i lost him.

"Черт." Всматриваясь в фотографию, Кагеяма улыбался, лежа на кровати. Электронные часы, что стояли на полке, показывали 3:17. Сон совсем не хотел накатывать на него с полной силой. Он не мог нормально спать и есть уже пару дней, когда состояние Шоё начинало ухудшаться. Но сейчас, на телефоне светился маленький, рыжий мальчик с коротенькими косичками на голове. Он улыбался, закрыв глаза. Он радовался, не смотря на то, что происходит. И, черт его дери, он был таким милым! Не закрыв фотографию, но отложив телефон, Тобио взял в ладони свой волейбольный мяч, подкидывая его к воздуху снова и снова. В голове крутилось слишком много плохих мыслей, они буквально разрывали его на куски, из-за этого хотелось кричать, носиться по комнате и плакать. Но, пока он рядом, сеттер делать этого не намеревался. Он должен только верить и быть вместе с ним, быть поддержкой. До конца. Взгляд падает на телефон, что лежал сбоку. Фотография Шоё все еще радовала взгляд, Тобио вновь улыбается. Но как только поверх него высвечивается оповещение о звонке, тот лишь нахмурился. Дубина. И что ему не спится? Как только Кагеяма поднес телефон к уху, он сразу покрылся мурашками, руки задрожали. На другом конце был совсем не Хината, а голос мужчины, наверное, в возрасте. Он тяжело дышал. - Здравствуйте, Кагеяма Тобио? Сердце бешено забилось. Знакомый голос главврача, что объяснял ему проблему Шоё. Мужчина закашлялся, продолжая разговор, несмотря на молчание со стороны Кагеямы. - Это главврач вашего друга. Хинату Шоё отправляют на операцию прямо сейчас. Молчание. Брюнет широко раскрыл глаза, зрачки уменьшились, а рука, словно в конвульсии, трясла телефон у уха. Стиснув зубы, Кагеяма нахмурился так, что было больно, а на глазах стали собираться слезы. В голове были лишь вопросы. - К-какого..? П-подождите, какого черта произошло?! - повышая тон и тяжело дыша, в панике говорил Тобио. Мужчина глубоко вздохнул. - Сильная рвота, головная боль, припадки и психическое расстройство. Я уверен, вы бы не хотели видеть все происходящее с ним в тот момент. Пустой взгляд, устремленный в стену. Рука бессильно падает, после чего, Кагеяма, словно взбешенный, кидает мобильник в стену, от чего тот вдребезги разбивается, падая на пол. Брюнет хватается за голову, сжимая в кулаках собственные волосы. Он хочет закричать, но выходят лишь приглушенные, пугающие звуки. Картинка Шоё, что улыбается, сидя с косичками на голове, превращается в тусклую, серую, после разваливаясь на кусочки. Больше ничего, совсем ничего не осталось.

***

И, конечно, Кагеяма единственный человек, кто в три часа ночи несется по улице, чтобы успеть в больницу. Ноги не слушаются, он запинался и чуть ли не падал уже раз десять, но не останавливался. Сильный ветер сдувал выступавшие слезы с щек. В голове стоял его счастливый образ, что мутнел, мутнел, сменяясь другими картинками, что так же сгорали в его разуме. Он тряс головой, чтоб хоть как-то успокоиться, но все было бесполезно. С каждый шагом он ускорялся, в поле зрения уже виднеется госпиталь. Он успеет. Мальчика с рыжими волосами уже везли на странном приспособлении в один из кабинетов. Он плакал, дергался, изо рта лились слюни, а из глаз слезы. Уже поднимаясь по лестнице, Кагеяма слышал его короткие крики и возгласы медсестер. Как только он увидел его, сердце остановилось. Он был в ужасном состоянии. Самом, черт возьми, ужасном. Но на его голове все еще виднелись маленькие косички, лишь увидев их, по щеке скатилась слеза, оставив мокрый след. Хината схватился за ручку койки дрожащей рукой, сжимая ее со всей силы. Он постоянно открывал рот, пытаясь выдавить из себя крики или несвязанные слова. Тобио не мог пошевелиться. Он кое-как подходил все ближе к паникующим и собирающим все приспособления для операции медсестрам в розовой униформе. - КАААГЕЕЕЯЯЯМАААААА!!! - отчаянный крик заполнил пустоту в ушах Тобио, из-за него он словно очнулся, и стерев с лица все слезы, рванулся к Хинате. Одна из медсестер вколола ему что-то в плечо, от чего Шоё бессильно расслабился на койке, а рука, что с силой сжимала ручку, бессильно упала на белое покрывало. - Хината! Хината! - Тобио стоял в дверях, но две медсестры не могли пустить его. Он бился в слезах, и дверь закрылась прямо перед его носом. Пустота в его душе. Грусть, непонимание, паника, истерика. Кагеяма чувствовал все это. "П-почему?" Серая фотография его улыбки. "Это конец?"

