Последствия пьяных пари

      Катакомбы, в которых они оказались, представляли собой просторный зал, освещённый десятком факелов и дюжиной чадящих лампад. Внутреннее убранство было до невозможного скудным. Единственным предметом находившейся там мебели, если можно так назвать, была клетка с частой решеткой. Внутри угадывались два силуэта, один из них полусидел, прислонившись к одной из стенок, и держал голову второго у себя на коленях.       Наёмники Вильгефорца не торопились нападать, не получив прямого приказа. К тому же, присутствие в числе противников двух эльфов сильно поубавило их пыла.       — Отпусти их, Вильгефорц, — усилием воли Цири заставила голос звучать твердо.       — С чего бы? — в злорадной иронии поднял брови маг. — Разве у тебя есть что-нибудь, что ты можешь дать мне в замен.       Девушка почувствовала, как Аргерн положил ей руку на плечо, стремясь поддержать. Это помогло. К своему удивлению, она поняла, что вместе с этим прикосновением ушёл и страх. Вместо него пришел гнев и какой-то азарт хищника, увидевшего зверя, зашедшего слишком далеко к его логову. Этот подонок решил забрать её семью? Она заставит его пожалеть об этом. Нет, не она. Они!       — Я дам тебе шанс спасти твою и так подпорченную шкуру!       — Ты забываешься, девчонка! — в ярости закричал мужчина. — Здесь я пишу правила!       — Я бы поспорил, — холодно подал голос Лоссэт. — Правила написаны до тебя. А ты их нарушил, возомнив себя творцом. Расплата не за горами. Я бы на твоем месте не сопротивлялся…       — Хватит! — вскричал Бонарт. — Сегодня она умрет, и вы, если будете стоять у нас на пути, тоже!       Алар нахально скрестил руки на груди.       — Аргерн, мне этот тип уже не нравится. Давай так, Усики мои, а вы с Цири берите Глазастика. Идет?       — Ты уверен, что хочешь руки пачкать? — с брезгливостью спросил блондин.       — О да! Я хочу эти усики. Отрезать.       Вильгефорц слушал это, всё больше поднимая брови.       — Ты меня разочаровываешь, Ведьмачка, с каждым разом твои друзья-спасители всё борзее.       — Это мы ещё трезвые, — многообещающе сказал Лосс. — Будь мы пьяные, вы бы уже выбитые зубы сломанными пальцами собирали.       — Всё, с меня хватит, — махнул руками Вильгефорц. — Сейчас вы умрете.       Маг вскинул руки, чтобы испепелить наглецов, но внезапно осознал, что не может сотворить даже искорки.       — Неожиданно, правда? — ехидно спросила Цири.       — Не знаю, что ты сделала, но ты за это заплатишь! — прошипел маг, отбирая меч у одного из наёмников, так как призвать свою излюбленную палку он не мог.       Противники бросились друг к другу.       Согласно договоренности, Лосс должен был беречь силы, чтобы в случае нехватки сил у Вилл помочь ей в поддержании заклинания, и потому удовольствовался тем, что начал деловито кромсать своей боевой косой несчастных наёмников, в чем ему оказывал посильную поддержку Ивон.       Цири вместе с Аргерном напала на Вильгефорца, показывая тому, что в Каэр Морхене она совсем не ворон считала.       Бонарт, шагнувший было к ней, был остановлен вставшим у него на пути ехидно ухмыляющимся Аларом, держащим в руках двуручный изогнутый клинок.       — С дороги, щенок, пока я с тебя шкуру не содрал!       — Не пугайте меня, дядя, понапрасну. Я видел беременную женщину в гневе, и с тех пор меня ничего уже не может напугать!       С этими словами Мечник завертел клинком, заставляя противника отступить на пару шагов. Но Бонарт не хотел терять время и потому в ответ осыпал брюнета градом молниеносных атак.       В это время Вилл, не прекращая поддерживать заклинание, пробралась к клетке, по дороге зарубив пару особо настырных поклонников. Дверь была заперта на массивный замок и ключа, разумеется, рядом не виднелось, посему эльфийка приспособила под это дело меч. Клинок с легкостью рассек дужки замка, отворяя дверь.       Шмыгнув внутрь, она подскочила к лежащим там людям. Беловолосый мужчина находился в чем-то вроде анабиоза, заключила Вилл, а женщина просто без сознания.       Побив ту ладонями по щекам, она сумела кое-как привести её в чувство.       — Что?.. Что происходит?.. — с трудом произнесла черноволосая женщина.       — Тссс! Тихо, уходим отсюда!       Эльфийка сделала жест Ивону, чтобы тот шел помочь. Анимаг, который в это время бился одновременно с тремя противниками, попытался ей донести, что сейчас ему не до того. Вилл это интересовало мало, и потому пришлось Лоссэту брать на себя всех наёмников, число которых уже сократилось вдвое, чтобы Ивон помог вынести беспомощного ведьмака. Вилл же помогла выйти Йеннифер, которая хоть и была в сознании, шла всё равно с трудом. Когда они отошли от боя на относительно безопасное расстояние, чародейка оглянулась и увидела, как её дочь вместе с незнакомым ей молодым мужчиной бьются против Вильгефорца.       