Прежде чем я начну

      Шок, страх, что только я не испытывала. Медленно повернув голову, я ещё раз взглянула на лес. Он пугал и манил, но вся жуть, рассказаная бабушкой, делала его ужасным. Я Диана — ребёнок двадцать первого столетия, и не должна верить в эти сказки. Но сердцу не прикажешь, кровь в венах холодеет. Воздух, мне нужно больше воздуха, хочу вдохнуть манящей прохлады.       Я выбежала на улицу и понеслась в сторону сарая. Уже будучи отлично скрытой от посторонних глаз, я спокойно вздохнула. Не понимаю, почему обычный лес вызвал у меня столь бурную реакцию.       Не знаю, сколько времени провела на улице, но все же мне удалось застать красивый рассвет. Солнце медленно ползло по красному небу и начинало согревать своими лучами землю. Но какая-то возня вокруг заставила меня оторваться от чудесного зрелища.       — Диана, — я услышала голос Максима и обернулась в его сторону, — не сиди на земле, холодно ведь.       — Что вы тут делаете? — спросила я, хотя прекрасно понимала, учитель пришел искать меня.       — Что случилось? Хозяйка сказала мне, что ты убежала, — я не хотела говорить. Да и что я скажу? Меня напугала старушка своим рассказом о странных существах, которых даже не существует на самом деле. Это будет странно. Хотя я всегда была немного с приветом, но это другая ситуация.       — Всё хорошо, правда. Просто голова закружилась, вот и вышла подышать, — я хотела уйти, но Максим мне не дал этого сделать.       — Я тебе не верю, вот не верю и всё, — он наклонился и прошептал мне это на ухо, я быстро отступила от него. Такая близость меня смущала, но одновременно я уловила запах его духов и хотела вдыхать их постоянно.       Я развернулась и пошагала в сторону, но неожиданно для меня Максим схватил меня за руку, и я впечаталась в его грудь. Медленно, хотя не особо, поднимаю глаза и вижу его лицо. Легкая усмешка, щетина, пухлые губы и невинные глаза. Не знаю, сколько времени мы так стояли, но вдруг всё прекратилось. Максим резко дернулся и поднял меня в воздух, а сам потянулся к моим губам, а я ответила. Не знаю, с чем можно сравнить этот поцелуй. Наверное, с музыкой. Всепоглощающей, красивой, спокойной и взрывной одновременно. Будто нежная мелодия проносится мелкими электрическими разрядами по телу.       — Макс, ты где? — голос Алены возвращал нас в реальность. Я не заметила, как обвила ноги вокруг торса учителя, а он не хило так возбудился. По его глазам было понятно, он не хотел меня отпускать, но настойчивый голос Аленушки заставил сделать это.       — Мы выходим через два часа, будь готова, — сказал он, а затем развернулся и ушел. Будто ничего не произошло. А я осталась стоять и смотреть ему в спину. Что это, черт подери, было?       Примерно через час я вернулась в дом и увидела одноклассников. Они сидели за столом и поглощали всё, что было на нем. Из-за кучи еды меня они заметили не сразу.       — Оооо… смотрите, какие люди, Дианка, а где ты ходишь? — все уставились на меня и ждали, что я отвечу.       — Подальше от тебя, Вов, — съязвила я и пошла в комнату собираться.       Странно, но все мои вещи уже были собраны. Сверху, на рюкзаке, я увидела листик бумаги.

Ни в коем случае не ночуй в лесу

      Опять этот лес. Неужели всё настолько плохо? И кто положил записку? С каждой минутой всё становится хуже. Бабушка со своей историей, это послание, поцелуй с учителем.       Пока я стояла и думала об этом, за окном что-то хрустнуло. Я быстро кинулась туда, но ничего сверхнеобычного не увидела, разве что, петуха. Но не думаю, что он как-то замешан в этом. Решив, что пора уже идти, я схватила сумку и пошагала к выходу, а на вопрос друзей о странном поведении лишь фыркнула в ответ. Хорошо, что никто не доставал меня.       На улицу я вышла почти первая, не считая Максима и пары одноклассников, которые курили вместе с учителем. Никогда не одобряла курение, но и запретить курить всем, кто со мной общается, не могу. И вот сейчас я стояла и смотрела на кучку парней и понимала, что им в кайф затягиваться и выдыхать дым.       Хотя нам и дали два часа на сборы, но этого было катастрофически мало, поэтому мы двинулись в путь только через три. Записку, которая предназначалась мне, я сожгла. Не хочу чтобы хоть кто-то узнал об этом странном листике бумаги. Но после прочтения меня окутали неприятные мысли, а может, и правда не идти? Прикинуться больной, или подвернуть ногу и вернуться назад? Но как только я увидела полосу леса, все мои мысли улетучились. Я хотела побывать в там, меня тянуло в этот тёмный и густой лес. Странно, но чувство страха отступило.

Но надолго ли?