Tomorrow

Мы молча идем по улице. Осень противная, зябкая и холодная, и перед глазами у меня серый асфальт, серое небо и серые лысые деревья. Все листья давно осыпались и почернели. Я определяю то, что Юнги рядом лишь по его шаркающим шагам, потому что из-за капюшона, натянутого по самый нос вижу только лужи перед собой. Мы доходим до остановки, я поворачиваюсь и смотрю на него. Он похож на нахохлившегося воробья, пытаясь спрятать нос в вороте куртки, засунув руки в карманы. Ветер лохматит и путает его волосы, что опять же еще больше делает его похожим на пытающуюся согреться птицу. Его щеки покраснели, и он, наверное, хотел бы сейчас утонуть в своей куртке, спрятавшись там от этого дикого ветра, холода и слякоти. Юнги выглядит безумно маленьким, и у меня возникает странное чувство. Я думаю о том, что сейчас хочется обнять его, запихнуть его руки себе под куртку и уткнуть замерзшим носом в свою шею. Я загоняю эти мысли подальше, желая ударить себя прямо сейчас. Подходит его автобус. Он кивает мне и уходит, а я остаюсь стоять на остановке, провожая взглядом его спину. Смотрю, как он нелепо и немного неуклюже заваливается в полупустой транспорт, садится на свое место, а потом смотрит в окно. Мы встречаемся взглядами. Я внезапно даже для себя широко улыбаюсь и машу ему рукой. Мин лишь презрительно отворачивается от окна. Я выгляжу и чувствую себя как идиот, разворачиваюсь на пятках и бреду в сторону дома Намджуна. Надо накормить друга таблетками и впихнуть в него хотя бы немного фруктов, которые принес Юнги. Мысли о его взъерошенных волосах, красных щеках и полуприкрытых от ветра глазах с короткими черными ресницами я пытаюсь засунуть глубоко и надолго, но они настойчиво лезут в голову. Пожалуй, это ненормально, думать о нем в таком ключе. - Чай… - В комнату вползает Намджун, чихая, хрипя, и очень правдоподобно изображая из себя болеющего простудой зомби. Я кидаю таблетку прямо в напиток, смотря как она с шипением растворяется и ставлю чашку на стол. - Намджун-а, можешь сказать мне кое-что? – Спрашиваю я, садясь напротив друга. Я столько времени провожу с ним, что будет совсем не удивительно, если я тоже слягу с болезнью. Хотя… может тогда Юнги будет заботится обо мне также… Сегодня мои мысли определенно точно не о том. Он ёж-убийца, Хосок, не забывай об этом. - Что? – Намджун закидывается чаем, и его лицо, кажется, начинает приобретать человеческий оттенок. - У Юнги есть девушка? – Я и мой язык. Я знаю, что не должен был это спрашивать. Да и черт возьми, какое мне дело. – Мне просто интересно, кто может вынести это… чудо. - На сколько я знаю, нет. – Я почему-то облегченно выдыхаю, - Но, кажется, ему кто-то нравится. Я не уверен. – Черт. Да кто мог его заинтересовать? Он придирается ко всему, что видит, кто этот человек совершенство? Она должна быть очень хорошенькой, определенно. Намджун смотрит на мою внутреннюю борьбу и усмехается. - Юнги, конечно, кажется холодным, но у него тоже есть чувства. Он на самом деле довольно ранимый, поэтому не любит подпускать людей к себе близко. Мин давно закрылся от всего мира, выстроил стену между самим собой, и остальными людьми. – Нам допивает чай, смотря на кружку подозрительным взглядом. Наверное, почувствовал вкус таблетки. Я немного поникаю из-за его слов. О да, стену между ним и миром я заметил. И я не знаю почему, но мне хочется через нее пробиться. - Пробьешься. – Я вздрагиваю, потому что Ким, кажется, умеет читать мысли. – Я знаю, ты сможешь. – Он смотрит хитро, и будто бы все понимает, хотя я сам еще ничего не понял. - Что ты имеешь ввиду? - Юнги славный. Просто дай ему