Забытые Воспоминания/Forgotten Memories

      Она помогла ему встать, закинув руку парня на свою шею. Раз уж у Сыворотки Правды проблемы с оружием, то у ЛедиБаг как раз будет время, чтобы помочь Коту. Из-за того, что у неё был красный костюм, а у него — чёрный — кровь не особо была заметна, что вызывало хоть слабое, но облегчение.       Как только они прибыли к месту назначения, а именно — в кондитерскую семьи Дюпен-Чен, она сразу же уложила его на кровать и закусила губу, размышляя, что ей сделать в первую очередь. Компресс для синяков? Или же достать пинцетом осколки и обработать спиртом раны?       Она быстро проверила его пульс и дыхание: оба были сильные и регулярные, по сравнению с её собственными. Быстро собрав нужные медикаменты, девушка аккуратно коснулась звякнувшего колокольчика у его шеи и потянула, скользя молнией костюма вниз.       Маринетт помогла ему оголить верхнюю половину тела, открывая вид на его грудь. Выглядела она ужасно. Осколки впивались в него, словно миллионы острых игл, да и крови было немерено. Она закусила губу, рассматривая всё это, однако отступать не стала. Взяла пинцет и полотенце, смоченное спиртом, мысленно готовясь к предстоящей работе.       К счастью, травмы были не настолько серьёзными, как ей сразу показалось: большинство осколков взорвавшегося металла оставили лишь поверхностные раны, не проникнув глубоко под кожу.       Закончив с перевязкой, она коснулась его лица. То ли из-за переживаний, то ли из-за страха, что ему может быть больно дышать — ей хотелось плакать, и пара слезинок скатилась по щекам. Это было так страшно… Он так и не пришёл в себя, даже не приоткрыл глаза во время обработки ран.  — Очнись скорее, Кот… — прошептала она, положив голову на его руку, располагаясь на краю кровати. — Пожалуйста…

