Снег, растаявший в сентябре

Sleeping At Last - Touch NF - Mansion «…Когда мужчины говорят нам грубости, они не знают, как надолго мы это запоминаем, и как нам от этого больно» У.Коллинз

      Я металась по спальне, как загнанный в клетку зверь.       Бурно отчихвостив себя, на чём свет стоит, скользнула взглядом по настенному зеркалу. Касаюсь ладонью до горящих губ. К чему в следующий раз приведет моя излишняя порывистость? Определенно ни к чему хорошему.       Самое безнадёжное дело на свете – пытаться точно определить характер человека, ведь каждая личность – это клубок противоречий, а тем более личность одарённая. Наши отношения превратились в аттракцион из бесконечных зигзагов и спиралей. Никогда заранее не знаешь, куда повернет в любой момент.       Ты обещала себе, что не совершишь ту же ошибку, но настолько притягательны эти грабли?       Когда, наконец, одолевающие меня треволнения улеглись, вернулось прежнее негодование. Как говорится, получите, распишитесь - влезть в чужой дом, чтобы впоследствии использовать как ручную лаборантку – сколько наглости может уместиться в этом мужчине? Почему этот невообразимый зазнайка так уверен, что ему снова сойдет всё с рук?       Ручная лаборантка. Смешно. Иного руководства по применению просто не существует. Оглядев свой слегка примятый вид, обреченно выдыхаю. Пойти на поводу у детектива – значит предоставить ему оружие – т.е. меня можно не воспринимать всерьез, не то, что считаться. Второй пункт – довольно настойчивая просьба старшего Холмса. Кем бы ни был этот загадочный человек, имевший неосторожность связаться с мадам Доминанткой – от всей души мне тебя жаль.       Унылое зрелище - вновь и вновь я борюсь со своей собственной гордостью. Раз я присутствую и дальше в его жизни, то пора мирится с неизбежностью, но теперь мы играем по моим правилам. – Если ты выдернул меня в такую рань, чтобы в лишний раз показать своё превосходство, ей Богу я придушу тебя твоим же шарфом, - оправив блузку, выхожу в гостиную. Выразительная тишина послужила мне ответом – Холмс исчез так же молниеносно, как и появился. Замечательно.

***

Тремя часами ранее - Надеюсь, у тебя хорошие новости, Басти, - мужчина, переступивший порог квартиры, чуть хмурит брови - уменьшительно-ласкательное прозвище, оставленное далеко в прошлом, неприятно резало слух. Джеймс, вальяжно растянувшись на диване, читал утренний выпуск "Таймс". Первую полосу украшала большая фотография Холмса в его знаменитой шляпе, с кричащим заголовком: "Угроза миновала: Шерлок Холмс разоблачает убийцу-сатаниста, скрывающегося под личиной известного дизайнера". Себастьян отрицательно качает головой - мол, похвастаться нечем. Чувствительный нюх улавливает запах дорогих кубинских сигар, вперемешку с пряным запахом виски. Моран, совсем недавно бросивший курить лишь неодобрительно поджимает губы - шеф каким-то мазохизмом занимается, в глубоко извращенной форме. - Скука-а, - протянул Мориарти, откладывая газету в сторону. Снайпер, кинув чёрную, покрытую дорожной пылью кожанку на пол, шествует в ванну, дабы отмыть последствия своего неблагородного труда. Рваная рана на боку по-прежнему кровоточила, хлопковая футболка, пропитавшаяся кровью и потом, неприятно прилипла к коже. Стиснув зубы, он отрывает присохшую часть ткани от раны, и стянув футболку, с шипением выдыхает. Жить будет. - Не думал, что за внешностью такого брутального парня, скрывается такое нежное и трепетное сердце, - Моран видит в отражении замершего в дверном проеме Джеймса. - Ювелирная работа, сразу видно руку мастера.       Себастьян поворачивается к шефу, излучавшему необычайное для него спокойствие. Кому, как не его правой руке, знать, что это всего лишь видимость, и какие на самом деле демоны обитали в его душе. Те немногие люди, которые удостаивались аудиенции короля преступного мира, за глаза называли его Дьяволом - от чёрных омутов, с искрами затаенного безумия бросает в дрожь. Даже он, прошедший войну, невольно испытывает волнение - никогда не подгадаешь, в каком настроении находится Мориарти. Моран вызывающе вскидывает подбородок: - И что теперь? Накажешь? - Что ты, нет! Это даже забавно, - не успевает снайпер опомниться, как Джеймс оказывается перед ним, ехидно улыбаясь. - Женщины... Не думаю, что она когда нибудь сможет оценить твой подарок... - Если уж на то пошёл разговор, я до сих пор не понимаю, зачем тебе нужна прелестница с навыками безупречной клофелинщицы, - возвращает шпильку Себастьян, доставая аптечку. Он не одобрял отношений своего шефа с этой Ирэн Адлер. Более хитрой и коварной дамы днём с огнём не сыщешь. Сегодня она играет на твоей стороне, завтра - на стороне оппонента. Джим это прекрасно понимает, но почему-то стопроцентно уверен, что полностью контролирует действия женщины. - Держи своих друзей близко, а врагов ещё ближе. Ирэн Адлер чересчур умна для простой шлюхи-клофелинщицы. Побесить Шерлока - довольно стоящее удовольствие. Хотя самый смак еще впереди, - на край тумбочки ложится сложенная вчетверо фотография. В горле снайпера моментально пересыхает: какого....       С усилием подавив разрывающие эмоции, он поднимает вопросительный взгляд на Мориарти. К его удивлению, гений преступного мира не растерял своего напускного благодушия, наоборот, чуть ли не потирал ладошки от предвосхищения скорого развлечения. - Ничто не встанет между нашей дружбой, верно, Басти?       Потрепав его по щеке, он выходит, оставив Себастьяна в растерянности. Мужчина берет наплевательски скомканную фотографию, и едва заметно улыбается. "Обещай, что никогда меня не забудешь. А".

