Сухие розы

Выйдя на открытый балкон, я сжал губами сигарету, зачесывая пальцами длинные волосы, чтобы те не мешались. Серебряная зажигалка лениво выпустила огонь, позволяя мне подкурить. Старая домашняя растянутая футболка с черепом, потасканные шорты, которые когда-то были штанами, и тапочки, уже давно лишившиеся товарного вида. Именно в этом я сейчас стоял на балконе своей однокомнатной квартиры на окраине города. Горький дым остался на губах шоколадным привкусом, заставив нахмуриться. Я не любил шоколад, по крайней мере, вот такой, горький. Но выбирать не приходилось, моя пачка закончилась ещё ночью. — Можно я сварю кофе? — спросил омега, выглянув на балкон. На его плечах болталось моё коричневое полотенце, ярко контрастируя с его бледной кожей и светлыми волосами. — Угу, — буркнул я, вернувшись к разглядыванию утреннего города. Как зовут этого парня? Кажется Майк? Или Микки? А какая к черту разница. Я прикрыл глаза и втянул носом воздух. Пахло сыростью от прошедшего ночью дождя, выхлопными газами и розами. Тонкий аромат, принесённый ко мне ветром из розария на крыше соседнего дома. Я очень любил этот запах, легкий, свежий, бодрящий. Он придавал какую-то легкость этому миру, какой-то светлый оттенок, пару ярких ноток. Миру, в котором так много гнили… А ещё, он напоминал мне о том, кто так бессовестно занял место в моём сердце. Давно, даже не показав своего лица, не назвав имени. И всё, что мне осталось от него — это запах роз. Пожалуй, я бы многое отдал за то, чтобы найти его сейчас, поставить метку, присвоить, получить… Было бы что отдавать. Я не был беден, но и достаточным себя назвать бы не решился. Квартира, машина и пара тысяч на счете. Я не мог позволить себе широких жестов. — Ник, твой телефон, — раздалось с кухни. Я сделал последнюю затяжку, выкинул окурок, и пошёл в спальню. Омега уже сварил кофе на двоих, весело насвистывая под нос какую-то необременительную мелодию. Я ответил, не глядя, одной рукой зажимая трубку, другой сдергивая бельё с кровати. — Хей, поднимай свой жирный зад с кровати и дуй в агентство. Работа есть, волчара, — бодро выдала помощница директора детективного агентства « Цербер». Виктора как всегда была в своём репертуаре: капелька стеба, ложечка мата и всё это щедро приправлено садизмом. — А так инструкцию выдать слабо? Я вроде ещё не совсем отупел, — огрызнулся я, унося бельё в ванную, где тут же запихнул в машинку. — И у меня вроде как выходной. — У тебя ненормированные дни, можешь считать, что выходной перенесли. У нас тут очередной истеричный омега хочет проверить своего трахаля на то, какие ещё дырки он заполняет… — Вик, даже для моих ушей это отвратительно! — возмутился я, глядя на своё отражение. Помятый, с легкой щетиной на лице, черные длинные волосы пора не то обстричь, не то заплести в косу. — Вышли фотки, имена, адреса, я так всё сделаю. — Ты не понял. Дело очень деликатное. Заказчик скоро подъедет, так что приводи себя в порядок и дуй в агентство. Жду через двадцать минут, — бета сбросила вызов, заставив меня скрипнуть зубами. Так и хотелось крикнуть в телефон « а ничерта, что я за полчаса дороги до агентства живу»? — Зай, выметайся, меня на работу вызвали, — бросил я, заходя на кухню и переливая кофе в небольшой термос. — Мей, — отрезал парень, ставя в раковину свою кружку. — А? — не понял я, оглядываясь на него через плечо. — Моё имя. Меня зовут Мей. Это так, если ещё захочешь, — усмехнулся парнишка, подмигнув мне и положив на стол листочек с номером телефона и именем. Я ухмыльнулся, кивнув самому себе. Парнишка был не плох, так что, быть может, я даже запомню его имя. Мей ушёл практически сразу, я же ещё быстро сполоснул лицо холодной водой, надел чистую футболку и черные штаны с цепями. Кожаная куртка, тяжелые ботинки, сумка с самым необходимым, то есть термосом, камерой, жучками, ноутом и пачкой печенья. Это не всё, что там есть, но всё, что