Глава 3.
6 марта 2017 г., 00:17
В баре как всегда много народу. Тусклый свет, кожаные диванчики, барная стойка. Все как обычно.
Юри сидит за столиком в дальнем углу. Искусственный свет оставляет в тени половину его лица. Он откидывается на спинку дивана, полостью закрываясь от шумного зала.
На часах 21:59. Юри ждет, когда появятся … люди? Он даже не знает, кого ждет.
Свет загораживают фигуры. Кацуки переводит взгляд на часы. 22:00.
— Здравствуй, Синдзи. Или лучше Кацуки Юри? — пришедший мужчина опускается напротив японца. Его серые глаза блестят, предвкушая.
— Откуда вы знаете мое имя? — Юри не удивлен. Он знал, что его настоящая личность рано или поздно будет раскрыта.
— Мы многое о тебе знаем. Но мы не тебя пришли обсуждать, — незнакомец положил руки на стол. Губы растянула радостная улыбка.
Юри мысленно отметил явно дорогие часы на запястье. Мужчины выглядел… богато.
Не дешевый черный костюм, аккуратно завязанный галстук, кольца на руках, уложенные волосы.
Все выдавало в нем профессионала в своей области.
— Надеюсь, никто не узнает о нашем разговоре. Никто не следит?
— Юри, ну что ты. Мои люди все проверили.
— Тогда ладно. Что вам нужно? — Юри сплел пальцы. Кривая ухмылка отразилась на его лице. Карие глаза смотрели внимательно, изучающе.
— О, совсем немного. Раз уж не смог убить Никифорова, то поработай на меня. Будешь моим информатором, Юри, — незнакомец провел рукой по руке Кацуки, — взамен мы вернем твоего дражайшего друга.
Юри отдернул руку.
— Я согласен, — будто у него оставался выбор, — но мне нужно подтверждение того, что Пхичит Чуланонт жив.
— Юри, ты мне не веришь? — сидящий напротив рассмеялся.
— Вы еще не представились, — Кацуки смотрел прямо в глаза незнакомца.
— Ох, прошу прощения, меня зовут Диас. Диас Версетти. Приятно познакомиться.
— Взаимно, — Кацуки холодно посмотрел на него.
— Что ты такой серьезный, а? — Диас поправил прическу.
— Я все еще жду доказательств того, что Пхичит Чуланонт жив.
— А, точно, я такой забывчивый. Надеюсь, простишь мне, — очаровательно улыбнувшись, произнес Версетти.
Достав телефон, он включил видео.
— Смотри, вот твой Чуланонт, и даже живой, — на видео Пхичит сидит в подвале, привязанный к стулу. Опущенная голова поднимается, открывая взору кровавые подтеки и синяк на скуле. Он улыбается, жестоко, немного сумасшедше.
Юри смотрел и не мог оторваться. Еще недавно его друг весело улыбался. Это все из-за него. Он совершил ошибку. Он не допустит ее повторения.
— Прекрасно, — на лице Юри ни один мускул не дрогнул, хотя в груди сжалось.
Он прикрыл глаза, а когда открыл, то увидел на столе визитную карточку.
— Звони в любое время, малыш, — Диас игриво подмигнул. Кацуки передернуло.
— Обязательно.
— Попробуй втереться в доверие к Никифорову. А если не выполнишь задание, мне придется тебя убить, — его лицо резко изменилось, — тебя и твоего друга.
— Я Вас понял. Всего хорошего, — Кацуки поднялся, не забыв забрать визитку со стола.
— И тебе, Кацуки Юри. И тебе, — мужчина все так же сидел за столиком. Серые глаза задумчиво уставились в стену.
Определенно, Никифорова нужно уничтожить. Слишком много власти в преступном мире он имеет.
***
— Привет, помнишь меня? — голос Виктора звучал весело. — Да, Никифоров, чего тебе? — голос говорящего звучал тихо и серьезно. — Я рад, Отабек. У меня к тебе просьба. Не присмотришь за Юрочкой? У меня тут дело намечается, а оставить его с кем попало я не могу, — Виктор стоял напротив зеркала, расчесывая волосы. — Это тот, что матерится много? — Виктор почти увидел, как тот закатывает глаза. — Ага. Ну так что? — Хорошо. Адрес кинь. — Договорились, — Никифоров отключился и бросил телефон на кровать. За окном темнело. В номер позвонили. — Вы Никифоров Виктор? Пиццу заказывали? — молодой курьер с безразличием посмотрел на клиента. — Да, это я. Спасибо, — Виктор расплатился и забрал пиццу. Никифоров прошел сразу в соседний номер к Юрию. — Эй, Юрочка, кушать будешь? — с милой улыбочкой сказал Виктор. — А что? Пицца? Да, буду, — «Юрочка» облизался. — Я поговорил с Отабеком, с завтрашнего дня он твоя нянька. — Я и сам могу посидеть, заебал уже, Никифоров. — Ну, не матерись, Юрочка, — подросток скривился на такое обращение. — Мне уже шестнадцать. Не маленький. — А вот я считаю иначе. Все, тема закрыта. Завтра я отлучусь на пару часов. Все, я к себе. Не засиживайся. — Ты не мой отец, чтобы указывать мне, что делать. — Я несу за тебя ответственность, в первую очередь, перед Николаем. Так что не возмущайся. Виктор уже у себя в номере скинул адрес отеля Алтыну. Через минуту телефон пиликнул, извещая о приходе сообщения. «Подъеду завтра к 9 утра.» «Ок» Алтын нравился Виктору своей серьезностью и ответственным подходом к делу. Он не задавал лишних вопросов, не лез не в свое дело. Работать с ним было замечательно. Никифоров полез к ноутбуку, проверять новости. Но неожиданно грудная клетка начала жечь. Виктор сцепил зубы и прошел в ванную, к зеркалу. Сняв футболку, он увидел, как татуировка начала проявляться еще сильнее. На его груди с левой стороны вырисовывалась вязь из роз. Кровь текла из ран, тонкими ручейками достигая края штанов. Нестерпимо жгло. Так же, как тогда, когда он должен был заключить сделку. Именно тогда его метка начала проявляться. Обработав раны и кое-как перевязав их, он ушел спать. Любое движение причиняло боль, и Никифоров долго не мог уснуть, пока не выпил обезболивающее и снотворное. И отключился, проваливаясь в тревожный и беспокойный сон. А утром его ждала еще одна новость.