***

      Игра становится всё более увлекательной.       Детектив, с воодушевлением и энтузиазмом ухватывающийся за самую призрачную нить любой головоломки, впервые находится в замешательстве перед самой обыкновенной на первый взгляд женщиной. Если каждого человека он читал буквально насквозь, то с ней с самого начала вышло с точностью наоборот. Чем больше он изучал её, тем больше становилось вопросов.       Кэмпбэлл, подвластная переменчивому настроению, и скоропалительным решениям, напоминала сундук с семью замками. Сколько секретов таится за этой насмешливой ухмылкой и раздражающим упрямством?       Никто не изготовит замок без ключа, так же как жизнь проблему без её решения. Он с трудом отвлёкся от мыслей от экстравагантного поступка Кэмпбэлл, посеявшего сумятицу в Чертогах, сосредоточившись на беглянке Ирэн Адлер - женщине, возвысившей свою собственную хитрость. В памяти шевельнулось одно из стертых за ненадобностью воспоминаний: когда-то он испытывал подобные противоречия, но как всегда не придал этому особого значения.       Детектив в нетерпении набирает один и тот же номер, но автоответчик равнодушно повторяет, что в данный момент абонент занят, и просит оставить голосовое сообщение. Он в раздражении убирает телефон во внутренний карман. Он даже на время позабыл о своей привычке общаться через смс. Чёртова девчонка!

***

      До сегодняшнего утра я думала, что достигнуть наибольшей точки кипения попросту невозможно. Но он снова сумел меня удивить. Эта навязчивая идея поквитаться с Ирэн Адлер, превратилась в какую-то манию, при том, что она без сомнения, подастся в бега. Занятие бессмысленнее некуда.       Прикусив губу, прогоняю мысли о том спонтанном поцелуе, в тысячный раз чертыхаясь. Эмоции - очень ненадëжные советчики. Где твой мозг, когда он так нужен? - Джослин,- окликивает приятный мужской голос позади, заставляя оторваться от своей мысленной казни. - Чтоб вас всех... - разворачиваюсь к нежданному собеседнику, заранее собираясь послать его далеко и надолго. Мужчина в длинном шерстяном пальто, поднимает руки вверх, и делает шаг назад. - Сначала бьёшь, потом спрашиваешь? - уголки его губ поднимаются вверх. - Полегче, тигрица.       Пока я разглядывала незнакомца, злость понемногу стала утихать, сменившись некой растерянностью. Мужчина был довольно красивым - высокий, светловолосый, крепкого телосложения, которое не смогло скрыть объёмное серое пальто и элегантно повязанный клетчатый шарф - запросто мог сойти за дипломата или банковского служащего. И этот ироничный тон, со сквозившими в нём знакомыми нотками, вызвало во мне смутное чувство дежавю. - Простите, мы знакомы?       Он, надувшись, разводит руками, что было несколько забавно, при его брутальной внешности. - Билл. Помнишь такого? - Меня слегка настораживает, откуда ты знаешь, где я живу, господин спаситель, - улыбаюсь я, когда окончательно отлегло от сердца. Станешь тут подозрительной, когда тебя чуть ли не на каждом шагу преследует маньяк. - Не беспокойся, шпионажем на досуге я не подрабатываю. Просто вспомнил, как ты в телефонном разговоре упомянула Бартс. Сложить два плюс два не составило особого труда. И твоя коллега из госпиталя оказалась донельзя разговорчивой, - Молли, просто находка для шпиона. Такую и пытать не надо. Одна проблема - моего мнения уже спрашивать не нужно?       Он, помедлив, продолжает: - Я просто подумал, может поужинаем? Мы так и не познакомились, как следует. Обещаю быть хорошим мальчиком, и не распускать руки. - Какое разочарование, - закатываю глаза, услышав в ответ тихий смешок. Собственно, что я теряю? Очередной одинокий вечер с книгой против тихого вечера в кафе.       "На Шерлоке свет клином не сошëлся", - пронеслись в голове слова Марго, отчего я тихо вздохнула. Здорово, моё подсознание заговорило голосом Уильямс. Докатилась.       Не знаю почему, но этот парень не вызывал у меня привычного отторжения - во всех его слегка сконфуженных жестах присутствовало что-то неуловимо знакомое. Но только что?       Хотя сейчас же опасаться нечего? На самый крайний случай всегда есть электрошокер...