***

      Адриан спросонья открыл глаза. Боль пронзила его грудь, когда он сделал слишком глубокий вдох. Первые пару секунд он не понимал, где находится, однако, присмотревшись, осознал, что он в комнате Маринетт.       Он чувствовал на правой руке какую-то тяжесть. Недоумевая, что это, пошевелил пальцами и почувствовал под ними что-то мягкое и приятное на ощупь — волосы девушки. Он повернул голову вправо и увидел иссиня-чёрную макушку Маринетт. Она пошевелилась, когда его пальцы прошлись по её голове, и, вскинув голову, посмотрела на него широко распахнутыми глазами.  — Кот!  — Хей, Баги-Бу, — он устало улыбнулся. — Как ты?       Она расплакалась.       Улыбка Адриана тут же сползла с лица, когда он, ошеломлённый, потянулся к ней, желая вытереть появившиеся слёзы.  — Что случилось, Маринетт?  — Я думала… — её пальцы сжались в кулак. — Было столько крови, и ты не просыпался, и…  — Всё хорошо, — быстро успокоил он её, притягивая ближе, чтобы обнять. Он запоздало понял, что его костюм расстёгнут до пояса, а грудь покрывают бинты. Девушка с силой сжала обе половины распахнувшегося костюма, как будто он был её спасательным кругом, и уткнулась лбом в его плечо. — Я в порядке, Маринетт.  — Все коты такие глупые, или только ты? — её голос звучал приглушённо. Он чувствовал слёзы, капающие с её глаз на его тело. — Я боялась, что потеряю тебя. Я не смогу работать без тебя, Кот Нуар; тебе нельзя умирать, ты понимаешь? Я не позволю тебе…       Руки Адриана медленно обернулись вокруг неё, однако, услышав её последнюю фразу, он замер.  — Мари…  — Ты мой партнёр, — вымолвила брюнетка. — Партнёры… Партнёры не оставляют друг друга, слышишь? Ты должен пообещать мне, Кот. Обещай, что не оставишь меня.  — Я не могу, — его сердце сжалось. Она посмотрела на него, не желая верить услышанному.  — Что…  — Пока ты не ответишь мне, — он тоже посмотрел ей прямо в глаза. — Если бы тебе пришлось выбирать между мной и Агрестом, кого бы ты выбрала? — эффект Сыворотки Правды, видимо, ещё не прошёл, иначе он ни за что бы не задал ей такой вопрос. Это правда, что он был и Котом, и Адрианом, и кому, как ни ему самому знать, что эти две личности и есть одно целое, но, если бы у него спросили, кто из них настоящий, он, не раздумывая, выбрал бы Нуара. Ему очень хотелось, чтобы она предпочла его настоящего, но идея заставить Маринетт выбирать между двумя версиями самого себя могла оказаться губительной и окончательно разбить ему сердце.  — Кот… — её лицо перекосилось в замешательстве. Она покачала головой. — Адриан был моей первой любовью, он всегда будет для меня особенным. Однако я буду в порядке, если мы с ним останемся просто друзьями. Но ты… — её глаза снова заслезились. — Ты мой партнёр. Ты видел мои худшие стороны, ты стал огромной частью моей жизни, Кот, и я не знаю, смогу ли жить без тебя…       Это признание потрясло его, глаза автоматически распахнулись от удивления. Он знал, как сильно ей нравилась его вторая половина, та, которой постоянно приходилось вести себя в обществе правильно по приказу отца. И точно не ожидал, что она скажет такое…       Руки нежно обхватили лицо парня, что заставило его потерять дар речи. Она выдавила улыбку на заплаканном лице.  — Я не знаю, когда это произошло, Кот… Но я слишком сильно люблю тебя, чтобы продолжать игнорировать это.       У него не было слов, чтобы что-то ответить, поэтому он сделал единственное, что мог придумать, чтобы передать свои чувства к ней.       Он поцеловал её.       Этот поцелуй не был мягким и нерешительным, как первый; он был отчаянным, наполненным годами ожидания и сдерживания своих чувств, которые ему приходилось усмирять каждый раз при виде её с тех пор, как они встретились в тот роковой день в коллеже. Он притянул её ближе к себе, игнорируя болезненный укол из-за забинтованной раны.       Руки Маринетт запутались в его волосах, когда она поцеловала его в ответ, столь же отчаянно пытаясь быть ближе к нему. Через её поцелуй он почувствовал, как сильно она переживала за него — как она заботилась о нём. Глубокий стон вырвался из его горла, и она задохнулась, когда он перевернул их с кошачьей ловкостью.  — Тебе нельзя двигаться. Твои раны… — начала она встревоженным голосом, но не успела закончить мысль, так как кислород в лёгких неожиданно закончился, когда он стал покусывать её шею, низко нависая над ней.  — Меня не волнует, — зарычал он, а затем оторвался и посмотрел ей в глаза. — Я обещаю, Маринетт.  — Правда? — она не могла оторваться от его пылающего взгляда, привязавшего её не хуже цепи. Он ухмыльнулся и опалил горячим дыханием её ухо, шепча:  — Я обещаю, что не оставлю тебя, — свежая волна слёз накрыла её лицо, а он лишь усмехнулся и заботливо вытер их. Она немного спустила свой пиджак и двумя руками притянула его к себе, крепко прижавшись к его губам.

