Bad Things

— Мог бы хотя бы рассказать. Ну все, я обиделась, — капризно сообщила Ариана, лежавшая на заднем сидении машины. — И вообще, я с тобой не разговариваю! Дана-то трубку тогда не взяла, Кэрол и Табита и капли в рот не берут, а у Мэлани было совершенно не то настроение, поэтому «веселилась» Ари в гордом одиночестве, а в итоге немного увлеклась. Нет, состояние у нее было вменяемое, просто немного все плыло перед глазами, хотелось поплакать под какую-нибудь мелодраму. Ничего необычного. — Я не думал, что это так важно, — хмыкнул Сэм. — Ты в честь этого решила напиться? Познакомились с Мстителями, что такого? Ничего удивительного. — Это для тебя ничего удивительного, — закатила глаза Тэмплтон. — Не удивлюсь, если Дана сейчас где-нибудь на свидании со Старком. Да и вообще, как это может быть не так важно? — Клинт и близнецы приехали к Стиву и задержались здесь, потому что детям понравилось, а Клинту тошно в доме без Лоры. Тони — это Тони. Что здесь важного? — поинтересовался мужчина. Забирать сегодня подвыпившую Ариану из бара явно не входило в его планы, но выбора не было. Забредет еще куда-нибудь. — Ты там живая? Спорный вопрос. Ее немного укачало, хотелось спать и творить всякие глупости. А потом жалеть о том, что сделала. Но так ведь даже веселее! Ариана улыбнулась собственным мыслям, задумчиво разглядывая профиль Уилсона. Признаться честно, Сэм такой мужчина, в которого грех не влюбиться. Он заботливый, добрый, уютный, с ним элементарно чувствуешь себя, как за каменной стеной. Ари улыбнулась еще шире. Хотела озвучить свои мысли, но не могла вспомнить правильные слова. Так и ускользали. Обычно бесстрашная, почему же сейчас она боится счастья? У девушки вырвался смешок — это ведь строчка из их песни, прозвучавшая в голове голосом Мэлани. Она всегда радовалась, когда они исполняли ее. — Сэм, я тебя люблю, — весело произнесла Тэмплтон. — Не так, как друга. А ты меня? Сэм, ты же меня любишь? В ответ — молчание. Ариана не могла видеть лица Сокола, но ее сейчас это не волновало. Было так спокойно-спокойно. Мечтательно улыбнувшись, Ари поудобнее устроилась на сидении и прикрыла глаза. Как раз будет время немного прийти в себя, пока они едут. А Сэм невольно вспомнил услышанную от кого-то однажды фразу. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.

***

Но после недолгого сна ее развезло еще сильнее. Необычайно жизнерадостная Ариана повисла на шее Сэма, едва только они остановились, безостановочно хихикала, говорила глупости. Желание творить непонятно что никуда не пропало, даже наоборот, оно выросло в несколько раз. Только вот что именно? Задумчивая Тэмплтон, которую Сэм чуть ли не нес на руках, вдруг осознала, что если она призналась ему в любви, в чем была не очень-то уверена, то почему бы и не поцеловать его? А что такого? Она не в себе, ей можно! Усмехнувшись, Ари, недолго думая, исполнила свое желание. Губы у Уилсона были с привкусом утреннего кофе. На поцелуй он, как и ожидалось, не ответил, только мягко отлепил от себя разбушевавшуюся девушку. Расстроилась ли Ариана? Нет. Хотя бы попыталась же. — Ты серьезно? — внезапно спросил Сокол, возясь с дверным замком. Давно надо бы его поменять. Иногда еле открывается. — Про любовь. Ты серьезно? — Я говорила, что люблю тебя, но я солгала… — мурлыкала себе под нос Тэмплтон строки из их с девочками песни. — Потому что любовь никогда не поднимала меня на такие вершины… — Ариана Нормани Тэмплтон. — Я говорила, что люблю тебя, но я солгала, потому что в этот раз все идет совсем иначе, — продолжила Ари, намеренно игнорируя мужчину. На самом деле, она и сама не знала, что на нее нашло. Просто действительно хотелось творить глупости. И быть вредной. Продолжая напевать написанные с девочками строчки, Ариана первой вошла в квартиру и, немного пошатываясь, направилась к себе в комнату. — Ты единственный, кто заставляет меня покрываться мурашками… — Предполагаю, что завтра я должен сделать вид, как будто ничего не было, — пробормотал Сэм, закрывая дверь и бросая ключи на тумбочку в коридоре. Хотя, надо сказать, не проводить взглядом соблазнительно покачивающую бедрами Ариану было достаточно трудно.

***

— Спроси у Сэма, Ари! Я уверена, что он знает! — взбудораженно говорила ей Мэлани утром следующего дня. Не поленилась приехать. Ариана, у которой жутко болела голова, пряталась под одеялом. — Ариана Нормани Тэмплтон! — Не называйте меня так! — послышалось обиженное из-под одеяла. Показываться Ари не хотела. Она судорожно пыталась вспомнить, что творила вчера. Мэл хмыкнула, прекрасно понимая, что кое-кто вчера набедокурил. Надо было не давать ей пить. Но разве Ариану остановишь? Никогда. Послышался звук открывающейся входной двери. Когда Хансен пришла, Ари находилась дома одна, Сэм отправился в ближайший супермаркет, а сейчас, видимо, вернулся. Судя по тому, какой трагический вздох издала Тэмплтон, ее хулиганство было связано именно с Уилсоном. — В любви призналась? — предположила Мэл. — Поцеловала? Или… боже, Ари, тебя же не так сильно унесло? Ты же немного выпила. — Походу, все вместе. Кроме последнего, — тихо отозвалась Ариана, смутно вспомнив, как вчера исполняла Сэму строчки из «I Lied». Он, конечно, должен понять, что это просто была маленькая глупость, что Ари немного увлеклась, но ей действительно стало неловко. И что теперь Сэм подумает? Что она реально в него влюбилась? Нет, Тэмплтон, конечно, очень привязана к мужчине, но чтобы любовь… Или все-таки да? Папа часто говорил, что пьяные люди обычно озвучивают то, что на уме у трезвых. А вдруг Ариана вчера сделала то же самое? Черт. Запуталась? Еще как. Потом с нее вдруг решительно стянули одеяло, убирая его в сторону. Вручили Принцессу под бок, заботливая и только что погулявшая шпиц тут же кинулась вылизывать лицо хозяйки. Повернулись к Мэлани. — Дай телефон. У меня, кажется, остался номер Пьетро. Нет, все-таки в Сэмюэля Уилсона грех не влюбиться…