Неизбранная дорога

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ Неразрывные узы. (Сэм - центрик) Дарквуд, штат Висконсин. Полная луна затмевала звезды, освещая спокойный в безветрии дремлющий лес. Пустынная трасса неспешно огибала холмы, медленной змеей пересекая лес и выводя к главной дороге. В тишине каждый шорох был слышнее, чем обычно. Лунные лучи отразились в металле одинокой машины, которая неторопливо двигалась по трассе, сопровождаемая мерным грохотом рока. Впереди замаячил некрутой поворот, когда музыка стихла. Диск кончился. Водитель сбавил скорость и наклонился к переднему сидению – выбрать новый среди разбросанных собратьев. Щелкнула магнитола, салон заполнился на сей раз сладкоголосой попсой. Водитель, хмыкнув, взглянул на дорогу. И с руганью нажал на тормоз. Метрах в пяти впереди стоял человек. Машина остановилась в паре сантиметров от него, и водитель смог внимательно разглядеть неожиданного пешехода. А тот, израненный, обессилевший, полуживой, почти без сознания осел на асфальт. - Черт! Мужчина выскочил из машины и склонился над пострадавшим. Парень, еще школьник, судорожно вздохнул. - Помогите, - прошептал он. По черным в лунном свете следам крови было понятно, что он пришел из леса. - Помогите… Водитель осторожно усадил парня на заднее сидение. И, бросив взгляд в зеркало, вдавил в пол педаль газа. Прежде …Дин Сэму об отце («Вендиго»): Он хотел, чтобы мы продолжили там, где он остановился, спасать людей, охотиться на тварей… Семейное дело. …Дин Сэму («Кровавая Мэри»): Теперь, когда всё позади, я хочу, чтобы ты рассказал мне этот секрет. Сэм, слабо улыбаясь: Послушай, ты мой брат, я бы умер ради тебя. Но есть кое-что, что я должен держать при себе. …Дин Сэму («Нечто злое»): Отец схватил нас и поехал. Высадил нас у пастора Джима часа через три. А когда он вернулся в Форт Дуглас, Штрига уже исчезла. Просто пропала. И после этого не появлялась. Отец больше о ней не упоминал. А я и не спрашивал. Но он... Он смотрел на меня по-другому, знаешь, как-то холоднее. Но я его за это не винил. Он дал мне наказ, а я его не послушал. И я чуть тебя не убил. Сэм: Ведь ты был совсем ребенком. Дин смотрит на Сэма совершенно нечитаемым взглядом. …Лейла Дину («Вера»): Я в порядке. На самом деле. Я думаю, если в тебе есть вера, ты не можешь верить только тогда, когда случается чудо… Ты веришь и тогда, когда чуда не происходит. Дин невесело улыбается. Теперь Сэм дремал на переднем сидении, сквозь легкую дымку сна слыша рев мотора и негромкое рокотание музыки. Он был чересчур вымотанным для бодрствования и недостаточно усталым для сна. В последнее время ему плохо спалось – вернулись старые кошмары, и прибавилось новых. К тому же он не был уверен, что хочет разговаривать с отцом. Сейчас они оба не были настолько спокойны и выдержаны, чтобы вести себя цивилизованно, и любое неосторожное слово могло нарушить тот хрупкий мир, который установился в последнее время. Тем более что они никогда особенно не ладили. Правда, сейчас это ощущалось намного острее из-за отсутствия Дина, который всегда был готов вмешаться в их ссоры. В сердце больно заныла пустота. И Сэм с предельной четкостью осознал, что так будет всегда. Может быть, со временем притупится боль и воспоминания не будут такими раняще - острыми, но иногда даже самые незначительные мелочи будут будить эту пустоту утраты и одиночества. Сэм ощущал присутствие человека рядом и чуть слышно вздохнул – это состояние полудремы было не менее тягостным, чем кошмары. Если последние мучили его эмоционально, то подобное состояние – неконтролируемостью мыслей. Резкая трель телефонного звонка положила конец его мучениям. Сэм открыл глаза и вопросительно взглянул на отца, внимательно слушавшего кого-то. - И ты думаешь это по нашей части? – скептически поинтересовался Джон. Невидимый собеседник что-то ответил, и на лице старшего Винчестера проступило сомнение. - Ладно, - согласился он с неведомыми доводами. – Это имеет смысл проверить. Тем более что нам по пути. В ответ на реплику позвонившего Джон хмыкнул и выключил связь. И на следующей развилке свернул по указателю «Дарквуд, штат Висконсин. 