возможность раскрыться. Я знаю, вы подружитесь. – Подружимся. Конечно. Он имел ввиду дружбу. Чон Хосок, у тебя никогда не было небесного цвета наклонностей, почему они внезапно начинают намекать на свое присутствие, да еще и к такому человеку, как Мин Юнги. Мне срочно нужна девушка. Определенно. *** - А потом он сказал, что ему не нравится мой маникюр! Блять. Да как же меня угораздило то. Я попросил своего друга устроить мне свиданку с какой-нибудь девушкой, потому что голубые мысли в моей голове начали цвести и размножаться. И вот я сижу в кафе, а напротив сидит существо, которое даже девушкой назвать можно с натяжкой. Нет, внешне все в порядке, а вот с мозгами, кажется, проблемы. Их нет. Про своего бывшего, подруг и маникюр она треплется уже полтора часа, удачно перепетая между собой все три составляющие своего рассказа. Я лишь пытаюсь улыбаться, кивать, и открыто не показывать, что мне абсолютно похуй, и хочется уже в который раз пробить себе лоб ладонью. Она все открывает и закрывает свой рот с пухлыми, вульгарно накрашенными губами, которые я уверен подарила ей пластика, а я подумываю о том, чтобы сходить и проведать Намджуна. - Кстати, мне прическу делала моя подруга, она даже не профессионал, но я ей доверяю. – Она улыбается, и кокетливо поправляет светлые локоны, которые ей скорее всего завивали в салоне три часа. А я вспоминаю выжженные и жесткие волосы Юнги и его длинные пальцы. - Потрясающе. – Лениво отзываюсь я, замечая в ее глазах радостный блеск. Она носит голубые линзы и пытается втирать мне, что это ее натуральный цвет глаз, потому что она вообще-то на половину англичанка. У меня под веками холодный и колючий взгляд черных, как бездонный колодец, глаз. - Ой, прости, мне нужно уйти, я обещала подруге, что забегу к ней на работу, сделаю ей маникюр. – Она встает, берет в руки сумочку, подходит ко мне, улыбается и чмокает меня в щеку. Я буквально чувствую, как по моей щеке расползается противная ярко розовая липкая помада. Хочется сейчас же вымыть лицо с мылом, и на всякий случай продезинфицировать. Но я лишь киваю, стараясь мило улыбаться. - Созвонимся. – Девушка выходит из кафе. Я хватаю салфетку и начинаю яростно тереть кожу на щеке. Расплачиваюсь, вздыхаю, и выхожу. Собираюсь уже повернуть за угол кафе, как слышу голос, который мне за два часа безумно надоел. - Я его точно подцепила! Ты бы видела, как он смотрел на меня, все то время, что мы были вместе! Но я, конечно же, ушла пораньше, чтобы он думал, что у него не так много шансов. – Ой бля. Я выхватываю из кармана джинсов телефон, набирая другу. - Чимин, чтобы я эту жертву пластической хирургии больше никогда не видел. – Этот мудак ржет мне в трубку, я слышу на фоне незнакомые голоса. - Что такое, не понравилась? - Иди нахуй. Я девушку просил, а не существо с обработанными интернетом мозгами. Если от них, конечно, еще что-то осталось. – Такими темпами меня покинет вся моя натуральность. - Хен, а ты уверен, что тебе девушка нужна? Может парня подогнать? – Он опять ржет, а я хочу уже выкинуть к херам телефон. Обратится с этим к Чимину было большой ошибкой. - Чимина, ты там где? Возвращайся. – Я хочу уже что-то сказать, как слышу на фоне незнакомый голос. Он говорит что-то еще, Чимин отвечает, и я думаю, что это в принципе не то, что должно меня волновать. - Ладно, мне нужно идти. – Чимин говорит торопливо и взволнованно и не успеваю я попрощаться, как он отключается. С Чимином я знаком года три, мы вместе танцуем. Он забавный, и вообще-то добрый, но любит постебаться надо мной и иногда бывает конкретной задницей. Последнее время мы редко видимся, он все