Аргерн сразу понял, что их противник шутить не будет и решил действовать наверняка. Они с Цири кружили вокруг мага, как волки вокруг вепря, то и дело, нанося синхронные удары, чтобы у мага не было времени увернуться. И эта тактика давала свои плоды, ибо на одежде Вильгефорца уже появилось несколько быстро мокнущих красных пятен, что, впрочем, не мешало тому огрызаться в ответ. Он не был дураком и тоже понял, что играючи этот бой выиграть не удастся. Цири была быстрая и изворотливая, как ласка, а блондин наносил такие сильные удары, что отбить их было уже задачей.       Он как мог старался прижаться спиной к стене, чтобы свести все атаки на одну сторону, но действующие в паре Аргерн и Цири понимали его стремление и, как могли, ему мешали.       В один момент всё изменилось, когда девушка пропустила ловкий финт и меч противника наотмашь, что есть силы, ударил её по правой руке. Спасло конечность лишь то, что удар пришелся плашмя и руку не отрубило, а лишь повредило кость. Цири вскрикнула от боли, перехватывая Ласточку в левую руку, с трудом отбивая удары, которые почувствовавший слабину противник начал атаковать без остановки. Если бы не Аргерн, она скорее всего погибла бы. Но он был с ней. Закрыв её собой, он подставил по удары свой двуручник. К сожалению, Аргерн был очень сильным воином, но в скорости ощутимо проигрывал магу.       Свелась ситуация к тому, что Вильгефорц прижал их к стене, без конца осыпая ударами.       Алар тоже быстро пришёл к выводу, что у «Усатика» с чувством юмора плохо. Будучи гораздо меньше противника в размерах и слабее по силе, он решил брать проворством. Вращаясь как юла, не останавливаясь не на миг, он пытался измотать Бонарта, которого крепко возненавидел ещё до боя. Прошлым вечером, когда он пошел проверить лошадей, Ивон пересказал ему то, что рассказывала Цири. Этого Мечнику вполне хватило. Он был по натуре человеком не злобным, но становился зверем в человечьей шкуре, когда кто-либо обижал женщин.       Но к его большому огорчению, противник тоже видел свои преимущества и пользовался ими при каждой возможности.       Алару всё сложней было парировать тяжелые удары. В конце концов он упал на одно колено, выставив меч горизонтально над собой, пытаясь удержать клинок Бонарта, которым тот неумолимо придавливал Мечника к земле. Алар понимал, ещё немного, и можно будет слать в Эллесмеру письмо с печальным содержанием. Убрав левую руку с рукояти (меч врага уже начал впиваться в плечо), он сунул её за пазуху. Бонарт склонился всем телом к нему, пытаясь раздавить нахального выскочку. Его глаза яростно смотрели Алара. Не попасть было сложно. Левой рукой Мечник швырнул ему в глаза горсть растертого в порошок перца. Охотник за головами вскрикнул и выронив меч, стал отчаянно тереть глаза, стараясь избавится от страшного жжения.       Большего Алару не требовалось. Даже не вставая на ноги, он нанес рубящий удар снизу вверх. Не по ногам. Между.       Бонарт взвыл. Теперь уже не спеша, брюнет поднялся и с чавкающим звуком вырвал клинок из тела противника, но вместо того чтобы добить, воткнул его между плитами пола. Сильным пинком уложив «Усатика» на пол, он схватил его за правую руку и резким движением сломал кисть, затем ударом колена заставил локоть выгнуться в обратную сторону, и напоследок выбил руку из плечевого сустава.       — Будет тебе уроком, мерзавец, — процедил он.       Бонарт, отчаянно скуля попытался отползти, но Алар остановил его. Подойдя сзади, взял за голову, и одним движением свернул шею.       Он хотел пойти помочь Лоссу и Ивону, но его внимание привлекла картина у дальней стены. Вильгефорц прижал Аргерна и Цири к стене. Цири уже не могла поднять клинок, да и Аргерн бился из последних сил.       Алар не думал. Забыв схватить меч, он метнулся к магу, который уже готовился нанести последний удар по блондину. Он не заметил, как с другой стороны метнулся, или точнее едва переставляя ногами, попытался бежать женский силуэт с длинными тёмными волосами…       Для Алара стояла лишь одна цель — успеть! Из последних сил он ногой выбил клинок из рук мага, чем обратил внимание того на свою персону. Увы, сил на то чтобы бороться, у него не осталось.       Вильгефорц без труда схватил его за горло и поднял над землей, стремясь придушить, сломать шею, убить жалкого человечишку.       Уже на грани сознания, Алар сделал последнее что смог — сил чтобы, разжать душащие руки уже не было — впился пальцами в камень, заменяющий чародею глаз и вырвал его из глазницы.       Маг закричал от адской боли, пронзившей сознание раскаленным огненным прутом. Мечник, почти придушенный, упал на землю, не в силах стоять на ногах. Превозмогая боль, Вильгефорц встал на ноги. Кровь хлестала из раны на его лице.       — Вы не знаете, с кем связались! Я сильнее вас! Вы будете умолять меня о смерти…       Он не договорил. Чародейка Йеннифер подкралась к нему со спины, подобрала оброненный магом меч и пронзила его насквозь. А затем схватила за перекрестье гарды и повернула его полным кругом.       — Это тебе за всё то горе, что ты причинил моей семье! — проговорила ему на ухо женщина, после чего вынула меч и одним ударом раскроила Вильгефорцу череп.       Наёмники поняв, что их наниматель приставился, дружно решили ретироваться.