385 миль» Сэм проснулся от боли в животе. Болело несильно, но настойчиво. Некоторое время он лежал молча, а потом… заплакал? Сэм удивился, но его удивление быстро отступило на второй план, подавленное необычайно чистыми эмоциями. Боль, холод и какая-то заброшенность? Он плакал от собственной никому ненужности. Внезапно что-то изменилось. Его осторожно коснулись чьи-то теплые руки. - Ты чего, Сэмми? – в тихом, сонном голосе явственно сквозила тревога. Он затих и только чуть всхлипнул, когда ищущие пальцы коснулись больного места. - Живот болит, да? – успокоено спросил голос, а пальцы мягко и осторожно начали массировать живот. Боль уходила, растворялась в теплой волне заботы и защищенности. Уже засыпая, Сэм взглянул на утешающего его человека. Лицо смутно белело в полумраке, но было дружелюбным. А когда оно приблизилось, Сэм различил улыбающиеся зеленые глаза и, окончательно успокоившись, заснул. Сэм удивленно моргнул – на самом деле это было одно из первых его осмысленных воспоминаний. И хотя Дин никогда не упоминал этих моментов, он не считал их плодом своего воображения, потому что в них был весь Дин – дружелюбная забота и защита. - Проснулся? – осведомился Джон, бросив внимательный взгляд на удивленно – растерянного Сэма, явно не осознающего, где он находиться. Его голос прояснил ситуацию. Сэм с усилием потер лоб, возвращаясь к реальности. - Опять… видения? – Джон еще не сталкивался с этим моментом жизни сына и не мог побороть некой настороженности. - Нет. Просто сон. Занимался рассвет. Солнце еще не взошло, но чувствовалось, что ночь отступает, теряя силу. Винчестеры были в дороге всю ночь. - Где мы? – попытался сориентироваться Сэм. - Висконсин. До Дарквуда около пятидесяти миль. - Дарквуд… - рассеянно проговорил Сэм и потянулся к лэптопу, разобраться в ситуации. Джон покосился на сына, который сосредоточенно стучал по клавиатуре. Такой Сэм вызывал меньше тревоги, чем хмурящийся во сне и не могущий проснуться. Куда меньше. Он моргнул, свет встающего солнца резал уставшие за ночной перегон глаза. На дороге начали попадаться встречные машины, пришлось удвоить внимание. «Кофе бы не помешал», - мелькнула усталая мысль и исчезла. Джон посмотрел на спидометр – оставалось сорок с лишним миль. Сэм удовлетворенно хмыкнул. - Нашел? - Да. Есть кое-что. Пару дней назад в Дарквуде пропала группа школьников. Их ищут, но пока нашли только одного – он вышел из леса весь изможденный. Парень в местной больнице. Мужчина, который его подобрал, говорит, что тот бормотал о твари из леса. - О твари из леса? - Да. - Уже кое-что. Сэм промолчал. Через полчаса они въехали в Дарквуд. Город просыпался. По пустынным пока улицам скользили уборочные машины. В воздухе чуть слышно пахло пылью, прохладой и водяными брызгами. И совсем неуловимо свежесваренным кофе. Поначалу Джон рассчитывал перехватить пару часов сна, но контрастный душ и крепкий кофе, за которым Сэм успел сгонять в ближайшую закусочную, заставили усталость отступить. - У тебя есть план? – поинтересовался Сэм, перекатывая в ладонях полупустой стаканчик остывшего кофе. - Сначала поговорим с семьей выжившего парня, - ответил Джон, вынув из кипы поддельных документов удостоверение частного детектива из компании «Сайрус и К». - И где их искать? Джон хмыкнул, не ответив. И потом, когда Импала остановилась на больничной стоянке, Сэм испытал мимолетное сожаление за неуместность своих слов. Действительно, где же еще искать родителей серьезно пострадавшего парня, как не в больнице? Вдохнув одинаковый для всех госпиталей воздух, Сэм вздрогнул – события недавних дней ожили в памяти. Он чуть замедлил шаги, желая убраться отсюда подальше, и пропустил отца вперед, пытаясь скрыть от него свое лицо, и постепенно взял себя в руки. -… на втором этаже, - закончила говорить медсестра приемного покоя. Джон кивнул ей и быстрым шагом последовал наверх. Сэм поспешил следом, мысленно восстанавливая пропущенный диалог. - Я поговорю с родителями, - вполголоса проговорил Джон, остановившись на мгновение и обернувшись к сыну. – А ты постарайся пробраться к парню. Он в палате 14-А. Сэм кивнул. План был довольно простым. Он выждал немного, пока отец не представился Пристам и не заговорил с ними, отвлекая их внимание, и медленно, не торопясь, прошел мимо них по коридору по направлению к нужной палате. И вдруг через приоткрытую дверь услышал негромкий голос. «- Нет. Я ищу друзей. А как это - приручить? - Это давно забытое понятие, - объяснил Лис. – Оно означает: создать узы». Сэм остановился и осторожно заглянул в палату. Он узнал текст, и душа наполнилась смутной печалью прошедшего времени. И эхом давно пережитого восхищения. Палата была очень светлой и почти уютной, словно бы пациент провел здесь уже очень много времени. Много игрушек и света, и ласковый голос, читающий «Маленького принца». « И ты мне