следует знать. Джип, пожалуй, самое моё дорогое приобретение за всю жизнь, с готовностью заревел, неся меня по городу. Пробки только начинали собираться в самых проблемных местах. Ещё бы, все нормальные люди в утро воскресенья спят, только такие как я, подчинённые бессовестных эксплуататоров едут куда-то ни свет ни заря. Агентство располагалось практически в центральной части города, хотя аренда в том здании была не дорогой. Относительно. Яркая вывеска « Детективное агентство Цербер. Одна голова хорошо, а три лучше. Режим работы с 6 до 23 ежедневно без обеда и выходных» светилась как-то чересчур жизнерадостно. Либо это испорченный выходной придавал ярким красным буквам на черном фоне отвратительной яркости, но в агентство я зашёл угрюмый и злой, с единственным желанием — послать всех в жопу и пойти домой поспать. — А вот и наш замечательны… — Вика замолчала на полуслове, словив мой убийственный взгляд. — Ник, мордашку попроще, клиентов распугаешь. А они у нас очень… Приятные люди, так и хочется помочь, — вздохнула девушка, придерживая дверь своего кабинета. Всё понятно — толстые кошельки. Я вздохнул, проходя в небольшую комнату, про себя отмечая в висящем на стене зеркале, что мне явно не мешало бы побриться. — Утро доброе. Доминик Сильвер, полевой работник цербера, — на автомате выдал я, скидывая сумку на стул, стоящий у стены, а после развернулся к клиентам и чуть не выругался в голос. — Рональд О’Брайан, — улыбнулся молодой омега, сверкая обворожительной белоснежной улыбкой, будто бы сошедший с глянца ангел. Худощавый, белокурый, синеглазый. Он был приторно красив. До тошноты. Хрупкий, легкий, нежный как цветок. Один из сыновей министра финансов, самый желанный омега страны. Не то, чтобы я тут же возжелал его, совсем нет, просто осознание, что работать с ним придется мне, было подобно удару молота по моему затылку. Это же сколько ответственности и ненужной бумажной волокиты! Я был готов прямо сейчас начать рвать на себе волосы и умолять отпустить меня домой. — Я вижу, вы очень рады работать со мной, — усмехнулся Рональд, подарив мне ехидный взгляд. — Я щедро заплачу. Я понимаю, что вас пугает моё положение в обществе, но я такой же человек, как другие. Или вы всё же решили отказаться? — Он согласен, мистер О’Брайан, можете не сомневаться, — поспешно ответила Вика, принося гостю чашку свежего чая. — Сейчас приедет ваш адвокат и начнём, — кивала девушка. Будь у неё хвост — была бы похожа на выслуживающуюся перед хозяином собачку. Непременно бы мотала им из стороны в сторону. — А следить мы будем с целью выявления измены? Видео, фото, подстава, слежка, общение? — спросил я, облокотившись на край стола, трезво расценив, что отделаться от этого заказа у меня не выйдет. На данный момент я лучший детектив агентства. Омега довольно улыбнулся, отпил чаю и задумчиво начал сверлить взглядом стол. — Слежка, видео, фото… Дистанционно. До тех пор, пока с уверенностью не скажете, что иного и быть не может. За утечку информации, сами понимаете… — замолчал омега, холодно глянув на бету. Та сглотнула, понятливо кивая. Прикроют и будут правы. — Но вам придется пойти на некоторые жертвы, ради конспирации. Мой… парень очень подозрителен и наблюдателен. Так что вам придется притвориться парой для Эрика Рида — нашего семейного адвоката, а так же правой руки моего парня Нельсона Герхарда. Я вскинул бровь, пытаясь сложить два и два. Дистанционно, но с легендой? То есть мне придется наблюдать за альфой, находясь у того едва ли не под носом? И черт знает на сколько это затянется. А значит… Он не дурак, чтобы не учуять, что между нами ничерта нет. Как минимум, нам придется спать в одной кровати обнимаясь, чтобы смешать запахи. — А сам адвокат на это как смотрит? — прокашлявшись, уточнил я. — Фиолетово он на это смотрит, — сухо отозвался парень, появившийся в дверях. — Эрик Рид, адвокат господина О’Брайана. Парень в