Bunny

Тепло сладкого чая приятно обжигает горло, пока за окном восходит солнце. Тэхён любил природу во всех ее проявлениях, будь то закат или рассвет, сильный ливень или самый солнцепёк, морозная вьюга или мягкий снежок. Наслаждение тем, что прекрасно априори, отзывалось в душе приятными чувствами, дарящими добрый настрой на целый день. Для кого-то это могло показаться слишком простым, но для него, человека, который уже однажды потерял всё, это было волшебным. События, произошедшие в детстве, сильно отражаются на дальнейшем поведении человека, могут сделать его сильным, способным пройти всё, а могут создать образ скромного, зажатого парня, в душе которого до сих пор кровоточат раны из далекого прошлого. – О чем задумался, до жути храбрый Ким Тэхён? – Чимин, источающий неописуемый заряд утренней радости был именно тем, чего так не хватало парню для счастья. Ну, скорее всего, именно так считал сам Пак, когда врывался в личную комнату Тэхёна с первыми лучами солнца. – Сейчас семь часов утра, Чимин, и я хочу побыть один, – Тэхён понимает, что это максимальный уровень грубости, который ему позволим, если речь идёт о парне с рыжими волосами, и от этого иногда становится грустно. – Я ведь думал, что ты не сделаешь этого, – игнорируя выпад парня, начинает Чимин. - На полпути прикажешь развернуть руль и помчаться в обратную сторону, или же прямо около цели, струсишь и плюнешь на всё. – Он смотрит куда-то за горизонт, где нет граней и указов. На секунду задумывается, а после поворачивается к Тэхёну и шепчет, находясь так близко, что парень может чувствовать запах мяты, доносящийся от Чимина. – Но видимо, три года слежки не прошли даром. Ты уговорил его, сломал и привез к себе в дом. Я восхищён тобой, Тэхён. Должно льстить, но не делает этого. Тэ сразу читает фальшь и детскую наигранность. Он догадывался, что Чимин не одобрит этого, но всё же его желание было выше и сильнее каких-то там недовольств какого-то Чимина, случайно оказавшегося в его обители. Он не готов был отступать, когда тень цели, к которой стремился столько лет, кажется более досягаемой, чем прежде. – Не начинай, Чимин. Я никогда не скрывал, что хочу найти тех, кто сделал эту мерзость с моей семьёй, и ты замечательно знал это. – Тэхён не хочет ворошить прошлое вновь, но всё же есть что-то, что нельзя уничтожить и забыть. Что-то, что не покроешь темной мантией забвения. То, что всегда будет преследовать, заставляя окунаться в прошлое снова и снова. – Блять, ты что издеваешься? Еще недавно ты собирался строить новую империю, а сегодня ты готов прикрывать киллера, которого разыскивает весь Сеул? Понять было сложно, и Чимин карал себя за это. Он пытался принять, осознать и согласиться, но это было сильнее его. Принять под своей крышей человека, который без угрызения совести убивает ни в чем невинных граждан, было верхом глупости и неосторожности, но Чимин не мог объяснить это Тэхёну. Никто не мог, потому что тот был охвачен целью и задачей. Он преследовал её слишком долго, и с этим нельзя было спорить, этого нельзя было отрицать. – Мне не придется прикрывать его, потому что никто не знает никаких примет, у следователей нет ни одной зацепки. Они даже возраста примерного не знают, не говоря о чем-то еще. – Тэхён приложил все силы, чтобы поселить в голове друга спокойствие, наблюдая за тем, как тот открывает бутылку дорогого «Мальбек» 50 летней выдержки. – Бояться нет поводов. Я думал всю ночь, и решил, что подарю ему маску, в которой его лица не смогут увидеть. Он будет действовать строго по моим указам, и мы не допустим ни одной ошибки. Казалось, Чимин уже давно не здесь. Летает в своих выдуманных мирах, допивая 3 бокал, и не думая ни о чем, что находится вокруг. Главное, что в тех мирах нет на всю голову шизанутого дружка, который обязательно вляпается в неприятности и уничтожит все планы на светлое, перспективное будущее. Но раз его мнение никого не волнует, какой смысл зря тратить свои силы. – Ты вот скажи мне, а те люди, которые сейчас работают на тебя, ну там Джин, к примеру. Он же вроде