не нужен. И я тебе тоже не нужен. Я для тебя всего только лисица, точно такая же, как сто тысяч других лисиц. Но если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. Ты будешь для меня единственным в целом свете. И я буду для тебя один в целом свете…» Голос девушки прервался от сдерживаемых слез. Она отложила книгу в сторону и, наклонившись к кровати, с нежностью погладила лежащего в ней человека. - Сара, очнись, - она все же заплакала. – Очнись, пожалуйста. Я так скучаю по тебе. Сэм бесшумно отступил от двери, досадуя на себя, что сунул нос в совершенно чужое дело, и в смутных чувствах двинулся дальше по коридору. Возле искомой палаты не оказалось ни журналистов, ни охраны, и Сэм легко проник внутрь. Бесшумно закрыл дверь и, повернувшись, замер. Парень не спал. Пустые глаза отрешенно созерцали потолок. - Ричард? – негромко позвал Сэм. В пугающей пустоте шока заметался огонек внимания. - Кто вы? – еще тише отозвался тот, невнятно из-за подведенных ко рту трубок. - Я Сэм, - ответил Винчестер, специально игнорируя другие аспекты этого вопроса. – Я разыскиваю Лоуренса Келли, который пропал без вести месяц назад. Думаю, ты можешь мне помочь. - Вы его не найдете, - ровно ответил Ричард. В его голосе не было ничего, только убивающая монотонность отчуждения. - Ричард? - Он мертв. Как и все мои друзья. Искалечен, разорван, растерзан. Может ли выжить тот, кому оторвали ноги? Карин так кричала. - Ричард… - А Майкла Оно сломало, как спичку. - Оно? – успел вклиниться с вопросом Сэм. - Оно, - ровно подтвердил Ричард. – Высоченное. Быстрое. И листья. Стелились за ним, как шлейф. Как ветер в осеннем лесу. Ричард невидяще смотрел на Сэма, а перед глазами у него стояла одна и та же картина – вихрь осенних листьев, чей шорох тонет в воплях агонии. - А Патрика, - судорожно вздохнул он, - пронзило веткой, как вертелом. Он прочувствовал Рождество, - безрадостно засмеялся парень и резко оборвал смех. – Оно вышло у него из груди. - Ричард, хватит! – прикрикнул Сэм, от услышанного его замутило. Юноша вздрогнул, из глаз ушел ровный холод отчужденности. Ричард всхлипнул. Слезы скатывались по вискам, оставляя на коже блестящие полоски. Сэм внезапно растерялся. Уйти сейчас казалось слишком грубым и невежливым, а как утешить человека, мир которого разбился мириадами ранящих осколков, не знал. Впервые в жизни не мог найти утешения. А может оно и к лучшему. Слезы по-своему помогают, снижают рвущее душу напряжение горя и отчаяния. Растворяют ощущение, что вот-вот взорвешься от боли и перестанешь существовать. Так что пусть плачет. - Почему? – сквозь слезы простонал Ричард. Самый несправедливый вопрос. Самый горький. – Почему мы не послушали Хелен? Сэм шагнул было к кровати, когда в дверь предостерегающе стукнули. - Проклятье, - прошептал он и вышел. В коридоре его ждал отец. Они поспешили убраться подальше от этого коридора, стараясь не привлекать внимания больничной охраны. - Итак, что ты узнал? – поинтересовался Джон, когда Винчестеры устроились за одним из столиков больничного кафе подальше от любопытных ушей и глаз. - Скорее всего, они все погибли, - вздохнул Сэм. – Сколько их было? - Девять человек, включая Ричарда. Они группой ушли в лес на два дня. А когда не вышли на связь, родители забеспокоились. Отправили рейнджеров в лагерь, но его координаты оказались неверными, или подростки самовольно его перенесли. После этого развернули уже полномасштабные поиски. Сэм задумчиво сделал глоток. - Ричард описывает нечто из леса, как высокую, быструю тварь, которая убивает крайне мучительно. И еще листья. Как-то она с ними связана. Может, вендиго? - Может. А может и нет. Вендиго предпочитает не убивать своих жертв. К тому же раньше здесь люди не пропадали. По крайней мере, бесследно. Тела всегда находили. Недолгое молчание помогло им обоим собраться с мыслями. - И еще, - припомнил Сэм, - Ричард упоминал о какой-то Хелен, которую они не послушали. - Выясни, кто это. Если она предостерегала их от похода в лес, то, может быть, ей что-то известно. Пробей всех его одноклассников. - Хорошо. - Будешь еще кофе? – неожиданно спросил Джон, почувствовав, что отогнанная было усталость возвращается: все мышцы ломило, голова налилась свинцовой тяжестью, и неимоверно хотелось спать. Возможно, еще один кофе мог бы помочь. Сэм с внезапным отвращением взглянул на свой остывший напиток и покачал головой. Он еще не достиг той степени утомленности, которая вызывает глухое, черное, без-образное сновидение. Он достал