костюме был довольно высок. Белая рубашка, черный костюм, явно сшитый на заказ у мастера своего дела, темно-серый галстук. Я редко признавал то, что официоз кому-то шёл, но это был именно тот случай. Кожа у парня была бледной, скулы острыми, а глаза холодными синими, я бы даже сказал ледяными. Четкие брови, короткие уложенные волосы цвета пшеницы… Он был красив, я бы даже сказал, прекрасен, если бы не одно но. — Да, совсем не подозрительно, альфа с бетой. Вообще ни капли, — усмехнулся я, скрестив руки на груди. Либо заказчик был полным идиотом, либо таковым считал своего парня. И всё же в итоге идиотом выставили именно меня. А всё дело в том, что с бетами встречались только другие беты. Иногда омеги, но чтобы альфа? Нет, бывало всякое, но скорее исключения из правил. — Он омега, — усмехнулся в кулак Рональд, а «бета» смерил меня ни капли не удивлённым взглядом. Ну, только слепой мог бы назвать его омегой. Не было в нём ничего омежьего. Ни взгляда, ни внешности, ни хрупкой неуверенности, ни этой привычной манеры поведения. Это был мужчина с железной выдержкой и самоконтролем, каким обладали не все беты. — Я подготовил договор, прошу вас ознакомиться с копиями, — безмятежно проговорил Эрик, доставая из портфеля три комплекта бумаг, одну он дал Рональду, одну Вике, а другую протянул мне. — Хватит разглядывать, я не пингвин в зоопарке. — Значит, можно трогать, — нагло улыбнулся я, перехватив его руку, и подтянул запястье к лицу. Втянул воздух, прикрыв глаза, и замер, непонимающе глядя на ладонь парня. Он не пах. Ну, то есть совсем. — Почему я не могу тебя чуять? — Никто не может. И знаешь почему? Потому что нет у меня запаха, — несколько зло ответил парень, выдернув свою руку. — Это всё? — желваки на его лице заходили, выдавая раздражение хозяина. — Нам с тобой работать, парой притворяться, — заметил я, глянув поверх его плеча на Рональда, который с интересом наблюдал за нами. — Придется тебе меня стерпеть. — Ник, пожалей парня, он же девственник, — выдала Вика, но тут же зажала рот ладошкой, смотря на меня с широко распахнутыми глазами. Вот именно поэтому она чаще всего занимается документами, а не ведет клиентов. Язык без костей. — Шесть лет назад я подвергся насилию со стороны одного альфы, ни имени, ни лица которого я не знаю. Клуб, алкоголь, полумрак и первая течка, — омега говорил это так спокойно, будто рассказывал о прогнозе погоды. И всё это, прожигая меня взглядом как последнего подонка в мире. — Собственно, это был единственный, кто хотел меня. Какая ирония судьбы, моя возможная пара оказалась тварью. И знаешь, детектив, у меня нет причин подпускать тебя ближе, чем того требует расследование. Я не верю и не поверю в альф. Никогда. Так что, даже не надейся. Я знаю таких, как ты, у вас никогда не пустует кровать. Мы для вас игрушки. Разве я не прав, Виктора, и ваш детектив отличается сдержанностью и постоянством? — бровь Эрика резко вздернулась, заставив меня сглотнуть. Холодные глаза прожигали насквозь, так, что казалось, что он видит меня, может знать каждый мой грязный секрет. Я поджал губы, опустив глаза. Что я мог сказать? Возразить? Он был прав, у него нет причин подпускать меня, да и вообще доверять. Я ведь поступил в точности также, воспользовался кем-то, поимел и смылся, даже не думая о том, что тот омега мог не хотеть этого, но течка не позволила ему сказать « нет». В наше время подобное не редкость. И всё же. — Эрик, вам правда придется притворяться парой. Желательно, счастливой и влюблённой по уши. Ну, как это в принципе с тобой было бы возможным, — поправился Рональд, словив многозначительный взгляд помощника. — Доминик, у вас есть ещё вопросы? — Если слежка затянется, как будем выкручиваться? — спросил я, сунув руку в карман штанов, в поисках налички. Достал мятую купюру, засунул обратно. Не хватает. Как всегда. — А вы не затягивайте, — усмехнулся Эрик, присаживаясь рядом с