Снег, растаявший в сентябре

Hoizer – Sedated IAMX – Bring Me Back a Dog «…Она одевала свою уязвимость в броню дешевой наглости и нарочитой скуки…» В.Набоков «Лолита»

      Я тоскливо смотрела на часы. Всего лишь половина двенадцатого, а казалось, что прошла целая вечность. За один короткий час, мы переделали всё, что было возможно в раннее субботнее утро, и, решив воспользоваться отсутствием живых и неживых посетителей, скоротать время в кафетерии через дорогу.       Пока Молли с завидным аппетитом поглощает свой завтрак, я только уныло ковыряюсь в своей тарелке. Кусок в горло не лезет. В голове проносится вереница отчетливых образов, начиная от моего возвращения в Лондон, заканчивая попыткой моего убийства. Столько событий любого бы выбила из колеи.       До утомлённого недавней бессонной ночью мозга, не сразу доходит, что ко мне обращаются. - Земля вызывает Джослин, как слышно, приём! - Что? – опускаю руку, отчего от вилки отлетает кусочек стейка, едва не угодив в лицо патологоанатома. Та уже успела доесть свои блинчики, и заинтересованно наблюдает за мной.       С тоской посмотрев на остатки еды, откладываю вилку в сторону. Видимо, нормальный завтрак сегодня - это предел мечтаний. - Ты какая-то странная в последние дни. Поделишься?       Сколько психотерапевтов вокруг развелось. Все пытаются казаться такими внимательными, благодушными, участливыми, когда сами не знают, что делать с собственной жизнью. Я конечно понимаю, что Молли интересуется не из праздного любопытства, но... Не успеваю ничего ответить, как мужской голос позади срывает заранее заготовленные остроты: - Джослин Кэмпбэлл?       У нашего столика останавливаются двое крепких мужчин в смокингах, напоминающую униформу "людей в чёрном". Не дождавшись вразумительного ответа, один из них вежливо кивает, безмолвно предлагая пройти за ними.

***

      Я ожидала, что меня сбросят в канаву, или на худой конец притащат на какой-нибудь склад, как обычно делают в среднестатистических боевиках, но только не в Букингемский дворец. Мужчины, всю дорогу сидевшие по бокам, словно телохранители, жестом указывают мне на огромные золочёные двери, и также молчаливо удаляются. Озадаченно посмотрев им вслед и набравшись смелости, открываю дверь.       В просторном зале не оказалось никого, кроме сидящих на диване Холмса, завернутого в простыню, и сидящего по правую сторону от него Джона. Как по команде они поворачивают голову в мою сторону, видимо, тоже не ожидая моего появления здесь. Пожав плечами, плюхаюсь между ними, и заинтересованно разглядывая окружающую обстановку. - Где ваши парадные костюмчики? Жаль, я тоже не успела вечернее платье погладить. Неудобно получится.       Ещё раз переглянувшись, мы втроём начинаем смеяться, а внезапно проснувшаяся клептомания у Джона, ещё больше придала комичности данной ситуации. Даже появившийся Майкрофт ни на грамм не испортил эту милую атмосферу всеобщего веселья, видимо передававшаяся воздушно-капельным путём. Кажется, мы сейчас огребем по самое не хочу. - Вы хоть иногда вести себя как взрослые люди можете? - Я веду блог в интернете, а он забыл надеть брюки. Я не стал бы очень надеяться.       Даже находясь не в слишком пристойном виде, детектив умудряется сохранить гордо-невозмутимое лицо, продолжая делать вид, что то, что происходит вокруг его совершенно не касается. Когда ему окончательно наскучило слушать наставительный бубнёж брата, он демонстративно разворачивается, собираясь уйти, но Холмс-старший не даёт этого сделать, наступив на его простыню.       Дабы разрядить накаляющуюся обстановку, я поспешила вмешаться - становиться свидетелем чужих семейных разборок мне хотелось меньше всего. - Извините, конечно, что прерываю вашу милую братскую беседу, - напоминаю о своём присутствии легким взмахом руки. - Но, Майкрофт, вы всё же объясните, что здесь делаю я?       