***

Яркий свет над бледным телом. В рот вставлена трубка, из руки тоже торчит какая-то странная трубка. Вокруг Хинаты скопились доктора, врачи в масках. На всю палату раздается медленное "пи-пи-пи" от какой-то машины. Его сердцебиение становилось все медленнее. "Еще раз!" На стеклянном столике лежат окровавленные медицинские ножи, ножницы, кровавые пятна окружают абсолютно все. "Еще раз..." С лица доктора капает пот. Понимает, что все ухудшается - он сам совершает ошибки. Его руки начинают трястись, он не сможет ничего сделать. Он кричит медсестрам, чтоб они принесли ему один предмет, а те, вздрогнув, спешат принести ему это. Он пытается. "Еще раз, еще, еще раз!" На экране появляются нули. Одинокая, длинная полоска и длительное "Пи-и-и", из-за которого зазвенело в ушах. "Не может быть. Нет!" Находясь в зале, Кагеяма рванулся к нему, собирая мячи с дикими криками. Освобождая легкие, он бежал, падал, ударялся но снова вставал, делая себе больнее. Он закричал, захлебываясь собственными слезами. Горячие слезы скатывались по щекам, падали и разбивались о его форму. Воздуха не хватает, он просто не успевал дышать. Он постоянно кашлял, задыхался, не в силах перестать плакать. - Этого не может быть! Встав в самом конце зала, рядом с мешком мячей, он брал каждый из них и с криком бил по ним с огромной силой. С каждым ударом по руке пробегали мурашки, ладонь горела, словно пламя одаряло ее своим ударом. - Еще раз! Ударяет снова, снова, снова. Слезы слетают с его лица даже не успев прокатиться по щеке. Его красное, влажное лицо выражало лишь боль, горесть и злость на самого себя. - Я столько всего не успел!.. Я! Я не смог ничего сделать! Я не был рядом с ним! Я виноват! Я виноват перед тобой, Хината. П-прости меня.. Крики утихли. Он продолжал всхлипывать и панически кашлять. После осталось лишь его тихое, сбитое дыхание. Он сел на пол, облокотившись на стену, снова не сдерживаясь. Закусив губу, Тобио чуть ли не вырывает из головы волосы. - Прости меня... "Крики радости разносились отовсюду. Наша команда победила. Черт возьми, да! Скрыть восхищение было просто невозможно! Мы попали на национальные, победив Шираторизаву, и нас ждет еще так много впереди! Все мы, все вместе, будем побеждать, разносить наших соперников в клочья! Все вместе. Но теперь это невозможно. Мы не вместе. Он не с нами. Я не рядом с ним." - Кагеяма? - голос Дайчи туманит мысли. Все воспоминания, что всплыли в голове Тобио, расплылись, пропали, почернели и сгорели. - Как ты себя чувствуешь? "Как я могу себя чувствовать? Как? Как? Да, я в порядке. Хината скончался только что, я в порядке. Лучше и быть не может." Молчание. Если бы он ответил, это было бы грубо. Он должен хоть как-то сдерживаться. Хлопок в ладоши. Дайчи-сан стоит посередине зала. - Друзья, - Савамура тяжело дышал, еле сдерживаясь. Он, как капитан команды, должен быть сильным. - Хинаты... Больше нет. Дайчи, объясняя, все-таки проронил слезы. Сколько криков и истерик. Даже Тсукишима, который постоянно шутил над Шоё, был шокирован. Все в этот день были серьезными, тренировку отменили. Хотя, играть без коротышки будет сложно. Всем будет трудно оправиться, но Кагеяма, наверное, вряд ли когда-нибудь отойдет от этого. Он просто не мог поверить в это.

***

Прошла целая неделя. Сидя в школе, Кагеяма кое-как учился. Словно его смысл жизни пропал. Все цвета жизни пропали. Пропал Хината Шоё. Каждый день его рвало, как только он представлял рыжика. Он умирал внутри, слезы каждую ночь разбивались об одеяло. Разбитым вдребезги голосом он каждое утро желал доброго утра Хинате, а ночью желал доброй ночи. Ему так хотелось, чтоб он был здесь, чтоб они были вместе. Ведь они столько всего не успели. Кагеяма даже не рассказал ему, что... ...что любит его. И теперь он не сомневался в этом. Лишь потеряв его, он точно понял это. Все это время его терзали сомнения, да и сам Хината бы не понял его. Все стало бы только хуже. Но хуже чем сейчас бы не было. Вечер. Очередная тренировка прошла отвратительно. Вся обстановка в зале угнетала. Брюнет остался, чтобы собрать мячи. Все уже ушли. Никто не получал веселья от игры, а связующий Карасуно играл отвратительно. - Кагеяма! Брюнет уже собирался уходить, как сзади его зовет знакомый голос. Он оборачивается, широко раскрыв глаза. Позади него, с ухмылкой, стоял рыжий мальчик. Он звал его по имени. - Хината?

***

- Я подумал, что тебя и правда уже нет. Слезы не могли остановиться. Он обнимал Хинату, что улыбался и обнимал его в ответ. - Нет, Бакагеяма. - он усмехнулся. - Я здесь. Они разговаривали. Время близилось к ночи, школа уже перестает работать. Собрав все мячи, они сидели посередине зала, держась за руки. Кагеяма не понимал, но и не хотел понимать. Лишь бы он был рядом. - Ка... Кагеяма? - за дверью слышится осторожный голос Ячи. Оба подняли голову. - Здесь... Здесь никого нет... Кагеяма обернулся. Его накрыла дрожь. Рядом сидящий Шоё словно испарялся. - Ах, ты права. - он встал с пола, тыльной стороной руки стирая слезы. - Здесь никого нет.