свой компьютер и практически за несколько минут вывел на экран полный список одноклассников Ричарда Приста. И хмыкнул – некая Хелен Вуд занимала четвертую строчку этого списка. Сэм нахмурился. Мысли, не задерживаясь, скользили по кромке сознания, переплетаясь в один клубок и не давая вычленить то действительно важное, что ломилось к рассудку из глубин подсознания. Что-то совсем недавнее, эхом отдающееся в пресловутой четвертой строчке. - Сэм? - окликнул Джон невидяще созерцающего ноутбук сына. - Вуд… - задумчиво проговорил тот и поднялся с места. – Нам нужно вернуться. К палате 13-С. Он сложил компьютер и направился к выходу. Джон торопливо сделал последний глоток обжигающей горечи и почувствовал, что та тошнотой отзывается в желудке, совершенно минуя голову. Этот кофе определенно был лишним. Сэм остановился у той самой палаты, в которую так неловко заглянул чуть раньше. Палата 13-С. С именем Сары Вуд на табличке. Он помедлил немного, ощущая сложную смесь неловкости, смущения, любопытства и страха. Но, в конце концов, постучал, надеясь, что там есть кто-нибудь, помимо пациента. И какой-то ледяной дрожью предчувствия коснулся его шорох открываемой двери. Кареглазая миниатюрная девушка с любопытством и глубоко затаенной тревогой взглянула на него и перевела взгляд на стоящего за спиной сына Джона. - Чем могу помочь? – спросила она несколько мгновений спустя. - Мы ищем Хелен Вуд, - Джон продемонстрировал свое удостоверение. - Это я, - утвердительно кивнула девушка. В её глазах мелькнула тревога, или это был страх? - Хелен? – за её спиной появился невысокий мужчина, который, без сомнений, был её отцом. Он смерил Винчестеров внимательным взглядом. - Это частные детективы, - полуобернулась к отцу Хелен. - Не очень-то вы на них похожи, - недоверчиво протянул Вуд. – Скорее, на заштатных журналистов. Джон в очередной раз вытащил липовое удостоверение. - Просто наша работа связана не только с перекладыванием бумажек. - Это видно, - согласился собеседник и вместе с дочерью вышел из палаты, плотно закрыв за собой дверь. – Так вы хотите поговорить о Ричарде? - Если вы не против, - вежливо улыбнулся Сэм. Винчестеры переглянулись и в очередной раз за утро разделились. Джон и мистер Вуд прошли чуть дальше по коридору, а Сэм и Хелен остались практически у двери в палату, сделав всего лишь несколько шагов в сторону. - Почему ты не пошла с ними? – спросил Сэм после недолгого молчания. – Они ведь приглашали тебя? - Да, - негромко ответила Хелен. – Но я… - она замялась. – Я не люблю лес. Сэм вздрогнул. Что-то в её тоне было знакомым до ломоты в сжатых зубах. Таким бы тоном он сам мог бы сказать, что не любит демонов. - С тех пор как с Сарой случилось это несчастье, Хелен в лес и силой не затащишь, - Саймон Вуд бросил взгляд на свою дочь. Джон тоже повернул голову в этом направлении. Мужчины смотрели на своих мирно беседующих детей, и у каждого в глазах была своя тревога. - Несчастье? - Да, - по лицу Саймона прошла тень воспоминаний. – Десять лет назад девочки играли в лесу, недалеко от дома. Саре тогда было семь. Она упала с дерева и так неудачно, что получила травму головы. С тех пор она в коме. Врачи сказали, что она никогда не придет в себя, но мы продолжаем надеяться. - Мне жаль, - в голосе Джона проскользнуло искреннее сочувствие. Он прекрасно знал это тошнотворное чувство, когда ты ничем не можешь помочь своему ребенку. Саймон покосился на Винчестера и промолчал. - Но почему ты предупреждала Ричарда? Хелен отвела взгляд и вновь взглянула на Сэма. Была ли она виноватой или это были отголоски давнего, до сих пор неизжитого страха? Сэм не мог точно определить эмоции, наплывавшие одна за одной в карих глазах. - Я не знаю, - вот сейчас в её глазах действительно был страх – страх непонимания. – Я не могу объяснить. Просто в последнее время лес излучает угрозу. Она беспомощно улыбнулась. Сэм улыбнулся в ответ, пытаясь успокоить и поддержать девушку. В глазах Хелен мелькнули отблески улыбки, и тут же исчезли, смытые каким-то другим чувством. - Мне пора, извините. Сэм кивнул и, провожая её взглядом, не мог отделаться от смутного, неясного ощущения тревоги. Словно нечто огромное скользнуло мимо, едва не задев. Скользнуло, но не ушло, оставшись где-то недалеко опасным, темным присутствием. Сэм быстро, не раздумывая, записал на чистом листе блокнота свой номер телефона и, выдрав листок, шагнул к мистеру Вуду, который стоял уже на пороге палаты своей дочери. - Если что-то вспомните или