Тот выпрямляется и поворачивается ко мне, словно только что, поняв, что я также нахожусь здесь (считать меня за комнатный интерьер, походу, у них семейное). Мужчина, вошедший следом за ним (собственно из-за которого весь сыр-бор) также бросает свой оценивающий взгляд на меня, отчего я начинаю чувствовать себя, словно на красной ковровой дорожке, под прицелом тысячи фотокамер. Простой лаборантка из Бартса так высоко летать не положено.       Холмс-старший растягивает губы в приторно-понимающей улыбке, с самого начала не предвещающей ничего хорошего. Факт сам по себе не оспоримой - стоит связаться с Холмсами, определённо не жди добрых вестей. - Дело несколько щекотливое, мисс Кэмпбэлл, ваша присутствие как нельзя, кстати, - мужчины поспешили приступить к делу, присев на диван напротив. Ко мне в руки попадает тоненькая папка с грифом «секретно». Внутри оказались распечатки фотографий, видимо с интернет-ресурса. С весьма интимным содержанием.       Эта женщина, - гласил заголовок страницы, прямо над изображением женщины, самым пошлым образом прикусившей кончик стека. - Ирэн Адлер. То, чем она занимается, носит множество названий. Но она предпочитает называться Доминанткой.       Как оказалось, эта милая леди с замашками Кристиана Грея, обладает кучей компрометирующих фотографий, где одна из важных шишек запечатлена в очень непристойном виде, и властям бы не хотелось, чтобы они попали в чужие руки.       Шерлок, видимо, воодушевлённый встречей с достойным противником, спешно покидает комнату, следом за ним поспешил и озадаченный Джон. - Что скажете? - Я слегка обескуражена, что вы решили втянуть в это дело меня. Я же сама заурядность, а вы с братом на дух таких не переносите. - Отнюдь, мисс Кэмпбэлл. Вы далеко не заурядны, я уже успел в этом убедиться. Просто мы полагаем, что.. В данном случае уместно ваше участие, так как особам женского пола будет проще договориться, - мужчина протягивает мне руку. - Вам не о чём беспокоиться. Рядом будет Шерлок, и он сможет принять меры, если что-то пойдёт не по плану. - Именно это меня и пугает, - пробормотала я, и спешно попрощавшись, выхожу из комнаты, следом за мужчинами. Уже за дверями, до слуха долетает обрывок разговора между Холмсом-старшим и его коллегой: - Вы действительно думаете, что к таким вопросам следует привлечь дилетанта? - О, поверьте, Джослин Кэмпбэлл можно назвать как угодно, но только не дилетанткой, - задумчиво изрекает Майкрофт. - Самый лучший ход в любой игре – включить в неё фигуру, обладающую не меньшей наглостью и авантюризмом, чем фигура противника.

***

      Наш путь лежал к югу западу от Букингемского дворца – Ирэн Адлер владела особняком на Итон-сквер, в самом фешенебельном районе Белгравии. Я так погрузилась в анализ предстоящего дела, что не сразу заметила, что кэб остановился. Впереди показалась ослепительно-белая линейка домов, и остановившись за два дома до нужного, детектив снимает с себя шарф. Имитация нападения. Неплохо-неплохо.       В итоге, устав наблюдать, как двое взрослых мужчин, дерутся, словно два неугомонных подростка, решаю не терять времени даром, и направляюсь к дому, указанному в смс. Что ж, Кэмпбэлл, пора показать, что и ты не пальцем деланная.       К моему удивлению, первый этап плана проходит без сучка, без задоринки - испуганный вид, и несколько всхлипываний убедят кого угодно, даже самого искусного специалиста по лжи. Вытирая фальшивые слёзы, оказываюсь в просторной светлой комнате, заставленной дорогой мебелью. Ни в чём себе не отказывает дамочка. - Я слышала, на вас напали, просто ужас! - Д-да, это невероятный кошм…Оу, - предложение так и не удаётся закончить, так как в комнате появляется сама хозяйка дома. До этого момента я и подумать не могла, насколько скудными окажутся мои представления об этой загадочной женщине, решившей выйти к непрошеным гостям…Совершенно нагой...       