бы перекапывает всю Корею, чтобы отыскать банду, которая убила твою семью. Что ты собираешься делать с ними? – парень не умел пить, потому что алкоголь развязывал язык. Заставляя говорить то, что не нужно. То, что лучше всем держать в себе. Это не открытие, потому что таких случаев много, кто-то, напиваясь, начинает избивать жену и детей, кто-то, идет грабить банки, а Чимин просто начинал говорить. А слова иногда служат самым точным оружием. На лице Тэхёна промелькнул едва заметное помешательство, быстро сменившись на прежнюю уверенность. Он поднялся, понимая, что наслаждение рассветом завершилось сразу же, как рыжеволосая проблема вошла в комнату. Осталось избавиться от нее, путем отбирания алкоголя и скорейшего укладывания спать. – Пусть продолжают, я не буду мешать. Просто Чонгук сделает это быстрее них, в чём я не сомневаюсь. – Тэ бережно забирает хрупкий бокал из сжатых пальцев Чимина, вместе с ним же отбирает бутылку вина, успокаивающе укладывает паренька на свою кровать, потому что у того нет сил сопротивляться. Тэхён прекрасно понимает, что парень не спал всю ночь, молясь о том, чтобы Тэ выжил, чтобы его не убил убийца-психопат. Он ждал, когда дверь входная хлопнет и послышится голос Тэхёна, только с этими звуками к нему пришел долгожданный сон, но уже близился рассвет. – Чонгук справится, обязательно справится, потому что ты не ошибаешься, Ким Тэхён. Только не забывай, что он лишь киллер. – Были ли эти слова сонным бредом, или всё же несли в себе огромную истину, Тэхён не мог решить. Но почему бред не может быть истиной? Так много вопросов стояло перед парнем и так мало ответов лежало на поверхности. Чонгук не был для Тэхёна проблемой. Не был опасностью или страхом. Его хотелось окружить теплом и заботой, не отпуская ни на шаг, чтобы другие не смогли ухватить, когда бдительность чуть ослабнет. Мальчик обладал врожденным потенциалом, развить который предстояло Тэхёну. Он был находкой для любого, желающего править миром, но достался именно Тэ. Это до жути радовало, потому что Чонгук отдавался своему хобби без остатка, не думал о том, что будет после. Чувствовал себя живым только тогда, когда чужая жизнь покидала бренное тело. И Тэхён решил уничтожить все сомнения однажды и уже навсегда, прямо сейчас, чтобы быть достойным киллера. Чтобы тот не жалел о принятом решении и не строил козни за спиной. Войти без стука в комнату, которую сам еще буквально несколько часов назад выделил в качестве нового дома для мальчика, пробежаться взглядом по спящему телу, чуть укрытого теплым одеялом, пока сладкое сопение кружило в воздухе, забывая о том, что нигде не безопасно. Что любой шорох может нести в себе гибель и крах. Разливаться по помещению, заполняя каждый уголок несмываемыми чернилами. Поселяя по всему периметру новые ощущения, не испытываемые ранее, но так сильно желающие ворваться в жизнь. – Доброе утро, киллер в пижаме с кроликами, – Тэхён не знал, какой реакции ожидать от Чонгука. Не знал, как вести себя с ним, чтобы сберечь и сохранить. Просто рискнул, прыгнув в бурлящую лаву. Надеясь на то, что фортуна сегодня на его стороне. – Тебя веселит это, да, хён? – Чонгук проснулся слишком быстро, без долгих потягиваний и множества зеваний, просто открыл глаза и кажется, будто и не спал. Точно поставленный голос, на мотив, попадающий в мишень. Так, как должно быть рядом с ним. Так, как он привык. – Только, если совсем чуть-чуть. – Тэхён не мог сдержать улыбки рядом с киллером. Не мог оставаться серьезным и выдержанным, потому что Чонгук был провокацией, без вариантов «или». – И еще, называй меня Ви. Мальчик хмыкнул, устраиваясь в уголке кровати, поджимая под себя колени и весело засмеялся. Уж очень удивлял его парень, вломившийся к нему в дом посреди ночи, и имеющий на него, якобы огромные планы. – Почему не Эйч или Кью? Что выбрал ту букву, которая была свободна? – Потому что Ви – это победа. А я не собираюсь проигрывать. – Обойти подростковый подкол стало несложным, поднимать свою планку, чтобы притянуться еще сильнее, казалось реальным. Тэхён поманил