Рональдом. Тот рассмеялся, пожимая плечами. Понятно, выкручиваться придется самому. Но я что-то не сомневаюсь, что работа будет нудной, сложной и длительной. Раскопать что-то на директора такой большой компании, лидера на рынке производства и продажи техники от телефонов до бортовых компьютеров на ракеты? Подобно фантастике, но всё же вполне возможно. — Подписывай контракт и дуй на свидание. Вам стоит узнать друг друга получше, если не хотите проколоться в первый же день, — Вика протянула мне ручку. Я быстро черкнул подпись под контрактом, запихнул копию в свою сумку и направился на выход. Сейчас у меня было одно желание — покурить. — Эрик, не убей детектива, он мне ещё нужен! — рассмеялся в след Рональд. Эрик молча следовал за мной, даже не думая заговорить. Я обернулся пару раз, а потом зашел в круглосуточный магазин, купил попить и сигарет, расплатившись с тех денег, что предназначались для квартплаты. Что же, в ближайшее время Вика переведёт мне положенную сумму на ближайшую неделю, ведь контракт уже подписан. Закурив, присел на лавочку у магазина и взглянул на омегу, что стоял в пяти шагах правее, набирая сообщение на телефоне. Его тонкие пальцы быстро бегали по экрану. Я невольно залюбовался им. Холодный, скромный, сдержанный. Я не видел в нём того слома, что должен был быть, согласно его прошлому. Нет, с первого взгляда он был совершенно обычным и среднестатистическим… бетой. Я ведь тоже сломал кого-то. Смог ли он вынести, как он пережил случившееся? Ночь, клуб, алкоголь и умопомрачительный запах течного омеги, который буквально выкрутил все мои внутренности. Я люблю его, нуждаюсь в нём до боли. Но я уже смирился, что он исчез. И я не прощу себе, если он… совершил непоправимое. Или, быть может, судьба в кой-то веки решила дать мне шанс? Я взглянул на омегу и прикусил губу. — Ты хочешь что-то ещё узнать? — он приподнял бровь, продолжая держать телефон перед собой. Его палец замер над сенсором, готовый в любую секунду продолжить свой легкий бег. — Что это был за клуб? — спросил я, выдыхая дым перед собой. Парень вернулся к телефону, дописал сообщение, а потом вздохнул, взглянув на небо. Спустя пару минут он всё же ответил. - «Arida rosae», — мелодично ответил омега, а я задержал дыхание. Шесть лет назад, клуб в центре города, куча алкоголя и этот выворачивающий на изнанку прохладный запах роз. Слабый, но тем более пленительный. Но он не пахнет, ведь так? Или он обрызгался подавителями, скрывая и без того несущественный аромат? — Что бы ты сделал, если нашёл его? — спросил я, доставая вторую сигарету. Руки тряслись, но парень не смотрел в мою сторону. Интересно, он бы понял, в чем я сам себя подозреваю? И что бы случилось, узнай он, пойми всё в моих глазах. — Я не знаю. Я не хочу его искать. Всё, что я помню — это то, что у него на пальце было кольцо с сапфиром, кажется, серебряное. Я таких больше нигде не видел. Единственный, кого я когда-либо заинтересовал — несдержанный подонок, готовый трахать любого, кто подставит ему свой зад, даже в невменяемом состоянии. Если я настолько жалок, пожалуй, это хорошо, что меня считают бетой, — парень снова уткнулся в телефон, а на лице разгладилась наметившаяся морщинка. Он снова был холодной статуей, идеальной, безэмоциональной, отстранённой. Я затянулся, выдохнув дым себе в колени. Я слышал, как пульс бьёт в голове тяжелым молотом. Думал ли я когда-нибудь, что встречусь с тем, кем воспользовался? Разве что надеялся, представлял, мечтал, но реальность оказалась гадкой. Мир слишком тесен для нас. Мы обречены встречаться с теми же людьми снова и снова. Не узнанные, но узнающие. Я не могу молчать об этом, хочется сказать, но горло сжимает спазм. Хочется кричать, но голоса нет. И трясущиеся руки не могут ухватить меня за голову. Они налились свинцом. Я потерялся… В себе, в своих сомнениях и желаниях, в своих.. мечтах. — Ты такой же, как он. Я надеюсь, что он