Наверняка, мой внешний вид от созерцания данной картины, был пограничным – начиная от растерянности, заканчивая смущением. Алые губы женщины изгибаются в усмешке, и, виляя бедрами, она подходит к дивану, на котором я сидела. Точёная фигура, белоснежная кожа, благородные черты лица – ни дать, ни взять аристократка. Что ж, я принимаю вызов. - Как интересно... Фарфоровое личико, насмехающаяся улыбка, умение быть очаровательной... И ничто не выдаст истинную сущность, - алый отманикюренный коготок проходится по моей скуле. - К чему притворяться далее, мисс Кэмпбэлл? - Поражаюсь, когда вы только успеваете наводить справки обо мне? Хотя не спорю, это довольно приятно - обычно никогда не знаешь, с чем тебе предстоит столкнуться,- натянув одну из самых приторных улыбок, стараюсь свести последствия к минимуму. – Я тоже наслышана о вас, мисс Адлер.       Стройная нога в черной лаковой туфле становится между моих коленей, и изящные пальцы очерчивают контуры моей нижней губы. Видимо, не одни мы готовились к этой встрече. - Вы собираетесь вести переговоры в таком…кхм…Виде? - Вас что-то смущает? Чувствуете себя обезоруженной? - женщина садится в кресло напротив меня, положив ногу на ногу. - Предлагаю вам сделку. - Даже не стану уточнять какую. Вы платите мне деньги, взамен я ухожу и делаю вид, что меня здесь и не было. Все счастливы и довольны. Только вы, как и многие люди из вашего круга, всё никак не возьмут в толк, что не все крутится вокруг денег, - усмехаюсь, не отводя такой же пристальный, и не менее открытый взгляд от лица Адлер. Самое гадкое, то что я, привыкшая наблюдать за эмоциями людей, не могла уловить и части того, о чём думает эта женщина, в то время как она читает меня, как открытую книгу. Спокойствие, уверенность, прикрытая дешёвой наглостью - придётся признать, что силы изначально были неравны. - Так что вам нужно? - Фотографии. Простите, но я не уйду без них.       Этот перекрёстный огонь из взглядов прерывает звук пожарной сигнализации, нарушая противным звоном тишину дома. Растерянный взгляд женщины метнулся к зеркалу, что не укрывается от внимания детектива, появившегося на пороге гостиной. - Поразительно, как пожар раскрывает наши приоритеты. Услышав тревогу, мать бросается спасать своё дитя. Вы - самый наглядный тому пример. - Я уже начала беспокоиться, что дражайший мистер Холмс не успеет присоединиться к нашей занимательной беседе, - оживляется Ирэн, переключая своё внимания с меня на Шерлока. - Советую вам прикрыться, мисс Адлер, не уверен, что девушка знает куда нужно смотреть, - протянув Адлер пальто, детектив уверенно шествует мимо. И как долго он стоял за дверьми? - Я думаю, что она точно знает, на что смотреть, а вот насчёт вас, я не уверена, мистер Холмс, - встретились два одиночества. Подавив растущее возмущение в зародыше, и наградив Холмса самым презрительным взглядом из своего арсенала, не могу удержаться от соблазна вставить свои пять фунтов. Нет, я определённо не ревную. - Каков парадокс - хочется и врезать, и попытаться понять его. Только безнадежные кретины хотят доказать женщине свою правоту и взывают к ее логике. - В отличие от некоторых, в моих поступках всегда присутствует логика. - Ты думаешь там, где нужно чувствовать. - А ты чувствуешь там, где нужно думать, - парирует он. - Я вам не мешаю? Препираетесь, словно давно женатая пара, - вклинилась в нашу перебранку доминантка, хищно оглядывая меня и Холмса. Говорим почти одновременно: - Мы не пара. - Готовы поспорить?       В комнату врываются четыре вооруженных человека, держащих на мушке растерянного Джона. Оказавшись под прицелом пистолета, я и Ирэн составляем компанию бедному доктору, тяжело опускаясь на пол. Виноватый взгляд Джона, действует как ушат ледяной воды. - Прости. - Мы могли что-то упустить. Судя по вашей репутации, вы не могли, мистер Холмс. В ваших же интересах назвать нам код, иначе... - Я не знаю.       Щелчок предохранителя. Чувствую упирающийся в сонную артерию холод железа. - Она.Мне.Его.Не.Назвала! - упрямо продолжает Шерлок, и я поднимаю на него рассерженный от своей беспомощности взгляд. Он, наверное, шутит? - Пушка значит недостаточная мотивация? Хорошо. Тогда поступим по-другому, - дуло пистолета сильнее вдавливается в шею. - Макс, перестреляй тут всех. Начни с девчонки.       Предсказуемо. Но действенно. Меня толкают на середину комнаты, попутно приложив кулаком в лицо. Державший меня гамадрил, снова приставляет ствол, на этот раз к голове. - Стойте! Ладно. Я согласен.