***

      Маринетт открыла глаза. Её моментально накрыло ощущение, что голова вот-вот расколется. Она снова закрыла их в надежде, что головная боль пройдет, а затем уткнулась лицом в подушку, не желая вставать. Однако два голоса с балкона привлекли её внимание, и она прислушалась.  — Ты закончил есть?  — Замолчи, — буркнул писклявый голосок. — Это не ты вынужден поддерживать трансформацию несколько часов только потому, что кое-кто не хочет открыть ей свою настоящую личность.  — И ты знаешь почему, Плагг. Ты был там, когда я пообещал ей.  — Да-да, — крошечный вздох, — и всё-таки я думаю, что это плохая идея. Она наверняка будет сильно злиться на тебя, когда узнает.  — Я разберусь с этим, когда придёт время, а пока… Я хочу сдержать своё слово.  — Точно! Это ведь так важно — продолжать выполнять обещание и ничего не рассказывать, чтобы она смогла сама догадаться в этот раз, особенно учитывая, что она ничего не помнит! Ты боишься другой реакции со стороны Маринетт: ты боишься, что она отреагирует на раскрытие личности совсем по-другому, нежели в прошлый раз. Это так глупо…  — Ты знаешь, почему! — парень начинал злиться. — Ты поел?  — Ещё кусочек… — буркнул квами. — Ну, намекни ей хотя бы как-нибудь!  — Плагг, трансформация!  — Э-эй, дай мне перевари-и-и-ить!       Маринетт держала глаза закрытыми, повернувшись спиной к балкону. Её мысли были переполнены вопросами, на которые не было никаких ответов. Кот Нуар не раскрывает ей свою личность только потому, что она сама заставила его дать такое обещание? И не только… Это как-то связано с ней, но как именно — придётся узнавать самостоятельно. У неё появилось ощущение, что она играла в «кошки-мышки» со своими потерянными воспоминаниями. Но она играла в эту игру против самой себя и абсолютно не помнила правил.       Она подумала о прошлой ночи. Её лицо достигло самого яркого малинового цвета, когда она вспомнила, что произошло. Она целовалась с Котом Нуаром, даже призналась ему, что она заботится о нём больше, чем об Адриане, с которым в данный момент встречается.       Девушка застонала чуть громче, чем собиралась. Она почувствовала, как кровать прогнулась, значит, на неё кто-то лег. Кажется, он услышал.  — Что-то не так, Принцесса?       Она ещё больше зарылась головой в подушку, не глядя на него.  — Это твоя вина.       Он пододвинулся ближе. Её глаза резко распахнулись, когда она поняла, что Кот прижимается к ней ещё ближе, растянувшись рядом на кровати. Он положил руку ей на плечо, пытаясь таким образом заставить её показать лицо, но она не уступала.  — Что я сделал?       Она свернулась в клубок.  — Я встречаюсь с Адрианом, — ляпнула девушка. Она почувствовала, как напряглась его рука на её плече. — Но сейчас мне нравишься ты и…       Он хмыкнул, заставив её удивиться. Она высунула голову и озадаченно посмотрела на него, но он лишь обворожительно улыбнулся в ответ на её взгляд.  — Не беспокойся об этом, миледи, я поговорю с ним.  — В него попала пуля Сыворотки Правды, — выпалила она. — И после этого он сказал, что любит меня…       Он замер, глаза его медленно расширялись по мере того, как она говорила, пока он не принял какое-то решение.  — Я сожалею, — он вздохнул. — Я-я… не думал, когда заставлял тебя выбирать…       Он встал, потянувшись к люку над ними. Увидев, что он собрался уходить, Маринетт вскочила и схватила его за руку.  — Подожди…  — Маринетт! Ты не спишь? — послышался голос мамы снизу. — Ты опоздаешь в школу!       Кот Нуар улыбнулся ей с мрачной торжественностью, как будто только что потерял любовь всей своей жизни.  — Мне жаль, если я смутил тебя, миледи. Я остановлюсь: я знаю, как сильно ты любишь Адриана.  — Подожди, глупый кот! — зашипела Маринетт.  — Маринетт? — голос мадам Дюпен-Чен был всё ближе ко входу в комнату.  — Я спущусь через минуту, мама! — быстро пробормотала девушка, хватая Кота за руку в тот момент, когда он открыл люк. — Кот, погоди!       Он помолчал, наблюдая за ней со сдержанным выражением лица.  — Что?  — Неужели ты не помнишь всего, что я сказала тебе ночью? — она вздрогнула, а щёки снова запылали. Однако действие Сыворотки Правды ещё не закончилось, поэтому смелые признания сами вырывались из её рта. — Да, мне нравится Адриан Агрест, но ты мне тоже нравишься. Адриан, может, и признался мне, но… — она колебалась, прежде чем прошептать следующие слова. — Слишком поздно…