такой же как ты. Что его тоже грызет совесть, — усмехнулся омега, подходя и забирая у меня из пальцев сигарету. Он затянулся и выдохнул дым мне прямо в лицо, заставив поднять на него взгляд. — С кем ты это сделал, жалкое подобие человека? Кого ты поимел? Насколько сильно я должен презирать тебя, Доминик Сильвер? — на лице омеги не дрогнул ни один мускул. Я сглотнул, утопая в этом арктическом льде его глаз. Острый, холодный, не забывающий ничего. И этот запах, смешанный с табачным дымом. Легкий, неуловимый… Так пахнут сухие розы. Почти невесомо, временем, пылью и цветами. И, быть может, ошибками, свидетелями которых они невольно становились. — Я не… — я закрыл лицо ладонями, упираясь локтями в колени. Что я могу сказать? Я не хотел? Я не смог найти? Ведь искал, правда искал. Единственное дело, которое я провалил с треском. И разве за такое прощают? Это не искупить, это не компенсировать ничем. — Слабый - слабый альфа, — прошептал омега, выпрямляясь. — От того, что ты сейчас убиваешься, прошлое изменится? Что-то я сомневаюсь. Так что наматывай сопли на кулак, забывай о пострадавшем и давай прописывать нашу легенду. Я тут с тобой до вечера нянчиться не собираюсь, до тошноты ещё наобщаемся, — заметил Эрик, присаживаясь рядом. — Слушай. Познакомились мы в центральном парке. Ты помог мне разнять моего пса и дворнягу. Я в благодарность купил тебе кофе, а ты выпросил телефон. Потом сходили в парк выгулять Гули вместе. Случилось это около месяца назад. И в прошедшую среду ты предложил мне отношения, я дал тебе шанс. Остальные подробности не обязательны, но вот знать о друг друге мы должны. — Для легенд у меня есть прикрытие, что я таксист. Все документы в порядке, если кто-то захочет покопаться. Мне двадцать пять лет, родом отсюда, родителей нет, папу никогда не знал, отец погиб, когда мне было пять, жил у дяди. Живу один, животных нет, — вздохнул я, провожая прохожих беглыми взглядами. — Папа врач, отец начальник полиции, младший брат омега сейчас работает нотариусом в одной небольшой фирме, скоро выходит замуж. Живу с собакой. Я проведу тебя в офис, сможешь осмотреться, если потребуется, проведу повторно. Я часто остаюсь допоздна. Что-нибудь ещё или я пойду? У меня выходной, — заметил Эрик, поднимаясь. — Это… — Что? — обернулся омега, ожидая продолжения. Я вздохнул. Ему ведь не стоит знать ведь так? — Телефон, — нашелся я, протягивая ему свой сотовый. Парень кивнул, набрал свой номер и сохранил его, отправив себе смс. Когда Эрик ушел, я просидел на лавочке ещё пару минут. Так долго искал, хватался за любую зацепку, потерял друзей, признавшись в том, что случилось, и как я поступил. Но омеги будто и не было вовсе. Он исчез. Молча. Без следа. И сейчас, когда прошло шесть лет, он объявляется, открыто признаёт прошлое и едва ли не насмехается над этим? Как я должен поступить? Смолчать или сбежать? Рассказать всё? Здесь нет правильного решения — и это угнетает. Вернувшись домой, я завалился спать, выключив телефон. На сегодня с меня хватит. Прошлое, сомнения, вопросы, работа… Всё завтра. А сейчас мой мозг нуждается в отдыхе не меньше, чем тело. *** Пробираясь через толпу полуголых пьяных молодых людей, я выглядывал в толпе чье-то лицо. Я должен найти его. Пока не поздно. Я должен найти. Выхожу в коридор, вздохнув от облегчения. Басы больше не бьют по ушам. Здесь тихо. Даже слишком тихо. Я бы сказал, что это мертвая тишина. Она давит со всех сторон, не позволяет дышать. И в тусклом освещении я вижу расплывшийся силуэт. Светильник над парой горит алым светом всё ярче и ярче, пока я не узнаю в темном парне свои собственные черты. Длинные черные волосы, собранные в хвост, перетянуты той самой резинкой, что была на мне в ту ночь, та же серая футболка и черные джинсы, что сейчас были приспущены, и тату на руках, которых у меня тогда точно ещё не было. Но они мои, я точно знаю это, я вижу это. Омега вцепился