***

Спустя три часа. Бейкер-стрит. - Бедная девочка, тебе и без этого крепко досталось, - домовладелица протягивает мне пакет со льдом. - Держи дорогая.       Какая же милая женщина, миссис Хадсон. Добрая и заботливая... Как мама. Признательно киваю женщине: - Спасибо.       Улыбнувшись мне, она покидает гостиную, оставляя меня наедине с напряжённым Шерлоком, скрывшимся за газетой. После того, как мы обезвредили американцев, Ирэн Адлер трусливо сбежала, перед этим накачав его сильнодействующим паралитиком, и соответственно прихватив с собою телефон. Что и следовало ожидать. - Не бывает сражений без жертв. Что и произошло - в итоге кто-то получил по зубам, - усмехнувшись, тут же корчусь от прострелившей скулу мимолётной боли - удар был довольно таки сильным. Кажется, он выжидал, пока мы останемся наедине, чтобы высказать, всё что он обо мне думает.       С лёгкой подачи детектива, спустя десять минут перепалка была в самом разгаре. - Ничего бы не случилось, если бы ты не полезла туда, куда не просят. - Это вместо спасибо? Смотрю, ты там тоже гениальностью не особо фонтанировал, раз она тебя там оставила биться в конвульсиях. - Я бы смог с ней договориться, не улизни ты из под надзора. Не знаю, чего ты наплела Майкрофту, но я изначально знал, что от тебя никакой пользы не будет. - Я наплела? Не знаю, как ты, но я не привыкла к такого рода путешествиям. Хотя, понимаю... - на моих губах зазмеилась защитная усмешка. - Впервые проиграв женщине, ты чувствуешь, себя униженным и оскорблëнным, конечно, такой как ты никогда не ошибается, - я, конечно понимала, что после всего он будет в бешенстве, но чтоб настолько... Нам повезло, что мы остались живы. - Если бы тебя там не было, я бы смог добыть те фотографии. - Оно и видно, ты прям таки мастак в разговорах с женщинами, - съязвила, перевернув комочек со льдом. - Послушай, я понятия не имею, зачем Майкрофт втянул меня в эту историю, я и не напрашивалась, но... - Но и не возразила, - подытожил Холмс. - Ведь всем нужны остроумные химики в трудный час.       Тут у меня окончательно лопнуло терпение. - Знаешь что, - самоконтроль превыше всего. – Не следует перекладывать с больной головы на здоровую. Если бы не твой брат, я бы сейчас здесь не стояла. Пожалуй, моих усилий тут достаточно, передавай мои лучшие пожелания Майкрофту, - всучив лёд так некстати подвернувшемуся Джону, выхожу из комнаты, как можно громче хлопнув дверью. Ну уж нет, так издеваться над собой я никому не позволю! Даже ему! Это последний раз когда я ввязываюсь в подобные авантюры!

