Мы море эмоций
19 марта 2017 г., 14:20
Кара внимательно рассматривал силуэт, стоящий перед ним, а точнее идущий на него. Он уже знал, что это был его драгоценный брат Ичимацу, который, как обычно, в позднее время возвращается со свалки домой.
Ичи, как и Карамацу, остановился у двери, глядя на брата, так же, как и старший смотрел на него. Отличие их взглядов состояло лишь в том, что Карамацу смотрел с какой-то нежностью и одновременно волнением, а Ичимацу был раздражен. Впрочем, ничего нового. Он постоянно раздражен, либо просто грустит. Это не раздражало Карамацу, даже наоборот. Он уже успел привыкнуть к агрессивному поведению его брата, а также к его замкнутости. Он не осуждал, а принимал брата таким, какой он есть.
Ичи еще с полминуты стоял на месте, после чего не произнес ни единого слова, отпирая дверь и проходя внутрь дома. Он прошел в общую комнату, где сейчас никого не было, кроме рыжего кота, мирно сопящего на диване. Ичи сел рядом с ним и положил его на свои ноги. Кот лишь шире улыбнулся, устраиваясь поудобнее и прижимаясь к теплой толстовке хозяина. «Няяя~» протянул тот, наконец-таки устроившись поудобнее и вновь провалившись в царство Морфея.
Второй по старшинству остался стоять на улице, глядя в одну точку, где скрылся его обожаемый младший брат. Синий грустно вздохнул и вошел внутрь, разуваясь и запирая за собой двери. Кажется, все остальные Мацуно уже спали, так что он тоже решил сходить в ванную комнату, а потом и спать. Так он и поступил. После всех водных процедур Кара переоделся в пижаму, после чего пошел в спальню и заглянул туда. Было темно и особо ничего не разглядеть, но все же старший насчитал только четырех братьев. Он быстро понял, кого нет, и направился на поиски четвертого.
Собственно, долго искать не пришлось. Лишь заглянув в гостиную, он сразу увидел брата, сидящего на диване. Окно было открыто, и полная луна была прямо напротив него. Ее свет освещал комнату не хуже, чем днем — солнце.
Кара сделал пару шагов вперед, любуясь столь прекрасной картиной. Его отвлек шорох сбоку. «Неужели разбудил???» — немного испуганно подумал старший, быстро повернувшись к Ичи, но нет. Он все еще спал. Просто его голова откинулась немного вбок и легла на спинку дивана.
Облегченно вздохнув, Кара вновь осмотрел своего брата. От него все еще несло свалкой, но это уже давно привычно. Для Карамацу этот запах стал даже родным, ибо он уже отлично знал, что это Ичи, который вернулся после того, как покормил всех кошек, которых только смог найти.
У каждого из его братьев был свой запах, к которому Карамацу привык и который он любил так же сильно, как и его владельцев. Например, Осомацу. От него все время пахло алкоголем. Даже если он не пил, от него несло легким перегаром, которым, скорее всего, просто-напросто пропиталась его толстовка. От Чоро всегда пахнет чем-то странным. Это смесь пота и его одеколона. Достаточно своеобразный запах, но такой же привычный. От Джуши абсолютно всегда пахнет потом, особенно после его тренировок. А Тотти… От Тотти исходит запах кофе и карамели. Сладкий запах, ласкающий нос. Но это не удивительно, учитывая, что он работает в милой кафешке. С запахом Ичимацу, который, несмотря ни на что, нравился Каре больше всего (хотя скорее нравился не запах, а его владелец), уже разобрались.
Карамацу все еще внимательно изучал тело брата, так хорошо подчеркнутое лунным светом. Его лицо выражало полное спокойствие. Щеки, кажется, совсем слегка порозовели. Его жирные волосы, которые так же поблескивали в лунных лучах, упали на его глаза. Все его тело было расслабленно. В толстовку, словно в кошачью кровать, улегся кот, так же оставаясь на коленях Ичимацу, торс которого был обнажен. Карамацу редко видел брата без одежды, так что уделил особое внимание его верхней части тела. Со стороны глядя на Ичи, можно было бы сказать, что ничего особенного в нем нет. Но сейчас, глядя на его крепкое, подтянутое тело, Карамацу в очередной раз убедился, что это и правда не так. Его брат действительно необычный.