случится, звоните, - он сунул листок в руки удивленному мужчине и поспешил к своему, не менее удивленному отцу, чувствуя, что все сделал правильно, потому что ощущение огромной беды стало немного меньше. В холле уже успело собраться немало народу. По резкому запаху успокоительного и тяжелому, горькому – табака Сэм догадался, что все эти люди – родители пропавших детей. Они окружили работающий телевизор, жадно слушая новости. - Сегодня утром, после трехдневных поисков, наконец-то был обнаружен лагерь пропавших подростков. По экрану пошли кадры деревьев, разбитых на поляне палаток, но все очень быстро, даже смазано. - К сожалению, рейнджерам не удалось обнаружить самих детей. Полиция сообщает, что в лагере нашли следы борьбы и четыре изувеченных тела. В кадр попали четыре лежащие рядом тела, накрытые белой тканью, по которым кое-где расплывались темные пятна. По холлу разнесся слитный стон ужаса и неверия и судорожные всхлипы. - Всех четырех удалось опознать, - между тем продолжал диктор. На экране возникли четыре фотографии, с которых радостно улыбались старшеклассники. Те самые, которые сейчас лежали где-то далеко в лесу на холодной, впитавшей их кровь земле. - Еще четверо пока не найдено, но полиция считает, что, возможно, они еще живы, - диктор вымученно улыбнулся, и новости кончились. Тяжелое, мучительное горе накрыло людей темным, беспощадным облаком, срезонировав в сердце безжалостной болью. Сэм тряхнул головой и ускорил шаг, направляясь к выходу. И, уже уходя, он краем глаза заметил Хелен, потрясенно застывшую в дверях и неотрывно смотрящую в телевизор. Узнать теперь о лагере пропавших детей было просто. Куда сложнее оказалось туда попасть. Оцепление не пропускало внутрь зевак. К счастью, универсальный стодолларовый пропуск и удостоверение журналистов заштатной газеты решило эту проблему. И уже к обеду уставшие до нежелания разговаривать Винчестеры нехотя переговаривались, осматривая место происшествия. - Я не вижу его следов, - произнес Джон после осмотра участка мягкой, рыхлой почвы, испещренной затейливой вязью следов. - Следов? - Они должны были остаться. А их нет. Смотри, - Джон вернулся к более каменистому участку лагеря. – Вот здесь и здесь лежали тела. Вот здесь, - он сделал несколько шагов в сторону, - были уцелевшие, которые бросились бежать из лагеря в лес. Сэм оглядел сломанные ветки подлеска и кровь на стволах деревьев, не брызнувшую веером из смертельной раны, а легшую отпечатком опирающегося тела, и кивнул. - И оно бросилось за ними, - Винчестеры осторожно перешли чуть дальше, чтобы не привлекать внимания полиции. – Потому что в том направлении нашли еще одно тело, четвертое. А следов так и нет. Словно оно летело. Более того, - они подошли к ограждению, и вышли из оцепленной зоны, - дальше теряются уже следы самих подростков, просто обрываются в никуда. Они прошли еще несколько десятков метров до того места, где прекращались следы и кровавые отпечатки. Все выглядело так, словно ребята просто растворились в воздухе, так резка была граница между истоптанной и не потревоженной землей. Сэм прошел по следу и вернулся. Потом подошел к последнему, отмеченному кровью, дереву и внимательно все оглядел. - До этого дерева дошли двое, а дальше пошел только один. Их выхватывали по одному. Понять бы как… - А как тогда спасся Ричард? – внезапно спросил Джон. Сэм замер, нахмурился, что-то высчитывая про себя. Потом повернулся к лагерю и вытащил карту. - А он пошел в другую сторону, - медленно проговорил Сэм, улыбаясь, как человек, который все понял правильно. – Посмотри, - он протянул карту отцу, - лагерь находится между городом, куда направились все остальные, и дорогой, на которой нашли Ричарда. Очевидно, он вышел за границы владений этой твари. А другие, наоборот, бежали к центру. Это было неплохо, но на этом озарения закончились. Винчестеры добрались до города ближе к концу рабочего дня, и оба, вымотанные до предела, провалились в глубокий, тяжелый сон без сновидений. Настойчиво, громко и безнадежно звенел будильник. Сэм, выныривая из сна, как из-под толщи воды, неохотно разлепил глаза и только потом вспомнил, что не ставил будильник. Звенел телефон. Он кое-как выловил трубку из кармана. - Да? И когда в ответ раздался голос, полный мучительной тревоги, Сэм медленно осознал – в ближайшее время поспать ему не светит. - Хелен пропала, - растолкал он отца. Несколько мгновений тот непонимающе смотрел на сына, а потом память бесцеремонно вытеснила блаженное безмыслие