***

      Решив привести все свои мысли в порядок, беру отгул на три дня, желая ненадолго отгородиться ото всех насущных проблем. Уильямс за два дня до этого отбыла в командировку, так что я была предоставлена сама себе, проводя почти всё время на диване за книгой, или бездумно переключая каналы. За всё время мобильный просигналил раз десять, и в вконец раздражившись, прячу его под подушку, чтобы не было лишнего повода поддаться на распирающее любопытство. Даже не знаю, кто может быть таким настойчивым?       И так прошло два дня. Как же всё – таки здорово - никаких трупов, никаких снисходительных взглядов, чёртовых загадок, и самое главное – никакого детектива. Как же иногда полезно перезагрузиться и избавиться от дурацких раздражающих мыслей.       На второй день своего затворничества, топаю с утра пораньше в душ, перед этим показав язык своему отражению – не сошедшие до конца синяки на шее, плюс довершающий картину фингал под глазом –мечта для женщины. Чтобы еще хоть раз…       Шум воды не смог перекрыть громкий стук в гостиной. Да чего бояться, я же не одна в квартире живу. Проблема в том, что Марго должна вернуться не раньше вторника…       Воры? Или со всеми событиями у меня развивается паранойя? Что ж, обыкновенная предосторожность никогда никому не мешала. Нащупав в настенном шкафчике, припрятанный для экстраординарных случаев пистолет, и наспех завернувшись в полотенце, бесшумно выскальзываю в коридор.       На этот раз что-то разбивается. Сильнее сжимаю в ладонях рукоятку. Вор какой-то неумелый попался. - Ненавижу кактусы.       Что за… Ошарашенно застываю посреди гостиной, по инерции вскинув руку с пистолетом, совсем позабыв о полотенце. Но оно про меня не забыло, резко спикировав к ногам. Холмс, а это был именно он, застывает на месте по стойке смирно, с видом человека, которого только что стукнули по голове. - Ты всех так встречаешь? – он, наконец, соображает, что нужно отвернуться, пока я возвращаю полотенце на законное место. – Я-то надеялся на более тёплый прием.       Поняв, что грабить квартиру никто не собирается, опускаю пистолет. Мимоходом скользнув взглядом по испачканному ковру, и глиняных останков разбитого горшка с несчастным кактусом, снова смотрю на невозмутимого детектива, топтавшегося около книжного шкафа, с напускным интересом изучая стоящие там книги. - Смеешься? Ты вломился ко мне в квартиру, на какой теплый приём можно было рассчитывать, - интересно, для этого человека в принципе существуют правила хорошего тона, или забраться в чужую квартиру для него как сходить в магазин за хлебом? - Горе взломщик, соизволишь сказать, зачем явился? - Ты не отвечала на мои сообщения. Я и сам не верю, что говорю это, но ты нужна мне, Кэмпбэлл.       Я ослышалась? Великому и несравненному детективу требуется помощь левого химика? - Пару дней назад ты был иного мнения, - иронично фыркаю. - « Не лезь куда не просят, я изначально знал, что от тебя никакой пользы не будет". И ты думаешь, что после этих слов, можешь спокойно влезть в чужой дом, сделав вид, что ничего особенного не произошло? - Немного изменились обстоятельства, - нетерпеливо отмахивается он, на пару шагов приблизившись ко мне. - Так ты выслушаешь меня или нет?       В этот вся суть Шерлока Холмса. Сначала посылает тебя куда подальше, потом просит твоей помощи. Я не тот человек, которого можно использовать, как ему вздумается. Женская гордость - бесценная вещь. - Не хотелось бы тебя разочаровывать, но боюсь, в раз ты ошибся адресом. Я не буду послушной собачонкой, прибегающей на каждый твой зов, - в очередной раз раздосадованная его настырностью и бесцеремонностью, я упустила из виду, что детектив оказался почти вплотную ко мне, оставив между нашими лицами считанные миллиметры. Он вообще знаком с понятием "личное пространство"?       