, что это было? Вот почему Вы всё время старались меньше со мной контактировать и смотрели изредка? Вы хотите меня. Очень хотите.       В подтверждение своих слов Магнус почувствовал, как ягодицы сжимают чужие руки, на которые он подрачивал последние две недели. Парень отступил на один шаг, в процессе расстёгивая брюки и приспуская их вместе с бельём. Он повернулся спиной к брюнету и, одной рукой упершись о стол, завёл вторую за спину, проводя пальцами снизу вверх между полушариями. Ждать долго не пришлось. Алек встал с кресла, опустив брюки до щиколоток, и потянулся к одному из ящиков в столе. Выудив оттуда презерватив, он раскатал его по колом стоящему члену, отмечая, что такого жёсткого стояка у него не было уже лет пять, тем более после того, как один раз уже кончил.       Тишина. Лишь тяжёлое дыхание разносилось по кабинету, сменяясь громким всхлипом Магнуса, когда тот почувствовал горячий язык, ласкающий и подготавливающий к так давно желаемому. Лайтвуд не сказал ни слова, прежде чем медленно протолкнуться в горячую упругую дырочку. Стенки ануса плотно облегали постороннюю плоть, чуть сжимая с непривычки и лёгкой боли. Один толчок на пробу, а Магнус вскрикнул так, словно уже готов излиться прямо на документы, разбросанные по столу. Он не говорил Алеку, что тоже, во всё время работы на него, фантазировал и мечтал об этом моменте. Но по его виду всё было понятно и без слов.       Толчки сопровождались укусами в плечи и загривок, лишь подтверждая, что Лайтвуд — настоящее животное, и обычный и спокойный человеческий секс ему чужд и мало интересен. Сильные руки, давно ставшие для Магнуса своеобразным кинком, обжигали. Парень не удивился бы, если бы увидел на местах прикосновения настоящие ожоги. Левая рука впивалась в мышцы пресса, которые уже изнывали от постоянного напряжения, а правая подхватила одну ногу, заводя её назад. Стоя на одной ноге под таким углом, каждый контакт головки с простатой ощущался очень остро, пуская под смуглой кожей электрические заряды. Пот стекал по вискам и шее, щекоча кожу, но при этом даря хоть какую-то прохладу. Стоны сменились криками, а над ухом раздавалось утробное рычание. Внизу живота постепенно разгорался пожар, опаляющий изнутри и подталкивающий к краю. Магнус хоть и был довольно-таки молод, но сексуальных партнёров менял одного за другим. И то, что это был самый яркий оргазм в его жизни, он готов был прокричать на весь мир, опубликовать в журнале и развесить широкий баннер под каждым мостом в Нью-Йорке.