От альфы до омеги и обратно

POV Кэсси. Я взял рюкзачок и покорно пошёл с альфой. У школы стояла его машина – совсем даже не полицейская, и я удивился этому. Но альфа, увидев моё удивлённое лицо, заявил, что уже с дежурства сменился и служебную тачку в гараж поставил, а меня домой отвезёт на своей, потому, что ему по пути. Я только кивнул и сел на переднее сиденье рядом с водителем, полицейский тоже быстренько своё место занял, и мы поехали. Только вот на первом же светофоре машина свернула не вправо, а влево и я вновь вопросительно посмотрел на альфу. А он усмехнулся так нехорошо, и говорит – так, мол короче. Может и короче, только вот тут мне вспомнились все страшные истории, о которых мы с ребятами шёпотом после уроков толковали – о том, что молоденьких омег частенько крадут торговцы живым товаром и продают их в подпольные бордели. А там долго не проживёшь, там тебя не один десяток альф за сутки оттрахать может. Такого никому не вынести. Но это же всё-таки полицейский. Неужели он такими делами занимается. И тут у меня в голове как щёлкнуло – а с чего я взял, что это именно полицейский – да, у него форма есть и жетон, но это всё и подделать можно. Нет, неужели меня и вправду украли? А действительность между тем подтверждала худшие мои предположения – район, по которому мы ехали, был совсем-совсем мне незнакомый – и такого свойства, что приличным омегам, да и бетам с альфами, здесь делать нечего. Трущобы, короче говоря. Значит и вправду – это совсем не полицейский. Значит… значит спасаться надо, вот что... Вот я попал! Нет, бежать-бежать-бежать! И я схватился за ручку двери, надеясь выскочить на ходу и убежать подальше от этого ужасного альфы. Ага, не тут-то было. Дверь оказалась заблокирована, а альфа, узрев мою попытку сбежать, просто прыснул мне в лицо из баллончика какой-то гадостью и я сразу же вырубился. А очнулся уже в какой-то комнатёнке, на скрипучей кровати с запястьем, прикованным наручником к её спинке, но что, характерно – в одежде, что меня немного порадовало. Может быть, меня просто ради выкупа похитили? Тогда, если они мне ничего не сделают – отец заплатит. Тогда, может всё не так уж и плохо. Но не успел я осознать этот факт, как голос, прозвучавший где-то рядом, лишил меня последних надежд: - Ну что, уолкеровское отродье, очнулся? Это теперь твоё рабочее место, погляди хорошенько. А говорил это тот самый альфа, что был в форме полицейского. Только сейчас он переоделся в довольно-таки дорогой, хоть и немного поношенный костюм, и внешне выглядел, как менеджер среднего звена из небольшой компании. И тут до меня окончательно дошёл смысл его слов – рабочее…место? Значит… И тут я разревелся, умоляя его отпустить меня, позвонить отцу, говорил, что отец заплатит выкуп, только не надо, не надо, не на… В ответ он меня ударил. По животу, больно так, что у меня дыхание перехватило, и заявил, что отцу он конечно, позвонит. И даже кое-какое видео пошлёт – после первого же клиента, который меня отымеет – пусть, мол, отец порадуется, что его невинный сыночек-омега стал самой настоящей шлюхой. А потом он зло заявил, что даже отпустить меня может – только вот захочет ли отец со мной дело иметь после такого скандала? А у меня внутри всё дрожало и обрывалось, но даже слёз уже не было, только в горле першило, как при простуде. И я тут спрашиваю его: - Сэр, за что? Что я вам плохого сделал? А он скривился так и отвечает – ты лично – ничего, а вот твой отец, говорит, сволочь и распоследний гад. Из-за него, говорит, я бизнеса лишился, сыну единственному лечение от лейкемии* оплатить не смог, умер, говорит, сын, вот пусть, говорит, и Реджинальд Уолкер теперь помучается. От такого позора, говорит, моя семья долго не отмоется. Тут я голову опустил и молчу. Потому что прав он – позор это. Никто меня и слушать не станет – у нас ведь как считается – омегу изнасиловали – омега и виноват. И если что – отец от меня отречётся и глазом не моргнёт, лишь бы репутацию семьи ещё больше не подмачивать. А папа? Если он про это всё узнает? Ему и так врачи угрозу выкидыша ставят… Он же и умереть может от такого потрясения. - Послушайте, сэр, - вырвалось у меня, - если отец так перед вами провинился – так и мстите отцу. Или боитесь с более сильным альфой связываться, только на омегу сил и хватает? Ну, тут он совсем взбесился: - Ах, ты, - зарычал, - гадёныш! Я тебе покажу, как альфе противоречить! Язык у тебя змеиный, весь в отца! Вытащил из брюк ремень, и давай меня лупить, по чему попало. А я же прикован, мне