Я успеваю разглядеть странный блеск в его глазах, прежде чем холодные пальцы коснулись моего запястья, большой палец, на удивление бережно касается места, где неровными толчками бился пульс. Дьявол. Самый настоящий дьявол. Рвано выдохнув, бессильно наблюдая, как он склоняется ко мне, опаляя горячим дыханием шею…       Мне понадобилось три года, чтобы мало-мальски научиться общаться с людьми, допускать их в своё пространство, и установить границы для особо настойчивых индивидуумов, но с детективом я с самого начала потерпела фиаско. Его совершенно не заботило любое проявление отношения к нему – будь то обожествление, или откровенная неприязнь, порой принимавшая форму помешательства вкупе с само превосходством. - Я бы с удовольствием продолжил наш традиционный обмен любезностями, но в другом месте, и только когда ты соизволишь одеться, - обволакивающий шепот касается уха, при последнем слове мужчины щеки непроизвольно становятся пунцовыми - моё возмущение перекрыло неловкие мысли о том, что я предстала перед ним буквально в чём мать родила. - Или тебе настолько покорил метод Ирэн Адлер?       Если бы Холмсу платили по фунту за каждый раз, когда он пытается вывести меня из себя, то наверняка бы давно разбогател. Привычка, забава или интерес учёного, препарирующего бабочку – что творится в этой странной кудрявой голове? Он с нескрываемым любопытством всматривается в моё лицо, несомненно, чувствуя себя хозяином положения, уже заранее предвкушая, что последнее слово снова останется за ним. Что ж, ты сам напросился. - Чёртов псих, - глубоко вздохнула, пытаясь говорить как можно спокойнее и твёрже, хотя моё сбывшееся дыхание говорит само за себя. И чертова реакция моего тела на столь интимное прикосновение, тоже довольно красноречиво говорит о истинных эмоциях. Оседая в этих по-дьявольски серых глазах на таком близком расстоянии, отголоски самообладания окончательно машут мне ручкой, уплыв куда-то за задворки сознания. - Отпусти меня, или… - Или что?       Чисто спортивный интерес, или он действительно не принимает меня всерьёз? Непроизвольно опускаю взгляд вниз, останавливаясь на губах. Самое интересное, что из моей головы испаряется следующая язвительная реплика, которую я собиралась обрушить. Длинные пальцы по-прежнему сжимают мою руку, пуская по коже электрический разряд. Я до сих пор не знаю, какой чёрт меня дëрнул это сделать – или злость окончательно закупорила доступ кислорода к мозгу, или я настолько сильно хотела его выбесить – резко подавшись вперед, яростно впиваюсь в его губы, с силой прикусив нижнюю. Когда же эта наглая и беспринципная сволочь прекратит надо мной издеваться?       Мой внезапный порыв приводит его в замешательство – от шока он слегка приоткрывает рот, чем пользуюсь я, проскальзывая языком между неплотно сжатых зубов, пощекотав кончиком нёбо. Это форменное безумие - целовать мужчину, доселе не вызывающего никаких эмоций, кроме неконтролируемого раздражения и злости. Но как еще его можно было заставить заткнуться? Но ещё больше я удивилась, когда контрастно-горячие по сравнению с моей кожей руки ложатся на плечи, постепенно соскальзывая вниз, к талии, невзначай задевая полотенце, которое снова падает к лодыжкам.       Чёрт.       Его ладони проводят пылающую дорожку по моей пояснице, пустив по телу волну приятной дрожи. Поддавшись непонятному импульсу, запускаю ладонь в его тёмные, как ночь, волосы, ощущая их шелковистость. В голове будто бы взрываются тысячи фейерверков, кровь приливает к вискам, заглушая доводы здравого смысла. Даже сквозь одежду чувствую, как бешено бьётся его сердце, моё же давно мечется в грудной клетке, как загнанная в силок птица.       Сорваться с края.       Отстраняюсь только тогда, когда в лёгких уже не остаётся воздуха. Открываю глаза, тут же натыкаясь на потемневший от расширенных зрачков взгляд. Холмс ошарашен моим действием не меньше, чем я сама. Он учащенно дышит, и с видимым усилием пытаясь подобрать определённые слова. Осознав, что его руки по прежнему на моей талии, тут же сбрасываю их, и натянув обратно полотенце, исчезаю в спальне.       Оставшись в одиночестве, тихо выдыхаю, и, прислонившись к стене, обессиленно опускаюсь на пол. Я еще никогда не целовалась с кем-то, кто вызывал у меня такие настолько противоречивые чувства. То я люблю его до беспамятства, то ненавижу до потери пульса. Нижняя губа до сих пор пульсирует, сердце заходилось в груди, словно я только что пробежала марафон.       Приз в студию, Кэмпбэлл. Вот сейчас ты по-настоящему вляпалась.