Кара слышал тихое сопение младшего брата. Видел, как с каждым вдохом, вздымается его грудь. Как выделялся торс в лунном свете. Синий замечал каждую деталь, каждый изгиб тела предмета воздыхания, не смея упустить даже самой маленькой детали. Он уже чувствовал, как его щеки залились краской, а дыхание стало прерывистым.
Он медленно подошел к четверному и посмотрел на его лицо, еще сильнее покраснев. Руки он положил на плечи брата. Кожа на них была грубоватой, в отличие от кожи самого Карамацу. Подержав руки на плечах фиолетового, второй по старшинству переложил их на его шею со слегка выпирающими венками на ней и так же поблескивающую от небольших капелек пота. Карамацу сглотнул и коснулся носом носа брата, зажмурившись, ожидая, что тот проснется. Но Ичи не проснулся, от чего старший облегченно выдохнул и снова открыл глаза. Он немного помедлил, затем совсем слегка коснулся своими губами его губ. Сперва это было лишь детское касание, но потом он стал осторожно целовать его. Он был максимально нежен и аккуратен. Это был его первый поцелуй, если это можно за него считать, и он боялся… боялся, что брат сейчас проснется.
Решив больше не рисковать, Карамацу все-таки оторвался от губ Ичимацу, чувствуя их солоноватый привкус на своих губах. Он отстранился от Ичи, убирая руки и теребя ими край ночной рубашки, так же глядя на четвертого.
На самом деле, Кара только сейчас осознал, что натворил и, густо покраснев, убежал из комнаты в ванную, где минут пять умывался холодной водой и затем пошел спать. Он не хотел нарушать сон его братишки, так что решил не возвращаться, дабы отправить его в спальню. Пусть спит.
Этой ночью ему было холодно. Он и сам не знал, почему, но озноб пробирал чуть ли не до самых костей. Окно было закрыто, так почему же холодно? В гостиной, где оно открыто, гораздо теплее. Так какого черта?
Карамацу немного раздраженно дернул бровью и попытался уснуть, но ничего не вышло. Холод был будто бы внутри… пожирал его и замораживал кровь, не позволяя даже шевельнуться.
Из раздумий его вывела открывшаяся дверь. Ичимацу, потирая глаза, лег на свое законное место, тут же вырубившись. Он, как и все братья, был уже в ночной одежде и тихо посапывал на родном футоне.
Карамацу уже забыл о холоде, который мучил его совсем недавно, зато понял, что это было. Это была пустота. Холодная пустота, пробирающая до самых костей. Пустота, которую заполнил Ичимацу одним только своим появлением…
Старший невольно улыбнулся и закрыл глаза. Этой ночью он уже не мерз.
На утро он, как ни странно, поднялся самый последний. Кара вылез из-под одеяла, после чего стал на футон, осматриваясь. Действительно. Никого. Сколько времени?
Он еще немного постоял, непонимающе осматривая комнату, а потом пошел к двери. Открыв ее, он услышал голоса своих братьев, после чего немного успокоился, сразу направившись в ванную.
Вышел он из нее уже одетый в своем повседневном стиле. То бишь синяя толстовка, джинсы, ботинки коричневого цвета и его темные очки, что так иногда раздражали остальных Мацуно. Интересно, почему?
Он сразу же прошел в гостиную, пожелав братьям «Доброго утра». Он думал, его, как обычно, проигнорируют, и продолжат заниматься своими делами, но нет. Братья на него обернулись, внимательно глядя на только что вошедшего старшего.
— Ут-ра?.. — слегка запнувшись, переспросил Тодомацу с неловкой улыбкой.
— Слушай, ты на время смотрел? — хихикая, спросил Осомацу.
— Сейчас три часа дня, — вернувшись к своему журналу, произнес Чоромацу.
— ТРИ ЧАСА?! — в полнейшем шоке переспросил Карамацу.
