Маленький принц

— Хён, я только приехал, а ты снова отправляешь меня в ссылку? — возмущался парень с выбеленными волосами, оттягивая рукава длинного красного свитера с оленями. — Мы пять лет не виделись нормально, или для тебя вообще границы времени стёрлись? — Йа, мелкий, голова и без тебя болит, — мужчина в белом камзоле растегнул одну пуговицу и сделал глоток крепкого кофе. — Тебе надо закончить учёбу, как бы ты этому не противился и да-да, — Чунмён в сдающимся жесте приподнял руки, — понимаю, что будет тяжело после Йельского университета перестроиться на нашу систему обучения, но ты мне нужен здесь, малыш, — старший потёр пульсирующие виски и устало улыбнулся. — Бэкхён-а, прости, но я не мог иначе. — И как ты себе это представляешь? Я заявлюсь в Сонгюнгван и объявлю о том, что я Бён Бэкхён и да, мне стоит сразу попросить тех, кто мечтает меня прикончить, встать справа, а тех, кто будет лизать мой зад, слева? Не для спасения от всего этого ли вы меня за океан сплавляли? — младший изрядно злился, меряя шагами комнату, при этом не забывая шаркать белоснежными кедами по ковру, коим был устелен кабинет его брата. — А, да, забыл отвести линию для альф, которые попробуют поиметь меня, чтобы, прости господи, породниться с тобой! — Бэк! — Ну почему, почему я не родился в обычной семье… — Плотника и столяра, — откровенно смеялся над поведением донсэна альфа. — Ты всегда так говоришь, однако я и представить не смею, какой скандал ты закатишь, если я отберу у тебя твои карточки и игрушки, которые стоят столько, что ни плотник ни столяр бы за жизнь не заработали. — Только попробуй, я тебе жизни не дам, клянусь, — фыркает омега и складывает на груди руки. — Ну и что мы будем делать, мозг Южной Кореи? — Бэкки, ты только не психуй… — Новенький? — хмыкает Чонин и впихивает в замерзшие пальцы Пака стаканчик с какао. — Чудесатый парень, ей богу, — разглядывая пританцовывающего от холода паренька выдает альфа, а Чанёль замирает на мгновение и машет головой, сбрасывая на друга влагу, что скопилась на рыжей копне волос. Мокрый снег не прекращался уже вот пятый день, а температура так и не смыслила опуститься хотя бы для того, чтобы укрыть землю покрывалом, а не гадкими лужами, что застилали весь асфальт Сеула. У доски с объявлениями стоял низкорослый парень, укутанный в огромный белый кашемировый шарф. Его светлые волосы забавно торчали из-под вязанной красной шапки, точно такого же оттенка, как и дутый пуховик, что доходил низкорослику почти до колен. На ногах, несмотря на гадкую погоду, красовались белые тимберленды с опять же красными шнурками, что почему-то даже забавляло. Очки, что осели на носу забавного новичка, постоянно потели, поэтому он, обиженно фыркая, раз за разом протирал их белыми варежками, а в перерывах посматривал на часы. Он определенно кого-то ждал. — Интересно, с каких пор у нас набирают студентов в середине года? — возмущается О и делает глоток своего напитка, который был также вручен ему заботливым, а точнее проигравшим пари под названием «ты наш кошелек на неделю», другом. — Вы, кстати, Ханя не видели, у него моя флешка с проектом по истории управления? — Нет, дружище, — пожимает плечами Чанёль, всё также не отводя от новичка взгляда. — Он твой омега, поэтому может включишь мозги и позвонишь ему уже? Задолбали собачиться, ей богу. — Ну хён, он сказал, что … — Сехун, просто извинись, что бы там ни было, — уже вмешивается Чонин. — Он омега, — как-то грустно. — Он твой омега и плевать на всё, извинись и будь сдержаннее в следующий раз, — поучает старший. — А ты то дерево, то истеричная психопатка, Се, — гаркают над ухом альфы и вся троица вздрагивает. — На этот раз ты прощён, но хоть еще раз выкинешь подобное, я тебе яички твои милые отрежу и скормлю дворовым собакам, клянусь, — шипит Лухан и издевательски машет флешкой перед глазами своего бойфренда. — Твой проект, любимый. — А это интересно, что он учудил? — осторожно спрашивает Ким и