***

"Я знал, что не ошибся в вас, мисс Адлер".       Алые губы женщины расплываются в самодовольной улыбке. Она и не думала, что переиграть детектива получится настолько легко. Столь несущественные отклонения от плана нисколько не подпортило удовольствия от начатой игры. "Я рада, что не разочаровала Вас, мистер Мориарти. Вечером как обычно?"       Милашка детектив хорош, необычайно хорош... Его большая ошибка в том, что он чересчур высокого мнения о себе, и недооценивает противника. Она дала ему достаточно времени, чтобы понять, что преимущество на его стороне, и что было неожиданно, Холмс заглотил наживку. Собственная самоуверенность привела к поражению, и это пока только начало.       Ирэн пролистывает галерею фотографий, и останавливается на последнем снимке. Светловолосой невысокой девушки, по иронии судьбы запечатлённой рядом с детективом.       Что в этой девчонке такого, что ей так заинтересован сам Джеймс Мориарти?

***

      Квартира "221B" на Бейкер-стрит лидировала в моём топ-листе самых странных мест на свете, напоминая собой нечто среднее между логовом безумного шляпника и лабораторией поехавшего ученого. Комната, выполненная в стиле чудаковатого арт-хауса, встретила меня абсолютной тишиной, что было не похоже на еë обитателей: ни звуков стрельбы, ни страдальческих звуков скрипки... - Эммм...Привет? - спрашиваю я в пустоту, тут же споткнувшись о хрен знает откуда взявшуюся огромную стопку книг - они не выдержав такого грубого отношения к себе, тут же со стуком падают на пол.       На шум из кухни выходит Джон, и тут же растерянно замирает, увидев меня с вытянутыми руками и кучей поваленных книг. Я не специально. - Ой, прости, - он торопливо идёт ко мне, помогая вернуть их на место. - Я тысячу раз говорил ему, что не нужно раскидывать их где попало. - Самый страшный кошмар домработницы, - покачав головой, окидываю взглядом скромное жилище. Я, по сравнению с ними, ещё перфекционист. - Не думали? - Когда я собрался убрать их сам, меня укусил огромный паук, которого Шерлок, видимо, использует как закладку. Зачем пугать людей, - усмехается доктор. - Чаю?       Длинной лекции "мой чокнутый сосед превратил мою жизнь в ад" не последовало. Благодарно кивнув, сажусь на диван, тут же обращая внимание на застывшего в своём кресле, как каменное изваяние Холмса. Такое чудесное свойство - быть таким незаметным, пребывая в своём царстве великих размышлений и умозаключений. - И сколько он так сидит? - Полтора часа. По его меркам это еще недолго, - протягивает мне чашку с чаем. - Майкрофт приходил утром, устроил выволочку. Мол, на кону честь королевской семьи, а он и пальцем не пошевелил, чтобы добыть фотографии. Обычные будни.       Понятно, откуда ноги растут. Майкрофт. Так просто я бы тут не сидела. Хотя Шерлок далеко не самый послушный брат. Значит, он сам пришёл к выводу, что от моей скромной персоны тоже есть какой-толк. Господи, о чём я только думаю! Это должно быть самым последним, чем следует интересоваться. - Она прокралась ему в голову.       Тут не нужно особой наблюдательности, чтобы понять, о ком идёт речь. Ирэн. Снова Ирэн. Все нити как всегда сводятся к ней. Нет, я не ревную, я не должна ревновать. Скажу честно, не только на Холмса она произвела довольно сильное впечатление. Я тоже немного поддалась, на еë своеобразное очарование. - Звучит романтично.       Джон, засмеявшись, делает глоток из своей чашки. Кажется, он и сам готов их обвенчать. - Знаешь, я тут подумал... Скоро Рождество. - И? - Мы собирались устроить небольшую вечеринку... Ты не волнуйся, будет не слишком много людей, и... Я буду рад, если ты присоединишься к нам, - вконец смутившись, произносит Ватсон, ожидая моей реакции. Повисла неловкая пауза. Растерявшись от внезапного предложения, я не сразу нашлась что ответить. - Я не уверена, что это хорошая идея, Джон.       Не думаю, что кое-кто будет рад моему присутствию. - Я всё же надеюсь, что ты подумаешь.       Из памяти давно вылетело, когда я в последний раз отмечала какие-либо праздники. Из-за постоянных переездов в попытке хоть как-то наладить свою жизнь, и честно, я не видела особого символизма в каких-то датах. Мой чересчур узкий круг общения, тоже не вызывал желания что либо отмечать.       Не желая обсуждать столь щекотливо-болезненную для меня тему, снова свожу разговор к старшему Холмсу и его привычке всё контролировать. Вот где неиссякаемый источник для жалоб. - Я не понимаю, чего хочет от меня Майкрофт. Чтоб я проявила навыки гипноза? Простите, таковыми не обладаю. Договориться по-хорошему? Увы, попыталась, но как видишь, все сложилось далеко не в нашу пользу, - ставлю чашку на блюдце громче, чем следовало. - Если пряником её не убедить, то стоит попробовать на более понятном для неё языке - кнутом.       Джон непонимающе приподнимает бровь, а я еще раз глотнув чаю, изрекаю: - Спроси об этом своего друга. Между ними чуть ли искры не сыпались.       Улыбнувшись, Джон кидает взгляд на часы, и спохватывается: - Черт, чуть не забыл! Мы с Джанет договорились встретиться в её обеденный перерыв, - виновато переводит взгляд с меня на Шерлока. Видно, он опасается оставлять меня с ним наедине - не улыбается вернуться на пепелище. Решившая игнорировать любые выпады в свой адрес, успокаиваю доктора: - Не волнуйся. Скандалов с битьём посуды и заламыванием рук, я устраивать не буду. В крайнем случае пострадает только его лицо.       