Рождественские истории

      — Абараи, — стоящий напротив татуированного парня Исида немного нервно поправил очки. — Я обещал подменить своего друга на работе, но в школьном совете у меня внезапно всплыли неотложные дела, поэтому я решил попросить тебя о помощи.       Ренджи от неожиданности подавился сигаретным дымом, начав громко кашлять и бить себя по груди кулаком. Чего парень не ожидал, так это таких странных просьб от обычно слишком гордого Исиды, не любящего просить кого-то о чем-либо.       В любом случае он мог попросить о помощи любого другого своего друга. Все-таки с Чадом, например, он общался намного дольше, чем с ним; а Ичиго… хотя Куросаки был еще тем олухом, который тут же бы пошел на попятную. Драки? Всегда пожалуйста, к этому один из главных школьных хулиганов всегда был готов. А вот сомнительная работенка? Тут уж нужно было включить режим уговоров на полную катушку, а Урю был шибко гордым для такого.       — Та-ак, — протянул Абараи, выкидывая окурок от сигареты в стоящую рядом мусорку. — Почему ты не попросил Чада?       Исида снова как-то нервно поправил свою отросшую на один бок челку, будто пытаясь выкроить себе немного времени на ответ. Просить кого-то о помощи было чем-то новым в практике Урю, ведь обычно он полагался только на свои силы: тогда сразу было понятно, что все будет выполнено в срок, а главное чисто и качественно. А вот остальные такого доверия со стороны молодого человека не вызывали. Чад, обычно слишком падкий на милые вещи, уж точно не подходил на роль его заместителя. Куросаки был самим собой, доверять этому парню можно было только свою спину в драке, потому что работник из него был, мягко сказать, не очень. Бедная Унагия-сан часто жаловалась на своего горе сотрудника, когда Урю приходил за ним к ней на работу. Оставался только Абараи. Хоть с виду один из немногих его друзей и выглядел весьма… специфично, на деле же был настоящим работником года. Несмотря на огромное количество татуировок по всему телу и главное за место бровей на лбу, с весьма длинными для парня волосами, выкрашенными в ярко-красный цвет, Абараи всегда появлялся на работе вовремя и хорошо выполнял заданные ему задачи. Пусть даже он и был всего лишь водителем в богатой семье Кучики, работу свою он выполнял достойно — это было важнейшим фактором в выборе именно этой кандидатуры на роль заместителя Исиды.       — Я решил, что ты подойдешь лучше остальных, Абараи, — все, что сказал на этот счет Исида.       Ренджи задумчиво потер щеку рукой. С одной стороны сегодня у него действительно был выходной, Кучики в кое-то веке никуда не собирались, предпочитая сидеть дома. А с другой стороны это был очень важный для него день, все-таки именно сегодня он хотел показать себя мелкой Кучики с другой стороны. Показать, что он был неплохим парнем, которого можно было воспринимать не только как ее личного водителя, но и как… мужчину.       — Эх, — протянул парень, надеясь не пожалеть о своем выборе. — Друзей на грудь не меняют: я согласен.       Исида явно облегченно вздохнул, даже как-то разом расслабившись и посмотрев на приятеля. Конечно, он не до конца понял его слова про грудь, но решил не вдаваться в подробности, предпочитая просто поблагодарить Абараи:       — Спасибо, буду должен.       — А что за работа-то? — поздно спохватился Ренджи, чувствуя, как Урю тянет его за собой за локоть в сторону какого-то торгового центра.

☆*:.｡. o (≧▽≦)o.｡.: *☆

      И все-таки со стороны чертового Исиды это была самая настоящая подстава. Жутко жаркий красный костюм Санты Клауса заставлял парня буквально гореть в нем, сидя на каком-то странном троне в торговом центре. Все время жутко хотелось сорвать с себя всю экипировку и зашвырнуть ее на елку, стоящую позади него. Накладная борода колола лицо, наскоро сделанный грим одной из работниц неприятно ощущался на коже. Хотя казалось, что он уже давно должен был потечь с его лица, но, по словам девушки, он был водостойким, и смыть его ему еще нужно было постараться. Будто это хоть как-то могло успокоить того, кто вообще не понимал мужчин, красящихся женской косметикой. Но что не сделаешь ради дружбы.       Что еще его напрягало в этой работенке, так это толпа детей. Нет, серьезно, им что, дома не сидится в такое время с родителями? Почему эта галдящая наперебой орава маленьких монстров столпилась именно рядом с ним, то и дело пытаясь самостоятельно залезть к нему на колени? И хоть детей Абараи любил всей душою, где-то в глубине сознания мечтая о маленькой дочурке от одной особы, сидящей у него в мыслях уже год, но эта ребятня была просто ненормальной. Каждый, кто забирался к нему на колени, норовил содрать с его бедного лица накладную бороду. Которая, между прочим, была приклеена к его многострадальному подбородку. И за каждым дерганьем следовала вспышка боли, сравнимая с выбиванием челюсти. И откуда в этих сорванцах была такая сила?       — А ты правда Санта? — внимательно поглядев на сидящего и умирающего Абараи, спросила девочка лет пяти.       — Хоу-хоу-хоу, — прокряхтел парень, пытаясь незаметно забрать у нее бороду и облегчить свои муки. — Конечно же я Санта, разве не похож? — приходилось и голос менять на более низкий и старческий.       — Если честно, то вы больше похожи на оленя, чем на Санту, дяденька, — протянула малышка, продолжая пялиться ему за голову.       Абараи резко обернулся, видя, как сзади стоящий пацан примеряет к его голове откуда-то взявшиеся оленьи рога, еле-еле балансируя на уступе сзади его стула. Когда мелкий и бестыжий дьяволенок заметил, что на него смотрит уже и объект его шалости, он резко нахлобучил на голову Ренджи эти самые рога, сорвав в добавок ему под шапкой еще и несколько клоков волос, и дико хохоча улетел куда-то за угол, показывая недоСанте свой язык.       — Ах ты мелкий засранец, — прорычал парень, буквально метая глазами молнии и пытаясь отодрать от головы слишком узкий для нее ободок с рогами. Выходило так себе, девчушка, сидящая у него на коленях, хихикнула себе в кулачок и также быстро ускакала куда-то в толпу.       — Пойдемте, дети, — произнесла одна из мамочек. — Это очень злой и нехороший Санта Клаус.       — Это дети у тебя злые и нехорошие! — прикрикнул парень вслед женщине с парой тройкой детишек, бегущих у ее ног. — Чтоб этих мелких спиногрызов!       Донельзя взбешенный и замученный этим днем Абараи сел обратно на кресло, откидывая под елку рога и потирая горящую огнем кожу головы, лишенную половины волос. И ведь он действительно любил детей, но этих маленьких засранцев, вечно ноющих и канючащих в торговых центрах либо вообще не воспитывали, либо воспитывали, но мало наказывали за плохое поведение. Он бы их!.. Да он бы их… в угол поставил, уж точно!       — Смотри, милая, там сидит самый настоящий Санта Клаус, — Ренджи постарался вернуть на лицо добродушное выражение, переводя взгляд на черноволосую малышку с крупными кудрями. Ее мама в этот момент указывала на него, сидя рядом с всхлипывающей девочкой на корточках. — Хочешь поговорить с ним, а загадать желание? Ну же.       Девочка подобралась неуверенно к нему поближе, стирая остатки слезок с пухлых и красных щечек, становясь рядом. Ее неуверенно шаркающая ножка даже как-то развеселила парня, глядящего на стеснительную маленькую особу. Она так была похожа на мелкую Кучики, что его губы даже впервые за день растянулись в довольной улыбке.       — Ну что, девочка, хочешь поговорить с Сантой по поводу подарка на Рождество? — он посадил ее к себе на колени; в кое-то веке ребенок не вцепилась остервенело в белую бороду, оставив ручки у себя на коленках сжимать платье.       — Д-да, — наконец подала голос она. — Я хочу, чтобы мой котик вернулся домой. Он такой красивый у меня: с разными глазами и белой-белой шерсткой, как снег. Его даже Юки зовут, вот!       Ренджи стрельнул взглядом в женщину, стоящую неподалеку и печально смотрящую на свою дочку. Судя по взгляду сам парень мог понять несколько вещей: либо котенок действительно убежал и его нужно было найти; либо кот склеил, кхм, ласты. Что было многим хуже обычного побега из дома. Жалко было мелкую, она была такой трогательно печальной, что у Ренджи язык не поворачивался брякнуть что-нибудь дежурное ей, вручив конфетку и отправив восвояси.       — Санта обещает тебе, что исполнит твое желание, — гордо выпятив грудь, произнес Абараи. Все-таки под Рождество действительно нужно было исполнять чужие желания. — А пока держи конфетку.       На улице уже давно стемнело, что было видно через стекленный потолок и вечно вертящиеся двери, ведущие к выходу. НедоСанта потерял счет времени, точно не зная, сколько уже торчал в окружающей его духоте. Дети то прибывали, то уходили. Какие-то продолжали дергать его за бороду, другие были более милы и разговаривали с ним, крайне веселя и поднимая настроение после более хамоватых детишек. Таким он с радостью отдавал конфеты из мешка с подарками, временами отсыпая чуть больше, пока никто не видел.       И все-таки работа такая была весьма тяжкой. С одной стороны, подумаешь, сидишь весь день на троне, на тебя пялятся, как на восьмое чудо света. Вечно смеешься, держась за живот, в попытке скопировать действия Санты из мультиков и его детства. А вот с другой стороны, тебя временами окружают невоспитанные детишки и их хамоватые родители. Отойти куда-нибудь надолго нельзя, почесать бороду тоже, он уже молчал о том, чтобы скинуть хоть ненадолго этот тулуп и вспомнить о том, что такое прохлада. А еще ему не заплатят, ибо работает он на вольных началах, подменяя Урю, который в свою очередь должен был подменять какого-то парня. А вот этому парню заплатят. Хоть бы на пачку сигарет денег дал, что ли.       А еще его временами тянуло в сон. Возможно, от недостатка кислорода, а может быть из-за того, что в этот день он спал максимум часа три. А ведь в отличие от своих друзей школьников школу он закончил уже три года назад и не мог просто так взять, забить на все и продолжить спать. А как хотелось. Но тогда мелкая Кучики вытрясла бы ему весь мозг, а он ведь старался быть хорошим парнем. Хотя бы при ней.       — Давай, давай, — откуда-то со стороны раздался знакомый девичий голос. Приоткрыв глаз, Ренджи узрел одноклассницу друзей — Иноуэ Орихиме. — Если хочешь, то это точно-точно нужно сделать!       И чего именно она предлагала? А главное — кому? Кучики?!       — Тише ты, Орихиме, — шикнула черноволосая девушка небольшого роста. На ее голове покоились смешные теплые наушники в виде ее любимых Чаппи. — Кто-нибудь же может услышать.       Иноуэ уперла руки в боки, принимая воинствующую позу и готовясь к атаке. Что-что, а уговаривать рыжеволосая действительно умела. Если уж не словами, то щенячьим взглядом. Кто, как не Кучики знал об этом.       Стоящая рядом с девушками Арисава Тацуки молча следила за их дружеской перебранкой, даже не пытаясь как-либо отговорить Химе от приставаний к Рукии. Во-первых, легче было пробиться стену головой. Во-вторых, ей самой было интересно поглядеть на будущее действо со стороны. На такой случай она даже сняла с рук варежки и достала из кармана телефон.       — Рукия-чан, в этом нет совершенно ничего такого, — начала гнуть свою линию Орихиме. — Мы все еще дети, хоть и учимся в выпускном классе. Если тебе действительно этого хочется, то иди и подойди к Санте! Будет весело!       Ренджи даже воздухом поперхнулся на этих словах, отвлекаясь от сидящего у него на коленях ребенка, радостно рассказывающего ему о том, что именно хорошего тот делал за этот год. Он, конечно, старался не смотреть на девушек, находящихся неподалеку от него, но временами до него доносились обрывки фраз трех подружек.       А еще ему совершенно точно хотелось, чтобы Кучики села к нему на колени и посмотрела на него своими большими фиалковыми глазами, выглядящими всегда так завораживающе. И сказала ему, что хорошо вела себя весь этот год.       Че-е-ерт, Абараи, просто не думай об этом так. Кучики-старший же тебе голову за такой откусит и даже не подавится. Она же школьница! Она мелкая школьница!       — Но там же дети, это как-то… неудобно, — неуверенно произнесла девушка, теребя край своей куртки от волнения. — Да и я тяжелая.       Ренджи категорично замотал головой, отвлекаясь от все того же ребенка, наконец закончившего говорить о своих детских свершениях и переключившись на список подарков, которые он бы хотел получить. Он был точно-точно уверен, что Рукия была очень легкой. Она же была такой маленькой, хрупкой, красивой, нежной, привлекат… Нужно было прекратить думать об этом. Просто прекратить.       — Ничего ты не тяжелая, — Ренджи уверенно покивал головой. — Так что вперед, Рукия-чан, мы постоим рядом и подождем тебя. Канун Рождества все-таки, чудо возможно.       Наконец девушки засеменили в конец очереди, уверенно вставая рядом с мамочками и их детьми. Возможно, некоторые и покосились на них странно, но уверенный взгляд Тацуки заставил их быстро отвернуться. Кто-кто, а уж эта каратистка всегда выглядела так, будто вещи вокруг нее были вполне себе естественными.       И теперь нестерпимо хотелось, чтобы очередь проходила намного быстрее. Мелкий пацан, уже перешедший на второй лист с подарками. А листы у него действительно были в руках, это Ренджи только заметил. И их еще было как минимум штуки четыре.       — Слушай, мальчик, — заговорщически протянул Абараи, косясь на мальца. — Я знаю обо всех подарках, которые ты хочешь. Если ты сейчас улыбнешься, возьмешь конфеты, поблагодаришь меня и уйдешь, то я тебе их все-все подарю.       — Честно?       — Давай уже, бери конфеты, — пробубнил парень, уверенно и слегка нервно высыпая целую горстку конфет в ладошки ребенка и посылая его куда-подальше. Мысленно, конечно.       — Спасибо, Санта, — радостно воскликнул мальчик, улетая куда-то к отцу и матери, стоящим в стороне с камерой в руках,       И все-таки детей было слишком много, а очередь тянулась со скоростью улитки. Ренджи уже даже перестал обращать внимание на постоянные подергивания его бороды, детские голоса слились в один. Кажется, сейчас он отсыпал куда больше конфет каждому ребенку, из-за чего они улетали от него очень счастливые. И обещал он им слишком многое, что родители, скорее всего, почти и не могли им подарить. В таких количествах уж точно. Ну, подумаешь.       Зато Рукия приближалась к нему с каждым ребенком. Она все еще была не очень уверена, хоть и улыбалась ярче, чем все остальные детишки, находящиеся рядом. И она была такой красивой в этот момент: улыбки ей шли куда больше, чем недовольные взгляды или каменное выражение лица, привычное роду Кучики. Конечно, парень задавался вопросом, куда это она собралась в этот день без своего постоянного водителя, чем занималась в канун Рождества и что за огромный пакет, почти с нее ростом, волочила за собой по полу. Но все это было сейчас не слишком значительно. Больше сейчас его занимала их скорая близость. Ему ведь так хотелось, временами, прикоснуться к этой маленькой колючке и просто обнять. И когда он стал таким… не таким.       Когда в очереди перед ней оставалось всего три ребенка, он почти подскакивал на троне от нетерпения. Ему была интересна ее реакция, как быстро она узнает, что это именно он и что скажет на это. Абараи очень надеялся, что девушка не накинется на него с кулаками, подумав, что он какой-то там извращенец. Он им не был, просто в данный момент это было просто невероятным стечением обстоятельств. Весьма приятным, что уж тут таить, ему.       Три. Два. Один.       — Орихиме, иди первая, я стесняюсь, — прошептала Кучики, удерживаемая сразу двумя девушками от побега. И ей очень-очень хотелось присесть на колени к Санте и как в детстве рассказать ему обо всем на свете, попросить подарок и получить конфету. И пусть она в него уже давно не верила, чуда-то хотелось.       — А я завтра, Рукия-чан, — протянула рыжеволосая красавица, прикрывая от легкого смущения глаза. — Вот увидишь, завтра же пойду, обещаю! — клятвенно подняв руку вверх и приложив ее к сердцу, произнесла девушка. Рядом стоящая Тацуки кивнула головой. Выглядело это как обещание. — А сегодня твой день.       Кучики нервно хихикнула. Наступила ее очередь, Санта уже выжидательно смотрел на нее. А она все неуверенно топталась на месте, не зная, куда деть себя от смущения. Она, наверное, была сейчас такая красная от стыда, что выглядела, как спелая помидорка.       Неожиданный толчок со спины выбил ее из равновесия, заставив буквально налететь на сидящего на троне Санту Клауса. Хотя он вовремя и подставил руки, ловя ее и оберегая от ушибов. Довольно хихикающая Арисава тут же утащила Орихиме в сторонку, начав делать на смартфон снимки смущенной донельзя Кучики и такого же смущенного Абарая.       — Молодец Исида все-таки, — произнесла Тацуки, продолжая делать снимки со всех ракурсов. Благо, эти слова услышала только слегка стыдящаяся из-за проделки Орихиме, прикрывающая горящее лицо волосами и шаркающая за подругой. — Давно пора было свести этих придурков, а теперь пойдем, — Арисава закинула телефон в курту и потащила за собой Иноуэ, пытающуюся что-то спросить, но не находящую слов. — Пока, Рукия!       Уверенная Арисава скрылась за поворотом, аккуратно таща за собой шокированную Орихиме. Девушка совсем не понимала, почему они так внезапно бросили их подругу, оставив один на один с незнакомым Сантой. Он ведь может и конфетами ее закормить, а потом Кучики распухнет и больше не сможет помогать своему старшему брату спасать мир от инопланетных захватчиков, скрывающихся под личиной бизнесменов. И ведь тогда друг Куросаки останется без работы, разозлится на них с Тацуки и будет всю оставшуюся жизнь преследовать их в роли тайного агента. А они обе будут прятаться от него, сбегут в другую страну и сделают фальшивые паспорта. Но ведь тогда Куросаки-кун не сможет пойти с ними, он ведь не бросит своих маленьких сестренок. А что будет делать Орихиме всю жизнь в бегах да без Куросаки-куна?       — Тацуки-чан, мы не можем этого сделать, я не хочу переезжать другую страну и жить в лесах. Мы же не бросим Куросаки-куна! — испуганно воскликнула девушка, пытаясь вернуться обратно и изменить будущее. Все ведь в ее руках.       — О чем ты?.. В прочем неважно, — привыкшая к странностям подруги и ее бурному воображению Арисава остановилась около выхода, ожидая, когда для них освободится проход. — Тот Санта Абараи Ренджи, друг Ичиго, если ты помнишь. А теперь пошли и я по дороге домой тебе все объясню.       — Ха?..       — И ты завтра у меня не отвертишься, как миленькая к Санте пойдешь.       Двух девушек не было видно уже минуты две, а сидящая на коленях у Санты Кучики все еще не могла прийти в себя ото всего произошедшего с ней меньше, чем за три минуты. Ее внезапный полет и встреча с руками незнакомого человека ввели ее в состояние легкого хаоса в голове. Когда ни за одну мысль невозможно было ухватиться, хоть она и пыталась. А еще запах у Санты был какой-то знакомый. И у кого еще она этот одеколон чувствовала?       — Хоу-хоу-хоу, — пробасил парень, наконец пришедший в себя после падения девушки. Казалось, в те секунды ее полета он вообще обо всем позабыл. Но теперь было так приятно ощущать ее маленькую у себя на коленях. — А вы девушка хорошо себя вели в этом году?       Отвлекшись от мыслей о знакомом запахе Рукия, наконец, глянула куда-то в грудь Санте. Выше смотреть она не решалась, ибо было очень стыдно. Особенно теперь, когда в торговом центре она осталась совершенно одна. И если от Арисавы такие фокусы можно было ожидать, то от всегда верной и преданной Химе — нет. Нужно было сразу же после этого разобраться со всем, что сейчас происходило.       — Ну, я-я хо-хорошо училась, — слегка заикаясь произнесла она, нервно ерзая на коленях незнакомца. — И еще я в этом году закончила художественную и музыкальную школы. С отличием. А еще я помогала брату на работе и всегда была верной подругой. Никогда… почти никогда никому не грубила.       Она была такой трогательной в данный момент. Смотрела куда-то ему в грудь, словно боялась взгляд поднять на его глаза; теребила пальцы друг о друга, пытаясь унять дрожь в теле, хотя дрожь в голосе таким скрыть было нельзя; а ее личико было таким красным, смущенным и немного отрешенным. Был бы Абараи понаглее, посмелее, то обязательно прямо сейчас схватил ее за подбородок, приподняла лицо и поцеловал. Но он не был таким. Ему даже удавалось быть джентльменом, хоть временами они и ругались друг с другом.       — Сразу видно, что хорошо, — ухмыльнулся Абараи, поднимая одну руку и поглаживая девушку по голове. Просто было слишком смешно смотреть на нее смущенную, а сейчас краснота еще сильнее усилилась. — И что мы бы хотели от дедушки на Рождество?       — Хочу большого кролика Чаппи, — протянула она, поднимая на него взгляд своих фиалковых глаз. Шокировано расширившиеся глаза многое поведали Абараю. А инстинкт самосохранения затрубил тревогу, намекая на то, чтобы руку он все-таки убрал.       — Так у тебя же их целый шкаф, Кучики, — до конца раскрыл себя перед девушкой парень, и так понимая, что маскировке настал конец. Еще бы ей его не узнать, все-таки из-под шапки торчал кусок татуировок на бровях. Слишком известных всем его знакомым.       — Аб-бараи?! — зашипела кошкой на него девушка, пытаясь резко соскочить с колен парня. — Чт-то т-ты тут делаешь, извращенец? Пусти!       Его руки аккуратно, чтобы не причинить боли, и в тоже время сильно и крепко держали девушку, не давая ей спрыгнуть. Благо именно сейчас народ на какое-то время рассосался, давая ему возможность поговорить с Рукией и объяснить ей все.       — Успокойся, Кучики, — пробубнил он, хватая одной рукой ее маленькие кулачки, пытающиеся его прибить. — Я здесь временно работаю, не паникуй.       — Ха?       — Вот именно. Ты же не подумала, что я тебя тут специально поджидал, — хотя если бы он знал о ее прибытии в этот магазин, то отобрал бы этот костюм у знакомого Исиды и еще бы денег сверху накинул. Такая удача! — Я подменяю знакомого, там более дарить детям радость весело.       Кучики перестала трепыхаться на его руках, понимая, что бороться с этим верзилой было бесполезно. Вместо этого она вернула на лицо это недовольное выражение, присущее ей при общении с ним. Хотя она готова была признаться только самой себе, и может быть еще девочкам, в том, что сидеть вот так на коленях Абараи было приятно. Не сказать, что она когда-либо мечтала именно о такой ситуации. Но что-то похожее нет, нет, да и мелькало в ее мыслях. Чертов водитель!       — А тебе, если честно, идет этот костюм, — наконец произнесла девушка. — Не знала, что ты такой… добрый.       Где-то у себя в голове Ренджи возликовал, открывая шампанское. Ну, наконец-то она обратила на него хоть какое-то внимание.       — Мы просто мало общаемся, вот ты этого и не знаешь. Конфетку?       Девушка с радостью приняла целую горстку конфет, про себя отметив, что среди них было несколько ее самых любимых. И не подумала бы она еще с утра о том, что через пару часов будет вот так сидеть на коленях у парня, работающего на них и являющегося, что уж тут скрывать, объектом ее повышенного интереса. Да только этот идиот никогда не обращал на нее своего внимания, еще и мелкой называл. Идиот.       — Девушка, имейте совесть, уступите место ребенку!       Позади как-то незаметно снова собралась целая толпа детишек и их родителей. Среди этих спиногрызов Ренджи уже легко определил тех, кто обязательно будет дергать его за бороду. А ведь так не хотелось отпускать Кучики с колен, аж сил не было. Но работа была работой.       Рукия спрыгнула с его колен на пол, убирая конфеты в карман и печально глядя на парня. Ей тоже не хотелось так скоро уходить. Хотелось в кое-то веки просто пообщаться с ним в неформальной обстановке, но видимо не сейчас. Она махнула ему рукой, таща огромный пакет за собою к выходу.       — Дерьмовое рождественское чудо, нечего сказать, — пробубнил парень, пристыжено глядя на девушку, несущую за собой тяжеленный пакет. Но на коленях уже сидел ребенок, дергал его за многострадальную бороду и вещал о своих добрых делах, вымаливая подарки. А ему только и оставалось, что слушать, улыбаться и мысленно проклинать себя за то, что не помог.       Оставалось еще где-то четыре часа до конца рабочего дня, был канун Рождества, а Абараи не чувствовал никакого праздничного настроения. Хотелось завалиться спать часов на десять и покурить. А ведь мелкая Кучики до дрожи ненавидела запах сигарет и не любила, когда он курил. Хех.       Ребенок за ребенком, минута за минутой — потрепанные нервные клетки, говорят, не восстанавливаются. А ему их сегодня потрепали немало. И даже милые, добрые и смешные детишки уже не поднимали ему настроение. С тех пор как ушла Кучики прошло только минут пятнадцать, а из него уже будто всю душу вытрясли. И не хотелось больше ни-че-го.       Очередной ребенок слез с его колен, держась за приклеенную бороду, словно за канат. Ренджи проводил его недовольным взглядом, протягивая руки к следующему ребенку. Как вдруг позади него раздался радостный возглас:       — Подходите, не стесняйтесь, в этот праздничный день вас хочет поздравить самый настоящий Санта Клаус, прилетевший на своих волшебных санях с самого Южного Пояса ради вас!       Сбоку, рядом с елкой, стоял огромный заяц, радостно стуча лапой по полу. На секунду Ренджи даже захотел протереть глаза, чтобы прогнать наваждение, но другие-то тоже его видели. Даже с криками «Чаппи» рванули в сторону этого зайца, обнимая его и галдя во все голоса. Чаппи… Рукия?!       — Привет, Санта Клаус! — махнув ему лапкой воскликнула девушка, продолжая развлекать детишек и изображая из себя самого настоящего зайца.       — Ну привет, Чаппи, — и настроение к Абараи, наконец, все-таки вернулось. И детишки уже так сильно не били по нервам, потому что где-то рядом он слышал знакомый-незнакомый смех девушки, заряжающей всех вокруг своей радостью.