чуть двигается к Паку, а то ведь и прилететь может. — Спросил у меня при отце, когда же я уже перестану пить противозачаточные, потому что от них я немного истеричка, — тихо, но визжит омега и стукает мыском ботинка по коленке своего парня. — Имбицил крашенный! — О, да ты реально чокнулся, — ржёт Чонин. — Боже, придурок, его же отец советник по религиозным делам страны, почти что священник, а ты в открытую сообщаешь, что пялишь, — осекается Пак, — прости, Лу, его незамужнего и единственного сына. — Прощаю тебя, Пак, — спокойно отвечает омега. — А ты, придурок О, за мной, купишь мне завтрак и кофе, я тебе полночи ошибки в твоём проекте правил. Чанёль снова переводит взгляд на парня возле доски объявлений и на мгновение ловит его, очень даже заинтересованный. Неужели? Парнишка в мгновение ока меняется в лице, а потом его маленький ротик начинает выдавать настолько адские вопли, что кажется, будто жизнь вокруг доски с бумажками, где промокают под капризами природы объявления о вечеринках, сдаче жилья и подготовительных курсах, просто приходит в состояние «стоп». — Ты совсем рехнулся, мелкий? Знаешь сколько я тебя здесь уже жду? А что если я заболею, возьмёшь ответственность или … — Ой, сейчас мой мальчик его угомонит, — потирает ладошки Ким и толкает локтём Пака, мол смотри. — Он был бы твой, если бы ты мог рядом с ним пару слов связать, — бьющий жест возвращается Чонину с лихвой. — Хён, прости, — Кёнсу опускает плечи и осекает себя от поклона. — Не кричи пожалуйста, на тебя и так все смотрят, — умоляет он и глядит так жалобно, что Бэк на мгновение чувствует себя виноватым. — Я получал указания в отношении тебя, поэтому не смог прийти вовремя. Еще раз прости, пожалуйста. — Ладно, Су, проехали, я просто замерз и вообще устал, — жалуется омега. — Я только вчера утром прилетел, а тут хён вот такую подлянку выдаёт, да еще и врать придется. — Я буду всегда рядом, поэтому не бойся, всё хорошо, — как-то загадочно смеется младший омега и озирается по сторонам. — Опять он, прилипала. — Кто? — недоумевает Бён. — У тебя появился альфа? — старший играет бровями, стараясь заглянуть в глаза До. — Ну Кённи, ну скажи! Скажи-скажи-скажииии! — Сын главы Самсунг бегает за мной с момента возвращения из Америки, а как только начинает говорить, мне кажется, что вместо мозга у него процессор из первой модели телефонов, — скалится Су, — тех, что с полифонией были. Вон, рядом со шпалой стоит и пялится на нас своими пустыми глазёнками. — О-о-о, да он красавчик, — констатирует факт Бён и, придурковато улыбаясь, кивает воздыхателю друга. — А ты, Су, как всегда строишь из себя мать Терезу. — На себя посмотри, а потом суди уже меня, мистер «у меня есть мифический альфа, что будет ждать меня хоть сорок лет». — Йа, забыл с кем разговариваешь? — Простите, — Кён снова осекается, немного кланяясь старшему омеге. — Забей, а лучше скажи, кто это рядом с твоим Ромео? — интересуется омега, осторожно посматривая на кудрявого от влаги альфу. — А, так это Пак… Звонок, пошли быстрее, а то опоздаем, — сворачивает с темы младший и, хватая за руку Бёна, тащит того в корпус. — И как твой брат заставил тебя выпить подавители запаха, ума не приложу, но это правильное решение, поверь, здесь все в курсе, об этом даже на лекциях заостряют внимание… — Ты это видел? — возмущаясь, Чонин также спешит на лекцию, вынося параллельно мозг Паку. — На моего Кёнсу даже смотреть боятся и не из-за статуса его отца, а потому что этот омега может убить одним пальцем, — с содроганием сердца альфа вспоминает тренировку по тхэквондо и то, как от его истинного стонали от боли все альфы, — а тот странный бета бесстрашно орал на него, словно он король. — Бета? — на мгновение тормозит Чанёль. — Почему? — Так он же без запаха совсем, — пожимает плечами младший. — Совсем локаторы сломал? Давай, шевели своими кривыми конечностями. — Ну да, — хмыкает Чанёль. — Вот только беты не пахнут королевской ежевикой… совсем не пахнут.