сна. - Когда? - Мистер Вуд сказал, что не видел её около двух часов. - А сейчас четверть девятого. Одевшись, Сэм задумчиво смотрел в раскрытую сумку. - Мы так и не выяснили, что это. Джон, отвлекшись от сборов, взглянул на сына. - Ты думаешь, она пошла в лес? Сэм вспомнил лицо Хелен, когда та потрясенно застыла в дверях – сквозь шок проглядывал ужас. Но не тот ужас – «Что же это такое творится?», а Ужас – «Что же я натворила?!» И её тон, когда она говорила своей нелюбви к лесу. - Да, - он застегнул сумку, решив взять с собой все. – Я так считаю. - Ты не идешь, - непререкаемо заявил Джон. - Это еще почему? – возмутился Сэм. Старший Винчестер нахмурился. - Мы до сих пор не знаем с чем столкнулись. Это опасно. - Опасно?! – Сэм почти кричал. – Ты спятил? Пойти ночью в неизведанный лес одному, не зная, кто твой враг и как его уничтожить – вот это опасно! Ты не пойдешь один! - А ты не пойдешь со мной! – в конце концов он тоже повысил голос. - Тогда пойду сам! Джон замер. Похоже, этот аргумент станет в их спорах привычным. - Ну, хорошо, - процедил он сквозь зубы, и в сердце мягко, словно кошачьей лапкой, царапнула тревога. Они не заблудились, но тропинка явно кружила, проводя одной и той же поляной их уже в третий раз. Джон негромко и зло выругался. Усталость и злость кружили голову, нарушая концентрацию охоты. Да еще что-то, чуть большее, чем усталость – депрессия или безразличие – еле слышно нашептывало все бросить и уехать куда-нибудь далеко-далеко, где и слыхом не слышали о демонах и нечисти. Длинная ветка мягко мазнула по лицу, возвращая к реальности. - Черт. Он оглянулся на сына. - Иди чуть впереди, - мотнул он головой. Сэм кивнул, соглашаясь. И через пару шагов замер. Между деревьями что-то мелькнуло. Джон тоже остановился, прислушиваясь. Ветер прошелестел в кронах, пригнул к земле высокую траву. Шорох повторился. Шелест листвы. Сухой, прошлогодней, мертвой. А потом перед Сэмом мелькнула стремительная серая тень. Он выстрелил почти наугад и успел вскинуть руку в защитном жесте, когда ветер ударил его в лицо клубком сухой листвы. Затем его отшвырнуло в сторону так, что перехватило дыхание. Он почувствовал, что ударился спиной обо что-то упругое, что-то живое, что изрядно смягчило удар. Но спустя мгновение дружелюбное присутствие исчезло, и реальность впечаталась в его хребет жесткой, неуступчивой древесиной так, что весь окружающий мир утонул во тьме. Джон выстрелил на мгновение раньше Сэма, и он знал, что ранил эту тварь. Чувствовал это безошибочным чутьем охотника. Но ранение не ослабило её стремительности и мощи. Джон успел увидеть, как Сэм в беспамятстве сполз на землю, а потом мир погрузился во тьму и для него. Темнота медленно расступилась перед глазами. Сэм легко поднялся на ноги, мимолетно удивившись отсутствию боли – память о выбивающем дух ударе вспыхнула на изнанке век. Впереди замаячил слабый свет костра, и Сэм двинулся к нему, с каждой минутой удивляясь все больше. Тьма вокруг… Была ли она лишь темнотой, или это была безлунная ночь в лесу? Но когда неровный свет выхватил из темноты круг утоптанной земли с сидящим на поваленном стволе человеком, это перестало иметь значение. Потому что теплые, золотистые отблески пламени ложились на до боли знакомое лицо. Сэм бросился вперед и порывисто обнял поднявшегося к нему навстречу брата. - Дин! - Сэмми! - звук родного голоса пролился бальзамом на истерзанную душу. Сэм отстранился от брата, жадно вглядываясь в спокойное, улыбающееся лицо. - Но как? - А это важно? Сэм замотал головой. Какая разница, как? Сон, видение, галлюцинация, жизнь после смерти… Все равно. Он был готов провести всю вечность на этом клочке земли, лишь бы рядом был Дин. Они оба уселись на поваленное дерево. Дин молчал, смотрел на него и улыбался, будто – нет, не будто – просто был рад его видеть. Сэм тоже смотрел во все глаза, и в какой-то момент крепко сжал руку брата, пытаясь удостовериться, что тот рядом. Он так много хотел рассказать и спросить и не мог выдавить из себя ни слова, словно само место располагало не к разговорам, а к спокойному, дружескому молчанию. Присутствие брата успокаивало, гнало прочь все страхи, сомнения и тревоги. За долгие часы отчаяния Сэм успел позабыть, что его дом не где-то, а с кем-то. И тяжело привалившись к плечу брата, под уютное потрескивание костра Сэм начал засыпать. - Сэм! Тот вскинулся и застонал от боли, когда ушибленная спина яростно запротестовала против резких движений. В нос ударил густой запах свежей земли. - Ты