От альфы до омеги и обратно

POV Ника. - Спасибо тебе. Ты вернул мне Рождество, - сказал Кэсси после того, как коснулся губами моей щеки. Я замер в полном обалдении. Кэсси меня поцеловал. Поцеловал. Сам. Значит я ему нравлюсь… Наверное… Я улыбнулся Кэсси и хотел сказать, какой он здоровский, и ещё много чего, но тут из гостиной послышался голос мистера Уолкера, который нас звал. Так что я только успел прошептать ему: - Ты такой хороший, - прежде чем он мышкой прошмыгнул мимо меня в гостиную, ещё больше покраснев. Следом пошёл и я. Оказалось, что наши родители уже успели договориться, помолвка уже завтра и Кэсси будет жить у нас, как и говорил мой папа. Я втихаря покосился на Кэсси – не расстроился ли он, однако он вроде бы казался даже довольным таким решением. Поразмыслив, я подумал, что всё дело в его отце – то, что мистер Уолкер человек тяжёлый и властный, чувствовалось, хоть он и старался быть любезным. Ну, ничего, мой папочка очень добрый, отец тоже будет относиться к Кэсси хорошо, а если мои братишки попробуют его дразнить – быстренько словят от меня таких люлей, что и думать забудут, как смотреть в его сторону косо. Пока я так раздумывал, наша встреча закончилась, и я только и успел, что улыбнуться Кэсси. Я бы и обнял его с удовольствием, но вряд ли мистер Уолкер отнесётся к этому с пониманием. Так что всю обратную дорогу я вспоминал лёгкие губы Кэсси на своей щеке, трогал место, куда он меня поцеловал и как дурак улыбался. POV Кэсси. Странно, но после разговора с Ником на кухне настроение у меня поднялось, его не испортил даже отец, ехидно высказавшись по поводу блудливой омежьей натуры и глупых омег, готовых из штанов выпрыгивать, едва почуют альфу. Лукас аж побледнел и сжал кулаки, но я погасил ссору в зародыше, попросив его подняться ко мне. Лукас встревоженно посмотрел на меня, не стал ссориться с отцом и поднялся в мою комнату. - Что-то случилось, малыш? – встревоженно спросил он. - Лукас, что делать? У меня кажется, начинается, а завтра церемония… - Успокойся, Кэсси, сейчас я что-нибудь придумаю. Ложись, я сначала посмотрю. И не надо бояться – я всё же будущий врач, я такие осмотры делал уже. Ну, мне не привыкать, тем более Лукасу я доверял, он и на самом деле осмотрел меня осторожно и вполне профессионально, а затем и говорит: - Да, всё правильно. Вот-вот течка начнётся. Скорее всего, уже бы началась, но из-за стресса срок отодвинулся. - Лукас, - прошептал я, - Лукас, миленький, что ж теперь делать-то? А если у меня крышу снесёт прямо на церемонии? Да меня ж отец тогда точно пристрелит. Там же полно альф будет… Ой, ой, ой… - Тихо-тихо… - успокоил меня Лукас, - Ничего тебе не снесёт. Одеколон у тебя есть специальный, тампоны в ванной, а чтобы чего нехорошего не случилось – я тебе пару таблеток дам – специально для такого случая в больнице … позаимствовал. Они тебя успокоят на какое-то время, а потом, после помолвки это будет уже неважно. И Ник тебе поможет, я тут понаблюдал за ним – он мальчик хороший, и родители у него хорошие, так что может и к лучшему, что ты отсюда переезжаешь. И я уеду – только вот университет закончу, и зарабатывать начну. Меня уже в Главный городской медицинский центр приглашали, как лучшего студента. Папу вот только жалко, но я надеюсь, что когда он родит, отец с ним помягче будет. - А если нет? А если у папы опять омежка родится? - А если нет – сердито сказал Лукас, - то я устроюсь на работу и уговорю папу, чтобы он с маленьким братиком ко мне переехал. Лично я против омежек ничего не имею, а отец пусть живёт, как хочет. Не позволю, чтобы он папу больше родами мучил. Я обнял Лукаса. Хороший у меня всё-таки старший брат. Просто замечательный. А потом Лукас принёс мне две длинненькие голубенькие таблетки, наказав принять одну сейчас, а другую с утра, укрыл меня одеялом и сидел со мной, пока я не заснул. POV Ника. Не-е-ет, второй раз этот кошмар, именуемый церемонией помолвки, я точно не переживу. А ведь когда я стану совершеннолетним – нам ещё и свадьба грозит. Не-не-не. Кэсси обречён на мою верность до гроба, лишь бы только ещё раз не проходить через эту кошмарно длинную занудную церемонию, на которую собрались все сослуживцы, друзья и хорошие знакомые наших отцов. Я себя чувствовал жутко глупо в новом костюме, сшитом на заказ ради этого случая, хотя папочка уверял меня, что выгляжу очень красивым и совсем взрослым. Не знаю. Уж если кто выглядел красивым, так это папа – с его голубыми глазами и тёмными кудрявыми волосами. А Кэсси вообще походил на эльфа из сказки – в белом костюме, рубашке с кружевами, такой красивый, что до него дотронуться было боязно. А ещё я чувствовал его запах. Другие вроде так сильно не реагировали, а я чувствовал, что лично мне комфорта во всех частях организма не добавляло. Слава