к себе рукой мальчика. Тот не мог проигнорировать, пообещав еще при свете луны, что станет собственностью Тэхёна. Станет его руками, глазами и совестью. Теперь было поздно отнекиваться и прятаться за крепкие спины. – Перед тем, как ввести тебя в курс дела, я хочу, чтобы ты привел себя в должный вид. – Только при ярком дневном свете, когда лицо Чонгука оказалось в десяти сантиметрах от взора Тэ, он смог заметить, как много эмоций проскальзывает на лице мальчика, когда тот думает, слушает или что-то делает. Как много можно прочесть во взгляде его темных глаз, положения бровей и напрягшихся скул. Он казался открытой книгой, а этого нельзя было допускать. Потому что искренним хочется владеть многим. Но делиться Тэхён был не намерен. И сейчас идея с маской казалось еще более актуальной и нужной, осталось только убедиться, что Чонгук готов быть здесь. Что он не исчезнет внезапно и Тэхён не окажется в убытках вновь. – Когда будешь готов, спустишься на первый этаж, я буду ждать тебя в кабинете. Думаю, не заблудишься. И Тэхён коснулся ладонью мягкой бархатной шеи мальчика, чувствуя сильное тепло, исходящее от него. Тепло, в которое хочется зарыться, когда метели выходят на охоту, готовые заморозить всех и каждого. А после покинул комнату, кивнув одному из членов охраны, чтобы те помогли Гуку, если ему что понадобится. – Да, мне нужна эта маска сегодня вечером. – Тэхён говорил уверенно, пока человек с другой стороны телефонной линии, что-то задумчиво мычал, пытаясь понять, что от него требуют. – Маска кролика. Эскиз я уже нарисовал и отправил вам. Мастер открыл электронную почту, чтобы посмотреть на эскиз, порядком удививший его. Просто большие белые глаза и черные губы с торчащими зубами. Цвет самой маски такой же белый. Хорошо будет заметно в темноте. Неплохой вариант. Да и задача не для большого ума. – Будет вам маска. – Ближе к вечеру, к вам подъедет мой человек с деньгами и заберет ее. Вас всё устраивает? Мужчина просто согласился, принявшись за работу. Главное, чтобы платили, а создать он сможет всё что угодно, такова его работа. То, чем он живёт. То, от чего получает удовольствие. Каждое его изделие поражает точностью и выраженностью, ни одной помарки или неаккуратного края – всё так, как просил заказчик. И заказ Тэхёна не станет исключением, в этом он не сомневался. Тишину, царившую в кабинете, прерывает настырный стук в дверь, заставляя Тэхёна впустить долгожданного гостя. Чон Чонгук, в черном смокинге, выглядел старше своего реального возраста, казавшись, хотя бы ровесником хозяина, если, не являясь хёном для него. Белоснежная рубашка идеально смотрелась на подтянутом теле парня, а волосы, уложенные в модной укладке, заставляли Тэхёна восхищаться своим выбором. – Ты выглядишь замечательно, Чонгук. – Тэхён и правда был доволен, наблюдая за тем, как мальчик неуверенно садится на стул напротив Кима. В его голове было столько непонятных фактов, но спрашивать о них было слишком рано. Всего, чего хотел сейчас Чон – это заслужить беспристрастное доверие со стороны хозяина. И только после, можно будет задавать вопросы. – Я готов выслушать тебя, хён. Тэхён просто млеет от этого слова, вырывающего из уст его маленького мальчика. Растворяется в крепком кофе, задыхается в штормящем океане. Просто вздыхает, стараясь вернуть мысли к делу, к тому, зачем они оба здесь сейчас находятся. Быстро щёлкает мышкой, пристально глядя в монитор компьютера, что-то недолго ищет, и когда находит – поворачивает экран в сторону Гука. – На фотографии представлен Мин Джун, жалкий человечишка, который однажды попытался внедриться в доверие к моим людям. Цель его внедрения могла быть любой, как простое желание озолотиться, так и стремление стереть кого-то с лица земли. Но, к нашему счастью, его быстро обнаружили и выбросили на улицу. – Чонгук слушал Тэхёна, всматриваясь в сложенного мужчину лет 35, с темными волосами и острыми чертами лица. На вид мужчинка был довольно привлекателен и внушал доверие. – С тех пор прошло буквально несколько недель, и я решил, что он получил