Попрощавшись, Ватсон ушёл, а я, еще раз посмотрев на неподвижного Холмса, решаю вымыть посуду, чтобы хоть немного убить время. Раз уж вынудили прописаться здесь на длительное время... - Джон? Джон! - Он не стал дожидаться, пока ты выйдешь из режима гибернации, и ушёл по своим делам, - останавливаюсь в дверях, смотря на оживлённого детектива, что-то выискивающего на захламлённом столике. Тот прекращает своё занятие, и поворачивается ко мне. - Ты? - Нет, папа Римский, - как будто и не было этого утра. - Ты сам вытащил меня из дома, забыл?       Видимо найдя что искал, он снова плюхается в кресло. Сажусь напротив него. - Ты говорил, что тебе нужна моя помощь. Я слушаю. Что за важное дело такое, что ты расщедрился на сто с лишним сообщений?       На что он только отмахивается от меня, как от назойливой мухи. - Теперь неважно. Лучше объясни, что ты выкинула этим утром.       Обречённо закатываю глаза. Согласна, это был самый глупый поступок в моей жизни. Но это было достойной платой за постоянные издевательства надо мной. Детектив поднимает взгляд от экрана телефона. И какого рожна я должна перед ним оправдываться? - Снова будешь отнекиваться? Не притворяйся, ты поняла, о чём я.       Если он надеется развести меня на извинения, пламенные признания в совершенной ошибке, или томные взгляды из-под ресниц - не на ту напал. Нисколько не смутившись, гордо поднимаю голову, посмотрев на него со всей возможной для меня холодностью: - Я просто хотела, чтобы ты помолчал. Хоть один раз в своей жизни. Лучшая защита - это нападение, - цокнув языком, снова смотрю на него. - Теперь доволен? - Вполне. Женская логика анализу не подлежит. Если бы все люди жили одним мгновением, то миру давним давно пришёл бы конец, - откинувшись в кресле с видом человека, только что доказавшего всему миру самую скучную теорему, Холмс рассматривает меня так, словно я снова предстала перед ним в одном полотенце. Надо же, по сравнению с ним, я не могу похвастаться превосходным самоконтролем. Время никого не щадит. - Твой девиз по жизни, не так ли? - Как это мило - когда не знаешь ответа на вопрос, свали всё на женскую логику! Если на то пошло, то как такой великий детектив как ты, мистер Всезнайка, проиграл какой-то выскочке с наклонностями латентной извращенки?       Детектив недовольно морщится, как будто мои последние слова оскорбили его до глубины души: - Мне непонятны твои претензии. Я же вас всех спас, и заодно заполучил телефон с компроматом. И где твоя благодарность? - И самое главное - скромностью не страдаешь. Твоё ликование длилось ровно семь минут, пока дамочка, укутанная помимо твоего пальто, в собственную наглость, сначала отхлестала плёткой, затем одурманила и свалила. Так что не считается, - мстительно улыбнувшись, продолжаю без зазрения совести издеваться над Холмсом. Вся патовая ситуация, в которую оказались вовлечены мы оба, строилась на одном единственном "почему я до сих пор тебя не придушила" и "какого черта я всё еще продолжаю тебя терпеть". За последние сутки я не один раз задавала себе этот вопрос - зачем я только ввязалась во всю эту канитель? Недостаток адреналина? Жалость к обманутому в ожиданиях мужчине? Сомнительная благотворительность.       "У меня врождённая способность противоречить", - мрачно думаю я, как в это время раздаётся женский стон. В одну секунду, я думаю, что мне показалось. В связи с последними событиями у кого-угодно бы съехала крыша. Кому придёт в голову, поставить такой пикантный рингтон, когда каждый день находишься на людях? - Я почти слышу твой мыслительный процесс, и это очень отвлекает. Либо думай потише, либо уходи в другую комнату, - мистер "мне-нет-никакого-дела-до-каких-то-там-правил и этических норм" угрожающе поджимает губы, разом пресекая роящиеся в моей голове вопросы, на самом корню. Конечно, кто придумал эти правила, они для дураков, подобных нам. - Советую тебе быть повежливее с людьми, если не хочешь в один прекрасный день обнаружить в своей чашке яд, - я, конечно говорила не всерьёз, но что поделать, маска фрика и синего чулка сотворила чудо, избавив меня от любых нежелательных знакомств, да и вообще людей мой чёрный юмор не привлекал. Но Шерлок в общие понятия не вписывался, его таким точно не пронять. Тот насмешливо приподнимает бровь: - Угрожаешь? - Что ты, вовсе нет. Просто пытаюсь быть вежливой - далеко не все такие терпеливые, как я, - мило улыбнувшись, принимаю самый безмятежный вид, как будто речь идёт о погоде за окном. Запутанные убийства, это конечно, заманчиво, но детектив - более сложная головоломка, нежели те, которые он привык разгадывать. Его настроение, меняющееся со скоростью света, не дает даже доли возможности угадать, что он выкинет в следующий раз.       Стон снова повторился. Подавив в себе растущее раздражение, которое до этого тихонько томилось где-то в самом Дальнем уголке души и нестерпимое желание разбить этот несчастный телефон об чью-нибудь голову, решаю выпить еще чаю. Нет, я в гостях далеко не так расслабленно себя веду. Просто Джон перед уходом наказал, чтобы я чувствовала себя как дома. Доку виднее. Ну и в общении с Шерлоком, как нельзя кстати придётся хорошее седативное. Или хорошая стопка коньяка...