☆*:.｡. o (≧▽≦)o.｡.: *☆

      — Молчи, — неуверенно прошептала девушка, идя вместе с парнем к выходу из торгового центра. Она снова была одета в обычную зимнюю одежду, а костюм Чаппи покоился в этом же огромном пакете, который до этого так напрягал Абараи. Хоть сейчас он и нес его сам.       — Ты выглядела в нем очень круто, Кучики, — к нему в бок прилетел маленький кулачок, не приносящий никакого вреда. Но парень деланно скривился, будто ему было действительно больно. — Я не шучу.       Девушка попыталась скрыть румянец на щеках огромным шарфом, обмотанным вокруг шеи. Но это не очень хорошо у нее выходило. Тем более широкую улыбку на ее лице нельзя было ничем скрыть. Это было так… ново для нее. Обычно всегда сдержанная, как и полагает Кучики, в этот день она сделала две самые безумные вещи в своей жизни. И все вместе с этим… Абараи. Да какой он к черту водитель.       И теперь хотелось буквально взлететь от переполняющих ее эмоций. До чего сильно она любила детей! А тогда вокруг нее их была целая толпа, слушая какие-то глупые Рождественские стишки из ее детства и водя с нею хороводы вокруг елки. Даже сам Санта присоединился, держа лапку Чаппи в своих варежках. И пусть это было немного… несанкционированное веселье. Все равно же удалось на славу. И детишки больше за бороду не дергали.       — У тебя подбородок очень красный, кстати, — с беспокойством в голосе произнесла девушка.       — Раздражение началось, видимо, — протянул парень, почесывая места покраснения и морщась от неприятного колющего чувства. Как чувствовал же, черт бы его побрал, что будет что-то такое.       На самом деле парень сейчас выглядел очень смешно: так и не смывшийся с лица водой грим пугал или же веселил прохожих, а сам парень пытался скрыть весь этот ужас, наклонив голову к земле. Он выглядел сейчас таким ущемленным, что сердце Кучики буквально замирало где-то в груди. И хотелось хоть чем-то ему помочь, чтобы он не чувствовал себя так неуютно.       — Эй, Абараи, наклонись, — пробубнила девушка, дьявольски краснея от смущения, накрывшего ее с головой. Что же за день сегодня был такой, а?       Ренджи неуверенно наклонился, не совсем понимая, что собиралась делать эта маленькая колючка. Она же вполне и бить могла начать, с нее станется. Но вместо этого на его шею тут же опустился теплый шарф, лаского и заботливо тут же обмотанный самой Кучики. Теперь краснел уже и Абараи, хотя сквозь шарф этого не было так сильно видно.       — Зачем?..       — Молчи.       Так они и прошли несколько улиц, молча думая каждый о своем. Как-то негласно они направились к дому Кучики, хотя сама девушка так сильно туда и не торопилась. Хотелось погулять чуть-чуть подольше с этим специфичным, но таким дорогим сердцу парнем. Пусть даже они бы просто молчали: тишина отнюдь не была неловкой, скорее приятной и нужной. Снег скрипел под ногами и падал с неба, по безлюдной дороге шагали двое таких разных людей: маленькая, темноволосая и такая аристократичная Кучики, с молочно-белой кожей, слегка покрасневшей уже из-за мороза; и высокий, слишком заметный даже в толпе татуированный парень с целой копной красных волос, завязанных в хвост. Подумать только, она была даже ниже его плеча, но смотрелись для редких прохожих они как-то… гармонично.       Ренджи казалось, что Рождество уже не было таким уж плохим праздником. Даже какое-никакое праздничное настроение появилось, а шагающая рядом Кучики радовала глаз. И грим уже не казался такой уж трагедией, а запах Рукии, окутавший его и проникающий в легкие был таким приятным. Она позаботилась о нем, и пусть такое должны делать парни девушкам, а не наоборот, в данный момент оба были довольны тем, что имели.       На другой стороне дороги внезапно мелькнул пушистый белый хвост, тут же скрывшись за поворотом. И уж очень он был похож на…       — С-стой, Юки! — заорал парень, рванув в сторону пропавшего кота, так сильно опечалившего ту маленькую девочку. А ведь он даже взял у ее мамы номер телефона на случай, если сможет найти промажу. — Кому говорят стой, кошара! Куда драпанул, паршивец!       — Абараи, — бежавшая следом да ним девушка уловила взглядом фигуру кота, почти сливающуюся с окружающим пейзажем. Все-таки он был таким же белым, как только выпавший снег. — Что происходит-то?       — Мне нужно срочно поймать этого кота!       