в порядке? – обеспокоенный голос отца пробился сквозь темноту и боль. - Не то, чтобы очень, но жить буду, - Сэм сел и попытался оглядеться. И то, и другое удалось с трудом. То, что потолки здесь низкие, он понял сразу, когда головы коснулись корни чего-то, да и земляные крошки ссыпались за воротник. Темнота слегка отступила, и в неверном свете чего-то фосфоресцирующего он рассмотрел прислонившегося к противоположной стене отца и кого-то еще, кто наполнял тишину жадным, неровным дыханием лихорадки, приглушенными стонами и плачем. - Отец, - позвал он негромко, преодолевая легкое гудение в голове, - где мы? Джон невесело хмыкнул. - Будь я проклят, если знаю. Некоторое время Сэм осмысливал ответ. Потом ситуацию. - Похоже на пещеру, только я не вижу выхода, - говорил он, даже не размышляя, а просто пытаясь не заснуть. Его внезапно охватило горькое, болезненное сожаление, что они, охотники бог знает сколько лет, так глупо попались, и над ними так легко одержали верх. - Прости меня, отец. - Сэм? – в голосе Джона изумление смешалось с беспокойством. - Не следовало идти. Мы действительно были не готовы. В ответ он услышал лишь шорох, Джон перебирался поближе к сыну. И их обоих застал врасплох прерывающийся от слез голос. - Кто здесь? Кто вы? - Хелен? – изумился Сэм. – Это ты? - Детективы? – у нее уже не осталось сил на удивление. – Что вы здесь делаете? - Вообще-то, тебя ищем, - Джон выпустил на волю часть скопившегося внутри раздражения. – Что за нелегкая понесла тебя сюда? - Вы не поймете. Я должна была. Чувствовалось, что у нее вот-вот начнется истерика. - О да, ты умеешь разговаривать с людьми, - беззлобно сказал Сэм отцу и начал переползать к девушке. – Хелен, - он устало прислонился к стене рядом с неё. – Я знаю, в это трудно поверить, но я повидал за свою жизнь много странного. - Странного? – она немного успокоилась. Присутствие рядом кого-то знакомого делало все не таким страшным. - Необычного. Того, что простому человеку видеть не доводилось. Привидения, там всякие. - Привидения? – переспросила та, и по тону её было понятно, что она не особенно во все это верит. - Ну, если учесть, что мы сейчас сидим, бог знает где, плененные бог знает кем, то привидения не так уж и плохи. Хелен негромко засмеялась. И, хоть в её смехе слышалась изрядная доля истерики, ей было легче. - Не бог знает кем. От нее повеяло страхом и напряжением, тем страшным, внутренним напряжением, которое очень долго копилось внутри. Сэм по опыту знал, что человека, который приготовился говорить о том, что так долго мучило и терзало, перебивать не стоит. Иначе можно вообще ничего не услышать. - Не бог знает кем, - повторила Хелен, собираясь с духом. – Это Лесной человек. Сэм мог бы поклясться, что никогда о таком не слышал. Но с другой стороны, он еще очень о многом не слышал. - Когда мы были маленькими, Сара очень любила играть в лесу рядом с домом. А мне нужно было за ней присматривать. Хелен замолчала на несколько минут, и Сэм как наяву ощутил то давнишнее, бессильное раздражение подростка, который вместо своих дел вынужден возиться с несмышленышем – ребенком. - Когда мне надоедало за ней присматривать, я говорила ей, что пора домой, иначе Лесной человек рассердится, заберет с собой и навсегда запрет в дереве. Обычно она всегда слушалась. У нее перехватило дыхание, самое тяжелое еще впереди. - А в этот день она заупрямилась, даже специально забралась на дерево, чтобы меня поддразнить. А я возьми и закричи, что Лесной человек идет… Повисла тяжелая пауза, полная вины и раскаяния, которое уже ничего не могло изменить. - Она так испугалась, что упала. Все-таки она заплакала, почти беззвучно, но только почти. - А через пару месяцев он впервые мне показался. Лесной человек. Я не знаю, как такое возможно, но он связан с ней. Он не часть её и не она сама. Но он живет, пока живет она. Сказать, что Сэм изумился, это ничего не сказать. Он ожидал чего-то похожего, но не такой истории. И очень многое стало понятно. - Она умирает, верно? – спросил он негромко. – Потому он и убивает, стремится поддержать её жизнь. Хелен в ответ только всхлипнула. Тишина, пронизанная горечью, въедалась в темноту и давила на плечи не хуже низких земляных сводов. - Как его уничтожить? – осторожно поинтересовался Сэм. - Нет! – вскинулась девушка. – Не позволю! Не дам её убить! От нее повеяло такой враждебностью, что Сэм поежился. - Что ж, кажется, это у нас семейное, - хмыкнул Джон. – Посмотри, телефон у тебя цел? Мой разбит. Шипя от