***

      С того самого разговора прошёл месяц. Я уже успела позабыть обо всех неприятностях, выпавших на мою голову за всё время пребывания на Туманном Альбионе, о исчезнувшей, словно её и не было, Доминантке, о делах государственной важности, и не безграничном терпении Британского правительства. С детективом мы пересекались нечасто, и я не особо стремилась к его компании. Думаю, каждый из нас троих вынес свой урок от данного рискованного предприятия. Я убедилась, что и люди, идеализирующие себя, сродни божества, тоже имеют свойство ошибаться.       Приближалось Рождество. Как я была уверена в детстве - время, когда даже взрослые начинают верить в сказки. Бывают в жизни огорчения - умудриться родиться в рождественский сочельник. Сегодня мой двадцать девятый день рождения, и огромной радости от данной даты, увы, я не разделяла. Когда-то услышала, что в определенном возрасте, человек переступает свой собственный порог грусти - с особым трепетом анализирует количество прожитых лет, сожалеет об упущенных возможностях, и несказанных словах.       Нам суждено терять близких людей, ведь как иначе узнать, насколько они значимы для нас?       С момента раскола семьи, каждое такое сборище разом утратило свой смысл, затянувшись вокруг шеи, как петля. Тихий семейный праздник превратился в пафосный спектакль, устроенный лишь для того, дабы потешить зазнавшихся богачей, и без того ежедневно мелькавших в нашем доме. Удручающий маскарад, на котором я чувствовала себя белой вороной. Весточки от отца с каждым годом сходили на нет, пока в один момент не пришло свидетельство о смерти, в котором говорилось, что он умер в своём доме от проблем с сердцем. Что вызвало во мне удивление - отец никогда не жаловался на здоровье.       Как иногда хочется стать ребенком. Разбитые в кровь коленки заживают гораздо быстрее, чем разбитое сердце... «…- Опять ты со своими цифрами возишься, - я поднимаю голову от раскиданных на ковре белоснежных листов, испещрённых столбцами различных формул. Высокий кудрявый парень, насмешливо улыбается - он никогда не понимал моей тяги к точным наукам. Тигренок - мой первый и единственный друг, связующее звено с моим беззаботным детством. Взяв один из исписанных листов, он садится рядом с мной по-турецки, пробегая глазами по аккуратно выведенным строчкам. - Так сбрендить можно,- он со страдальческим лицом хлопает себя ладонью по лбу, заставляя меня рассмеяться. - Если ты решишь поставить на мне какой-нибудь эксперимент, скажу сразу - я пас. - Какой же ты зануда, - картинно возвожу глаза к потолку, и в ответ слышу тихий смех. После ухода отца он был единственным, кто поддерживал меня - и морально, и физически. Нам никогда не требовалось слов, чтобы понимать друг друга. - Для полноты картины не хватает Джима - вы бы сводили меня с ума своими выходками.       Посмотрев на празднично украшенную ель, аккуратно расставленные яркие коробки, перевязанные блестящими лентами, он хмурится и внимательно всматривается в меня, будто ожидая всхлипа или тихих рыданий. Я только грустно улыбнулась, и опустила взгляд. - Скучаешь по нему?       Толковать по человеку, назвавшему меня предательницей только из-за того, что я отказывалась продолжать семейное дело? Звучит ужасно, но жизнь сама по себе жестокая штука. Близкие когда-то люди становятся чужими, и дороги расходятся навсегда.       Тигрёнок осторожно касается моей щёки, смазывая текущую по щеке слезу. Я не любила показывать свою слабость, и он знал об этом. Но от такого простого жеста всё внутри переворачивается, наполняя каждую клеточку теплом.       