слишком маленькое наказание за свой поступок. Я хочу, чтобы ты убил его. Чонгук в ответ лишь кивнул, соглашаясь с Тэхёном. И сделал это так обыденно, как будто в просьбе парня не было ничего странного, словно убить человека – это, так же просто, как прихлопнуть назойливого комара. Ну, убить, так убить. По мнению мальчика, смерть являла собой естественную стадию существования всего живого: вот ты рождаешься, вот ты идешь в школу, вот ты устраиваешься на работу, а теперь ты мёртв. Все покинут свои тела, это лишь вопрос времени, что для Чонгука было не принципиальным. – Вот здесь написан адрес и точное время, когда ты сможешь сделать это без риска, - Тэ протягивает мальчику сложенный вчетверо листик. – Сможешь взять любую машину из гаража, только есть одна просьба. – Что угодно, Ви, - сжимая в длинных пальцах маленькую бумажку, Чонгук чувствует, как сердце ускоряет ход. Именно сегодня он сможет доказать свою преданность хозяину. Он неглупый мальчик и прекрасно понимает, что это задание Тэхён даёт в качестве проверки. Как пробный раунд, чтобы оценить возможности Чонгука целиком. И Гук не подведет, только не его. – Принеси мне сердце Джуна. И Чонгук опять соглашается, чем вызывает улыбку на лице Тэхёна. Покидает кабинет, понимая, что на этом приказы парня закончились. Уже в своей комнате, Чонгук развернёт листок, вчитываясь в аккуратный ровный почерк: « Инсадон 29. 20.35. Удачи, мальчик». Бросит скорый взгляд на часы, убеждаясь, что у него еще есть пару часов отдохнуть. Заткнёт уши наушниками, погружаясь в спокойную мелодию, навевающую сон. Он никогда не любил рок, ему казалась эта музыка странной, напоминающей крик раненного зверя. И рэп особо не приходился по душе, это вызывало в нём желание стукнуться головой о стенку и заснуть вечным сном. Находил он себя в классике, спокойных мелодичных нотах, убаюкивающих его сознание. Любил часами лежать и ни о чем не думать, пока все песни из плейлиста не начнут прокручиваться в третий раз. В такие моменты приходило полное расслабление, после которого не хотелось подниматься и попадать в настоящий мир, не умеющий любить и ценить, вечно шумный и кричащий, такой манящий, но оставляющий неприятный осадок. Когда стрелки на циферблате подобрались к восьми часам, Чонгук решил выдвигаться. Захватив с собой нож, купленный им на карманные сбережения еще в раннем детстве, и «астру тэ эс», пули которого всегда точно попадали в задуманное место, принося жертве мгновенную смерть. Спустился по темным коридорам на первый этаж, а там, без дрожи и желания отступать, вышел к гаражу, внушающих размеров, около которого его уже ждала пара ребят в черных костюмах. Тот факт, что этот дом кишит охраной, как болото – лягушками, Чон понял еще ночью, когда только вошел в хоромы Тэхёна. Сразу принялся думать, что сказать и как объяснить, но им это не понадобилось, ворота со скрипящим звуком поднялись, пропуская мальчика внутрь, без единого слова, будто именно он здесь царь и Бог. Шок от представленного ему зрелища, по ту сторону, прошел лишь спустя несколько минут – такое огромное количество новеньких автомобилей бизнес-класса, могло стать мечтой любого мальчика-подростка, выросшего на захватывающих фильмах про крутых мафиози, убивающих людей друг за другом. Так и Чонгук не стал исключением, долго выхаживая из одного конца в другой, перед тем, как наконец остановить свой выбор на переливающемся черном Хёнде Грандер, вышедшем в свет лишь пару месяцев назад. Оказаться в салоне такого автомобиля, Чонгук даже не мечтал, потому кайф, разлившийся по его телу в тот момент, когда его ноги коснулись педали газа, а руки сжали приятную гладкую кожу руля, было не описать простыми человеческими словами и чувствами. Мчаться по широким дорогам города, чувствуя шепот холодного весеннего ветра на своем лице, не смотреть по сторонам, а лишь напрямик. Наслаждаться властью, появившейся в этот момент в руках молодого киллера. Точно знать, что это только начало. И потому выжимать всю мощность из авто, разгоняясь до максимальной скорости, когда слышится свист колес