***

      Адриан замер на месте, глядя на неё в изумлённом молчании.  — Слишком… поздно? — сокрушённо повторил он. Она кивнула. — Тогда…       Тогда понятно, почему она не ответила Адриану на признание! Не потому, что была шокирована, а потому, что она разрывалась между двумя людьми, которые, в конце концов, оказались одним и тем же человеком.       Он чувствовал, что его раздирает чувство вины за то, что он заставил её пройти через всё это. Она думала, что обманывает его, не зная, что, даже если это и так, она обманывает его с ним же. Он устроил огромный беспорядок в их отношениях. И всё из-за глупого обещания…       Он одарил её улыбкой, обводя большим пальцем её подбородок.  — Но… ты все ещё любишь его, не так ли? Не разрушай эти отношения, пожалуйста. Я всё равно буду рядом и не оставлю тебя, Принцесса.       Проклятие! Действие этой сыворотки продолжалось… Если бы не она, не было бы этого отвратительного беспорядка, в котором он завяз! Он вляпался, он сам вырыл себе могилу. Теперь он боялся, что в этот момент Маринетт вычислит его личность.       Но, если бы она узнала прямо сейчас… Он взвесил свои шансы. Если он сейчас сообщит ей правду, вероятность, что последствия будут плохими, не очень большая. Чем дольше он ждёт, чтобы сказать ей, тем больше она разозлится на него — он был в этом уверен. «Обещание, данное ей, слишком сильно давит», — подумал он, бросая осторожный взгляд на люк, через который собирался уйти.  — Маринетт, я… — он осёкся, с отчаянием глядя на неё.  — А-а, мне пора в школу! — вскрикнула Маринетт, покосившись на время. Она выскочила из постели, быстро подбегая к шкафу. — Извини, Кот, я поговорю с тобой позже! Мы можем поискать Сыворотку Правды потом, хорошо?       Не дожидаясь его ответа, она закрыла дверцу шкафа и ринулась к люку, чтобы спуститься на первый этаж.       Вздохнув, Адриан сбежал через крышу, упустив возможность прояснить ситуацию. Он не хотел идти домой, но знал, что должен. Он просто надеялся, что отец не станет держать его в заложниках…       Идея пришла неожиданно. Пробежав почти через весь город, он детрансформировался возле дома Нино и достал свой телефон, быстро набирая номер лучшего друга.  — Эй, бро, где ты был? — в голосе Нино чувствовалось беспокойство.  — Прости, — он автоматически извинился. — Я ночевал у Маринетт, — он хлопнул рукой по рту, в ужасе от того, что только что сказал. — Я имею в виду, мы не… То есть, она позволила мне остаться и…  — Чувак, расслабься, — Адриан замолчал. — Ты попал под пулю, не так ли?  — Да, — просто ответил парень, вздохнув с облегчением. — Откуда ты знаешь?  — Алью тоже подстрелили. Она… Э-э-э… она призналась мне, — Нино замолчал на мгновение, а потом вдруг воскликнул: — Что ты делаешь возле моего дома?!       Адриан взглянул вверх. Конечно, Нино смотрел на него сверху вниз из окна с отвисшей челюстью.  — Я… Мне нужно алиби, — признался блондин, смущённо улыбаясь своему другу. — Мой отец не должен узнать, что я был у Маринетт.       Нино вздохнул.  — Выйду через минуту.  — Только не рассказывай об этом Алье! — поспешно добавил он. Адриан боялся, что Сезер потом всё расскажет Мари, которая с лёгкостью сложит два и два.  — Окей, — Нино не любил драмы даже больше, чем Адриан, и Агрест подозревал, что его друг понимает, что за этой историей скрывается нечто гораздо большее.       Брюнет открыл дверь спустя несколько минут.  — Заходи, дружище, — парень вдруг кое-что вспомнил. — Ты знал, что у нас нет сегодня занятий? Чуть не забыл тебе сказать.       Адриан выглядел удивлённым.  — Нет, не знал…       Нино кивнул.  — Судя по всему, новая Акума всё разрушает и сеет хаос достаточно сильно, чтобы руководство школы захотело, чтобы все оставались дома… Эй! Подожди! Куда ты идёшь? — блондин метнулся обратно к выходу, и друг определённо не понимал, что происходит.  — Извини, Нино, я собираюсь проверить Маринетт, — бросил он через плечо и даже не соврал. Нужно было предупредить её, что занятий не будет. — Она тоже была подстрелена Сывороткой Правды!       Нино вздёрнул брови.  — Ого… А как же твоё алиби?       В этот раз Адриан не решился придумывать оправдание, боясь того, что может выйти из его рта.  — Мы придумаем отмазку для моего отца позже, хорошо?       Нино ухмыльнулся и ответил дружеским жестом, показав большой палец уходящему другу.