Мы находились так близко друг к другу, и поддавшись порыву, касаюсь его губ своими. Несмело и осторожно - будто опасаясь, что одним своим необдуманным действием разрушу то хрупкое доверие, которое уже существует между нами.       Он замер. Не отталкивал, не углублял поцелуй, просто наблюдал за моими действиями. В тот момент я настолько сильно хотела почувствовать, что кому-то нужна в этой жизни, хоть малую толику любви и заботы, что не боялась, что мои чувства в итоге убьют меня. Только не учла одного - обычная детская привязанность не всегда может сойти за любовь. Он внезапно отстраняет меня от себя, отрицательно покачав головой. - Не надо, Джо. - Почему? - Это неправильно. Ты - как сестра, Джо. Позже мы пожалеем об этом. Прости.       С тех самых пор, мы предпочитали делать вид, что ничего не было, но я знала, что этот момент никогда не сотрется из памяти. До тех самых пор, пока Тигрёнок добровольно не призвался в армию. По прошествии нескольких лет его матери пришла весточка, что группа, которой командовал Тигр попала в плен, и все они были расстреляны моджахедами. Я отказывалась в это верить, лелеяла надежду, что раз его тело не нашли, он мог выжить. Но время шло, и оставалалось смириться, что мой друг больше не вернётся. Те слова, которые я так и не смогла произнести, остались безмолвными строчками на обороте старой фотографии..."       Давно я так не прихорашивалась. С самых университетских времён. Обычно мне не требуется так долго вертеться перед зеркалом, чтобы выглядеть прилично. Сегодня как никак праздник, стоит немного постараться. Поджав губы, рассматриваю себя в зеркало. Я достала из недр шкафа синее шелковое платье с неглубоким вырезом, доходящее длиной до колена, пушистую накидку на плечи, и высокие чёрные сапоги на платформе. Немного подумав, распускаю волосы из косы, чтобы свободно падали на спину. Передние пряди и без того постоянно завивались, не придётся с ними возиться. Что ж, надеюсь, это стоит того. - Я уже не надеялся, что ты придёшь, - улыбается Джон, стоило переступить порог дома "221B". "Я и сама не думала, что соглашусь", - естественно, вслух я этого не сказала, только едва заметно улыбнулась в ответ, позволив доктору забрать из моих рук немногочисленные пакеты. Рождество - есть чудо, верно? День, когда можно хоть на мгновение побыть самой собой, не притворяясь кем-то другим.       Но чаяния, что вечер пройдет как нельзя лучше, оказались напрасными. Шерлок, заметно погруженный в свои мысли, умудряется всего за пару минут нахамить Грэгу, Молли и Джону. Доктора это не задело - видимо, он уже привык. Инспектор тоже, предпочел сделать вид, что ехидные замечания обошли его стороной. Только бедная Молли выглядит совершенно раздавленной, кажется она из последних сил сдерживается, чтобы не расплакаться. - Если бы я тебя не знала, то решила бы, что ты проснулся сегодня не с той ноги, - фыркнула я, глотнув шампанского. - Один день без преступлений, грустит один консультирующий детектив. Только должны от этого страдать простые смертные, как мы?       Шерлок впервые обращает внимание на меня. До этого мы весь вечер стоически делали вид, что друг друга не существует. Наверное, было бы большим грехом упустить такую возможность, разрушающая наблюдательность касается и меня: - С чего это ты решила сменить имидж, Кэмпбэлл? Яркий макияж, платье, подчёркивающее фигуру… Как никак, односторонняя романтическая увлеченность. Стоит ли терзаться напрасными надеждами? - Шерлок, умолкни!       