Я тоже

Микки даже не помнил, когда всё у него было настолько прекрасно. У него был Йен. Милкович ещё не до конца разобрался в чувствах к нему, но всё же что-то ощущал. Особенно, когда его член скрывался в дырке рыжего. Ему нравились эти чувства. Протерев глаза, он увидел рядом с собой рыжие пряди. Лучи солнца, проникавшие в окно, падали на волосы Йена, а те переливались и становились огненно-красными. Микки запустил в них пятерню и провёл пару раз, от чего другой зашевелился и спустя пару секунд открыл глаза. — Доброе утро, — хрипловатым голосом сказал Галлагер. — Доброе. Готов к новому заходу? — Мистер Милкович, ну вы и ненасытный.

***

— Так, сегодня мы будем изучать русскую литературу 18 века. В начале XVIII столетия, в Петровскую эпоху, Россия стала стремительно развиваться благодаря преобразованиям во всех областях государственной и культурной жизни. Эти преобразования привели к централизации самодержавной государственности и сами содействовали ей. В это время укрепилась независимость России, возросла её военная мощь, произошло культурное сближение державы со странами Европы, и усилилось её влияние на европейской арене. Широко используя достижения отечественной и мировой науки, культуры, техники, промышленности, образования, Петр I своими реформами открыл новые пути для русской литературы. Несмотря на то, что движение России после кончины Петра Великого замедлилось, русское общество достигло в XVIII веке огромных результатов в области культуры и образования. Русские монархи, в особенности Петр I и Екатерина II, отчетливо понимали, что двинуть вперед страну, разрушить костные патриархальные порядки, застарелые суеверия, создававшие помехи росту материальных ценностей и новым общественным отношениям, утвердить новые светские государственные и моральные нормы и понятия, можно только с помощью образования, просвещения, культуры, печати. В этой связи литературе уделялось исключительное внимание. Различные слои русского общества в этих условиях получили возможность для широкой умственной и художественной деятельности: были открыты Московский университет, общеобразовательные школы и профессиональные училища; введён новый календарь; основана первая русская газета; учреждены Академия наук, Академия художеств, Вольное экономическое общество, первый постоянный русский театр. Общество получило возможность высказывать свои мнения, критиковать дела правительства, вельмож и сановников.

***

Уроки закончились, и Микки с облегчением поехал домой. По дороге он подобрал Йена, и они направились к брюнету домой. Ему нравился энтузиазм рыжего, его чувство юмора, да и сам Йен был красавчиком. — Может пиццу закажем? — спросил брюнет. — Да, можно пиццу, мне без разницы. — Окей, тогда я заказываю. Рыжий подошел сзади к брюнету и обнял того, уткнувшись носом ему в шею. — Ты так вкусно пахнешь. — Детка, — Микки развернулся и обнял парня за талию, — это просто новый гель для душа. — Нет, нет, нет. Именно твой запах сводит меня с ума. Брюнет поцеловал Йена в лоб и набрал уже знакомый номер доставки пиццы.

***

Блядские уроки, этот день не сулил ничего хорошего с самого утра: машина сломалась, пришлось вызывать такси, костюм запачкал, и к тому же опоздал на работу. Его вызвали к директору. — Мистер Милкович, Вы же знаете, что Вы должны будете сделать за то, что опоздали? — Да, я прекрасно помню. — Вот и славно. Директор закрыл дверь кабинета, снял штаны и встал на корточки.

***

Следующий урок по расписанию должен быть у класса Йена. Микки не мог нормально реагировать на парня. Особенно сейчас, когда тот сидел и жадно пожирал его взглядом. Этот мальчишка ему кого-то напоминал, но брюнет не мог вспомнить кого. Микки снова рассказывал о литературе восемнадцатого века. Урок подходил к своему завершению. — Дети, на следующем уроке у Вас будет контрольная работа. Предупреждаю сразу, если вы будете говорить «Меня не было, я болел» и тому подобное, меня это не интересует. Распространите эту информацию тем, кто не присутствует в данный момент. По классу раздались тяжелые и возмущённые вздохи. — Все свободны. Ученики только начали собирать вещи, как в кабинет вошла полиция. — Мистер Милкович? Класс перестал собирать вещи, и все обратили внимание на происходящее. — Да, что-то случилось? — Вы обвиняетесь в сексуальной связи с лицом, не достигшим совершеннолетнего возраста.