не деться никуда и не закрыться толком, только и могу, что свободной рукой лицо закрывать и изворачиваться так, чтобы мне пряжкой в пах не попадало, а он всё бьёт и бьёт, остановиться не может. У меня уже в глазах красные круги, а боль такая, что умереть хочется. Вот тут до меня дошло, что отец меня действительно щадил, когда наказывал, только вот мысль мелькнула – пусть уж лучше убьёт, не хочу быть шлюхой. Ни за что, только не это. И с этой мыслью я снова сознание потерял. POV Ника. Когда отец ушёл, папа меня по голове погладил и говорит: - Вставай, Ники, вставай хороший мой, а то мне нагибаться тяжело. Ну, я и встал, а он воду включил и давай меня умывать, как маленького. Я потихоньку успокаиваться начал, а он продолжает: - Спустишься позавтракать, или тебе сюда принести? Я хотел сказать, что конечно, спущусь, но тут меня явственно так пошатнуло, я еле за стенку удержался. Глаза у папы стали совсем испуганные, и он тут же меня обратно в постель отправил, а сам пошёл за завтраком. А я лежу и думаю – вот стыд какой – беременного папу с подносом по лестнице гонять – и снова встать попытался. Но только меня такая слабость вдруг охватила, что я тут же прилёг себе смирненько. Да что же это такое со мной? Почему я такой слабый? Неужели все омеги себя так чувствуют перед течкой? Ведь я реветь не хотел – всё само получилось… А почему голова кружится? Неужели от переживаний? И я тут вспомнил, как мы с пацанами омежек высмеивали – мол, и слезливые они, и чуть что в обморок упасть готовы – а это всё, оказывается от них не зависит – голая физиология. Неприятно даже, они же ведь не виноваты, что омегами родились… Они? А сам-то я кто? И тут мне страшная мысль на ум пришла – что никогда я альфой и не был, что всё, что я помню – ложные воспоминания, выверты омежьей психики. Может, я просто так боюсь первой течки, что всё это сам себе напридумывал… И сам себе поверил? А иначе с чего вдруг за одну ночь всё так изменилось? Мне тут снова реветь захотелось, но тут папа полный поднос всяких вкусняшек притащил, и я убедился, что переживания – переживаниями, а аппетит у меня вполне на уровне. Так что я всё до крошки слопал и папе спасибо сказал. А он улыбнулся и говорит: - Не за что малыш, ты же знаешь, как я тебя люблю. Сейчас доктор придёт, успокоительное тебе выпишет, ещё пару дней дома посидишь, успокоишься, а Роджера я уговорю на тебя не давить. Я же понимаю, как тебе сейчас страшно, сам через такое прошёл. Главное, ты сегодня перед гостями не опозорься, ладно? Я и так за тебя переживаю… - и живот погладил. Ну что тут скажешь? Я только кивнул, папу действительно расстраивать не хочется. А он меня снова по голове погладил, поднос взял, и пошёл делами заниматься. А я стал дожидаться доктора. POV Кэсси. Когда я снова очнулся, то глаза открывать не спешил. И шевелиться тоже не хотелось. Тем более, что в комнате, кроме моего мучителя был кто-то ещё и этот кто-то ругательски ругался: - Ты, Грэм, придурок редкостный! Ты зачем парня до полусмерти избил? Я бы уже сегодня клиента нашёл на такого милашку, да ещё девственника, а теперь пару-тройку дней обождать придётся, пока синяки сойдут. - Разозлил он меня, - с некоторой долей сожаления в голосе отвечал мой мучитель, которого, оказывается, звали Грэмом, - вот и не сдержался… - Не сдержался! Думаешь, его искать не будут? Ты же не просто сиротку из приюта приволок, тут такая буча подняться может! - Тебе-то что? В твой бордель полиция отродясь не совалась, и не сунется – все знают, что у тебя на самом верху покровители. - Так-то оно так, только риск есть риск. - Да не дёргайся ты! – досадливо отвечал тот, кого собеседник называл Грэмом, - Мне деньги за его девственную попу не нужны – можешь хоть все себе забрать. Мне главное – Реджинальду Уолкеру отомстить, понял? Так что с тебя только видео, Майк. - Ладно, Грэм, я тебя за язык не тянул. Будет тебе видео. Только дня через три, не раньше. Пусть парнишка снова товарный вид наберёт. У меня как раз есть шлюха, которая сможет за ним поухаживать, тоже из образованных, с понятием, - отвечал второй собеседник. Майк, значит. Век бы не знать этого имени. И тут я невольно шевельнулся, а всё тело пронзила резкая боль. - Гляди-ка, очухивается, - сказал Майк. Потом я услышал шаги, скрип открываемой двери, и Майк громко позвал: - Эви! Иди сюда, подстилка, дело есть! Эви??? *лейкемия - "белокровие", "рак крови", - злокачественное заболевание крови, при котором падает выработка эритроцитов в красном костном мозге. Излечение возможно.