Джон, чувствуя дуновение большой ссоры, встаёт между мной и Холмсом. Тот уже явно вошёл во вкус, и как всегда, не обращая внимания а его попытки оставить эту безжалостную экзекуцию: - Подарок, так аккуратно завернутый в бумагу, символизирует серьезные намерения касательно получателя. Очень глупые, очень самонадеянные, - он останавливается, наверняка упустив из вида, привязанную к блестящей ленте карточку. - Он ведь не в курсе, что столь вакантное место для него не долговечно?       Тут моё терпение окончательно иссякло. Кулак автоматически сжимается, и в следующую минуту повисшую в комнате тишину разрезает оглушительная хлесткая пощечина. Он, слегка качнувшись, отходит назад, дотронувшись ладонью до покрасневшей щеки. Замираю напротив него с занесенной рукой. Такое гадкое ощущение, что меня в очередной раз заклеймили каленым железом. Оказалось, я не была всё таки к этому готова. От кого угодно, но не от него. – Не думала, что возможно быть таким ублюдком, - кое-как выдавливаю из себя улыбку, от всей души надеясь, что она не получилась похожей на гримасу ярости. Боже, как же глупо... - Пожалуй, мне следует откланяться. Всех с Рождеством!       Сунув бокал стоящему рядом Грэгу, пускаюсь наутек, казалось, еще чуть-чуть, и ноги перестанут меня держать. Торопясь, едва не скатываюсь с лестницы, только оказавшись у входной двери, позволяю поддаться обуревающим эмоциям, не пытаясь остановить брызнувшие из глаз солёные дорожки. Наверное, весь настрой, с которым я пришла сюда, так и остался витать в заряженном празднеством воздухе. "...Знаешь, ты и я - эта затея заранее беспроигрышна. Я не смогу жить с мыслью, что ты по настоящему мне не принадлежишь, мой уход едва тронет тебя. Но я пожелаю тебе одного, Шерлок, хоть меня уже не будет рядом, смею надеяться ты найдешь своё счастье в ком -то другом, кому повезёт гораздо больше чем мне... " - Мне жаль. Прости меня.       Я настолько погрузилась в себя, что не заметила, что снова скрипнула дверь. В этот момент, я поняла, что всё это время стою, прислонившись лбом к входной двери, не найдя в себе силы даже дёрнуть за ручку. Неужели, он всё-таки догадался прочитать карточку, а не сжигать подарок в камине?       Детектив виновато опустил взгляд, вертя злосчастную бумажку в руках. "...Шерлоку. Надеюсь, что впредь ты будешь добрее к людям. С наилучшими пожеланиями, девушка-имени-которой-ты-всё-равно-не-запомнишь". - Тебе больно. Ты как никогда остро почувствовала своё одиночество, - мужчина делает шаг вперед, сокращая расстояние между нами. - Что случилось с ним?       Даже не буду уточнять, как он это понял. По мимике, по подергиванию пальцев, или по гневному блеску глаз, стоило ему упомянуть моё нынешнее семейное положение. - Теперь это не имеет никакого значения, - грустно улыбаюсь я, убрав упавшую на лицо прядь. Подобных чувств, что были у меня к тебе, я не испытывала никогда и ни с кем, да, и не испытаю. Своим отъездом я сама разорвала свою жизнь на кусочки, поведясь на дешёвые манипуляции. Да, хоть ты и ничего не помнишь, зато помню я, и от этого ничуть не легче. Именно с тех самых пор я решила, что любое проявление каких-либо чувств, вроде привязанностьи приведет меня к пропасти, из которой я теперь не выберусь. - Почему ты заставляешь меня ненавидеть тебя?       Вопрос был риторическим. Шерлок только удивлённо приподнимает брови, видно ожидал чего-угодно - слёз, новой оплеухи, но только не этого. - Не задавай вопросов, на которые не захочешь знать ответа.       Мы не сразу обращаем внимания на вышедшего следом Джона, который уведомил о своём присутствии деловитым покашливанием. Готова поклясться, он слышал всё до первого до последнего слова. - Мне только что звонил Майкрофт. Ирэн Адлер. Еë нашли.