Почти ничего не понимающая девушка кинулась коту наперехват, оббегая его с другой стороны. И пока кот драпал со всей дури от пугающего его своим видом и криками громилы, сама Кучики приготовилась ловить его, стоя рядом с небольшим леском у дороги. И это была третья ненормальная вещь за сегодняшний день, что не удивительно, опять-таки совместно с Абараи.       Белый кот почти был у нее в руках, но слишком уж внезапно он сменил свою траекторию, уворачиваясь от готовившейся схватить его девушки. И тогда этот наглый комок шерсти побежал прямо по сугробам, с расширенными от испуга глазами, направляясь куда-то в лес. И вот тогда его уже точно можно было бы считать без вести пропавшим. Не сговариваясь, ребята прыгнули в сугробы, утопая в них сантиметров на пятнадцать. И если сам Ренджи действительно понимал, почему ему было так жизненно необходимо поймать этот комок шерсти, то поведение мелкой Кучики вводило его в шок. Чтобы так уверенно рвануть ему на помощь в ловле какого-то кота, это нужно быть либо слишком сострадательной, либо ненормальной.       Кот совершил еще один круг, оббежав дерево и рванув резко назад, в сторону дороги. Опешивший Абараи не успел среагировать, почти поцеловавшись лицом с этим самым деревом, но Кучики уверенно развернулась, оттолкнувшись ладонью от дерева и… прыгнула за котом. Погребая тем самым его под собой и сама окунаясь с головой в сугроб. Стоящий и пытающийся понять, что в данный момент произошло, Ренджи, тупо пялился на поднимающуюся и хихикающую девушку, полностью заляпанную снегом с головы до пят и державшую в руках потерянного кота.       — Поймала, — продолжая хихикать, произнесла она, прижимая кота к груди. Причем сам кот в данный момент выглядел слишком шокированным происходящим, его дикие глаза размером почти с полголовы и застывшее тело говорили об этом громче слов. — К слову, а зачем мы его ловили, а, Абараи?       Выбираясь из сугробов на дорогу полностью мокрой и продрогшей от холода, Кучики весело смеялась, наблюдая за парнем, несущим за собой кота. И вот кто бы мог подумать, что этот громила окажется любителем детей, животных и в добавок еще и супергероем, стоящим на страже Рождественских желаний. Уж точно не она. Хотя это был очень хороший поступок с его стороны, который поднял парня в глазах девушки еще на несколько пунктов. И пусть она весьма сильно мерзла из-за внезапно ставшего слишком холодным ветра, сейчас, именно в данный момент, она чувствовала себя самой счастливой на свете. Вот и проводил он ее до дома, без происшествий. Ха!       Передав котенка слишком уж обрадовавшейся пропаже девочке, Рукия поглядела на парня, стоящего где-то за углом и следящего за ними из своего прикрытия. Ему не хотелось, чтобы девочка каким-то образом узнала в нем того самого Санту, поэтому попросил мелкую Кучики об одной услуге.       — Это тебе подарок от Санты, — произнесла Рукия, возвращая взгляд ребенку. После ее слов девочка буквально засветилась от счастья, а в уголках ее глаз начали собираться слезки. — Только не плач! Он сказал, что обещал тебе это, но слишком сильно торопился к другим детям, поэтому попросил меня вернуть тебе твоего Юки заместо него.       — Спасибо большое, тетенька!       И все-таки детские улыбки дарили невероятное тепло в груди, нереально сильно поднимая настроение. Чувствуя себя настоящими героями, ребята шагали по улице, делясь впечатлениями о произошедшем совсем недавно безумстве:       — А как ты резко побежал по проезжей части, крича его имя, а? — хохотала Кучики, когда до дома оставалось рукой подать. — Я буквально растерялась, не знала, какого такого Юки ты звал!       — Ха, а когда ты нырнула в сугроб? У меня в голове как будто система перегрузилась, выдавая ошибку, — вторил ей Ренджи, в красках представляя себе все то, что произошло с ними в том месте. — Я чуть в дерево не врезался, а оборачиваюсь: ты лежишь уже в сугробе, кота нет. Как, что?       Этот день действительно должен был запомниться им на всю жизнь. Знали бы они еще, что их встречу в магазине подстроила компания друзей, решивших, наконец, свести их двоих вместе. Тогда бы уже точно оба пошли по их домам, точно не зная, ругать будут или уверенно пожимать руку. Ведь день-то на самом деле был очень хорошим, волшебным и приятным. А сколько эмоций пережили эти двое за день.       — Спасибо, что проводил, А…       — Ренджи, — перебил ее парень, старательно глядя куда-то поверх ее головы и делая вид, что ситуация его ничуть не смущала. — Зови просто — Ренджи.       — Хо-хорошо. Тогда и ты зови мне Рукией, — произнесла девушка, внимательно глядя за его раскрасневшимся, отнюдь не от холода лица. — Спасибо, что проводил меня, Ренджи. И за куртку тоже спасибо.       Девушка стянула с плеч мужскую куртку, в которой всю пятиминутную дорогу домой она утопала, как в одеяле. Все-таки парень был очень большой, но до чего же добрым он был. А еще стеснительным. И несмотря на свою мокрую одежду в его куртке она ощущала себя такой согретой и такой довольной девушкой. Хорошо, что он почти не смотрел на нее, иначе бы точно увидел не спадающую с ее лица улыбку.       — Да пожалуйста, — парень махнул куда-то рукой, накидывая свою куртку обратно. Все-таки в свитере в такую погоду было… не тепло. Но он был даже рад тому, что девушка была защищена и от холода и от простуды. Ведь это из-за него она так промокла. — Ну, тогда я пошел.       — Постой, Ренджи, — девушка схватила его за куртку, сама до конца не понимая, что ей хотелось ему сказать. А на его взгляд, обращенный к ней, вдруг ляпнула: — Ты не мог бы вернуть мне шарф?       Глу-у-упая, ну зачем он тебе сейчас нужен-то? Как будто нельзя было придумать что-то поумнее, нежели забрать у парня вещь, скрывающую грим на лице. И пусть он выглядел с ним мило, это не отменяло того факта, что парень стеснялся этого. Абараи не был похож на любителя женской косметики, такое трудно было не заметить.       Ренджи стянул с шеи шарф, слегка поежившись из-за пробежавшегося по ней холодка. И все-таки Кучики была такой маленькой, а в этой темноте, разгоняемой только парочкой фанарей, она казалась еще меньше. И только глаза выглядели еще более волшебными, чем обычно. Такие большие, такие красивые и немного печальные. Почему?       Аккуратно и заботливо обвязывая шею девушки ее же шарфом, парень ловил ее участившееся дыхание, звучащее для его ушей очень приятно, и наблюдал за тем, как смущение окрашивает ее щеки в бордовый оттенок, перекрывая морозный цвет. Раскрывшиеся губы выдохнули облачко пара, привлекая внимание Ренджи. И окончательно срывая ему голову.       Не успев даже отпустить шарф, не до конца обмотанный вокруг ее шеи, он с помощью него подтянул Кучики к себе немного поближе, останавливаясь в миллиметрах от девичьих губ. Если оттолкнет прямо сейчас, то он уйдет и больше не будет к ней лезть. Если нет…       Нежные и теплые губы прикоснулись к его, тут же выпусках судорожный вздох. Ее глаза были прикрыты, реснички дрожали от страха, а ручки сжали куртку на мужской груди в мертвой нервной хватке. Ренджи уверенно смял их, чувствуя, как девушка отвечает ему и мысленно ликуя от счастья. Знал ли он, что этот день закончится именно так? Определенно нет.       Ее неуверенные движения в ответ на его прикосновения заставляли сердце девушки буквально нестись вперед голопом, до чего же это был… сумасшедший день. И в четвертый раз он стал таким именно благодаря ему: Абараи Ренджи.       Разорвав поцелуй, парень прижался своим лбом к ее, пытаясь вернуть себе самообладание. Бьякуя определенно убьет его сию же секунду, закопав где-нибудь под любимой сакурой на заднем дворе, если увидит их в данный момент. И ему будет глубоко наплевать на счастливые выражения лиц обоих, потому что честь клана Кучики — дело святое. А сам Абараи уже чувствовал, что ему будет ох как не просто ужиться со старшим братом Рукии.       — Может, хочешь поужинать с нами? — прошептала девушка, все еще держа из-за смущения глаза закрытыми. — Рождество же, Санта.       И видимо мириться с Кучики придется именно сегодня. Хотя парню казалось, что в этот день он был готов ко всему. Если она будет рядом с ним.       — Ну пошли, моя маленькая помощница.

☆*:.｡. o (≧▽≦)o.｡.: *☆

      — Куросаки, я обещал подменить своего друга на работе, но в школьном совете у меня внезапно всплыли неотложные дела, поэтому я решил попросить тебя о помощи.       — А почему ты не попросил об этом Чада?       — Все заняты, кроме тебя, поэтому остаешься только ты, Куросаки. Не думай, что я попросил бы тебя об этом, будь у меня другие варианты. Ты работать не умеешь.       — Все я умею! Я тебя докажу, Исида, куда идти?!       — Арисава-сан, веди Иноуэ-сан на то же место, ее Санта Клаус уже там, — Урю убрал телефон в школьную сумку и уверенно пошагал в сторону выхода, в глубине души очень довольный из-за того, что их с Тацуки план работает, как часы.