богу, для церемонии родители сняли специальный зал, совсем недалеко от нашего дома. Так что у меня очень скоро возникла мысль схватить Кэсси в охапку и удрать с ним домой, пусть все гости веселятся, как хотят. Наконец церемония закончилась, заиграла лёгкая музыка, официанты начали разносить напитки и закуски, а мы остались в компании наших папочек принимать поздравления. Да, да, папу Кэсси ради такого случая привезли из больницы, где он лежал на сохранении, правда только на полчаса и под присмотром медбрата, не разрешая вставать с кресла на колёсиках, но Кэсси всё равно был безумно счастлив. Мне папа Кэсси понравился и я подумал, что надо будет после помолвки обязательно его навестить – как я понял, мистер Уолкер особо частыми посещениями себя не утруждает. И Кэсси не особо пускает, только Лукас ходит к папе постоянно, но ему отец уже не указ. Лукас мне, кстати, тоже понравился так что я подумал, что почти все мои потенциальные родственники приятные люди, а уж одного мистера Уолкера я как-нибудь вытерплю, тем более, что вряд ли нам придётся встречаться слишком часто. Потом папу Кэсси увезли обратно в больницу, Лукас поехал проводить его, а я обратил внимание, что сам Кэсси ведёт себя … странновато. Он то бледнел, то краснел и беспокойно как-то ёрзал. Я бы и дальше оставался в неведении, но папа внимательно посмотрев на Кэсси, тихо сказал: - Ники, я вас сейчас отвезу домой. Кэсси надо отдохнуть. Допёрло до меня не сразу, но когда допёрло, я чуть не подпрыгнул. Течка у Кэсси началась, вот он ведёт себя так странно. Теперь понятно, почему я его запах так сильно чувствую. И я быстренько взял Кэсси за руку – а его уже трясло – пошёл за папой к выходу. Вечер шёл своим чередом, и на наше исчезновение гости особого внимания не обратили. А может, и обратили, но не особо удивились – дело-то насквозь житейское. POV Кэсси. Мне так было жутко стыдно, когда папа Ника понял, в чём дело, но больше терпеть я не мог. Таблетки Лукаса здорово мне помогли более-менее нормально провести ночь, и на церемонии до определённого момента всё было в порядке. Но уже после её окончания и отъезда папы – с ума сойти, как я обрадовался, повидав его – я почувствовал, как внутри меня начала нарастать горячая волна… Ой, ой, ой, кажется началось. Меня несколько раз бросило то в жар, то в холод и я мысленно возблагодарил Лукаса за его таблетки и оставленную в ванной упаковку тампонов. Да, и портного, за то, что пиджак моего костюма был достаточно длинный. Но сейчас состояние у меня было такое… Мне хотелось секса, очень сильно хотелось. А когда Ник взял меня за руку и повёл за папой к выходу, я собрал всю волю в кулак, чтобы не начать обнимать и целовать его на глазах у всех. Слава богу, что дорога в мой новый дом был недолгой. Папа Ника высадил нас у ворот, усмехнулся, развернул машину и уехал праздновать дальше. А мы побежали в дом и поднявшись по лестнице оказались в спальне. Как шёпотом пробормотал Ник, эта спальня отныне была моей. Но мне уже было абсолютно плевать на всё, меня трясло от жуткой смеси страха и желания, и Ник обнял меня и стал успокаивать, хотя я чувствовал, что сдерживает себя он с очень большим трудом. Как-то так вышло, что в процессе успокоения наша одежда куда-то подевалась, и мы оказались на кровати. Прежде, чем мой разум окончательно дал тягу, я ещё помнил, как мне бешено, безумно хотелось касаться Ника… Руками, губами… везде…И как мне нравились его прикосновения… и как мне было ещё немного стыдно, что я весь такой мокрый внутри, но потом Ник стал осторожно входить в меня и стыд куда-то улетучился, а вместе с ним и последние остатки рассудка. А дальше я ничего особо и не помню, помню только, как меня несколько раз колотило от дикого удовольствия, когда мы лежали, сцепившись. А потом я открыл глаза, и наступило утро. Ника рядом не было, и я почувствовал лёгкую обиду. Почему-то мне хотелось, что бы он был рядом, и разбудил меня поцелуем, как в романах, которые так любил читать мой приятель Мири. Ну ладно, надо попробовать добрести до ванной. К моему удивлению, чувствовал я себя совсем неплохо, нигде ничего не болело, а случайные прикосновения к собственному телу, пока я принимал душ, отзывались только лёгкими вспышками стыдного удовольствия. А когда я вымылся, вытерся и накинул на себя уютный зелёный махровый халат, то обнаружил в комнате Ника с чашкой кофе в руках и тарелкой кривобоких, но вкусно пахнувших оладьев в другой. - Ой, - сказал он, - ты уже проснулся. А я тебе завтрак приготовил. Они вкусные, честно. - Ага, - заулыбавшись неизвестно чему, ответил я, - верю. Только пусть он малость остынет, ладно. - Ладно, - заулыбался ещё шире Ник, пристроил поднос на тумбочку и потянулся ко мне. Знаете, а остывшие оладьи с холодным кофе – это самое то! Конец.