***

      Каждый из нас - театральная пьеса, которую смотрят со второго акта - всё очень мило, но ничего не понять .Ирэн – так и вовсе умещала в себе целый ансамбль женского лицедейства. Её нашли в Риджентс-парке, раздетую, обезображенную и без документов, из-за чего её записали как Джейн Доу. С самого начала меня одолевали сомнения. Интуиция, предчувствие, предвидение - не знаю, как их сформулировать. Некий процент моей уверенности, немного испарился, едва Шерлок её опознал       Жизнь научила меня всегда доверять своей интуиции, она никогда не подводит. Всё нутро твердило, что эта показная смерть – всего лишь игра на публику, чтобы никто не додумался её преследовать. Оставшись в одиночестве, я тщательно изучила тело погибшей. - И тебя с праздником, Джо, - пробормотала я, взяв в руки скальпель. - То вы находитесь на пороге холодной войны, то вместе срываетесь в морг, - первые слова, услышанные утром, были от Джона, с которым я решила поделиться своими подозрениями. Вот кто выслушает, не подняв меня при этом на смех. - Я не просто так тебя позвала, - уронив потяжелевшую голову на руки, наблюдаю, доктор берет папку со стола, знакомясь с результатами вскрытия. Я и сама думала, что мои догадки останутся только догадками, никак не ожидая, что они подтвердятся. Такое бывает только в кино. - Шерлоку стоило бы обратить своё внимание на её ноги. Я понимаю, что всё остальное конечно интереснее, но корявый шрам на щиколотке, для дамочек, предпочитающих торговать своим телом, эта роскошь непозволительна.       Ватсон задумчиво сводит брови к переносице, пытаясь уследить за полётом моей мысли. - Ноги? - Шраму, который оставлен на ноге этой женщины - не меньше трёх лет. В нашу последнюю встречу с Ирэн, мне пришлось заглядеться на её милые лаковые туфли, и никакого намёка на шрам у неё не наблюдалось. - Ты хочешь сказать, что…       Я победно улыбаюсь. - Вероятность того, что мисс Адлер жива и сознательно сымитировала свою смерть составляет девяносто восемь процентов из ста.       После обеда в Бартс явился Майкрофт, и очень настойчиво пытался меня убедить в том, что его младшему брату не стоит знать, что Доминантка на самом деле жива и относительно здорова. Я оказалась, как бы между двух огней- с одной стороны мне было жаль Шерлока, по-своему оплакивающего мисс Адлер, с другой - я не смела нарушить обещание, данное Майкрофту. Правительство вело свою игру, кто я такая, чтобы лезть в чужие кулуарные игры?       Моё твёрдое решение больше ни во что не вмешиваться, длилось всего пару дней. Продлилось бы дольше, если бы не одно сообщение. "Глупо лгать, когда тебя легко уличить. Стыдно, очень стыдно, Джо. Какая теперь разница между тобой, и той девочкой, которая бежит от себя все эти годы? Приходи на Бейкер-стрит. Ты же не откажешься от небольшой игры, правда?"       Взломанный замок входной двери наводит на самые неприятные мысли. Подавив внутреннее волнение, все ещё пытаясь убедить себя, что все это чья-то жестокая шутка, резво поднимаюсь по лестнице. Из-за приоткрытой двери доносились едва слышные всхлипы, сопровождаемые грубоватым мужским голосом, призывающим замолчать. Твою ж... - Знакомые всё лица, - вдруг елейный голос коснулся моего уха, к шее прикасается что-то холодное. - Рад снова видеть тебя, красавица.