и люди начинают в страхе отстраняться от проезжей части. Чонгука откровенно веселило это. И грусть стала вполне ожидаемым гостем, когда парень оказался рядом с коттеджем, построенным пару лет назад, с ярко горящим светом из огромных окон. Пришлось покинуть удобное кресло, направиться выполнять своё задание, чтобы получить похвалу, чтобы стать нужным. На часах 20.33, значит через две минуты можно приступать. Чонгук сжал в кулаке чуть шершавую рукоять пистолета, и в указанное время дотронулся до дверной ручки, с улыбкой отмечая, что та легко поддается, и теперь перед ним нет преграды. Цель нашлась на кухне, что-то увлеченно готовя и напевая веселые песенки. Можно опускать спусковой крючок прямо сейчас, но Гук любил наблюдать за глазами жертвы в тот момент, когда стальной металл внедряется в кожу, разрушая внутренние органы. Потому приходиться случайно уронить рядом стоящую вазу, чтобы, без минуты труп повернулся в сторону киллера, увидеть вопросительный взгляд на лице, и только теперь с уверенностью поднять пистолет в воздух, чувствуя, как тело жертвы напрягается, а цена жизни возвышается до миллионов долларов. Вот только жаль, что Чонгук не подкуплен, бесповоротно выполняя приказ. Кажется, что жизнь человека так интересна и захватывающая, но Гук готов поспорить с этим, утверждая, что человеческая жизнь – это просто бессмысленное время, которое просирают Божьи твари. И сейчас он делает одолжение вселенной, уничтожая жалкое подобие человека навсегда. Чтобы дерьма на планете стало чуть меньше. Нежно опускает спусковой крючок, целясь прямо в голову, не слыша молитвы о пощаде, следя за тем, как пуля попадает прямо в цель, задевая жизненно необходимые органы. Чонгук может видеть, как в глазах человека селится удивление, а после его сознание поглощает боль. Мин Джун падает на спину, мгновенно теряя способность мыслить, шевелиться и чувствовать. Из крохотной точки на лбу струится кровь, а Чонгук просто смотрит, наслаждаясь тем, как душа уходит из тела. Персиковая плитка вокруг начинает покрываться алой кровью, наверное, будет сложно отмывать, если его родственники, конечно, смирятся с потерей. Верх темно-синей рубашки спустя несколько минут насквозь пропитывается красной субстанцией, и Чонгуку неудобно расстегивать маленькие пуговички, оставляя на своих ладонях чужую кровь. Когда рубашка остаётся позади, Чонгук достаёт нож, вычерчивая в мыслях точно место, где лучше сделать надрез, чтобы сердце получилось вырезать чуть быстрее, долго не мучаясь. Руки не дрожат, глаза не слезятся, а по венам не течет адреналин – всё это, не что-то новое и запретное, оно давно заняло место рутины. Просто убивать, потому что иначе, зачем существовать здесь. Отметив всё про себя, Чонгук вонзает нож практически по середине грудной клетки, точнее сказать, чуть левее от центра. Вырезает некий полуовал, надеясь, что не промахнулся. И в один момент крови становится слишком много, потому что жертва до сих пор жива, человеческое сердце всё еще бьется и это только улучшает ситуацию, усиливая удовольствие, сопровождающее Чонгука в данный момент. Когда творческая часть, по аккуратному, точному вырезанию подходит к концу, мальчику открывается вид на всё еще отбивающее удары красное сердце. Сейчас можно пощадить, но не нужно. И Гук уверен в этом, когда опускает свою ладонь в противный внутренний мир Джуна, пытается пробраться прямо под орган, чтобы было проще вырывать. Сейчас на лице киллера живет только удовольствие, и любой бы человек счел его психом, но Гук не являлся таковым, только не сейчас. Не здесь. Грубо сжав красное сердце в ладони, и резко потянув наверх, разрывая связь с огромным количеством вен, по которым еще секунду назад перекачивали кровь, Чонгук полностью погружается в пучину счастья и власти. Даже не замечая, что брызг крови так много, что теперь весь его новенький смокинг заляпан красной краской. Он достает из брюк маленький целлофановый пакетик, в который и кладет орган, который Тэхён сделал условием и просьбой. Спокойно покидает дом, так и оставив мертвое тело