Колыбель тишины

Над их головами небо разливается чёрное, небо мрачное, небо грозное. Над их головами слышны стоны, и шёпот, и вой, и всё смешивается, всё в бесконечность утягивается. Им времени отведено осталось мало, так, что на вдохи хватает едва ли секунд скоротечных. Эта война вот-вот закончится. Все лица поднимают, бурями ведомые, спешат через ураганы, ныряют в омуты; холодом терпким, ловя пепел руками, вместо снега сыплющийся, молятся, что б не от близких был этот порох мягчайший. Много теряются, много падают, валятся в бездну, в темноту скатываются; друг друга держат отчаянно, до скрипа костей — и все понимают, что выживет меньшая часть. Юко сидит на парапете, и небо раскалывается над её головой. Однажды в начальной школе спросили: «Что бы вы делали, если бы этот день был последним перед концом света?» Чего только не отвечали дети. Кто-то хотел провести время с семьёй, кто-то слетать в необычное место, кто-то провёл бы день, как всегда. Юко — тогда ещё Анечка — от ответа ушла. Решила, что не стоит выставлять на всеобщее обозрение такие мысли. Зато ночью никак уснуть не могла, всё думала; даже к утру ответа не нашла. Теперь до конца света остался не день. Остались минуты. Их уже можно считать. С её места хорошо видно, как истребляют друг друга странные. С её места разворачивается спектр потрясающих всплесков — разной тональности, разной температуры, разных эмоций. Юко читает по чувствам, но она не способна сражаться; Юко всё равно выходит на бой, потому что он последний, потому что за минуту до конца света будет не до оценки свих возможностей. Они сражаются, даже если знают, что бесполезно. Облака уже порваны. Солнце уже погасло. Юко может задрать голову, рассматривая трагическую гибель их небес, но только стискивает зубы и упрямо смотрит на людей внизу, на сотни мелькающих точек среди руин, что продолжают истреблять друг друга вопреки своим же устоям. Мир ничего не значит, но его стараются беречь. Мир стоит многого, но его никто не бережёт. Юко дышит рвано, её бьёт дрожь. До конца света остаётся минута. «Что бы вы делали в последний день?» Исполнение мечты, время с родными, короткое путешествие. Юко хочет закрыть глаза и вновь ощутить себя той маленькой девочкой, мучащейся сложным вопросом, но у неё больше не получается; приходит пора сознавать, что прошлое оставлено, а она выросла. Юко сегодня сражалась. Юко была молодцом. Небо издаёт протяжный горестный стон. Юко повторяет про себя — это что-то странное. Чудное. Это слова благодарности к людям, подарившим ей жизнь, тем, кто её вырастил, кто её поддерживал. Это просьба остановить глупую бойню хотя бы сейчас. Это плач человека, прощающегося с миром в ожидании его смерти, лебединая песнь. Это — молитва, сотканная из всего, что в этом мире Юко знала. Остаётся пятнадцать секунд. В небе слышится грохот, и вот-вот реальность расколется так же, как купол над головами воюющих. Юко не хочет этого видеть. Она смотрит на людей, жадно влекомая яркостью их очертаний. Она слушает звуки войны, которая уже унесла многих. Она думает, что прожила неплохие двадцать один год. Десять, восемь, шесть, четыре, два… Белые разрезы на чёрных облаках разрываются. Минута до конца света истекла.