пропадает с кем-то. Надо зайти к нему. Я запихиваю телефон обратно в джинсы, вздыхаю, ерошу свои волосы. Кажется, девушка не вариант. Я уже и не помню, как с ними общаться. Несколько лет все что я делаю, это пропадаю в танцевальном зале, иногда возвращаясь домой чтобы поспать и взять пару вещей. Еще выдаются такие дни, когда я могу погулять по городу или зайти к Намджуну. Кстати, с его болезнью я совсем забросил тренировки. Внезапно понимаю, что безумно хочу танцевать. Срываюсь и иду на остановку, забегая в подходящий автобус. До студии ехать пять остановок, но они почему-то даются мне мучительно тяжело. Выскакиваю из автобуса, буквально бегом добегая до здания. Поднимаюсь по лестнице, забегаю на знакомый этаж. Поворачиваю, отсчитывая шаги до знакомой двери, и внезапно врезаюсь во что-то. Что-то падает и матерится громко и несдержанно на весь этаж. Я узнаю знакомый голос, светлую макушку и черные холодные глаза. Он смотрит зло и отталкивает мою руку, которую я протягиваю ему, желая помочь подняться. - Что ты, блять, здесь делаешь?! – Он встает, отряхивается и поднимает сумку, что упала с его плеча. Я удивленно смотрю на него и до меня медленно начинает доходить смысл всего происходящего. Юнги здесь. - Я… Танцую здесь… - Говорю я, наблюдая за его реакцией. Он приподнимает в удивлении бровь, всем своим видом говоря «ебать, ты еще и танцуешь». – Я на тренировку иду… Посмотреть не хочешь? – Вообще-то я не люблю танцевать перед кем-то, но ему я хочу показать. - Нет. – В принципе, другого ответа я не ожидал. Я киваю, чувствуя, как на меня волнами начинает накатывать грусть. Обхожу его, хлопая по плечу, и скрываюсь за дверью зала. Мне определенно нужно потанцевать. Кидаю рюкзак в угол, подключаю телефон к колонкам и врубаю музыку на всю. Разминаюсь, чувствуя, как мышцы приятно тянет после долгого перерыва, а внутри что-то волнуется в предвкушении. Тело чувствует ритм, я начинаю двигаться в такт музыке. Сначала делаю плавные движения, волны, повороты, разминая плечи. Потом любимый поппинг, шаги, прогоняю базу. Чувствую, что мышцы разогрелись, и во всем теле от пяток до кончиков пальцев безумное желание танцевать. Я просто отдаюсь музыке, ныряю в нее с головой, оставляя все проблемы. Пропускаю биты сквозь себя, повторяю их быстрыми резкими движениями. Теперь вниз, затем снова вверх, поворот, дыхание начинает сбиваться с привычного ритма, а меня накрывает дикое удовольствие и временное чувство свободы и эйфории. Когда мышцы начинают болеть от напряжения я решаю сделать передышку. Смотрю на время, понимая, что танцевал без перерыва больше получаса. Сажусь на пол, смотря на свое отражение в зеркале. Запыхавшийся, с взъерошенными волосами и прилипшей ко лбу челкой. - Ладно, это было неплохо. – Слышу знакомый голос и вижу в зеркале Юнги в дверях. - Ты… - Начинаю я, но он меня перебивает: - Стою тут с самого начала. Кажется, если бы сюда ОМОН ворвался ты бы не заметил. Я чувствую нечто странное, похожее на смущение. Нет, я не сомневаюсь в своих танцевальных способностях, но показывать себя кому-то вот так… - Подглядывать нехорошо. – Единственная фраза, на которую меня хватает. Он, кажется, чувствует неловкость, исходящую от меня и отводит взгляд. - Раз так получилось… - Он внезапно лезет в сумку, роется, что-то пытаясь там найти, а затем достает что-то маленькое и кидает мне. Я ловлю предмет, который оказывается небольшим плейером. – Верни потом. Юнги выходит. Я неуверенно верчу плейер в руках, а потом до меня начинает доходить. Я хватаю рюкзак и вытаскиваю оттуда наушники. Подключаю к плейеру и ,немного колеблясь, все же нажимаю на play.