Ключ к шифру

      Солнце уже начинало подниматься по горизонту. Небо окрашивалось в ярко-розовый цвет. Ночь заканчивалась, а значит наступал еще один день. Честно, я любил ночь больше. Ночью почти весь город спал, а если и ходил кто-то по шумным вечеринкам, то к утру уже никого не было точно. Сидеть на крышах в последнее время вошло в привычку. Пускай тут и было достаточно холодно, да и ветер поднимался более сильный, но почему-то только это место казалось безопасным. Может быть, потому что я пытался так убежать от вездесущих глаз правительства и уверял себя, что в этом месте я смогу побыть на самом деле один. Напрасно, конечно.       Оно видело нас везде: и на вышине стольких сотен метров, и под водой, и под землей. Многие давно уже поняли, что убежать не получится, впрочем, особо желающих было мало. Люди считали, что мы живем в идеальном мире, где не нужно утруждать себя чем-то особо сильно. В книгах, которые теперь продаются в магазинах на полках из разряда "Фантастика", рассказывается как люди в прошлом работали на фабриках и заводах, и каждое действие выполняли самостоятельно. И большая часть людей на самом деле считают, что это выдумки. А мой отец всю жизнь считал, что именно в таких фантастических книгах и находится история прошлого.       Но, как бы то ни было, на данный момент всех устраивает все. Созданные коды облегчают жизнь людей, насколько это возможно. Дети уже рождаются с пультами в руках. И, мне кажется, что первое, что они произносят это наборы определенных цифр, а не "мама" и "папа". Каждый день создают все большее количество кодов. Каждый день, приходя в школу, я молча слушаю своих одноклассников, которые обсуждают последние вышедшие и наиболее интересные им комбинации.       Старшая школа, как говорят учителя, один из самых ответственных этапов жизни. Тем более, когда заканчивается ее последний год. Пару месяцев и все мы должны будем разъехаться по стране, чтобы поступить в наиболее перспективные колледжи. И на данный момент меня это сильно волнует, потому что я до сих пор не решил, чем хочу заниматься. Кроме одного — я никогда не пойду работать на правительство. Власть предлагает широкий спектр возможностей для молодых специалистов, ведь кто-то же должен разрабатывать эти самые коды, без которых никто теперь не может. И, конечно, до слюней об этом мечтают поголовно почти все мои одноклассники. Да что там, почти каждый подросток сейчас мечтает работать в сфере разработки кодов, чтобы воплощать свои мечты и идеи. Но, даже если это будет последним вариантом, я не пойду на это. Мой отец был главным человеком, выступающим против такой жизни. Он прививал мне эти убеждения с самого детства и так получилось, что яичницу я мог приготовить сам, а не набирая цифры на пульте. Поэтому я и не пошел на подготовительные дошкольные курсы — там не обучали ничему, кроме нужных непосредственно для учебы кодов. Странно, почему до сих пор вообще не придумали коды, чтобы получить все школьные знания разом. Но, тем не менее, тогда я относился к его убеждениям более снисходительно и даже иногда раздражался, потому что считал, что отец не дает мне жить как всем моим сверстникам. И, только после того, что произошло полтора года назад я понял как ошибался. И понял, что отец всегда был прав.       Солнце поднялось еще выше, и я просто смотрел за тем, как оно медленно, но двигается на свое место на небе. А кто ему установил это место? А что если когда-нибудь они смогут подчинить себе даже простые природные явление? Что если какой-нибудь ответственный рабочий просто будет приходить рано утром, вбивать нужный код, и солнце будет подниматься. А вечером введет другой код, и солнце закатится за горизонт. Введут код — будут петь птицы, введут код — зацветут цветы, введут код — начнется сильная метель. Может быть такое будущее нас ожидает, полное автоматизации. Что же тогда останется человеку? Зубрить все коды наизусть, устраивать соревнования по наилучшему знанию кодов.       Подул ветер, отчего я только поежился и уткнулся носом в воротник толстовки, закрывая глаза. Внезапно по телу пробежался табун мурашек и где-то внутри появилось какое-то неприятное, липкое чувство, которое не удалилось даже с нервным выдохом. Стало почему-то так тревожно, но между тем снова накатилось понимание. Что-то должно измениться.