боли, Сэм похлопал по карманам. Яркая вспышка голубого света ослепила. А проморгавшись, Сэм увидел сравнительно маленькое, низкое помещение без окон и дверей. Кое-где проваливались во тьму узкие дыры воздухообмена. В одном из углов он увидел измученных, безучастных ко всему людей. Пропавшие школьники. - Сети нет, - констатировал Сэм. - Он нас не обыскал. Джон проверил заряд в вытащенной из-за пояса ракетнице. - Ракетница? - Да. На простые пули он как-то плохо отреагировал. Держи, - Джон перебросил сыну оружие. - А ты? – недоуменно спросил тот. - Обойдусь подручными средствами, - в руках старшего Винчестера блеснула тусклая серебряная фляжка. - Святая вода? - Алкоголь. - А я думал, ты не пьешь. - А я и не пью. Это предостережение. Сэм хмыкнул, но ничего не сказал. Оглядевшись еще раз, он заметил у одной из стен свежие комья земли и перебрался туда. Под его рукой стена начала немного осыпаться. По сравнению с остальными, она была более рыхлой, что ли. - По-моему, это выход. - Можно прокопаться? - Наверное, да. Сложно сказать, какая толщина стены. В этот момент земля под рукой Сэма мелко задрожала и начала рассыпаться. - Сэм, назад! Сэм отшатнулся и вытащил ракетницу. Джон отвинтил крышку. Резкий запах алкоголя смешался с сырым запахом земли. В стене «выхода» проявилась дыра и стала быстро расширяться. И через пару минут она уже достигала такого размера, что сквозь неё могло протиснуться существо человеческого роста. Как ни старался, Джон пропустил тот миг, когда в их камере появилось пленившее их нечто, настолько быстрым оно было. В слабом свете, лившемся из дыры, оно напоминало ожившее дерево. На лице, покрытом короподобной кожей, горели холодным, расчетливым огнем нечеловеческие зеленые глаза. Но в тесной, маленькой камере скорость переставала быть неоспоримым преимуществом. Тем более что на сей раз Винчестеры были готовы. Сэм резко крикнул, отвлекая внимание на себя, и Джон выплеснул фляжку прямо в глаза противнику. От неожиданности тот отпрянул к выходу, и в этот момент Сэм выстрелил. Огонь вспыхнул мгновенно, вгрызаясь в плоть, похожую на сухую, просмоленную древесину. Существо заметалось, пытаясь сбить пламя, но его движения только раздували огонь. По камере, оглушая, пронесся вопль агонии, последние ноты которого смешались с хрустом и треском. Обгорающая плоть не выдерживала и ломалась, существо складывалось вовнутрь, словно подзорная труба. Наконец, с последним вздохом погасли изумрудные глаза, и воцарилась тишина, полная едким, удушающим дымом. - Нет! – пронзительно закричала Хелен. – Убийцы! Сволочи! Нет! Моя сестра… Моя бедная сестра… - крик перешел в плач. - Вытаскивай их, - кивнул Джон Сэму на школьников, которых крики немного растормошили. – А то они задохнутся. Сэм добрался до Хелен и хорошенько её встряхнул, стремясь прекратить истерику. Девушка с яростью уставилась на него. - Может ты и пришла сюда умереть, но они-то нет! – рявкнул он с неожиданной злостью и поморщился – от крика зазвенело в голове. – Так что перестань рыдать и помоги мне! - Вы убили мою сестру, - обвиняюще проговорила старшеклассница. - Да, - спустя минуту тяжело ответил Сэм. Они действительно виноваты, но сейчас не время думать об этом. – Но ты осталась жива. И твоим родителям не придется хоронить двух дочерей. И тем, другим родителям, не придется хоронить их, - он кивнул в сторону кашляющих, пытающихся выбраться одноклассников Хелен. – Порой приходится делать выбор и жить с его последствиями. Это нелегко. Девушка кивнула и подавила всхлип. Пришло время взрослеть. Совместными усилиями они выбрались из камеры и оказались в большой, полутемной пещере. И несмотря на желание некоторых подростков упасть и не шевелиться, Джон потащил их всех дальше – к выходу. Как только они вышли, телефон Сэма пискнул – он обнаружил сеть, и Сэм набрал 911, кое-как объяснив им свое местонахождение. В ответ те попросили не выключать мобильник и пообещали, что скоро будут. - Ты как? – запоздало спросил Сэм отца. - Пара ребер сломано, - Джон усмехнулся. – А у тебя сотрясение. Мы, конечно, герои, но не супергерои. Так что будем ждать спасателей. Обессилевшие и усталые, они сидели у входа в пещеру и ждали помощь. Занимался рассвет. Под слабым светом яркими каплями горела лежащая на траве роса. Деловито щебетали ранние птахи. Все живы, даже почти в порядке. Винчестеры переглянулись. Легкими, незримыми крыльями их обоих коснулось умиротворение раннего утра, и впервые за долгое время они почувствовали себя живыми.