покоиться в луже красного моря. Вытирает ладони о брюки, перед тем как притронуться к рулю, не хочет измазать сокровище. И с таким же удовольствием, мчится по стемневшим улицам, прямиком к хозяину, надеясь на похвалу и заслуженное доверие. Солнце медленно скрывается за линию горизонта, передавая очередь на правление луне. Небо теряет голубые краски, становясь темным, безграничным и глубоким. Множество маленьких ярких звездочек выпадает на бесконечное небо, вызывая на лице Тэхёна недовольство. Он так хотел, чтобы сегодня света стало больше, чем тьмы. В руках сжимает твердую маску, привезенную несколько минут назад, убеждается в профессионализме мастера, потому что она идеальна. Именно такая вещь нужна его киллеру. И если он оправдает ожидания, то получит заслуженный подарок. Ветер колышет тонкие ветки деревьев из стороны в сторону, делая те устрашающими и ужасными. Тэ всегда думал, что деревьям не нравится это. Они такие добрые и хорошие, не хотят, чтобы их считали злыми. Потому в сознание Тэхёна, деревья никогда не подружатся с ветром. Странные мысли у необычного мальчика, лишившегося семьи. Грустная история без счастливого конца, но переписать сценарий еще не поздно. Мысли испаряются, когда дверь в дом с грохотом открывается, а на пороге стоит Чонгук: белоснежная рубашка в красную крапинку, а на пиджаке и штанах виднеются темные пятна. Сначала Тэхён вздрагивает, а после понимает, что бояться не за что. Чонгук уверенными шагами направляется в сторону Тэхёна, доставая из, пропитанного кровью, кармана пиджака сердце. – Я принес, хён. Он протягивает орган, падая на колени. А Тэхён уничтожает сомнения и вопросы. Теперь нет поводов бояться и подозревать. Чонгук бесповоротно доказал свою принадлежность и Тэхён безвозвратно примет ее. – Я не сомневался, Гуки. – Тэ зарывается тонкими пальцами в мягкие темные волосы. – У меня есть кое-что для тебя. Мальчик поднимает голову, встречаясь с нежным взглядом Тэхёна. Приходит осознание того, что вся его жизнь отныне будет закручена вокруг таких глаз хозяина. Он сделает всё, чтобы Тэ гордился им и по-настоящему ценил. Тэхён забирает мокрое сердце из красных рук Чонгука, и направляется в темноту одной из комнат. Возвращается он уже без него, но теперь его место занимает странная маска кролика или зайца. Чонгук не мог точно определить, но мог признать, что парень удивил его. – Эта маска для тебя, Гуки. Я хочу, чтобы ты постоянно надевал ее, когда отправляешься на задания или просто выходишь в город. – Но зачем, хён? – Чонгук не понимал смысла. Не понимал мотивов Тэхёна, но не мог выбросить маску, которую держал теперь в своих руках. – Потому что ты напоминаешь мне кролика, малыш. И так, твоего лица никто не сможет увидеть, а значит, мы добавим пару баллов в графе безопасность. Тэхён бережно поднял мальчика на ноги, и приложил холодную маску к его приятному детскому лицу, сразу же отмечая, как идеально вписывалась та в образ Гука. Теперь узнать киллера становилось невозможным. Его образ манил и притягивал. Убийца в маске кролика, уничтожающий всех на своем пути. Тэхён точно знал, что Чонгук примет его подарок. Иначе не могло быть. – Если ты так хочешь, Ви, я буду носить ее. – Почти прошептал парень, накрывая руки Тэхёна своими. Таять в бесконечности опасности и риска. Рядом с Тэхёном всё начинало иметь свой особый смысл. – Маленький Гуки, ты даже не представляешь, как дорог для меня. Тэхён часто врал, но сейчас, когда Чонгук стоял рядом с ним в маске кролика, он понимал, что что-либо скрывать и таить в данной ситуации бессмысленно, обвенчано на провал. Именно этот мальчик станет его талисманом, дорогой на вершину славы и богатства. Сомнений не было. Только осталось ушки прикупить для полноты образа, да можно приступать к свершению целей. Кролики обычно добрые, но в глазах этого, бесились чертята. Кролики обычно любят морковку, но этот любил человеческую кровь. Источал опасность и страх, пока Тэхён чувствовал себя за сильными широкими плечами в стопроцентной безопасности. Первый пункт: подчинение – обвенчался успехом.