Он посмотрел на часы. Действительно, 15:07. «О боже», — мысленно произнес синий, одновременно вздыхая и потирая затылок. Он совершенно не понимал, как мог проспать аж до трех часов. Раньше он просыпался раньше всех, ну или в крайнем случае после Чоро, а теперь…
Еще немного проанализировав ситуацию, он свалил все на вчерашнюю усталость и на то, что лег он поздновато.
В памяти автоматически всплыл вчерашний поцелуй, который заставил синего густо покраснеть. Он покинул комнату и прошел на кухню. Мамы не было. Как, собственно, и отца. Стараясь не думать о поцелуе, он стал рыться в полках и холодильнике в поисках еды. Он пытался занять голову ей, но все же четвертый упрямо не покидал голову второго, заставляя его еще сильнее краснеть. Его закрытые глаза, блестящие, растрепанные волосы, мягкие губы и красивое крепкое тело заставляли Кару краснеть все сильнее и сильнее. В ту ночь он позволил себе слишком много. Он не жалел об этом, но было ужасно стыдно… Наконец он откопал в холодильнике пару котлет и пакет сока. Он положил котлеты на тарелку и поставил ее в микроволновку, пока они подогревались, он налил сок в стакан и убрал упаковку обратно в холодильник. Перекусив, он решил пойти и прогуляться. Ему нужно временно побыть вдали от Ичимацу. Отойти от событий этой ночи.
Он снова обулся и надел свою кожаную куртку, сообщив братьям, что уходит. В ответ он услышал лишь «Можешь и не возвращаться!» от Осо, который тут же получил чем-то по затылку, видимо, от третьего журналом. Кара закатил глаза, после снова надел темные очки и вышел на улицу. Сегодня было солнечно и тепло, что обрадовало второго по старшинству брата. Он улыбнулся и направился на мост, где обычно смотрел на реку и, как он их называл, Karamatsu-girls/boys. Хотя в последнее время — только на реку. Его сердце уже долго было занято младшим братом, так что он совершенно не заглядывался на кого-то другого, кроме него.
Вот он и на месте. Карамацу оперелся руками на перекладину и посмотрел на свое отражение в воде. Даже оттуда он заметил, что его щеки все еще горят, отчего он потряс головой и похлопал ладошками по щекам, однако легче от этого не стало. Перед глазами ежеминутно мелькали сцены поцелуя. Такого сладкого, мягкого, осторожного… долгожданного. Кара и правда долго ждал поцелуя, правда не совсем так. Он хотел, что бы Ичимацу тоже… наслаждался им. Чтобы чувствовал привкус губ, чувствовал, как они соприкасаются. Хотел, чтобы их языки сплетались в нежном и параллельно страстном танце.
Поймав себя на столь… извращенных мыслях, Кара снова густо покраснел и замотал головой.
— Нужно прийти в себя! — сам себе произнес он, но вскоре затих, вспомнив, что он не дома, а на улице. В общественном месте.
На него и правда оборачивались люди, перешептываясь и поскорее убираясь по дальше. В другой раз Кара свалил бы это на то, что они стесняются находиться рядом с ним, но сейчас он понимал, что он ведет себя как ненормальный и отпугивает народ. Синий снова посмотрел в воду и глубоко вздохнул. Воспоминания снова лезли в голову…
***
— Вот мы и дома! — улыбчиво произнес маленький Карамацу, так же не выпуская руки брата из своей. — У. Угу… — Ичимацу тоже сжимал руку старшего братишки и не желал ее отпускать. Он смотрел на Карамацу, как на… как на героя! Он не раз его выручал. Однако Ичи это иногда не очень радовало, ведь после этого возникали мысли о том, какой он все-таки беспомощный. Это была действительно последняя капля фиолетового. Он вырвал руку и убежал домой, сразу поднимаясь в спальню и прячась за диваном. Кара не бежал за ним, он знал, что Ичи нужно побыть одному. Он всегда думал, и даже был уверен, что Ичи убегает от того, что он напуган. Однако Кара совсем не знал о том, что творится в голове его драгоценного братишки. А в голове творился самый настоящий хаос. Мысли о собственной