зубами в собственную руку, зажмурив глаза. Тот, другой я, врывается в него грубо, совершенно не обращая внимания на текущую по подбородку омеги кровь. Ему настолько больно и противно? Хотелось подбежать, дать себе в морду, наорать, успокоить этого ни в чем не повинного парня, который просто оказался не в том месте не в то время. Эрик, я никогда не прощу себя, я не смогу простить себя за то, что сделал. Не удержал член в штанах, взял грубо, как заправскую блядь. Девственного, юного, нежного. Я моргнул и оказался стоящим посреди пустой улицы. Знакомая вывеска круглосуточного супермаркета, серая лавочка, обклеенный рекламой фонарь… — С кем ты это сделал, жалкое подобие человека? Кого ты поимел? Насколько я должен презирать тебя, Доминик Сильвер? — Эрик стоял в метре от меня, прожигая своими холодными глазами. Его безэмоциональное кукольное лицо исказилось усмешкой. Он вдруг рассмеялся. Звонко, свободно, и этот звук заставил холод проникнуть в каждую клеточку моего тела. *** Я сел в кровати, судорожно хватая ртом воздух. Сон. Это был просто сон. После увиденного тошнило. От прошлого, от самого себя. Я стёр с лица холодный пот, взглянул на часы и упал обратно на смятую подушку. Час ночи. Я проспал весь день. Включив телефон, набрал номер давнего друга. Того, с кем познакомился, когда искал Эрика. Именно он и устроил меня в агентство. Один из немногих, кто не отвернулся от меня, кто желал помочь, кто едва ли не силком пытался заволочь меня к психотерапевту, когда моё самобичевание зашло слишком далеко. — Ночи, волчара, понедельник только начался, а ты уже рвёшься работать? Я слышал о деле, которое тебе досталось. Вика предупредила, что скоро ты объявишься. Но я не думал, что ТАК скоро, — многозначительно протянул Питер. — Слушай, — вздохнул я. — Мне нужно, чтобы ты пробил кое-кого мимо истории Цербера. — Год прошел, как ты успокоился, и снова за своё? Или я не прав и не того омежку ты собираешься искать? — спросил альфа. На заднем фоне раздавались звуки стрельбы. Питер был геймером, и без пафоса могу сказать — одним из лучших. Но именно его любовь к играм и чрезмерная азартность не раз создавали проблемы не только Питеру, но и его близким. Многие из этих проблем приходилось решать мне. — Я его нашёл… Точнее, это он сам нашёлся. И да, он не узнал меня, — уточнил я, нашаривая на тумбочке пачку сигарет и прикуривая. — Эрик Рид. — Постой, чувак! — рассмеялся Питер. — Тот самый?! С которым ты будешь в любовь лицемерить ради слежки? О, Ник, ты превосходишь сам себя! — Тебе втащить? — прорычал я, сжимая зубами сигарету, и сделал глубокую затяжку, пропуская дым через нос. — Давай мне всё, что нароешь. — Э нет, чувак, я тебе только адрес солью, — усмехнулся альфа. — Ты не заслужил знать его секреты. Хоть раз не поступай как конченая мразь. — Я не… - я прикусил язык. — Вот-вот, — хмыкнул друг. — Я тебе смской адрес кину… О, Нико! Ты попал! — ржал друг. — Он же сын начальника полиции! Если его отец узнает о том, что произошло, и что это был ты, то сардельку тебе оторвут с особой жестокостью… Постой, под тебя же уже копали… — Твою мать, — выругался я, ударяя ладонью себя по лицу. — И искали они друг друга, да не нашли, — протянул задумчиво Питер. — Я прикрыл тогда твою задницу, безуспешно пытаясь отыскать паренька, а только и стоило не вмешиваться… — Так, друг, дай мне время обмозговать ситуацию. Всё как-то быстро. Я позвоню. Потом, — пообещал я и отключился. Свалился как снежный ком на голову. Столько лет безуспешных поисков и теперь вот так беспардонно, открыв дверь с ноги, врывается в мою жизнь? Боги, если вы есть, я благодарен вам. Пусть он ненавидит меня, пусть уничтожит, пусть бьёт, но это мой шанс искупить вину. Хотя чем можно искупить то, что я сделал с ним? Эрик Рид. Моё помешательство, моя пара… Моя боль. Я найду способ вымолить у тебя прощения. Ведь ты единственный, кто мне действительно нужен до дрожи.