беспомощности, бесполезности и беззащитности пожирали и рвали его на кусочки изнутри. Если смотреть со стороны, он просто сидит и обнимает свои колени с расстроенной моськой, но внутри он чуть ли не рыдал. Он не знал, как долго это все будет продолжаться. Как долго он не будет способен постоять за себя? Как долго будет прятаться? Как долго будет таким отвратительным и мерзким? Именно сегодня… Сегодня он решил все прекратить. Он не хотел больше убегать. Он не хотел прятаться. Он не хотел быть слабаком. И ему не нужны были друзья. Единственные его друзья — кошки. Этого вполне достаточно. После этого дня… он стал таким, какой он сейчас.***
Карамацу все еще не знал причину, но она ему и не нужна была. Он любил Ичи не за это. Он и сам не знал точно почему. Просто любил за то, что есть. За то, что рядом. За все. Кара снова поднял глаза. Солнце уже садилось, нужно было идти домой. На пути обратно он пытался унять свои эмоции. Он то краснел, то в непонятках осматривался по сторонам, то ускорялся, то на оборот, замедлял шаг, не зная, что еще делать. — Эй ты! — послышалось прямо позади. Кара сначала не обратил внимания, надеясь, что это не к нему, но после фразы «Ты че, сука, глухой?!» он понял, что все же это к нему. Кара обернулся и внимательно посмотрел на парня, который его окликнул. Физиономия мужчины казалась ему до боли знакомой. Присмотревшись, он увидел, что за его спиной еще двое парней. Один явно спортсмен, а второй гот, либо эмо. Кара не особо это отличал. — Че, не узнал? — хохотнул мужчина по центру. Это было вдвойне подозрительно, так что синий сделал пару шагов назад, все еще присматриваясь к парням. — Ха, ну и тугодумище! — громко произнес спортсмен и посмотрел на гота, который в свою очередь лишь вздохнул. Простояв так еще минуту, если не меньше, Карамацу будто осенило. «Котофил!» «Хаха, ну и убожество!» «Тебе повезло, что вас шестеро, потому что больше никто не захочет общаться с тобой!» Все эти слова всегда летели в сторону Ичимацу. Кара прекрасно это помнил, потому что всегда сам отгонял эту троицу от младшего братишки. — Вы?.. — тихо спросил второй по старшинству, непонимающе нахмурившись. — Узнал? — с ухмылкой произнес парень по центру. — Знаешь, а ты стал ниже… И правда. Раньше Карамацу был выше этих троих, поэтому и не боялся их, зная, что их немного отпугивает его рост. Они никогда не наезжали на равных себе, или тех, кто, как казалось, сильнее или хотя бы выше. Только на слабых, унижая их и втаптывая в грязь. — Что вам нужно?.. — грубо произнес синий, пытаясь отойти, но тут же врезаясь спиной в фонарный столб. — Да так… решили поздороваться с старым другом, ну и заодно поквитаться с тобой за то, что гонял нас в младших классах, — с ухмылкой произнес шатен. — С-сами виноваты… — шикнул в ответ Кара и тут же был притянут за шею. «Главарь» был очень близко к лицу синего и смотрел прямо в его глаза, крепко сжимая в своей руке его горло. — Ты… оказывается такой хилый, — усмехнулся он — Я даже и подумать об этом не мог. Ха, неплохо. Он снова ухмыльнулся и резким рывком отбросил Карамацу в стену. Послышался болезненный вскрик, и Кара скатился вниз по стене, падая на землю и глядя на этих трех уродов. Вновь внутри его бушевало море эмоций. Он был зол, был расстроен, был напуган и взволнован… Эмоции снова разрывали его на куски. Он не знал, что будет дальше, но знал, что будет плохо и, скорее всего, больно… Кара сильно ударился о стену не только спиной, но и затылком. В глазах немного темнело, а сознание его медленно покидало, грозя и вовсе отключиться… Синий видел как к нему приближается гот и закидывает на плечо. Он видел отдаляющийся фонарь, в который он уперся спиной, прежде чем его откинули в стену дома. Видел, что они идут куда-то в неизвестном направлении. Это было последнее, что он увидел, прежде чем уйти в забытие.
